Проведенное исследование обнаружило определенные гендерные различия в отношении сформировавшихся у студенческой молодежи культурных ценностей и поведенческих установок. Кроме того, выявлены языковые особенности молодежной аудитории. В силу наблюдаемого дефицита словарного запаса большинство испытуемых при ответах на вопросы модератора ограничились междометными высказываниями типа «Да уж!» и односложными восклицаниями «Интересно!» , а также жаргонного характера -- «Круть!». В более распространенных ответах наблюдается также наличие жаргонной лексики, например, «поприкалы- ваться». Следует отметить, что в ходе спонтанной речи молодежь не считает нужным соблюдать нормы литературного языка, такой вывод сделан также и в ходе анализа данных предыдущих исследований, когда респондентам предлагалось написать эссе и выразить свое отношение к той или иной проблеме, затронутой в текстах СМИ. Тенденция упрощения устной формы речи связана, по мнению многих лингвистов, с развитием интернет-пространства, где функционирует так называемая устно-письменная форма речи, где важно содержание, а не форма выражения этого содержания, которое чаще всего сопровождает невербалика.
Стоит отметить, что активность в общении в целом и в деловом общении, в частности, и юношей, и девушек различная, что также наблюдалось в ходе проведения фокус-группового исследования. Действительно, «основа различий в поведении женщин и мужчин состоит в базисных ориентирах общения девочек и мальчиков. Общаясь между собой, девочки учатся создавать и поддерживать отношения близости и равенства, критиковать других в приемлемой форме, аккуратно интерпретировать речь других девочек. Мальчики же учатся в общении утверждать позицию доминирования, привлекать к себе и поддерживать внимание аудитории, заявлять о себе, когда слово принадлежит другим» [19]. Действительно, юноши в своих ответах были более кратки и категоричны, четко выражали свою позицию односложными высказываниями. Напротив, обращает на себя внимание высокий уровень эмоциональности девушек, в связи с чем, на вопросы, заведомо содержащие экспрессивный компонент, они отвечали со свойственной им эмоциональностью; ответы ранее ответивших девушек нередко вызывали критику, однако в допустимых деловым общением речевых рамках. Следует отметить, что к подобному выводу (оценке эмоциональности девушек как высокой) пришла группа ученых в ходе проведенного исследования личностных и мотивационных особенностей студентов медицинского вуза [20]. Причем в каждой группе испытуемых большую речевую активность проявляли также девушки (если учитывать в процентном соотношении; численное же превосходство в любом случае в каждой группе была на стороне девушек).
Можно констатировать, что у девушек доминантны такие культурные ценности, как желание помочь ближним (родственникам, детям, больным). Обеспеченно жить -- это хорошо, но для девушек более характерен подход: «Не все измеряется деньгами». Напротив, юноши в большинстве своем склонны к тому, что владение деньгами способно сделать человека не только финансово независимым, но и обеспечить человека желаемыми благами (были ответы типа «Были бы деньги, и здоровье можно купить»). Для юношей сам информационный повод, сценарий поведения в большей степени представляет интерес, некоторыми воспринят как руководство к действию. Девушки, напротив, эмоционально осуждали героев публикации и им подобных представителей «золотой» молодежи столицы, в их высказываниях было больше оценочных слов.
В ходе проведенного фокус-группового исследования было установлено, что для студенческой молодежи в качестве приоритетных жизненных ориентиров можно выделить получение образования, трудоустройство, организация собственного бизнеса (были высказаны идеи об организации бизнеса в сфере своих профессиональных интересов: открытие типографии, издательства, журнала).
Для сравнения приведем официальные данные, которые были обнародованы в 2016 г. в преддверии Дня молодежи со ссылкой на ВЦИОМ, Росстат, Институт демографии ВШЭ. Так, согласно этим данным, в стране проживает около 33 миллионов человек от 14 до 30 лет. При этом на 1000 юношей в возрасте 20--24 лет приходится 959 девушек. По результатам экспериментальных замеров (статистика, опросы, анкетирование), проводимых на территории Российской Федерации, 81% студентов считает упорство в получении знаний необходимым условием для получения хорошего образования; 79% выпускников вузов ожидают зарплаты на первом месте работы от 35 тысяч рублей в месяц. Российская молодежь в качестве первого места работы рассматривает, прежде всего, сферу торговли и ресторанный бизнес. Среди молодых россиян больше всего выпускников экономических и юридических факультетов. Свыше 45% молодых людей не задерживаются на одной работе больше одного года; 60% молодежи хотели бы открыть свое дело [21]. Очевидно, что студенческой молодежи не чужды такие чувства, как доброта, сострадание, милосердие. Она, по сути, осознает свою ответственность за незащищенные слои населения, за тех, кто нуждается в помощи.
Результаты опроса «Влияние СМИ на молодежь», проведенного О.Ю. Петровской, свидетельствуют о предпочтении всех групп молодежи электронным СМИ. Показательно, что «в среднем треть всех опрошенных отметила, что сцены насилия вызывают у них противоречивые чувства (отчасти привлекают, отчасти нет). Если к неопределившимся добавить почти 7% тех, кто затруднился ответить на этот вопрос, то группа молодежи со смутными чувствами по отношению к сценам насилия будет составлять 36%. Среди чувств, которые испытывают опрошенные во время просмотра сцен насилия, на втором месте по частоте после негативного отношения стоит ответ «все равно». Для 8,5% респондентов это нормально, интересно. Чувство сострадания испытывают только 5,6% опрошенных» [10. С. 75].
Что касается поведенческих приоритетов, можно отметить: студенты решительны и категоричны в своих ответах и намерениях. Многие считают, что именно жесткие штрафные санкции и наказания способны переломить ситуацию со вседозволенностью обеспеченных молодых людей. Кроме того, показателен тот факт, что, имея возможность не отвечать на поставленные вопросы, студенческая молодежь, задействованная в фокус-групповом исследовании, в большинстве сформированных групп отвечала на все вопросы модераторов.
Проведенное исследование позволило выявить и особенности речевого поведения молодежи, в том числе в зависимости от гендерных особенностей испытуемых.
Как отмечает Е.К. Боброва, «частым стало такое явление, как незнание или неточное знание значения слова (явление агнонимии). И даже устойчивые сочетания слов -- фразеологизмы, безошибочно воспроизводимые ранее представителями различных общественных групп, далеко не всегда правильно применяются и интерпретируются современной молодежью. Это объясняется отсутствием языковой и культурологической компетенции. Многие исследователи современной языковой ситуации говорят о тенденции примитивизации языкового сознания молодежи, обусловленной общественными процессами» [22. С. 12].
Так, установлено, что юноши более немногословны, чем девушки, часто свое отношение выражают путем использования междометных образований («да уж!», «ничего себе», «вот это да!», «ого!» и т.п.). Часто молодежь использует сленговые слова и выражения («поприкалываться», «прикольнуться», «бабло», «бабки», «отморозки» и т.п.). Причем не установлена зависимость частоты использования данных слов и выражений от пола испытуемого. Очевидно, что молодежь не знает «более русских» аналогов употребляемым словам. Вместо слов «удивительно», «неожиданно», обозначающих недоумение или удивление сложившейся ситуацией, чаще всего употребляется слово «круть», «жесть» и т.п.
Заключение
Как справедливо отмечает Буряковская В.А., «производители массмедийной продукции отвечают на информационные, гедонистические и рекреативные потребности аудитории... Однако исключать суггестивного воздействия СМИ на индивида не стоит. Степень этого воздействия индивидуальна и зависит от многих факторов, лежащих в области психологии, образования, воспитания, индивидуальных особенностей личности» [23].
На основании полученных в ходе проведенного исследования в определенной степени можно прогнозировать ситуацию -- направление дальнейшего формирования культурных ценностей и поведенческих установок молодежной аудитории -- в ситуации дальнейшего систематического потребления контента конвергентных масс-медиа аудиторией. Так, очевидно, что стремления студенческой молодежи к дальнейшему образованию, трудоустройству, финансовой независимости останутся стабильно высокими, поскольку эта тенденция в 2010-х гг. подтверждается данными, полученными в ходе других исследований. Однако чувства доброты, милосердия, сострадания также характерны для юношей и девушек. Они осознают свою ответственность за незащищенные слои населения и имеют стремление помочь им. С другой стороны, если говорить о формировании речевой культуры и коммуникативного поведения молодежи, то тенденция стремления к примитивизму, когда содержание важнее формы, когда «.общение сводится к примитивным формам, укладывается в стандартный на все случаи жизни набор фраз, то нарушается культурная преемственность поколений, исчезает живая основа ярких мыслей и чувств и способность к сопереживанию» [24. С. 120].
Все это говорит о важной миссии, которая возложена на конвергентные средства массовой информации -- формирование культурных ценностей и поведенческих приоритетов современной молодежи, которая на сегодня, являясь одной из наиболее активных категорий граждан России, переживает период становления гражданской позиции, способна стать активной участницей социальных, экономических, политических процессов, происходящих в стране.
Список литературы
1. Исследование World Wide Web Foundation: Рейтинг развития Интернета в странах мира в 2014 году URL: http://gtmarket.ru/news/2015/02/05/7084 (дата обращения: 25.08.2015).
2. Беллина Е.В. О развитии понятия «культура чтения» в русской культуре и науке // Человек и образование. 2014. № 3(40). С. 61--65.
3. Клушина Н.И. Публицистический текст в прагматическом аспекте // Язык массовой и межличностной коммуникации. М.: Медиа-Мир, 2007. С. 75--106.
4. Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. М.: ЭКСМО-Пресс, 2002. 832 с.
5. Романова Т.В. Языковое сознание молодого россиянина // Мир русского слова. 2009. № 2. С. 60--67.
6. Бутакова Л.О., Миронова Н.Ю. Автор -- текст -- реципиент: тексты СМИ в аспекте рецепции авторами // Филология и человек. 2008. № 1. С. 19--29.
7. Луканина М.В. Текст средств массовой информации и конвергенция // Политическая лингвистика. Вып. 20. Екатеринбург, 2006. С. 205--214.
8. Вартанова Е.Л. Новые медиа как культурное пространство современного общества // Меди@льманах. 2015. № 4. С. 8--10.
9. Гуськова С.В. Влияние конвергентных средств массовой информации на молодежную аудитории // Вестник Тамбовского университета. 2013. Вып. 9 (125). С. 249--254.
10. Петровская О.Ю. Влияние СМИ на молодежь // Вестник МГОУ. Серия «Экономика и право». 2012. № 1 (7). С. 71--77.
11. Собкин В.С., Феофанова Т.А. Телевидение в жизни современных подростков // Социология образования. Труды по социологии образования. Серия «Социокультурные проблемы в жизни современного образования / под ред. В.С. Собкина. М., 2011. С. 237--256.
12. Привалова И.В., Купцова Н.В. Электронная коммуникация молодежи: монография. Саратов: Изд-во Саратовского гос. мед. ун-та, 2016. 139 с.
13. Левина В.Н. Актуализация пейзажной единицы в информационном поле газетного текста // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2011. № 7. С. 83--86.
14. Андреева Г.М. Социальная психология. М.: Аспект Пресс, 1997. 384 с.
15. Кононенко Б.И. Большой толковый словарь по культурологии, 2003. URL: http://dic. academic.ru/dic.nsf/enc_culture/1796 (дата обращения: 10.07.2016).
16. Адамович О. Развлечения золотой молодежи Москвы: заложница в «Бентли», дворники на «Феррари» // Комсомольская правда. 2016. 19 апреля. URL: http://www.kp.ru/ daily/26518/3535107/ (дата обращения: 22.04.2016).
17. Буряковская В.А. Аксиологические векторы массовой культуры // Вестник КемГУ. 2014. №1(57). С. 123--125.
18. Guskova S.V. Header complex in Russian newspapers: functions and types // Russian linguistic Bulletin. 2016. № 2 (6). P. 31--32.
19. Грошев И.В. Особенности речевого поведения мужчин и женщин // Вопросы психологии. 2013. № 2. С. 80--93.
20. Власенко Н.Ю., Гефеле О.Ф., Филиппченкова С.И. Гендерное исследование личностных и мотивационных особенностей студентов медицинского вуза // Перспективы науки. 2010. № 5 (07). С. 32--35.
21. Молодежь России: цифры и факты // Современный учительский портал. URL: http:// easyen.ru/news/molodezh_rossii_cifry_i_fakty/2016-07-06-951 (дата обращения: 10.12.2016).
22. Боброва Е.К. Роль средств массовой информации в развитии речевой культуры молодежи // Вестник МГОУ. Серия «Русская филология». 2011. № 1. С. 11--14.
23. Буряковская В.А. Рефлексия аудитории на тему СМИ // Современные проблемы науки и образования. 2014. № 5. URL: https://science-education.ru/ru/article/view7idM5033 (дата обращения: 17.02.2017).
24. Немыка А.А., Пешков А.А. Современная молодежная среда: специфика речевой коммуникации // Вестник РУДН. Серия «Русский и иностранные языки и методика их преподавания». 2012. № 4. С.118--122.
References
1. Issledovanie World Wide Web Foundation: Reiting razvitiya Interneta v stranakh mira v 2014 godu. URL: http://gtmarket.ru/news/2015/02/05/7084 (data obrashcheniya: 25.08.2015) (in Russ).
2. Belina E.V. O razvitii ponyatiya «kul'tura chteniya» v russkoi kul'ture i nauke // Chelovek i obrazovanie. 2014. № 3(40). S. 61--65(in Russ).
3. Klushina N.I. Publitsisticheskii tekst v pragmaticheskom aspekte // Yazyk massovoi i mezhlichnostnoi kommunikatsii. M.: Media-Mir, 2007. S. 75--106 (in Russ).
4. Kara-Murza S.G. Manipulyatsiya soznaniem. M.: EKSMO-Press, 2002. 832 s (in Russ).
5. Romanova T.V. Yazykovoe soznanie molodogo rossiyanina // Mir russkogo slova. 2009. № 2. S. 60--67 (in Russ).
6. Butakova L.O., Mironova N.Yu. Avtor -- tekst -- retsipient: teksty SMI v aspekte retseptsii avtorami // Filologiya i chelovek. 2008. № 1. S. 19--29 (in Russ).
7. Lukanina M.V. Tekst sredstv massovoi informatsii i konvergentsiya // Politicheskaya lingvistika. Vyp. 20. Ekaterinburg, 2006. S. 205--214 (in Russ).
8. Vartanova E.L. Novye media kak kul'turnoe prostranstvo sovremennogo obshchestva // Medi@ lmanakh. 2015. № 4. S. 8--10 (in Russ).
9. Guskova S.V. Vliyanie konvergentnykh sredstv massovoi informatsii na molodezhnuyu auditorii // Vestnik Tambovskogo universiteta. 2013. Vyp. 9 (125). S. 249--254 (in Russ).
10. Petrovskaya O.Yu. Vliyanie SMI na molodezh // Vestnik MGOU. Seriya «Ekonomika i pravo». № 1 (7). S. 71--77 (in Russ).
11. Sobkin V.S., Feofanova T.A. Televidenie v zhizni sovremennykh podrostkov // Sotsiologiya obrazovaniya. Trudy po sotsiologii obrazovaniya. Seriya «Sotsiokul'turnye problemy v zhizni sovremennogo obrazovaniya / Pod red. VS. Sobkina. M., 2011. S. 237--256 (in Russ).
12. Privalova I.V., Kuptsova N.V. Elektronnaya kommunikatsiya molodezhi: monografiya. Saratov: Izd-vo Saratovskogo gos. med. un-ta, 2016. 139 s. (in Russ).
13. Levina V.N. Aktualizatsiya peizazhnoi edinitsy v informatsionnom pole gazetnogo teksta // Izvestiya Volgogradskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. 2011. № 7. S. 83--86. (in Russ).
14. Andreeva G.M. Sotsial'naya psikhologiya. M.: Aspekt Press, 1997. 384 s. (in Russ).
15. Kononenko B.I. Bol'shoi tolkovyi slovar' po kul'turologii, 2003. URL: http://dic.academic.ru/ dic.nsf/enc_culture/1796 (data obrashcheniya: 10.07.2016). (in Russ).
16. Adamovich O. Razvlecheniya zolotoi molodezhi Moskvy: zalozhnitsa v «Bentli», dvorniki na «Ferrari» // Komsomol'skaya pravda. 2016. 19 aprelya. URL: http://www.kp.ru/ daily/26518/3535107/ (data obrashcheniya: 22.04.2016). (in Russ).