Необходимо отметить, что полученные в ходе экспертного интервью результаты станут основой для дальнейших исследований с охватом более широких слоев населения через проведение не только экспертных интервью, но и социологических опросов населения с последующим перенесением опыта кузбасских ученых на выявление уровня стрессоустойчивости регионов Сибирского федерального округа.
Заключение. Рассмотренные экспертные мнения позволили авторам выявить в рамках концепта стрессоустойчивости региона как минимум два наиболее важных аспекта. Во-первых, текущее вопросы и особенности решения социально-экономических проблем являются результатом предшествующего опыта развития Кузбасса и следствием сформированной в предшествующие десятилетия авторитарной модели управления регионом при губернаторе А.Г. Тулееве. Во-вторых, нынешнее руководство региона сумело в кратчайшие сроки стабилизировать ситуацию с распространением пандемии.
В качестве индикаторов «стрессоустойчивости региона» следует рассматривать как минимум четыре компонента - политический, социальный, экономический и психологический, воздействие которых на конкретного индивида будет определяться сферой профессиональной деятельности, уровнем доходов, социальным статусом, включенностью в общественную и экспертную деятельность. Результаты исследования показали, что наибольшую стрессоустойчивость демонстрирует сфера среднего и крупного бизнеса, практически не произошло ухудшение ситуации в СМИ, сумело адаптироваться к новым условиям сферы образования и здравоохранения (в меньшей степени спорт и культура), а вот «шаткость» и неустойчивость ситуации в наибольшей степени прослеживается в деятельности некоммерческого сектора.
Ответы представителей НКО, наиболее приближенных к проблемам граждан, показали прямую зависимость от уже «традиционных» форм работы с социальными группами и организациями (мастер-классы, тренинги, консультации и другие мероприятия на открытых площадках), достаточно быстро реагирующие на сокращение социального заказа в условиях режима самоизоляции и ограничений в передвижении, уменьшении или вовсе «замораживании» финансирования, включая грантовскую поддержку, умеющих в силу своей социальной направленности «чувствовать» настроения неустойчивости в завтрашнем дне, так характерные для большинства населения.
Подтверждением совершенно разного восприятия бизнесом, СМИ, представителями системы высшего образования и НКО адаптации региона в условиях пандемии COVID-19 стал разный уровень восприятия самого словосочетания «глобальный кризис». Для сферы бизнеса и СМИ «кризис» в своей основе предполагает практически полный крах производства, значительное падение системы доходов, упадок в принятии политических решений, чего в действительности не произошло и соответственно о кризисных явлениях с их точки зрения говорить не приходится. Совсем другое дело понимание «кризиса» преподавательским сообществом и некоммерческим сектором, где кризис как процесс не ставится под сомнение, так как налицо появление ряда негативных явлений в общественном сознании, развитии экономики, социальной сферы и политики, справиться с которыми полностью попросту невозможно в краткосрочном периоде.
Говоря о проблемах, выявленных в ходе исследования, нельзя связывать стрессо - устойчивость Кемеровской области - Кузбасса исключительно с экономическим фактором, в частности выходом из кризисного состояния угольной отрасли, хотя ближайшие годы и скорее всего десятилетия именно уголь будет оставаться главным источником экономических доходов региона. Стрессо - устойчивость региона - это не только экономические доходы, но и психологическая комфортность населения, без которой крайне не просто обеспечивать экономическую и политическую устойчивость.
В этой связи в качестве рекомендаций органам федеральной и региональной власти следует отметить важность своевременной поддержки со стороны государства некоммерческого сектора, выступающего значимым институтом гражданского общества не только в вопросах создания гражданских инициатив, но и института по оказанию консультативной, юридической, финансовой помощи населению. При сохранении неопределенности социально-экономического развития Кузбасса в условиях пандемии СО - VID-19 НКО как менее бюрократизированные структуры нежели институты государства способны быстро чувствовать текущую «повестку дня» и аккумулировать свой потенциал на решение «острых» социальных проблем общества, включая оказание психологической помощи отдельным группам населения.
Список литературы
экономический политический стрессоустойчивость кризис
1. Гудалов Н.Н., Тулупов Д.С. Семиотика стрессоустойчивости в международных отношениях: многообразие академических и политических смыслов // Полития. 2018. №1. С. 135-147.
2. Матвеева Е.В., Гоосен Е.В., Алагоз А.В. Концепт стрессоустойчивости как инструмент анализа рисков социального напряжения в регионе // Теоретические и прикладные вопросы комплексной безопасности: сб. ст. СПб., 2019. С. 139-143.
3. Романова Т.А., Павлова Е.Б. Стрессоустойчивость в Евросоюзе и Россия: суть и перспективы новой концепции // Мировая экономика и международные отношения. 2019. Т. 63, №6. С. 102-109.
4. Boschma R. Towards an evolutionary perspective on regional resilience // Regional Studies. 2015. No. 49. P 733-751.
5. Bourbeau P Resilience, security and world politics // The Routledge handbook of international resilience. London; New York: Routledge, 2017. P 26-37.
6. Brand F.S., Jax K. Focusing the meaning(s) of resilience: resilience as a descriptive concept and a boundary object // Ecology and Society. 2007. Vol. 12, No. 1. P 120-123.
7. Bristow G., Healy A. Regional resilience: an agency perspective // Regional Studies. 2014. No. 48. P. 923-935.
8. Caro P D., Fratesi U. Regional determinants of economic resilience // The Annals of Regional Science. 2018. Vol. 60. P 235-240.
9. Chandler D. Security through societal resilience: contemporary challenges in the Anthropocene // Contemporary Security Policy. 2020. Vol. 41. P 195-214.
10. Cuadrado-Roura J.R., Maroto A. Unbalanced regional resilience to the Economic crisis in Spain: a tale of specialization and productivity // Cambridge Journal of Regions, Economy and Society. 2016. No. 9. P 153-178.
11. Cuadrado-Roura J.R., Martin R., Rodrtguez-Pose A. The economic crisis in Europe: urban and regional consequences // Cambridge Journal of Regions, Economy and Society. 2016. No. 9. P. 3-11.
12. Giovannini M. Solidarity economy and political mobilisation: Insights from Barcelona // Business Ethics European Review. 2020. No. 4. P 36-48.
13. Holling C.S. Resilience and stability of ecological systems // Annual review of ecology and systematics. 1973. Vol. 4, No. 1. P 1-23.
14. Kousis M., Paschou M. Alternative forms of resilience: a typology of approaches for the study of citizen collective responses in hard economic times // Partecipazione e Conflitto. 2017. No. 10. P 136-168.
15. Martin R., Sunley P On the notion of regional economic resilience: conceptualization and explanation // Journal of Economic Geography. 2015. No. 15. P 1 -42.
16. Martin R., Sunley P, Gardiner B., Tyler P How regions react to recessions: Resilience and the role of economic structure // Regional Studies. 2016. No. 50. P 561-585.
17. Masik G. An agency perspective of resilience: the case of Pomorskie region in Poland // European Planning Studies. 2018. Vol. 26, No. 5. P 1060-1077.
18. Nistotskaya M., Charron N., Lapuente V. The wealth of regions: quality of government and SMEs in 172 European regions, environment and planning // Government and Policy. 2015. No. 33. P 1125-1155.
19. Randalls S., Simon S. Making resilience strange: ontological politics in a «Time of crisis» // The Routledge handbook of international resilience. London; New York: Routledge, 2017. P 38-48.
References
1. Gudalov N.N., Tulupov D.S. Politiya (Polity), 2018, no. 1, pp. 135-147.
2. Matveeva E.V., Goosen E.V., Alagoz A.V. Teoreticheskie i prikladnye voprosy kompleksnoy bezopasnosti: sb. st. (Theoretical and applied issues of complex security: collected articles). St. Peterburg, 2019, pp. 139-143.
3. Romanova T.A., Pavlova E.B. Mirovaya ekonomika imezhdunarodnye otnosheniya (World economy and international relations), 2019, vol. 63, no. 6, pp. 102-109.
4. Boschma R. Regional Studies (Regional Studies), 2015, no. 49, pp. 733-751.
5. Bourbeau P The Routledge handbook of international resilience (The Routledge handbook of international resilience). London; New York: Routledge, 2017, pp. 26-37.
6. Brand F S., Jax K. Ecology and Society (Ecology and Society), 2007, vol. 12, no. 1, pp. 120-123.
7. Bristow G., Healy A. Regional Studies (Regional Studies), 2014, no. 48, pp. 923-935.
8. Chandler D. Contemporary Security Policy (Contemporary Security Policy), 2020, vol. 41, pp. 195-214.
9. Cuadrado-Roura J.R., Maroto A. Cambridge Journal of Regions, Economy and Society (Cambridge Journal of Regions, Economy and Society), 2016, no. 9, pp. 153-178.
10. Giovannini M. Business Ethics European Review (Business Ethics European Review), 2020, no. 4, pp. 36-48.
11. Holling C.S. Annual review of ecology and systematic (Annual review of ecology and systematic), 1973, vol. 4, no. 1, pp. 1-23.
12. Kousis M., Paschou M. Partecipazione e Conflitto (Partecipazione e Conflitto), 2017, no. 10, pp. 136168.
13. Martin R., Sunley P. Journal of Economic Geography (Journal of Economic Geography), 2015, no. 15, pp. 1-42.
14. Martin R., Sunley P, Gardiner B., Tyler P Regional Studies (Regional Studies), 2016, no. 50, pp. 561-585.
15. Masik G. European Planning Studies (European Planning Studies), 2018, vol. 26, no. 5, pp. 1060-1077.
16. Nistotskaya M., Charron N., Lapuente V Government and Policy (Government and Policy), 2015, no. 33, pp.1125-1155.
17. Randalls S., Simon S. The Routledge handbook of international resilience (The Routledge handbook of international resilience). London; New York: Routledge, 2017, pp. 38-48.
18. Caro P D., Fratesi U. The Annals of Regional Science (The Annals of Regional Science). 2018. Vol. 60. P. 235-240.
19. Cuadrado-Roura J.R., Martin R., Rodriguez-Pose A. The economic crisis in Europe: urban and regional consequences // Cambridge Journal of Regions, Economy and Society, 2016, no. 9, pp. 3-11.