Трудность, однако, состоит в том, что два разных явления обозначаются одним словом - «право». Этот дуализм затрудняет восприятие реальности. Перед нами слово-омоним (омонимы - термины, имеющие одинаковое звучание, но разное значение). Разумеется, лучше было бы обозначать два разных понятия (право как норму закона и право как возможность определенного лица действовать или пользоваться каким-то благом) отдельными терминами.
Суть двух значений права проста: совокупность юридических норм, выраженных (внешне объективированных) в соответствующих актах государства (конституциях, законах, кодексах, указах, постановлениях и т.д.), - это право в объективном смысле, или просто объективное право; система прав, свобод и обязанностей граждан, закрепленных в действующем законодательстве или вытекающих из многочисленных правоотношений, а также присущих индивиду от рождения, составляет право в субъективном смысле, или субъективное право. При этом в объективное право входят также судебный прецедент, правовой обычай и нормативные договоры, а в право в субъективном смысле - законные интересы.
Профессор Н.И. Матузов выделяет некоторые общие черты субъективных прав и законных интересов:
) они обусловлены материальными, духовными, культурными и иными условиями жизни общества;
) содействуют развитию и совершенствованию полезных социальных связей, выражают определенное сочетание личных, общественных и государственных интересов;
) выполняют известную регулятивную функцию, выступая своеобразными способами правового регулирования;
) являются самостоятельными элементами правового статуса личности;
) служат средствами (инструментами) удовлетворения индивидуальных потребностей и запросов граждан.
Следует отграничить законные интересы от традиционных субъективных прав. От субъективных прав законные интересы отличаются тем, что, во-первых, их намного больше и они гораздо разнообразнее; во-вторых, им не противостоят прямые юридические обязанности соответствующих лиц, на действия которых можно было бы претендовать как на предписываемые нормами права; в-третьих, они не имеют конкретного перечня, классификации, строго зафиксированной системы; в-четвертых, у них слабее материальная база, не позволяющая обеспечить их полное удовлетворение; в-пятых, они не имеют также достаточно твердых юридических гарантий, опираясь на которые, можно было бы отстаивать их в суде.
Структура законного интереса выглядит менее четкой, она проще, беднее, в ней можно условно выделить два элемента: стремление субъекта к получению определенного блага или удовлетворению какой-либо потребности и 2) возможность обратиться к соответствующему органу или должностному лицу за защитой своего интереса, с просьбой об устранении тех или иных недостатков или помех, о которых говорилось выше; с жалобой об устранении нарушений и т. д.
По мнению профессора Л.А. Морозовой, объективное право - исходное понятие при рассмотрении и анализе всех правовых явлений. Оно определяет юридические возможности людей и других субъектов общественных отношений.
Как объективное явление объективное право обладает следующими качествами:
а) всеобщностью, т.е. устанавливает общий для всех порядок;
б) общеобязательностью, т.е. распространяет свое действие на всех без исключения субъектов, находящихся на территории данного государства;
в) способностью определять рамки юридической свободы участников общественных отношений, и в первую очередь свободы выбора варианта действий в пределах, установленных законом;
г) стабилизатора общественных отношений, правопорядка в обществе и средством защиты правоотношений.
Также Л.А. Морозова подчеркивает, что субъективные права возникают на основе объективного права, т.е. норм права, закрепленных в законах и других нормативных правовых актах.
Для субъективного права характерны: совокупность наличных прав конкретного субъекта общественных отношений; определение меры возможного и необходимого поведения субъекта; возникновение в результате правоотношения как его содержания; защита и охрана государством.
Интерес вызывает точка зрения профессора В.С. Нерсесянца, который утверждает, что все установленные в объективном праве права и обязанности всех субъектов права во всех отраслях и сферах права (носят абстрактно-общий характер, выражают абстрактную способность и возможность абстрактных субъектов приобрести и осуществить соответствующие права и обязанности, т. е. являются лишь правоспособностью (физических лиц) или праводееспособностью (юридических лиц), которые еще предстоит реализовать в конкретных правоотношениях, а вовсе не реальным, конкретно-определенным субъективным правом или субъективной юридической обязанностью того или иного индивидуально-определенного субъекта права, физического или юридического лица.
По мнению профессора С.А. Комарова, субъективное право имеет свою структуру. Таким образом, субъективное право по своему содержанию является единством взаимосвязанных элементов, таких как право поведения субъекта, право пользования, право требования, права притязания.
Соотношение объективного и субъективного права характеризуется двумя моментами: 1) объективное право первично по отношению к субъективному, которое является вторичным, производным;
) объективное право не зависит в своей реализации от воли и сознания субъектов, субъективное право зависит в своей реализации от воли и сознания субъектов.
Существуют различные точки зрения, касающиеся взаимодействия субъективного и объективного права. Л.А. Морозова отмечает, что между субъективным и объективным правом существует тесная связь: объективное право служит прочной опорой, фундаментом для появления субъективного права, а субъективное право есть результат реализации объективного права. Объективное право предшествует появлению субъективного права и служит критерием оценки поведения или действий человека.
Однако Н.И. Матузов утверждает, что субъективное право не всегда и не во всех случаях вытекает из объективного права и полностью им определяется, особенно когда речь идет о естественных правах человека, источник которых - не закон.
Профессор Р.З. Лившиц выделяет два подхода понимания субъективного права:
В узком смысле понимание субъективного права основано на нормативистском принципе, когда это право ориентировано на норму, обусловливается нормой, и только нормой.
В широком смысле понимание субъективного права основано на социологическом или ценностном принципе: оно коренится в духе права, в правовых идеях, в нормах, в общественных отношениях.
С точки зрения приоритета прав человека, безусловно, предпочтительнее широкое понимание субъективного права. Именно оно ближе к демократическому обществу. Узкое понимание больше приспособлено к потребностям командно-административной системы.
Понятия права в объективном и субъективном смысле необходимы в юридической науке и практике, они призваны выполнять важные операционные, аналитические, познавательные, прикладные и социально-регулятивные функции, являясь базовыми, основополагающими категориями правоведения.
. Значение и роль психологической теории для современной науки и правоприменительной практики
К началу XX века теория права еще не оформилась как учебная дисциплина. Перечень критериев, при соблюдении которых, новое понимание права стало бы теорией, не был выработан. Различные представления о праве освещали определенные моменты, иногда оставляя не объясненными многие явления общественной жизни. Л.И. Петражицкий полагал, что открытые им законы существуют и действуют безотносительно к тому, признает ли их наука или нет.
В настоящее время учеными признана необходимость изменить подход к его пониманию, предпринимаются практические шаги в этом направлении. Теория естественного права обладает всеми признаками теории способной заменить позитивистский подход и объяснить с ее помощью действительность. Период господства естественно-правовой доктрины можно признать необходимым этапом в процессе эволюции права. Ее ценность состоит в формировании интеллектуального багажа, и не привлечении сложных идеологий и философских конструкций для распространения соответствующей теории понимания права. Конечной целью процесса эволюции права должно быть достижение гармонии в обществе, и господство интуитивного права, когда регулирование всех сфер общественной жизни происходит без ссылки на внешний авторитет -естественные законы, позитивное право, обычаи.
В конце XX века было очевидным не соответствие законодательства демократического характера правосознанию населения. Определить, что является более прогрессивным: законодательство или правосознание населения, то есть, какой принцип распределения справедливости является наиболее соответствующим развивающимся экономическим отношениям - сложная задача, в силу относительности всех явлений.
В России городское и сельское население обладают различным адаптивным потенциалом, в умении преодолевать социальные и правовые барьеры. У сельских жителей более высокая степень устойчивости стандартов поведения и мышления, сложившихся в период существования социалистического строя. И недемократический закон может являться вполне справедливым для этого типа общества. Если утверждать, что для российского менталитета справедливость, олицетворенная в демократическом законодательстве, является основой нормального правосознания, то правовые реформы, направленные на переход к патриархальному обществу, будут восприниматься как установление несправедливости. Для формирования российского правосознания свойственна стратификация в обществе, привычка к политической нестабильности, низкий уровень образования в сельской местности, и недостаточное количество и низкое качество информации о праве, содержащейся в средствах массовой информации, а также ограниченный доступ к официальным источникам правовой информации.
Поэтому чем активнее и аргументированнее юристы выступают за соблюдение недемократического и несправедливого с точки зрения установившегося права, закона, тем больший урон претерпевает право в целом. Основанием для отстаивания отличной от утверждаемой современным законодательством справедливости, является несовпадение представлений о ее содержании у представителей различных субкультур. Выигрыш в отстаивании другой справедливости подрывает основы устанавливающегося демократического правосознания, нормального с точки зрения современного цивилизованного общества. Массовый характер победы иной справедливости может создать в обществе всплеск правового негативизима, связанного с ощущением беспомощности в преодолении анархии в праве, ведущего к незаконной практике без отстаивания справедливости предоставленными законом способами. Что ведет к повышению виктимности и тотальному нарушению установленных норм поведения. Не соответствие правовой практике установленной справедливости в законе свидетельствует об отсутствии права, которое всегда ассоциировалось с определенным уровнем порядка и спокойствия в обществе. Получается, что право в понимании естественно-правовой концепции есть в том обществе, где уровень правосознания соответствует законодательству, допускающему их применение и прямое действие без фиксирования и регламентации применения соответствующих правомочий.
Кризис правосознания, автор исследования связывает с изменением производственных отношений и формированием новой справедливости, также на его изменение влияют процессы в природе, космосе, мировые события. Хроническое отставание законодательства от событий в жизни должно перерасти в нечто совершенно противоположное сложившемуся мировоззрению и отношениям в обществе, тогда это будет показателем грядущего изменения права революционным путем. В современной ситуации перед правом стоит задача внести элемент гуманности и свободы личности, внушать и закреплять в психике потребность к этой свободе. Народная психика находится в состоянии готовности воспринять законодательство демократического характера. Ситуацию можно сравнить с положением дел, когда человек уже понимает действительность, но сформулировать и обратить свои ощущения в формулы права не может. В этом состоит значение позитивного права как шаблона для интуитивного на современном этапе. Не происходит навязывания образа справедливости, но постепенное развитие и усложнение ее положений в позитивном праве, воспринимаемого населением.
Современная теория права не поддерживает положение о том, что правосознание может стать основой правопорядка, поскольку единство и системность присущи только праву. По мнению А.В. Овчинниковой, правосознание как составляющая права было обосновано в работах сторонников классово-психологической школы права (А.В. Успенский, К.А. Кузнецов, П.И. Стучка, Н.В. Крыленко). Выделялось несколько видов правосознания.
Изучение теории права Л.И. Петражицкого может приобрести большое значение в деле преодоления в правовом сознании представления о праве как о совокупности нормативных актов, в том числе в понимании того, что законодательный акт может быть неполным, нуждающимся в толковании, может иметь неправовой характер.
Вывод: в теории права психологическая школа права Петражицкого занимает достойное место, на практике же практически не проводятся новые исследования в этой области, в большинстве своем, то, что пишется в учебниках по теории государства и права пишется об этой теории кратко и примитивно, так что сейчас «массы» получают неполную информацию об этом направлении в юриспруденции. Петражицкий основывался не только на «чистой» юриспруденции, но и на других науках, в их числе: психология, биология, социология. Философские основания работ Петражицкого различны, некоторые идеи философов его вдохновили, но нельзя сказать, сто Петражицкий основывался на разработках какого-то конкретного философа.
психологический право наука петражицкий
Заключение
Считаем, что теория понимания права Л.И. Петражицкого, входя в блок основных учений о сущности права, оказывает положительное влияние на законотворческую и правоприменительную деятельность, на общечеловеческие ценности с целью поддержания определенного уровня законности и правопорядка. Необходимо отметить, что наследие этого ученого, в силу глобальности его исследований, широте поднимаемых проблем и их значимости для процессов дальнейшего развития учения о праве, принадлежат всему юридическому миру. Его теория содержит ценные для современной науки положения о понимании права, в которой обозначены основные тенденции развития и модернизации права.
Говоря о связи и соотношении психологической теории с другими теориями права, следует отметить, что с психологической теорией права возможно взаимодействие и взаимодополнение любой из теорий (школ) права. Так как можно выстроить проекцию любой теории права исходя из позиций психологической теории. Это происходит по следующему принципу, исходящему из психологической школы: что каждый конкретный индивид принимает за право, чем руководствуется, то право и есть. Кто-то скажет: право исходит от государства или еще от кого-то или чего-то. Другой скажет: право исторически изменяется и эволюционирует - и тоже будет прав. Мы считаем, что психологическая теория выступает интеграционной теорией для школ права, тем самым, находя основание для их объединения, что в современной науке права является актуальным.
Познавательный потенциал у психологической теории очень широкий. Он охватывает не только сугубо юридические проблемы, например, законодательную технику, но и вопросы воспитания людей, социализации. Нами установлено, что в современном обществе позитивное право несколько теряет свою силу под воздействием информационных факторов, которые, в свое время, усилили позитивное направление в юриспруденции. Сейчас, во время информационных войн, представляется существенно важным развитие надежного и социально устойчивого сознания как каждого индивида в отдельности, так и масс людей. Это необходимо как для нормального развития общества, отношений между людьми, так и для спокойствия государственной власти от революций и протестных выступлений. Итог психологической теории - политика права. Это направление позволит формировать высокое правосознание и правовую культуру населения страны. Политика права имеет все шансы должным образом урегулировать правовую систему. Политика права - это «надстройка» к «базису». С ее помощью возможно оказывать влияние как на внутреннюю политику, так и на внешнюю. При этом это влияние незаметное, мирное влияние. Использование этих технологий не запрещено ни одной международной конвенцией и договором, в противовес бактериологическому оружию, пыткам и многому другому, что не только запрещено нормативно, но и осуждается мировой общественностью.