Центральная власть в Испании обладает приоритетом, поскольку ей разрешается осуществлять в отношении автономий любые властные действия, не упомянутые в Положении. В предметах совместного ведения верховенствует центральная власть, а в случае возникновения правового вакуума его заполняет центральная власть. Она обладает приоритетом в тех вопросах, которые касаются единства страны, суверенитета (включая внешнюю политику), обороны, таможни, гарантий равенства и защиты основных прав и свобод всех испанцев, регулирования свода испанских законов (гражданское, уголовное и судопроизводство) и государственной экономической политики. К властной компетенции территориальных автономий относятся учреждение и развитие органов местного самоуправления, содействие их экономическому развитию, обеспечение культурного идентитета, охрана общественного порядка [Там же, с. 52-53].
Как представляется, говорить об "испанском федерализме" всё ещё преждевременно. Описанные выше концепции федерализма не могут в полной мере охарактеризовать все функциональные стороны природы федеративного государства. В теоретических постулатах У. Райкера и его сторонников за основу берется лишь организационно-функциональное начало федерализма в его формальном воплощении, а ограниченность теории участия выражается в том, что объектом анализа оказывается лишь ее одна сущностная сторона - согласование воли для централизации власти.
Наиболее фундаментальным среди существующего многообразия является подход к пониманию природы федеративного государства как системы организации в обществе государственной власти, самоуправляемой на основе договора (соглашения) [9, р. 101-105]. С этих позиций договор (соглашение) рассматривается не как форма, а как содержание федеративных отношений, основа которых - согласие сторон и самоуправление. С этой точки зрения любая федерация по своей сути - самоуправляемое договорное государство, в котором разделение и осуществление государственной власти на всех уровнях должно основываться на достижении договоренности и самоуправления. Если власть делится между центром и составными частями сверху, без согласия составных частей федерации либо согласования с ними, то в этом случае, какие бы ни были права у территорий, государство не может быть признано по своей природе федеративным.
И наоборот, если власть разделена на основе согласия сторон, но ни центр, ни составные части не обладают полнотой власти для осуществления своих функций, не имеют возможности самодостаточно самоуправляться, то в этом случае с той или иной степенью определенности можно сказать, что федерализм подменяется унитаризмом либо конфедеративным устройством.