Материал: Конь Р.М. - Введение в сектоведение - 2008

Часть 4. Православный подход к сектантству

Называя гносис философией пессимизма, проф. В. В. Болотов пишет, что «минорный мотив сказывается в гностических сектах везде и всюду, и в догматике, и в этике в самых разнообразных формах: и в дуализме, и в пантеизме, — с нирваною в перспективе, и в суровом аскетизме, и в оргиях разврата совершенных сынов царства»586.

Наряду с нейтральным использованием термина секта сущест­ вовали исследования, где слово секта используется в качестве синонима ереси, без каких-либо дополнительных признаков, например, в книге прот. И. Арсеньева «Секты Европы от Карла Великого до Реформации»587.

Однако среди богословских трудов того времени, посвященных еретическим движениям эпохи Вселенских Соборов, были исключения. Из работ по ересиологии выделяется написанный в 1890 г. труд Н. Глубоковского «Блаженный Феодорит, епископ Киррский. Его жизнь и литературная деятельность», в котором лжеучения практически всегда именуются словом ересь.

1.2. Понятие «секта» в противосектантской миссии и литературе

С конца 50-х гг. XIX в. в России начался очередной подъем сектантской активности. В ней западными проповедниками быстро стали распространяться штундизм, а с конца 1860-х гг. баптизм, с 1874 г. евангелизм и с 1886 г. адвентизм. Оживилась деятельность сект российского происхождения: хлыстов, скопцов, духоборов и вышедших из них толков. Так, в миссионерской литературе насчитывалось до 14 направлений внутри хлыстовства588. И все это несмотря на увещания миссионеров и полицейские меры против сект.

По данным министра внутренних дел Валуева, приведенных в докладной записке на имя императора от 4 октября 1863 г, указывалось, что официально в России насчитывалось 875 тыс. раскольников и сектантов (их тогда не различали и именовали одним словом — раскол), но ему известно было, что «покойный преосвященный Иннокентий

586Болотов В.  В.. Лекции по истории Древней Церкви. М., 1994. Т. 2. С. 183.

587Арсеньев И.., прот.. Секты Европы от Карла Великого до Реформации. М., 2005.

588См.: Буткевич Т.  И.., прот.., проф. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910. С. 92–203.

256

1. Сектантская тематика в русском богословии до 1917 г.

предполагал настоящую цифру до 11 млн, а по исследованиям цент­ рального статистического комитета министерства внутренних дел, она составляет около 8,5 млн, то есть 1/10 всего наличного населения империи, или 1/6 всего православного населения»589.

По официальной статистике в 1870 г. в России насчитывалось 1,171 млн раскольников и сектантов, а по данным отчета обер-проку- рора за 1893 г. их насчитывалось менее 2 млн чел590.

По переписи 1897 г. в Российской империи было 126 млн населения, из них около 869 тыс. расколо-сектантов (на 145 граждан империи приходился 1 сектант). Но если учесть, что тогда в России проживало 5063098 евреев и не менее 10 млн мусульман591, то получится, что на 127 православных приходился 1 сектант. Это официальная цифра, на самом же деле их было значительно больше. Так, хлысты советовали своим последователям скрывать свою принадлежность к ним, а они по численности опережали остальные секты. По словам известного миссионера прот., проф. Т. И. Буткевича, «нет той губернии, нет того уезда, в которых не было бы хлыстовства в той или другой форме»592. Накануне Поместного Собора 1917–1918 гг., по данным одного из миссионеров, в России насчитывалось около 2 млн старообрядцев и 800 тыс. сектантов593. Секты во второй половине XIX в. были настолько многочисленными, что некоторые русские миссионеры стали высказывать мнение о самобытности российского сектантства, хотя оно и оспаривалось большинством.

После многолетней борьбы с сектами, началось осмысление накопленного опыта борьбы с ним, в том числе и используемого в сектоведении понятийного аппарата. К концу XIX в. миссионеры пришли к осознанию того, что существующие определения сектантства и сам термин секта не вполне адекватно описывали природу религиозных

589В В. Двадцать лет законодательных реформ по расколу (1863–1883) // Христианское Чтение. 1886. №3–4. С. 477.

590См.: Мелиоранский Б.  М.. Сектантство // Христианство. Энциклопедический словарь. М., 1995.

Т.2. С. 53.

591Статистические данные по евреям и мусульманам приводятся по: Фирсов С.  Л.. Миссионерская­ деятельность Русской Церкви от святителя Иннокентия до Собора 1917–1918 годов // Церковный Вестник. М., 1996. №4–3. С. 149.

592Цит. по: Кузнецова Т.  Н.. Опыт противосектантской деятельности РПЦ в конце XIX — начале XX веков // Миссионерское обозрение. 2000. №10–12. С. 22.

593Журнал №12 заседания VI Отдела Предсоборного Совета от 17 июля 1917 г. ГАРФ. Ф. 3431. Оп. 1. Д. 578(6). Л. 338об.

257

Часть 4. Православный подход к сектантству

групп, которые считали, будто бы Православная Церковь заблуждается во многих вопросах, начиная с учения о Боге и завершая совершением обрядов. Кроме того, сектанты вменяли Церкви в вину, будто бы в нравственном отношении она уже не является собранием святых и непорочных верующих, так как в ней много грешников и безнрав­ ственных людей, поэтому она перестала быть Церковью, и, как след­ ствие, отпала от Истины. Сами же сектанты учили, будто бы сумели восстановить Церковь апостольского времени спустя 1000, а то и более 1500 лет после ее отпадения ок. IV в. от истины, и только они и являются Церковью.

Тогда стало расти понимание того, что одно дело, когда к ставшим предметом кабинетного изучения академической науки ересям первых веков применяли слово секта, и другое, когда с подобными движениями приходилось сталкиваться на практике. Создавалось впечатление, что книжные портреты древних еретиков как бы ожили. Гордость, самомнение, но более всего упорство­

вотстаивании своих заблуждений — роднило их с психологией древних ересей.

Все это заставило миссионеров обратить внимание на различия

впонимании природы религиозных групп, предлагавших альтернативный Православной Церкви путь спасения и борьбы с ними при наименовании их новым для русского богословия западным термином секта и восточным святоотеческим термином ересь. Термин ересь имел неоспоримые преимущества перед словом секта в таких важных областях, как полемика по богословским вопросам и пастыр­ ско-миссионерская работа с сектантами. Он прямо указывал на суть заблуждений сектантов и тем самым предопределял методологию миссионерской работы с ними. Задача православного миссионера состояла в том, чтобы, сообразуясь с вероучительными заблуждениями, раскрывать и разъяснять отпавшим от Церкви истины Православной веры. Кроме того, термин ересь вскрывал психологическую природу сектантства, причины его возникновения и открывал возможность для планирования работы по предупреждению зарождения и развития сектантства.

Термин секта был менее конкретен. В его обобщенном варианте отмечалось, что существо сектантства заключается в резком расхождении с Церковью, а выражение резкое расхождение без соответствующих комментариев можно было отнести и к нравственному, и к богословскому расхождению. Обстоятельства сложились так, что акцент

258

1.Сектантская тематика в русском богословии до 1917 г.

впонимании природы сектантства стал смещаться в область их нрав­ ственно-психологической жизни.

Витоге складывалось впечатление, что существо сектант­ ства заключается в не всегда безупречной жизни сектантов, зачастую «двуликой»594, иногда просто уродливой, а их учение порою было весьма странным и представлялось бреднями невежественного ума… Но когда приходское духовенство соприкоснулось с сектантством и вступило с ним в борьбу, то, как признавали сами миссионеры, оно оказалось не готовым к ней. Главным образом потому, что такое представление о сектантстве отразилось на его преподавании в духовных школах. В результате духовенство было недостаточно подготовлено в богословском отношении, не знало учения сект и не знало Писания. Судя по критическим высказываниям миссионеров, не все духовенство имело адекватное понятие о причинах вступления в секту, о цели религиозной жизни сектантов, а она заключалась в «стремлении … и желании непосредственного общения с Богом», но путь к осуществлению данной цели был ложным и тупиковым595. Таким образом, представление о сектах не вполне соответствовало реальной жизни самих сект, что было одной из причин несбывшихся ожиданий от церковной противосектантской миссии.

Среди миссионеров, задавшихся вопросом об эффективности своего служения, стало созревать понимание необходимости выяснить глубинные причины такого состояния противосектантской миссии. Одним из направлений этой работы с конца XIX в. стало исследование понятийного аппарата сектоведения, сопоставления учения сект с ранее бывшими в истории Церкви еретическими движениями и со святоотеческим подходом к ним.

Для обмена опытом и обсуждения актуальных проблем противосектантской деятельности стали проводиться миссионерские съезды. Если первые два съезда были посвящены большей частью вопросам раскола и меньше сектантству, то на третьем съезде сектантская проблематика была преобладающей. Из выступлений миссионеров на третьем съезде следовало, что термин секта употреблялся ими как синоним ереси.

594 См.: Русские сектанты, их учение, культ и способы пропаганды / Под ред. Кальнева М. А. Одесса, 1911. С. 6.

595 См.: Варсонофий (Лузин), иером.. (впоследствии епископ, викарий Казанской епархии). Проблема сектоведения как науки. Казань, 1914. С. 14.

259

Часть 4. Православный подход к сектантству

Так, проф. Казанской духовной академии Н. И. Ивановский на Третьем Всероссийском миссионерском съезде (Казань, 1897 г.), где обсуждалась главным образом сектантская проблематика (деятельность баптистов, адвентистов, хлыстов, скопцов, молокан, малеванцев и др.), говорил о сектах как о ересях596.

Аналогичное словоупотребление встречается в выступлении председателя съезда архим. Антония (Храповицкого), именовавшего сектантство термином ересь. Обращаясь к миссионерам, он напут­ ствовал их следующими словами: «Эту истину (о Православии. — Р К.) унесите в сердцах ваших от нынешнего блестящего собрания

вмрачные притоны ереси и раскола… И чем больше будет восставать на вас ожесточенная злоба и коварное упорство ересеучителей… тем крепче уповайте, что в вас и около вас совершаются муки духовного рождения»597. Наконец, в проекте молитвословия об обращении отпавших от Церкви и заблудших ее чадах, представленном на рассмотрение Святейшего Синода участниками съезда, сектанты названы еретиками в церковно-славянской редакции текста прошения на сугубой ектении: «О еже низложити вся ереси и расколы…»598.

Вконце XIX в. известный миссионер Б. Мелиоранский написал для энциклопедии Брокгауза и Эфрона статью «Сектантство»,

вкоторой секту определял как «организованное сообщество людей, разномыслящих с господствующей Церковью, но согласных друг с другом в религиозном отношении»599. Между сектой и ересью разницу видели в том, что при использовании слова ересь акцент делается на учении, а при употреблении слова секта речь шла о по­ следователях ереси и их количестве. Поэтому можно было сказать:

«Секта ариан учила ….» и «секта ариан состояла из таких-то лиц». Между сектой и вероисповеданием резкой границы не проводили,

596«Одно от нас требуется. О чем бы ни стали говорить, нас должна одушевлять одна мысль, одна цель, — умиротворение Св. Церкви, ересями и расколом обуреваемой». Из речи на открытии Третьего миссионерского съезда в Казани в 1897 г. Цит. по: Макаревский М.  И.., Добромыслов П.  П.. 3-ий Всероссийский миссионерский противораскольнический и противосектантский съезд в городе Казани. 22 июля — 6 августа 1897 года. Рязань, 1898. С. 39.

597Антоний (Храповицкий), архим. Слово перед благодарственным молебствием по окончании III Всероссийского миссионерского съезда // Православный собеседник. 1897. №7. С. 241.

598Макаревский М.  И.., Добромыслов П.  П.. 3-ий Всероссийский миссионерский противораскольнический и противосектантский съезд в городе Казани. 22 июля — 6 августа 1897 года. Рязань, 1898.

С.155.

599Здесь и далее цит. по: Мелиоранский Б.  М.. Сектантство // Христианство. Энциклопедический словарь. М., 1995. Т. 2.

260