К вопросу о причинах разгрома Западного фронта в начальный период Великой Отечественной войны
А.Ю. Комарков
А.Ю. Комарков канд. ист. наук, ст. преп., Санкт-Петербургский государственный химико-фармацевтический университет, Российская Федерация, Санкт-Петербург
советский западный фронт военный
Предмет исследования -- причины и обстоятельства катастрофы советского Западного фронта, разгромленного немецкими войсками на территории Белоруссии в первые дни Великой Отечественной войны. Сегодня хорошо известным является следующий факт: внезапное начало в июне 1941 г. одной из самых тяжелых в истории человечества войн обернулось для нашей страны сокрушительным поражением. Особенно неблагоприятно развивались события на важнейшем западном стратегическом направлении, где противник сумел уничтожить главные силы первого стратегического эшелона Красной армии, действовавшие под руководством штаба Западного фронта. Тем самым германский вермахт не только получил возможность захватить Белоруссию, но и вырваться на оперативный простор в ходе своего наступления на столицу СССР Москву. Не приходится удивляться, что указанные события по-прежнему привлекают к себе внимание как российских, так и зарубежных историков. К сожалению, некоторые из них, стремясь определить предпосылки разыгравшейся 22 июня 1941 г. трагедии, позволяют себе выдвижение весьма неоднозначных версий. К числу таковых относится, например, суждение о несоответствии реалиям Второй мировой войны советского военного планирования и подготовки вооруженных сил к отражению внешней агрессии. Наглядным примером здесь может служить публикация в журнале «Российская история» за 2015 г. профессора из Гродно И. А. Басюка «“Руководить войсками на поле боя, отрешившись от глупой и вредной линейной тактики”: основная причина военной катастрофы 1941 г. в Белоруссии». По мнению ее автора, советское командование оказалось не в состоянии извлечь урок из опыта маневренной войны в Европе и продолжало демонстрировать свою приверженность консервативной линейной тактике, пренебрегая формированием ударных группировок. Результатом стала разработка противоречивших обстановке оперативных планов прикрытия границ СССР с равномерно размещенными вдоль фронта войсками, не имевшими средств для противодействия наступлению превосходящих сил противника на главных направлениях. Но так ли это?
Ключевые слова: Великая Отечественная война, Западный фронт, 1941 год, Белоруссия, Красная армия, группа армий Центр, Народный комиссариат обороны, Генеральный штаб Красной армии, военное планирование, приграничное сражение.
Concerning the Reasons for the Defeat of the Western Front during the Initial Stage of the Great Patriotic War
A. Yu. Komarkov
PhD in History, Assistant Professor, St. Petersburg State Chemical Pharmaceutical University, St. Petersburg, Russian Federation
The paper looks into the causes of the disaster of the Soviet Western front defeated by Germans in the first days of the Great Patriotic war. It is a well-known fact that the beginning of the war in June 1941 brought about a shattering defeat of Russia. The situation was most adverse in the Western direction where the enemy destroyed the main forces of the first echelon of the Red army. Thereby, Wehrmacht not only received an opportunity to capture Belarus but also to break out toward Moscow. It is not surprising that these events continue to attract the attention of both Russian and foreign historians. Unfortunately, some of them trying to determine the prerequisites for the tragedy of June 22 present ambiguous versions. Among them, there is a statement about the discrepancy between the realities of war and the preparedness and military defense planning of the Soviet army.
An illustrative example is the article by I. A. Basyuk, Professor from Grodno, “`Leading troops on the battlefield abandoning stupid and harmful linear tactics': the main reason for the military disaster of 1941 in Belarus” published in the magazine “Russian history” in 2015.
According to him, the Soviet command was unable to learn from the experience of war in Europe and continued to demonstrate its commitment to linear tactics neglecting strike groups. It led to the development of plans to cover the borders of the USSR with evenly distributed troops along the front with no means to counter the offensive of superior enemy forces. But was it really so?
Keywords: Great Patriotic War, Western front, 1941, Belorussia, Red Army, Army Group Centre, People's Commissariat of Defense, Red Army General Staff, military defense planning, the Border battles.
Шок первых дней разразившейся летом 1941 г. войны Советского Союза с гитлеровской Германией по-прежнему остается в числе самых дискуссионных проблем новейшей истории. Даже спустя без малого восемь десятилетий этот феномен не теряет актуальности в глазах отечественных и зарубежных исследователей. Ведь начавшиеся 22 июня 1941 г. столкновения на границе повлекли за собой цепь катастрофических последствий -- Великую Отечественную войну, которая принесла с собой потрясения и несчастья всему советскому народу. Развернувшиеся на территории СССР в 1941-1945 гг.в результате вторжения боевые действия погубили 26,6 млн жизней, нанесли гигантский экономический ущерб, лишили крова миллионы семей и стали причиной демографических проблем Великая Отечественная война 1941-1945 гг.: в 12 т. Т. 12: Итоги и уроки войны. М., 2015. С. 109..
Уже в ноябре 1941 г. СССР и его Красная армия стояли на пороге краха. Казавшийся непобедимым германский вермахт с наступавшими в авангарде танковыми группами и эффективной поддержкой авиации успел прорваться к окрестностям Ленинграда, Москвы и Ростова менее чем за 6 месяцев Glantz D. M. Barbarossa. Hitler's Invasion of Russia 1941. Stroud, Charleston, 2001. P. 9.. Причем только за первые три недели войны немецкие войска захватили Латвию, Литву, Белоруссию, значительные области Украины и Молдавии. На северо-западном и юго-западном направлениях противник вторгся на советскую территорию до 500 км, на западном -- до 600 км. Средний темп его наступления составлял от 15 до 30 км в сутки 1941 год -- уроки и выводы. М., 1992. С. 132..
Эти факты свидетельствуют, что Вооруженные силы СССР показали себя неспособными сдержать натиск врага в ходе развернувшегося Приграничного сражения (22 июня -- 9 июля). Вместе с тем соотношение сил на театре военных действий (ТВД) утром 22 июня не предвещало такого исхода. Изготовившемуся для наступления вермахту (128 расчетных дивизий, 3,56 млн солдат, 37 тыс. орудий и минометов, 3865 танков, 3909 самолетов) и собирающимся на границе войскам Финляндии, Венгрии и Румынии (37 дивизий, 745 тыс. солдат, 5,5 тыс. орудий, 306 танков и 886 самолетов) руководство страны могло противопоставить части Ленинградского (ЛВО), Прибалтийского особого (ПрибОВО), Западного особого (ЗапОВО), Киевского особого (КОВО) и Одесского (ОдВО) военных округов. В них насчитывалось 190 дивизий и 3,29 млн бойцов (с учетом ВМФ и НКВД), имевших на вооружении 59,8 тыс. орудий и минометов, 15 687 танков и 10 743 самолета. Таким образом, противник превосходил Красную армию лишь по численности личного состава, серьезно уступая в оснащенности. Вот почему оккупация врагом гигантской территории к 10 июля при несопоставимых потерях КА и вермахта (815,7 тыс. уб. 79 тыс. человек, 21 500 уб. 1061 орудий, 11 783 уб. 350 танков и т. п.) кажется воистину невероятной! Мельтюхов М. И. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 19391941. М., 2000. С. 476-478, 512. -- Союзники Германии указаны вместе с хорватами (1600 человек и 56 самолетов).
Крайне напряженное положение сразу же сложилось в Белоруссии -- на важнейшем западном стратегическом направлении. Только по итогам первых девяти дней боев противнику удалось прорваться на глубину 350-400 км и достичь рубежа р. Березина. В то же время войска советского Западного фронта (бывшего ЗапОВО), понеся большие потери, оказались в окружении к западу от Минска: в районе Гродно -- Гайновка -- старая граница Речь идет о границе между Польшей и БССР на сентябрь 1939 г.. Из котла удалось вырваться лишь частям отдельных дивизий, нуждавшимся в переформировании Журнал боевых действий Западного фронта (далее ЖБД ЗФ) // Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (далее -- ЦАМО РФ). Ф. 208. Оп. 2511. Д. 206. Л. 67-68. иЛЬ: http://www.podyignaroda.ru(дата обращения: 07. 11.2019).. Следствием катастрофы стала беспрецедентно высокая убыль личного состава армий Западного фронта (ЗФ). Так, если Северо-Западный фронт (СЗФ) не досчитался 87,2 тыс. солдат, а войска Юго-Западного фронта (ЮЗФ) были вынуждены исключить из списков еще 241,6 тыс. бойцов по итогам Приграничного сражения, то из числа участвовавших в Белорусской операции военнослужащих было потеряно 417,7 тыс Гриф секретности снят: Потери Вооруженных Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Статистическое исследование / под общ.ред. Г. Ф. Кривошеева. М., 1993. С. 162164. -- Потери ЮЗФ приведены с учетом 18-й армии.. Самое страшное здесь заключалось в том, что громившая ЗФ немецко-фашистская группа армий «Центр» (ГА «Центр») не позволяла создать фронт обороны по Днепру и Западной Двине своим броском на восток Типпельскирх К. История Второй мировой войны 1939-1945. М., 2001. С. 246.. Как писал потом маршал Г. К. Жуков: «На Западном фронте -- витебское, оршанское, могилевское и бобруйское направления -- развернувшиеся в первых числах июля сражения проходили в условиях подавляющего превосходства противника. Наши войска, утомленные непрерывными боями, отходили на восток...» Жуков Г. К. Воспоминания и размышления: в 2 т. Т. 1. М., 2002. С. 290. В этом контексте предание суду и последующий расстрел командующего ЗФ Д. Г. Павлова и начальника его штаба В. Е. Климовских в столь критической обстановке могут казаться если не оправданными, то, во всяком случае, объяснимыми Русский архив: Великая Отечественная: Приказы народного комиссара обороны СССР. 22 июня 1941 г. --1942 г. Т. 13 (2-2). М., 1997. С. 37-38..
В послевоенное время «Белорусская катастрофа» 1941 г. стала объектом внимания историков, пытавшихся дать ответы на вопрос: как такое могло произойти? Причем споры разгорелись после распада СССР в результате введения в оборот рассекреченных архивных документов. Это позволило уточнить данные о развертывании вермахта и Красной армии на центральном участке фронта, где 22 июня 1941 г. против 44 дивизий ЗапОВО (678 тыс. человек, 10 296 орудий и минометов, 2189 исправных танков и 1539 боеготовых самолетов) действовало 39 аналогичных соединений ГА «Центр» (первое время без 3-й танковой группы) -- 635 тыс. солдат, 12,5 тыс. орудий, 810 танков и 1677 самолетов С 3-й танковой группой ГА «Центр» насчитывала 50 дивизий. См.: Великая Отечественная война 1941-1945 гг.: в 12 т. Т. 1: Основные события войны. М., 2015. С. 228, 233; «Совершенно секретно! Только для командования!» Стратегия фашистской Германии в войне против СССР: Документы и материалы / сост. В. И. Дашичев. М., 1967. С. 722-723.. Получается, что силы сторон примерно соответствовали друг другу. Тем не менее разгром состоялся. Вот почему даже в XXI в. обсуждаются причины случившегося в начале войны. К примеру, в 2015 г. на страницах журнала «Российская история» увидела свет статья белорусского исследователя доктора исторических наук И. А. Басюка, полагавшего, что во всем виновата линейная тактика.
Вкратце концепцию автора можно изложить следующим образом:
Устаревшая линейная тактика (равномерное расположение войск, построение их в 2-3 линии) не могла противодействовать тактике маневра, требовавшей подвижности и дававшей возможность осуществлять «проникновение в глубину построения противника, нанесение ударов во фланги и тыл в целях его разгрома в кратчайшие сроки».
Несмотря на успехи вермахта, использовавшего в 1939-1940 гг. приемы маневренной войны, советское командование не собиралось учитывать особенности войны на европейском ТВД и не смогло отказаться от схем и догм линейной тактики, уже не отвечавшей времени.
Приверженность военного руководства СССР «глупой и вредной линейной тактике» повлекла за собой просчеты, важнейшим из которых стала попытка держать всю 400-километровую линию границы в полосе ЗапОВО равномерно распределенными по фронту силами.
Такое расположение частей ЗФ привело к тому, что в первый же день на правом фланге против 600 немецких танков не оказалось советских, а на левом фланге бывшая в состоянии неготовности 22-я танковая дивизия Красной армии имела против себя 800 танков противника. В результате случился прорыв фронта благодаря превосходству ГА «Центр» на важнейших направлениях. И уже на шестой день войны передовые части танковых групп соединились под Минском, запечатав в котле три советские армии Басюк И. А. «Руководить войсками на поле боя, отрешившись от глупой и вредной линейной тактики»: основная причина военной катастрофы 1941 г. в Белоруссии // Российская история. 2015. № 1. С. 19-28..
Источник всех бед И. А. Басюк усматривает в неверных решениях наркома обороны С. К. Тимошенко и начальника Генерального штаба Г. К. Жукова, нашедших отражение в подготовленном окружным командованием плане прикрытия границы с польским генерал-губернаторством. Этот документ разрабатывался в штабе ЗапОВО в мае -- июне 1941 г. на основании директивы наркома и начальника Генштаба № 503859/сс/ов, определявшей задачи подчиненных командующему ЗФ Д. Г. Павлову сил в условиях введения в действие планов прикрытия западных приграничных военных округов для сопротивления вражескому нападению. Относительно ее содержания И. А. Басюк замечает, что формулировкой «не допустить вторжения на территорию округа» нарком обороны и Генштаб предписывали вести линейную оборону границ Белорусской ССР.И вместо создания эквивалентных немецким советских группировок требовали разделить всю полосу прикрытия на четыре района, закрепленные за имевшимися в ЗапОВО 3, 4, 10-й и формировавшейся 13-й армиями. Таким образом, предполагалось равномерное распределение окружных частей (одна армия -- один район), что находилось в противоречии с проектом Полевого устава РККА 1939 г. (ПУ-39), гласившего: «Быть всюду одинаково сильным нельзя. Победа достигается решительным превосходством на главном направлении» Там же. С. 24-25..
Вместе с тем подобная трактовка разыгравшейся в 1941 г. драмы ставит на повестку дня новые вопросы. Например: почему неадекватным военным планированием руководство Красной армии нарушало требования уставов и обрекало войска на поражение? Сам автор статьи не комментирует разрыв между положениями директивы и ПУ-39, списав все на игнорирование принципов маневренной войны. Причем адресованные наркому упреки И. А. Басюк стремится обосновать решением С. К. Тимошенко отказаться «в этом году» от проведения «больших маневров... (которыми в прошлые годы увлекались)» и добиться «настоящей подготовки роты, батальона и полка», принятым по итогам учений сентября 1940 г. Правда, он считает нужным сообщить о том, что предусматривавший массирование сил ПУ-39 подлежал утверждению Главным военным советом Красной армии 25 июня 1941 г. Там же. С. 21, 22; Накануне: Западный особый военный округ (конец 1939 г. -- 1941 г.). Документы и материалы / сост. В. И. Адамушко и др. Минск, 2007. С. 198.Председательствовать на нем должен был сам нарком обороны СССР В 1938-1941 гг. Главный военный совет всегда заседал под председательством наркома. Сначала это был К. Е. Ворошилов, затем С. К. Тимошенко. См.: Главный военный совет РККА. 13 марта 1938 г. -- 20 июня 1941 г.: Документы и материалы. М., 2004. С. 13-17, 21-323.. В таком свете тезис И. А. Басюка о непонимании наркомом изложенных в ПУ-39 основ выглядит совсем уж странно.