Куваев выделяет такую деталь портрета Баклакова, как «грубо сделанное лицо выходца из вятских лесов», черту характера - «упрямство вятского крестьянина», отмечает высокое чувство долга и ответственности. Он описывает его так: «Восемнадцатилетним недотепой, карикатурным Ломоносовым в пиджаке х/б и кирзовых сапогах он попал с глухого лесного разъезда прямо в Московский геологоразведочный» [6, с. 48].
Для Баклакова в жизни главное - это работа, которую надо делать как можно лучше, отдавать ей всего себя. Прочные корни связывают Баклакова с той средой, которая его воспитала, и с той землей, которая его взрастила. Сергей Баклаков - человек высокого интеллекта, сильной воли. Он из тех куваевских героев, для которых работа стала их образом жизни и нормой поведения. Он осуществляет связь науки с практикой, проверяя в маршрутах и экспедициях гипотезу Чинкова о золоте Территории. Романтика поиска и оправданного риска в драматических, экстремальных ситуациях соединена в его характере и действиях с научной целенаправленностью и трезвым реализмом.
Характер Баклакова показан на страницах романа в динамике, нравственном развитии. Это один из лучших персонажей прозы Куваева, выражающий этическую позицию писателя.
Интересным персонажем романа является старый чукотский пастух Кьяе. Он показан через восприятие Сергея Баклакова, искренне считающего народ Кьяе великим, что совпадает с точкой зрения автора произведения. Для Баклакова Кьяе - это естественный человек, живущий в гармонии с природой. Образ старого чукчи - это воплощение мудрости и естественности жизни, доброты, готовности к самопожертвованию и помощи людям. Баклакову кажется, что многочисленные легенды о мудрецах, достигших просветления, о святых, творящих чудеса, имеют в основе именно такой характер. Кьяе представляет собой развитие образа представителя коренных народов Севера, встречающегося в том или ином виде в малой прозе Куваева. Наиболее близок Кьяе старый эвенк Сапсегай из повести «Тройной полярный сюжет». Как и Кьяе, Сапсегай характеризуется как личность исключительная, практически святой в особом, куваевском смысле. Оба героя представляют собой тип стариков, представителей рода «крепких людей», людей прошлого, образцов для подражания с точки зрения, прежде всего, морально-нравственных ценностей.
Известно, что работа над книгой была сложной: «Роман “Территория” переписывался шесть раз» [10, с. 118]. Окончательная версия не казалась Куваеву идеальной. Он признавался в июне 1974 года Л. Н. Стебаковой: «Еще бы раз пять переписать, получился бы неплохой роман» [6, с. 569]. Перфекционизм писателя касался, конечно же, и языка произведения. Но нельзя не отметить серьезное мастерство Куваева-стилиста, проявленное в «Территории». Это одно из лучших произведений отечественной прозы 1970-х годов и, безусловно, выдающийся роман, посвященный производственной теме.
Особо стоит отметить внедрение понятия «территория» в региональную коммуникативную культуру, его выход из мира художественной прозы. Для людей, живущих в Магаданской области, слово «территория» стало обозначением указанных местностей, их синонимом (Чукотки, Магаданской области, когда-то представляющих собой один регион). Это проявляется не только в быту, слово «территория» как наименование указанной местности можно без труда найти в печатных СМИ (вспомним о существовании в 90-е годы газеты «Территория»), в речи теле- и радиожурналистов, в выступлениях официальных лиц: «Без Олега Куваева невозможно себе представить литературу Магадана и Чукотки, того края, которому писатель отдал лучшие годы жизни и который теперь с легкой руки писателя получил второе наименование Территория» [1, с. 15].
Таким образом, это понятие можно рассматривать как языковое отражение феномена особого коммуникативного пространства, что требует дальнейших, уже не литературоведческих, но лингвистических, изысканий.
суждение отечественный роман
Список источников
1.Бурыкин А. А. Проза Олега Куваева в контексте современной русской литературы последней четверти ХХ века // Творческая индивидуальность писателя: традиции и новаторство: межвуз. сб. науч. ст. Элиста: КалмГУ, 2003. С. 14-24.
2.Евграфов К. В. Знакомые незнакомцы. Литературные герои и их прототипы. М.: Современник, 1988. 335 с.
3.Золотусский И. Песнь железной необходимости // Дружба народов. 1974. № 8. С. 272-275.
4.Иванов В. В. Куваевская романистика. Романы О. Куваева «Территория» и «Правила бегства»: история создания, духовное и художественное своеобразие: опыт исследования. Магадан: Кордис, 2001. 149 с.
5.Куваев О. М. Сочинения: в 3-х т. М.: Престиж Бук, 2013. Т. 1. 512 с.
6.Куваев О. М. Сочинения: в 3-х т. М.: Престиж Бук, 2013. Т. 2. 576 с.