В 2018 г. состоялось открытие Российско-германского года научно-образовательных партнерств 2018-2020 гг. (далее - Перекрестный год), символизировавшего собой новый этап в развитии российско-германских отношений. Прогнозируется, что научные бизнес-партнерства, реализуемые в рамках Перекрестного года, значительно стимулируют академическую мобильность научных исследователей, повысят качество транслирования научных результатов в реальный сектор экономики и инновационное предпринимательство. По результатам Перекрестного года в академической среде декларировано более 200 партнерств, в том числе:
- Международный институт трансфера инноваций (МИТИ) и Московский финансово-юридический университет МФЮА с немецкой организацией EWB. Цель проекта - обмен опытом в области высоких технологий и инноваций, нивелирование коммуникационных барьеров в процессе взаимодействия российских и немецких вузов и предприятий, увеличение экспорта образовательных услуг;
- Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого и Ганноверский университет имени Лейбница - совместные конференции, магистерские программы, семинары, исследовательские проекты, обмен студентами, преподавателями, научными деятелями;
- Центр изучения Германии и Европы (ЦИГЕ), функционирующий на базе Санкт-Петербургского государственного университета в России и Университета Билефельда в Германии. Основополагающая задача Центра - способствовать популяризации высококачественного образования, расширению контактов и интенсификации научно-образовательного взаимодействия молодых ученых;
- Германский дом науки и инноваций (DWIH) и Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова - сотрудничество в сфере искусственного интеллекта;
- Российско-германский Форум вузовской науки, посвященный вопросам поддержки международного научно-технического сотрудничества, дальнейшей имплементации Дорожной карты [Петров, Комаров 2020].
Расширению академического взаимодействия России и Германии в рамках Болонского процесса препятствуют проблемы нормативно-правового характера, недостаточность законодательной базы. В первую очередь, в отличие от Германии, где четверть студентов пользуется возможностью обучения и стажировки за рубежом, в России отсутствуют правовые условия для активной академической мобильности студентов и академического персонала по следующим причинам: 1) высокие требования для получения студенческой визы (как для российских, так и немецких студентов); 2) ограниченный объем программ образовательных обменов для студентов и преподавателей; 3) недостаток финансирования образовательных поездок (конференции, стажировки) за границу; 4) некорректная трактовка и оценка российской квалификации «специалист» в странах Европейского пространства высшего образования (далее - ЕПВО). Соответственно для роста академической мобильности как стратегического направления реализации Болонского процесса, целесообразным представляется:
1. Упрощение визового обеспечения для российских и немецких студентов. В 2019 г. возможность объявления безвизового режима для молодых россиян в возрасте до 25 лет обсуждалась в рамках германско-российского форума «Петербургский диалог». Основным тормозящим фактором для подписания соответствующего Соглашения служит усиливающееся санкционное давление и серьезные политические пертурбации.
2. Утверждение Проекта Постановления Правительства Российской Федерации «О проведении в 2018-2021 гг. эксперимента по апробации механизма финансового обеспечения академической мобильности обучающихся в процессе освоения образовательных программ высшего образования» с внесением следующих коррективов в п. 22 ч. 3. Постановления: «Оплата расходов обучающихся производится посредством смешанного механизмы финансирования: за счет ассигнований и грантов, выданных государством; бюджетных средств вузов и научных организаций; внебюджетных средств вузов и научных организаций; средств принимающей стороны, в том числе грантов международных организаций и частных фондов; личных средств участников программ академической мобильности».
Рост академической и творческой мобильности студентов/ преподавателей обусловлен главным образом уровнем финансовой поддержки государства, количеством выданных ссуд и грантов. Для сравнения, в 2018 г. Германия на реализацию академической мобильности выделила 4 млн евро, а Россия 3,5 млн рублей (при этом превалирующая часть этой суммы поступила в бюджет из частного бизнеса). В тот же период немецкая сторона брала на себя все расходы, связанные с поездкой, а российская сторона оплачивала лишь билеты до места назначения и обратно. Также зачастую именно Германия занималась организацией мероприятий и досуга для участников обмена.
В настоящий период законодательные основы организации и финансирования академической мобильности в Российской Федерации фактически отсутствуют. Правовой режим финансирования академической мобильности формирует лишь норма, содержащаяся в п. 4 ст. 28 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», в соответствии с которой «высшие учебные заведения самостоятельно определяют направления использования средств, полученных ими из соответствующего бюджета и иных источников, не запрещенных законодательством Российской Федерации, если порядком предоставления средств не установлено иное». Дефицит финансовых ресурсов не позволяет российским вузам покрыть расходы участников проектов академической мобильности, что служит серьезным тормозом развития академического взаимодействия с Германией и другими странами Болонского процесса.
Целесообразным представляется нормативно-правовое регулирование академической мобильности одновременно на нескольких уровнях: межвузовском, государственном, вузовском, вневузовском. Опираясь на ст. 3 Соглашения о сотрудничестве государств - членов Евразийского экономического сообщества в области образования, предусматривающего автономное регулирование финансовых условий академических обменов, необходимо составление и подписание ежегодных двусторонних договоров о невзимании со студентов платы за обучение. Поскольку академические обмены между Россией и Германией осуществляются на паритетной основе, данное предложение представляется логичным.
На государственном уровне требуется создание правовой основы целевого финансирования среднесрочных программ развития научно-образовательных структур, обеспечивающих развитие академических исследований, материальной базы, академическую мобильность ученых и преподавателей в виде институциональных грантов. Необходима разработка солидной локальной нормативной базы - в отечественных вузах должна быть установлена четкая форма поддержки студентов, участвующих в программах академической мобильности. Например, предлагаем интегрировать опыт Томского государственного университета, где в качестве основной формы финансового обеспечения академической мобильности выступает выплата ежемесячной стипендии «Академическая мобильность», назначаемая на основании решения конкурсной комиссии и устанавливаемая на весь период обучения за рубежом. Наконец, на вневузовском уровне повышение академического взаимодействия России и Германии позволит установить в законодательстве РФ льготы и преференции для предприятий, обеспечивающих финансовую поддержку развития академической мобильности. Сегодня гранты для обучения за рубежом предоставляются Фондом Михаила Прохорова, Германской службой академических обменов, Фондом Евразия, Фондом Форда. Однако финансовых вливаний данных грандодателей категорически не хватает.
Признание российской квалификации «специалист» как квалификации «магистр». В настоящий период квалификация «специалист» в странах ЕПВО эквивалентна квалификации «бакалавр» продвинутого уровня и расценивается как разновидность квалификаций первого цикла высшего образования Болонского процесса. Данное обстоятельство препятствуют продолжению обучения российских выпускников специалитета в докторантуре за рубежом. Безусловно, программы специалитета сегодня не являются доминирующими в России, однако они обладают колоссальной значимостью для отечественного рынка труда и в среднесрочной перспективе с образовательного ландшафта не исчезнут (22 российских университета из рейтинга The Times Higher Education World University Rankings занимаются успешной реализацией программы специалитета). Российская квалификация «специалист» в международном измерении должна оцениваться в качестве равнозначной квалификации второго цикла высшего образования, что аргументируется ее соответствием критериям седьмого уровня Международной системы классификации образования, а также превосходством объема учебной работы в сравнении с программой бакалавриата. В Германии существуют квалификации с непрерывными программами, которые существенно коррелируются по характеристикам с российским специалитетом, что предоставляет возможность для подготовки и подписания двусторонних соглашений о признании диплома специалиста на уровне диплома магистра [Лукичев, Скоробогатова 2016, с. 11].
Резюмируя вышеизложенное, необходимо констатировать, что Болонский процесс не решил фундаментальных проблем российской образовательной системы (низкое качество образования, инертность, консервативность), однако явился ярким примером конвергенции норм и правил между Россией и Европой в отдельно взятой сфере. Стратегическим партнером нашей страны в рамках Болонского процесса стала Германия - страна, гармонично синтезировавшая собственные образовательные традиции и прогрессивные положения Болонской декларации.
Значимость академического взаимодействия России и Германии для эффективной модернизации отечественной системы образования детерминирует необходимость в совершенствовании соответствующей законодательной базы. Упрощение визового обеспечения для российских и немецких студентов, создание правовой основы финансового обеспечения академической мобильности, признание российской квалификации «специалист» как квалификации «магистр», увеличение объема программ образовательных обменов для студентов и преподавателей способствуют расширению многолетнего сотрудничества между Германией и Россией, повышению экспорта образовательных услуг, росту международной конкурентоспособности российских университетов и национальных систем высшего образования, реализации болонских инициатив.
Литература
1. Горылев 2009 - Горылев А.И. Нормативно-правовое регулирование участия российских вузов в Болонском процессе // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2009. № 6 (1). С. 37-44.
2. Кадникова, Мусаткина 2019 - Кадникова О.В., Мусаткина А.В. Российско-германское сотрудничество в сфере высшего образования // Россия и Монголия: опыт и перспективы международной интеграции в образовании и науке. Чебоксары: Среда, 2019. С. 89-92.
3. Корякин, Макаренкова 2017 - Корякин К.В., Макаренкова Е.М. Проблемы реализации Болонского процесса в контексте российской системы высшего образования // Ученые записки Забайкальского государственного университета. Серия: Профессиональное образование, теория и методика обучения. 2017. № 6. С. 167-173.
4. Лукичев, Скоробогатова 2016 - Лукичев Г.А., Скоробогатова В.И. Российская квалификация «специалист» в измерениях европейского пространства высшего образования // Практика признания, сближающая континенты: Сборник тезисов международной конференции. М.: РУДН, 2016. С. 10-15.
5. Петров, Комаров 2020 - Петров В.Л., Комаров В.С. Научно-образовательные партнерства России и Германии. Итоги 2019 года // Горные науки и технологии. 2020. № 4. С. 318-325.
References
1. Gorylev, A.I. (2009), “Legal regulation for the participation of the Russian higher education institutions in the Bologna process”, Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo, no. 6 (1), pp. 37-44.
2. Kadnikova, O.V. and Musatkina, A.V. (2019), “Russian-German cooperation in the sphere of higher education”, Rossiya i Mongoliya: opyt iperspectivy mezhdunarodnoi integratsii v obrazovanii i nauke [Russia and Mongolia. Experience and Prospects of International Integration in Education and Science.], Sreda, Cheboksary, Russia, pp. 89-92.
3. Koryakin, K.V. and Makarenkova, E.M. (2017), “Issues of implementing the Bologna process in the context of the Russian system of higher education”, Uchenye zapiski Zabaikal'skogo gosudarstvennogo universiteta. Senya: Professionalnoe obrazovanie, teoriya i metodika obucheniya, no. 6, pp. 167-173.
4. Lukichev, G.A. and Skorobogatova, V.I. (2016), “Russian `specialist' qualification in measurements of European area of higher education”, Praktikapriznaniya, sblizhay- uschaya kontinenti: Sbornik tezisov mezhdunarodnoi konferencii [The Recognition Practice Bringing Continents Together], A Collection of Abstracts of the International Conference, RUDN, Moscow, Russia, pp. 10-15.
5. Petrov, V.L. and Komarov, V.S. (2020), “Scientific and educational partnerships of Russia and Germany. Results of the year 2019”, Gorniye nauki i technologii, no. 4, pp. 318-325.