Роль медиамногозадачности в повседневности. Большинство подростков с разной частотой используют формат ММЗ в своей повседневной деятельности. В целом по выборке подавляющее большинство подростков как в будние, так и в выходные дни хотя бы один раз за день действовали в данном формате. При этом подростки дают довольно высокую оценку своей эффективности - более двух третей подростков как в будни, так и выходные считают, что успешно совмещают выполнение нескольких дел. Важно, однако, отметить, что данные экспериментальных исследований многозадачности показывают, что субъективная оценка эффективности такого режима подростками оказывается достаточно завышенной по сравнению с объективной оценкой продуктивности деятельности (скорость и правильность выполнения задач) (Солдатова и др., 2020).
Полученные результаты показывают, что многозадачники дают высокие оценки своему настроению, что выступает для нас в качестве одного из индикаторов психологического благополучия. Причем чем выше уровень многозадачности, например по вечерам в будни, тем лучше настроение. Это может быть связано с тем, что многозадачники получают удовольствие от смены деятельностей, отчего меньше скучают и устают в течение дня (Carrier, Rosen, Cheever, Lim, 2015). Это согласуется также с результатами кросс-культурного исследования, в котором было установлено, что более трети из 13 тыс. респондентов из разных стран мира переключаются на коммуникативную или развлекательную деятельность, когда им становится скучно (MarketingCharts.com, 2013).
По сравнению с пиком многозадачной активности в будни, когда подростки совмещают учебу с поиском дополнительной информации и другой познавательной деятельностью, в выходные наблюдается спад многозадачной активности, за исключением вечерних часов. Такая тенденция, с одной стороны, может быть объяснена отсутствием необходимости работать в формате многозадачности в выходные в связи с отсутствием такой перегрузки, как в будни. С другой стороны, высокие показатели многозадачности в будни могут быть следствием интенсивной нагрузки и стремления переключиться на более эмоционально привлекательную деятельность во время учебы, например на общение или просмотр ленты в социальных сетях (другая часть подростков интенсивно совмещает учебную деятельность с коммуникативной или развлекательной). Так, в исследовании студентов университета Г онконга было показано, что для молодых людей ММЗ с использованием смартфона с целью коммуникации во время учебы - обычное явление (Deng, Ku, Kong, 2019). В выходные же совмещаемые онлайн-активности изменяются в сторону рекреационно-развлекательной и коммуникативной деятельности, и необходимость поиска такой эмоциональной разгрузки от когнитивного напряжения, связанного с учебной, отпадает.
Сравнение особенностей медиамногозадачности во время самоизоляции и после нее. В период самоизоляции, в 2020 г., число подростков, предпочитающих формат ММЗ, было значительно выше, чем в 2021 г. Такой результат обусловлен переходом обучения в онлайн-формат и сокращением контактов в офлайне. Полученные данные согласуются с результатами итальянского исследования ММЗ при онлайн-обучении: было обнаружено, что более 95% подростков пользовались другими устройствами или просматривали веб-страницы во время дистанционных занятий (Ferraro, Ambra, Aruta, Iavarone, 2020). Снижение доли медиамногозадач- ников также может объясняться возвращением коммуникации из онлайна в офлайн после периода самоизоляции, так как при анализе совмещения офлайн- и онлайн-активностей значительную долю среди офлайн-активностей составило общение «вживую».
Многозадачность в повседневной деятельности. На основании анализа данных 2021 г. характер совмещения онлайн- и офлайн-активностей схож с совмещением онлайн-активностей: в будние дни по утрам учеба совмещается либо с коммуникативной, либо с поисково-познавательной деятельностью. Также до учебы подростки занимаются бытовыми делами, сочетая их выполнение с просмотром ленты в социальных сетях, просмотром новостей, общением или учебой онлайн. В вечернее же время подростки совмещают выполнение бытовых дел с коммуникативной, развлекательной или поисково-познавательной деятельностью онлайн. Также по вечерам буднего дня они заняты учебой или общением офлайн, параллельно общаясь онлайн, просматривая ленты в социальных сетях или развлекательный контент.
По выходным преобладает рекреационно-развлекательная и коммуникативная деятельность как офлайн, так и онлайн. Подростки часто проводят время на свежем воздухе или занимаются физическими упражнениями, интенсивно общаются офлайн, а также занимаются бытовыми делами. Данные активности совмещаются с общением онлайн, развлечениями, просмотром фильмов, сериалов или развлекательных видео, просмотром ленты в социальных сетях, играми и занятием творчеством на цифровых устройствах. Таким образом, офлайн-активность подростков весьма разнообразна и насыщенна, в связи с чем можно сделать вывод, что в повседневной жизни подростка цифровое устройство, хоть и используется довольно интенсивно, скорее дополняет, чем заменяет или вытесняет реальную жизнь.
В целом можно сказать, что коммуникация, как онлайн, так и офлайн, занимает значимое место в повседневной жизни подростков - на протяжении всего дня она присутствует как фоновая активность (и в будни, и в выходные). Даже офлайн-общение подростки дополняют онлайн-общением. Такие результаты показывают, что подростки расширяют репертуар своих возможностей для осуществления одной из ведущих форм деятельности, характерной для этого возраста, - коммуникативной.
Выводы
Анализ полученных результатов позволяет выделить несколько тенденций, определяющих роль гиперподключенности и переживания смешанной реальности, а также место формата многозадачности в повседневной жизни подростков.
1. Высокая пользовательская активность и гиперподключенность становятся одной из ключевых характеристик, определяющих повседневность подростков. Гиперподключенность - это феномен, понимание которого не должно ограничиваться количеством часов, проведенных за гаджетами.
Это одно из ключевых измерений цифровой социализации, которое отражает также качественные изменения, определяемые возникновением особых отношений между подростками и их персонализированными цифровыми устройствами. Смартфон становится главным инструментом, расширяющим возможности ребенка и позволяющим ему осуществлять самые различные виды деятельности, которые были недоступны его сверстникам пару десятков лет назад. Неслучайно смартфоны практически круглые сутки находятся в зоне ближайшего доступа, превращаясь в неотъемлемых спутников детей, в часть их личности, в высокофункциональную технологическую достройку, которой современные дети учатся самостоятельно управлять. Рост пользовательской активности и специфика практик использования цифровых устройств отражают давно идущий процесс размывания границ между онлайн- и офлайн-мирами и активное освоение детьми смешанной реальности. Полученные нами эмпирические факты наличия многочисленных и краткосрочных сеансов практически в каждый временной интервал и существенная недооценка подростками количества часов, которые они проводят в сети, на наш взгляд, - одно из доказательств того, что реальность все чаще начинает ими переживаться как смешанная, а не разделенная на реальный и виртуальный миры.
2. Необходимость осуществления деятельности в смешанной реальности в условиях все ускоряющегося темпа жизни провоцирует распространение многозадачного формата, характерного для большинства подростков. Подростки совмещают не только различные онлайн-активности, но даже чаще - офлайн- и онлайн-деятельность. Неслучайно предпочтение такого формата связано с гиперподключенностью. В дополнение к ней многозадачность - еще один атрибут жителя смешанной реальности. Несмотря на спорность продуктивности многозадачности, субъективно подростки высоко оценивают свою эффективность в таком формате. По-видимому, многозадачность также позволяет обеспечивать сохранение внутренних ресурсов, что отражается в более высоких показателях хорошего настроения в конце дня у многозадачников по сравнению с подростками, действующими в линейном однозадачном режиме.
3. Динамика снижения использования многозадачного формата от будних к выходным дням может свидетельствовать о том, что предпочтение многозадачной стратегии определяется в большей степени необходимостью решения разнообразных задач при ограниченных временных ресурсах, а не исключительно активностью, связанной с использованием цифровых устройств или сложностями удержания внимания. Так, многозадачность становится инструментом адаптации к сложности и разнообразию современного мира. При этом цифровая активность не вытесняет привычные социальные практики, характерные для данного возраста, а дополняет и, вероятно, усиливает возможности удовлетворения потребностей подростков, в первую очередь в коммуникации и познавательной деятельности.
4. Один из пиков многозадачности приходится именно на учебное время, когда обучающий процесс дополняется как поисково-познавательной онлайн-активностью, так и общением в социальных сетях и мессенджерах. В условиях самоизоляции, возможно, такое поведение связано с необходимостью компенсации отсутствия привычных социальных контактов в стенах школы, что является важной составляющей социализации подростка. С одной стороны, такой формат может носить отвлекающий характер, с другой - позитивный опыт взаимодействия может повышать психологическое благополучие подростков и, возможно, приводить к росту самоэффективности. Учитывая достаточно хорошие показатели академической успеваемости большинства опрошенных подростков, многозадачный режим может рассматриваться если не как успешный, то по крайней мере не критичный для их продуктивности. Тем не менее остается открытым вопрос об уровне осознанности использования многозадачного формата подростками в контексте метакогнитивных функций, развитие которых могло бы повысить эффективность управления этим инструментом адаптации к повседневности в смешанной реальности. В контексте распространенности многозадачного формата среди подростков, его интенсификации в условиях дистанционных форм взаимодействия, с которыми нам, возможно, еще придется так или иначе сталкиваться и в процессе обучения, а также противоречивых данных о его эффектах такая линия дальнейших исследований представляется перспективной.
подростки пользовательская активность цифровые устройства
Литература
Балашова, Е.Ю., Микеладзе, Л.И. (2013). Возрастные различия в восприятии и переживании времени. Психологические исследования : электронный научный журнал, 6(30), 9. URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 03.09.2021).
Выготский, Л.С. (1966). Игра и ее роль в психическом развитии ребенка. Вопросы психологии, 6, 62-76.
Королева, Д. О. (2016). Исследование повседневности современных подростков: присутствие в социальных сетях как неотъемлемая составляющая общения. Современная зарубежная психология, 5(2), 55-61. doi: 10.17759/jmfp.2016050207 Леонтьев, А. Н. (1983). Развитие высших форм запоминания. В кн. В. В. Давыдов, В. П. Зинченко, А. А. Леонтьев, А. В. Петровский (ред.), Избранные психологические произведения (в 2 т., т. 1, с. 31-64). М.: Педагогика.
Смирнов, С.Д. (1985). Психология образа: проблема активности психического отражения. М.: Изд-во Моск. ун-та.
Солдатова, Г.У. (2018). Цифровая социализация в культурно-исторической парадигме: изменяющийся ребенок в изменяющемся мире. Социальная психология и общество, 9(3), 71-80. DOI:10.17759/sps.2018090308
Солдатова, Г.У., Войскунский, А. Е. (2021). Социально-когнитивная концепция цифровой социализации: новая экосистема и социальная эволюция психики. Психология. Журнал Высшей школы экономики, 18(3), 431-450. doi: 10.17323/1813-8918-2021-3431-450
Солдатова, Г.У., Рассказова, Е.И. (2020). Итоги цифровой трансформации: от онлайн-реальности к смешанной реальности. Культурно-историческая психология, 16(4), 87-97. doi: 10.17759/chp.2020160409
Солдатова, Г. У., Рассказова, Е. И., Илюхина, С. Н. (2019). С гаджетами круглые сутки? Один день из жизни абитуриента МГУ. Дети в информационном обществе, 31, 54-61.
Солдатова, Г. У., Чигарькова, С. В., Дренева, А. А., Кошевая, А. Г. (2020). Эффект Юлия Цезаря: типы медиамногозадачности у детей и подростков. Вопросы психологии, 66(4), 55-63.
Daily Activities of Adolescents in Mixed Reality: User Activity and Multitasking The reported study was funded by RFBR, project number 19-29-14181.
G.U. Soldatova1, S.V. Chigarkova1, A.G. Koshevaya1, E.Yu. Nikonova1
Abstract
This paper explores, through the diary method, the daily activities of adolescents in offline, online, and mixed reality. Particular attention is paid to two new formats of activity: Internet user activity, including hyperconnectivity, and media multitasking, which attract more and more attention from researchers. These types of activities are not only important features of digital socialization, but they also determine a person's transition to a mixed reality. The study involves 125 adolescents aged 14-18 years. In the first stage, the study was conducted on the base of an online service Google Forms, in the second stage we used a chatbot in Telegram. The results confirm the data about the high level of adolescents' user activity. Adolescents show significant underestimation of their level of user activity - on average, up to a third of the time they estimate. A change in the image of the world is noted: more than a third of adolescents participating in the study feel that they are living in a mixed reality. At the same time, this image is typical for adolescents with higher user activity, primarily hyper- connected adolescents. The vast majority of adolescents subjectively define themselves as multitaskers, and they appreciate their effectiveness in this format quite highly. Combination of different types of activity turns out to be representative for adolescents with higher user activity, especially for hyperconnected adolescents who use multitasking format more intensively. The dynamics of its use are revealed: in comparison with the peak of multitasking activity on weekdays, when adolescents combine studying with searching for additional information and other educational activities, as well as socializing, there is a decrease in multitasking activity at weekends, except for evening hours. In this context, multitasking can be seen as a tool for adapting to the complexity and diversity of the modern world. The nature of the combination of online and offline activities is similar to the combination of online activities: on weekdays in the morning study is combined either with communicative or educational search activities, in the evening adolescents combine the performance of everyday activities with communicative, entertaining or educational search activities online. Thus, high user activity and multitasking are among the attributes of a mixed reality resident, and digital activity does not replace habitual age-specific social practices, but complements and probably enhances opportunities to fulfill adolescents' needs, primarily in communication and cognitive activities.