– Как занятно, что вы увидели во мне нечто особенное лишь за несколько месяцев до того, как рискуете лишиться короны, если не обретете жену.В каждом ее слове сквозила нотка подозрительности.– Я мог бы купить невесту, Пайпер.Тал смотрел в окно, без сомнения, наблюдая за журналистами, которые рыскали по периметру дворца. Его брат был не просто обеспокоен, его лицо выражало непреклонность и гнев.– Это было бы просто. Ты далеко не самая покладистая невеста.– Уж простите великодушно, что доставляю такие хлопоты.Выражение ее лица омрачилось горечью, Раф видел, что она испытывала нечто среднее между обидой и болью.– Я ничего не понимаю.Рафик сделал то, что казалось самым естественным. Он обнял ее. Она стояла неподвижно в его объятиях.– Мы хотели защитить тебя от всего этого.– А вы вообще собирались рассказать мне, что мы женаты? Или я бы случайно узнала об этом пару лет спустя?Кад бросил ее одежду на постель и подошел к ней с другой стороны. По крайней мере, один из его братьев был умен. Пайпер не сможет долго сопротивляться их притяжению.– Мы собирались попросить тебя выйти за нас сразу же, как только наши отношения вошли бы в колею. Мы уже выбрали кольцо и прочее. Мы подумали, что было бы неплохо последовать американской традиции, и хотели, чтобы все прошло очень романтично.– Почему я?Она сурово посмотрела в спину Талиба.– Если я действительно нужна вам не только из‑за тех знаний, которые могут быть полезны вашей стране, тогда объясните почему.Раф вздохнул.– Потому что ты особенная, Пайпер. Потому что ты задела что‑то глубоко во мне.Кад коснулся носом ее щеки.– И во мне, хабибти. Ты задела мой член. И прямо сейчас он не прочь повторить.Пайпер издала смешок, но Раф уловил в нем искренний смех.– Рада слышать, ‑ она вернулась к прежней серьезности, вырываясь из их рук, – Мне нужно некоторое время. Вы только что перевернули весь мой мир.Тал повернулся с бесстрастной маске на лице.– Что ждет тебя в Далласе, Пайпер? Чего мы так жестоко лишили тебя, что не оставляет нам никакого оправдания? Жалкую квартиру? Низкооплачиваемую работу? Нескончаемую борьбу за то, чтобы сводить концы с концами? Не говоря уже о жизни без любви?
Она вздрогнула, но Тала было уже не остановить.– Мы предлагаем тебе целый мир, Пайпер. Мы предлагаем тебе дворец и больше денег, чем ты можешь себе представить. Мы предлагаем тебе неограниченную свободу следовать своим собственным идеалам. Царствование позволит тебе работать над тем проектом, который ты так любишь. Так объясни мне, что из всего этого делает меня плохим парнем.– Вы любите меня? – Пайпер распрямила плечи, очевидно готовясь к жестокому удару.Раф мог легко ответить на этот вопрос.– Да. Я полюбил тебя с первого взгляда. Я шел за тобой по коридору в надежде на то, что ты обернешься, чтобы я мог узнать твое имя.Она вспыхнула.– И вместо этого я упала.Он запомнит этот момент навсегда.– Да. Ты упала. Но обещаю, что отныне я всегда буду рядом, чтобы тебя поймать.– Я люблю тебя, Пайпер. Я знаю, что тебе это кажется слишком внезапным, но, поверь мне, хабибти, у меня было достаточно женщин, чтобы я понял, что чувствую на самом деле.Раф кивнул головой в знак согласия.– Он прав. Кадир переспал с большей половиной женского населения во всем западном полушарии. Так что он точно понимает разницу.Кад зарычал на него, но Пайпер лишь немного улыбнулась, пока не подошла очередь Тала.– Я предлагаю тебе все, что у меня есть, Пайпер. Если этого не достаточно для тебя, недостаточно любви моих братьев и их преданности, тогда ты должна сказать об этом прямо сейчас.Он шагнул вперед, но не коснулся девушки. От шейха исходила холодная безжалостная властность.– Наступает время, когда я должен взять жену или уступить свои полномочия. Я выбрал невесту, которая, по моему мнению, будет самой лучшей для моих братьев и моей страны.– А как насчет тебя самого? – поинтересовалась Пайпер.– Мои потребности несущественны. Ты мне нравишься, Пайпер. Мне очень нравится находиться рядом с тобой. Я восхищаюсь твоим умом, и я жажду твоего тела. Этого должны быть достаточно для тебя.Она опустила глаза, будто была не в силах смотреть на братьев.– Но это не так.Тал выпрямился, всем своим видом напоминая о том, что он шейх.– Тогда ты должна принять решение. Хорошенько подумай, Пайпер Аль Муссад. Твое решение повлияет на жизнь миллионов людей. И это повлияет на твоих друзей. У "Блэк Оук Ойл" значительные вложения в этой стране. Если престол перейдет к моему кузену, он не будет соблюдать оговоренные в контрактах обязательства. Он просто возьмет от них все, что ему нужно. Подумай о Ханне и ее детях, когда ты будешь принимать решение о том, стоит ли тебе здесь оставаться. Ты больше не девочка, Пайпер. И эта любовь, которую ты так жаждешь, лишь наивная мечта. Я предлагаю тебе целую жизнь, шанс повлиять на людей ‑ черт, на весь мир ‑ или я должен понять, что ты не будешь счастлива, пока я не вырежу свое сердце и не подам его тебе на блюдечке? Этого не случится. Мы будем партнерами. Таково мое предложение. Прими его, или уходи. Моей стране необходимо, чтобы ты поступила мудро.
Он повернулся и зашагал к двери, оставив ошеломленную Пандору позади. Раф всерьез задумался о том, чтобы прикончить своего брата.– Пайпер, тебе нужно дать ему время. Ты не можешь до конца понять то, что он пережил, и то давление, которому он подвергается.Глаза девушки все еще были обращены на пустой дверной проем.– Мне нужно дать ему время? Почему я вообще должна ему что‑то давать? Он даже не удосужился спросить меня, хочу ли я подобной ответственности, Раф. Все, что я знаю, это что вы трое манипулировали мной, поставив в такое положение, где у меня нет вариантов.– У тебя есть варианты.Просто ни один из них ему не нравился.– Да. Капитулировать, или же показаться эгоистичной стервой.Она опустилась на шезлонг, тот самый, на который они возложили ее прошлой ночью перед тем, как с любовью преподнести ее Талу.Теперь она выглядела усталой, ее глаза были полны слез.– Уходите. Вы оба. Пожалуйста. Мне необходимо время. Я не говорю «нет». Вы трое так искусно подловили меня, что я, вероятно, не смогу отказаться. Так что оставьте меня хотя бы на время.Кадир посмотрел на брата, на его лице отразилось страдание.– Хабибти, я сожалею так, как ты не моешь себе представить.Настало время дать ей то, в чем она так нуждалась. Прежде они делали это крайне редко.– Мы останемся на территории дворца, если понадобимся тебе.Они ушли. Следуя по коридору, Рафик чувствовал пустоту, зная, что оставил свое сердце и душу с женщиной, которую предал.
Глава 10Пайпер сделала глубокий вздох, пытаясь сдержать слезы. Минуло уже несколько часов. Фотосессия прошла, как в тумане, и день подходил к концу. Для нее было подготовлено два фуршетных стола, но она ни к чему не притронулась. Вскоре кому‑то придется силой заставлять ее поужинать. Она могла слышать людей, толпящихся снаружи, но теперь, по крайней мере, занавески снова были задернуты должным образом. Всего несколько минут назад, небольшая армия слуг принесла ее одежду и остальные вещи, аккуратно сложив их в шкаф, который, казалось, был освобожден специально для нее. И здесь были не только ее вещи. Это был нескончаемый поток дизайнерской одежды, которую она никогда не видела прежде, словно предназначенный для того, чтобы одеть принцессу. «Шейху», – поправила она себя. Что же ей теперь делать?Оповещая о входящем вызове, зажужжал компьютер. Перед поездкой в Безакистан она убедилась, что ее сестра знает, как воспользоваться компьютером, чтобы позвонить ей. Хотя, возможно, это был один из братьев Джеймс, звонивший уведомить, что она серьезно вредила их бизнесу. И стране. От нее зависело так много людей. Она никогда и подумать не могла, что ее интимная жизнь могла дестабилизировать целую страну.С мрачной решимостью Пандора села перед компьютером и нажала кнопку, принимая вызов. Экран заполнило лицо ее сестры с широко распахнутыми голубыми глазами.– О, мой бог, Пайпер. Ты по телевизору. Буквально везде. Серьезно.Ее обожгло огнем.– Скажи мне, что они не показали мой зад.У Минди появился тот же взгляд, к которому она прибегала перед тем, как солгать Пайпер о своем табеле успеваемости.– Вовсе нет.Пайпер почувствовала, как ее глаза вновь наполняются слезами. Казалось, сегодня у нее был их нескончаемый запас.– Пайпер, все нормально. Они полностью замаскировали это место на экране. А в остальном ты смотрелась очень горячо. Твои волосы выглядели, словно после отличного секса, сестренка. Так что не беспокойся. Никто не видел твои прелести. Подожди. Ты заходила на YouTube?– Нет.– Тогда никто тебя не видел, – заверила ее Минди.– О Боже.Случалось, что она совершала глупые поступки, ставившие ее в идиотское положение, но сегодняшнее побило все рекорды.– Об этом знают все в городе?
Она не возвращалась в свой маленький городок в течение года. Девушка была рада, что могла навещать Минди в Лаббоке вместо того, чтобы возвращаться туда, где каждый ее поступок подвергался осуждению. Ее студенческие годы, казалось, тянулись бесконечно из‑за старых сплетниц города, которые, подобно ястребам, следили за каждым ее шагом в ожидании повода забрать у нее сестру. Это был их гребаный досуг.Ухмылка Минди заполнила экран.– Ну, здешние горожане выяснили несколько подробностей. Во‑первых, ты выходишь замуж за безбожных язычников, с которыми, очевидно, ты спишь одновременно.– О, мой Бог.Ее сестре не следовало этого знать. Минди была в абсолютном замешательстве.– Во‑вторых, эти вышеупомянутые безбожные язычники совершенно великолепны и вроде как правят миром, потому как баснословно богаты. Мои друзья говорят, что это утка. Половина города хочет занять у тебя денег, а другая половина считает, что ты катишься прямиком в ад, но даже они полагают, что ты добралась до элиты.Пайпер уронила голову на стол.– Сестренка? Почему ты так расстроена? На тех фото ты выглядишь такой счастливой, что просто светишься. Я так рада за тебя. Черт, отчасти, даже за себя.Пайпер всхлипнула и посмотрела на экран.– Почему?Ее сестра наклонилась, мягко улыбнувшись. На заднем плане Пайпер могла видеть красные и черные символы Техасского технологического университета.– Потому что сегодня мне сообщили, что мое обучение, а также учебники, проживание и питание были оплачены до конца моего пребывания в школе, Пайпер. Это сделала ты, не так ли? Больше не нужно волноваться каждые шесть месяцев. И не нужно работать в пиццерии, чтобы купить продукты. Я действительно могу сделать это. Я могу стать врачом.Ее глаза вновь наполнились слезами, но на этот раз их причиной послужила вовсе не ненависть к самой себе.– Не я. Уверена, это был Раф.Она говорила с Рафом о своей сестре. Пандора открылась и позволила ему узнать о ее постоянных волнениях.Минди покачала головой.– Они сказали мне, что человека, который подписал чек, зовут Талиб Аль Муссад. Он шейх, верно? Я просто подумала, что ты заставила его это сделать. Но только ты не прикладывала к этому руку. Скорее, ты использовала ту часть себя, которая так и не стала звездой всего YouTube.Наложница рассмеялась. Это все, что ей оставалось.