Переходим к основной обозначенной нами проблеме - о месте италийских союзников в реформаторской деятельности Друза. Из всех наших источников только Аппиан напрямую заявляет о том, что предоставление союзникам гражданских прав было главным замыслом Ливия Друза, рассматривая rogatio Livia de sociis civitate danda в контексте предшествующих аналогичных рогаций Фульвия Флакка в 125 году до н. э. и Гая Гракха в 122 году до н. э. (App. BC. I. 35). Версию Ап- пиана можно принять, только если предположить, что Друз начал продвигать идею о предоставлении союзникам римского гражданства весной 91 года до н. э., т. е. после того, как ему стало известно о заговоре союзников против консулов Марция Филиппа и С. Юлия Цезаря на Альбанской горе (Vir. Ill. 66; Flor. II.6. 8). В таком случае можно допустить, что Друз, узнав о заговоре, решил, что обещание союзникам римского гражданства станет для них реальной альтернативой выступлению против Рима. По этой же причине он дал им клятву сдержать данное обещание (Diod. Sic. XXXVII. 11).
Версия об осведомлённости Друза о заговоре союзников на Альбанской горе была поставлена под сомнение Хью Ластом ещё в 1932 году [20, с. 181]. На наш взгляд, данная версия возникла после смерти Друза в декабре 91 года до н. э. в результате действия специальной комиссии сената по закону Кв. Вария Гибриды, созданной с целью поиска виновных в том, что союзники подняли оружие против Рима (Ascon. 22; Val. Max. 8. 6. 4; App. BC. I. 37). Эта комиссия пыталась выставить деятельность Друза в интересах союзников в невыгодном свете, а самого Друза и его сторонников - участниками антиримского заговора. Это можно аргументировать тем, что сведения об осведомлённости Друза о планах союзников (Vir. Ill. 66; Flor. 2. 6. 8), а также сведения о «клятве» Друза, которую он дал союзникам (Diod. Sic. XXXVII. 11), возникли предположительно после переговоров Друза с лидером марсов Помпедием Силоном, которые проходили в Риме. Логично предположить, что всё это было подведено впоследствии под закон Вария [21, с. 125] Согласно Х. Моуритсену, сведения о переговорах Помпедия и Друза могли быть сознательно искажёнными или полностью выдуманными для того, чтобы подвести их под закон Вария..
Э. Габба допускает, что инициатива Друза о предоставлении союзникам прав римского гражданства была предложена после смерти главного сторонника реформатора Л. Лици- ния Красса в сентябре 91 года до н. э. (C/c. De Or. III. 1-6) [15, с. 133]. На наш взгляд, предположение Э. Габбы вполне резонно, поскольку Красс в 95 году до н. э. вместе со своим коллегой Кв. Муцием Сцеволой был автором законопроекта (C/c. Off. III. 47; Balb. 48, 54), лишившего их прав римского гражданства, полученного незаконным путём и фактически уничтожившего практику получения гражданских прав per migrationem et censum [24, с. 111]. Таким образом, Друз, очевидно, не мог изначально продвигать идею о предоставлении гражданских прав союзникам, ведь в противном случае он не имел бы поддержки таких консервативно настроенных нобилей, как тот же Л. Лициний Красс или многолетний принцепс сената М. Эмилий Скавр (C/c. Dom. 50; Ascon. 21). Следовательно, рогация о предоставлении союзникам гражданских прав, скорее всего, должна быть датирована началом октября 91 года до н. э., т. е. после смерти Л. Лициния Красса.
Ввиду вышесказанного можно предположить, что убеждение о необходимости предоставления союзникам прав римского гражданства пришло Друзу в ходе проведения закона о выводе колоний, когда реформатор столкнулся с недовольством некоторой части союзников. В их числе были Этрурия и Умбрия, делегация от которых, по словам Ап- пиана, отправилась в Рим с целью убийства Друза под предлогом выступления против его аграрного законопроекта (App. BC. I. 36).
Исходя из сведений Аппиана, мы можем согласиться с тем, что у италиков был повод опасаться нового закона. Термины, которые использует Аппиан, рассказывая об опасениях союзников (Яia и Лav0вvы), предположительно являются греческими эквивалентами латинских vis и clam, которые, в свою очередь, являются основаниями для лишения посессоров прав на их possessiones (Gaius. Inst. 4. 151). На основании этого Ф. К. Твиди делает вывод, что Аппиан пользовался латинскими источниками, в которых были сведения об опасениях италиков за их земельные участки на общественной земле в случае реализации lex Livia agraria [25, с. 581]. Но, как справедливо отмечает Питер Брант, для италиков не было никакого резона активно выступать против аграрного закона Ливия Друза, ведь в случае его отмены они ничего бы не потеряли, но и не выиграли бы от этого [9, с. 95]1. С другой стороны, перспектива получения римского гражданства открывала перед ними законные возможности в непосредственном участии в распределении земли. Возможно, именно с этим и связан визит в Рим делегации из Этрурии и Умбрии незадолго до смерти Ливия Друза в октябре 91 года до н. э. Скорее всего, причина их визита заключается не в выступлении против аграрного законопроекта и не в покушении на его автора, а в возможном предоставлении союзникам римского гражданства. Это подтверждается сведениями Диодора Сицилийского (Diod. Sic. XXXVII. 13), Плутарха (Plut. Cat. Min. 2. 1-5), Валерия Максима (Val. Max. 3. 1.2) и псевдо-Аврелия Виктора (Vir. Ill. 80. 1) о нахождении в Риме предводителя марсов Помпедия Силона и его переговорах с Ливием Друзом. Прибытие союзнической делегации в Рим, вероятно, должно было состояться перед промульгацией законопроекта.
При этом стоит отметить, что датировка нахождения в Риме Помпедия Силона достаточно спорна, особенно, принимая во внимание фрагмент из Диодора Сицилийского, в котором предводитель марсов на пути в Рим с 10 000 сторонниками вёл переговоры не с Ливием Друзом, а с неким Гн. Домицием. М. Банкалари [7, с. 428-429], П. Брант [11, с. 101] и Ф. М. Нечай [2, с. 144], доверяя сведениям Диодора о переговорах Помпедия Силона, датировали их октябрём-ноябрём 91 года до н.э., т. е. после смерти Ливия Друза [9, с. 94-95]2. Э. Габба, напротив, датирует сведения Диодора и Аппиана более ранним периодом [17, с. 114]. Мы же предполагаем, что визит предводителя марсов имел место ещё при жизни Друза, так как, согласно Плутарху, Валерию Максиму и псевдо-Аврелию Виктору, Помпедий пребывал в доме Друза и там же вёл с ним переговоры о римском гражданстве, тогда как к фрагменту Диодора следует относиться скептически по причине фрагментарности его сведений и спорной последовательности фрагментов.
Визит в Рим Помпедия Силона и его сторонников в сентябре-октябре 91 года до н. э., на наш взгляд, был связан с конечной целью рогации Ливия - с успешным выведением новых колоний на территории Италии. Это предположение можно подтвердить логикой переговоров между Друзом и Помпедием. Ведь если датировать визит Помпедия и делегации из Этрурии и Умбрии сентябрём-октябрём 91 года до н.э., то вполне возможно, что инициатива данного визита исходила не от союзников, а от Друза, который рассчитывал на поддержку Помпедия Силона в выведении новых колоний римского права и предлагал Помпедию в качестве компенсации проведение законопроекта о предоставлении гражданских прав. Что касается союзников, которые прибыли в Рим в составе делегации из Этрурии и Умбрии (App. BC. I. 36), то возможно, что, как и Помпедий, это были представители союзнической элиты (domi nobiles), которых Друз так же, как и Помпедия, пытался привлечь на свою сторону.
Помимо этого мы предполагаем, что вместе с Помпедием и другими представителями domi nobiles у Аппиана, Диодора, Плутарха, Валерия Максима и псевдо-Аврелия Виктора речь идёт также о латинских и италийских ветеранах [10, с. 677-678] Согласно П. Бранту, после реформы Мария соот-ношение римских и союзнических войск было 1:1 или 2:1., которые были заинтересованы как в lex Livia agraria, так и в rogatio Livia de sociis civitate danda. Ведь, как уже отмечалось выше, предполагаемой целью аграрного закона было выведение ветеранских колоний, большинство из которых предположительно должны были быть выведены в центральной Италии. Ещё до рогации Ливия аграрный закон Сатурнина в 100 году до н. э. вместе с основанием ветеранских колоний предполагал римское гражданство трём колонистам из числа союзников в каждой новой колонии (Vir. Ill. 73. 5; Cic. Balb. 48) [4, с. 206] Э. Бадиан полагает, что в тексте Цицерона речь идёт о трёхстах колонистах.. Скорее всего, в данном случае Сатурнин планировал участие союзников, воевавших под началом Мария, в основании новых колоний (App. BC. I. 29) [6, с. 403; 15,с. 105]1. Таким образом, как в случае с законом Сатурнина, так и в случае с рогацией Друза предоставление союзническим ветеранам римского гражданства давало им законное право на участие в переделе земли. Для самого Друза это было бы вполне разумным ходом, так как он смог бы без препятствий со стороны италийских посессоров реализовать закон о выводе колоний. Успешное проведение аграрного законопроекта, в свою очередь, должно было укрепить политические позиции реформаторской группировки сената, к которой принадлежал Друз и авторитет сената в целом. То есть lex lex Livia agraria и rogatio Livia de sociis civitate danda наряду с lex Livia iudicaria преследовали конкретные политические цели.
Для самого Друза, в свою очередь, политическая обстановка в сентябре-октябре 91 года до н. э. была не столь благоприятна, как в первые дни его трибуната. Ведь после ухода с политической арены Л. Лициния Красса и М. Эмилия Скавра Ливий Друз стал стремительно терять популярность. Согласно Цицерону, популярность реформатора уже стала падать к моменту начала в сентябре Римских игр (С/с. De or. I. 7. 24). Это связано с тем, что сенат постепенно «охладел» к реформаторской деятельности плебейского трибуна. Доказательством тому является факт, что все законы Друза были отменены сразу же после его смерти (С/с. Dom. 41, 50; Leg. II. 14, 31; Diod. Sic. XXXVII. 10. 3; Val. Max. IX. 5. 2; Veil. Pat. II. 13. 2; Ascon. 69) [5, с. 225-226]2. Таким образом, при возможном проведении rogatio de sociis civitate danda реформатор уже не мог рассчитывать на поддержку реформаторского крыла в сенате, как это было с lex Livia iudicaria и lex Livia agraria.
Тем не менее, наши источники не сообщают о каких-либо серьезных препятствиях Ливию Друзу со стороны сената, как это было в случаях с Фульвием Флакком в 125 году до н. э. и Г. Гракхом в 122 году до н. э. Впрочем, пассивность сената в тот момент, возможно, была связана с тем, что противники Друза не особо верили в успех его рогации, ведь к 10 декабря истекали его трибунские полномочия. По этой причине, вероятно, Друз ради успеха на комициях rogatio de sociis civitate danda решил выставить на голосование ещё один законопроект, популярный в среде городского плебса (возможно, lex frumentaria). Это противоречило закону Цецилия - Дидия 98 года до н. э., запрещавшему выставлять несколько законопроектов на голосование одним пакетом (C/c. Dom. 20), и впоследствии стало одним из поводов для аннулирования законов Друза. Согласно этому же закону между промульгацией законопроекта и голосованием должен был пройти промежуток в три нундины (trinundinum), что, исходя из разных трактовок, соответствует 17 или 24 дням [3]. Данное обстоятельство вынуждало Друза торопиться с организацией плебисцита, ведь его трибунские полномочия, как уже было сказано, истекали к десятому декабря. По этой же причине, скорее всего, именно в период перед промульгацией рогации о предоставлении союзникам гражданских прав состоялся визит в Рим Помпедия Силона и делегации из Этрурии и Умбрии. Также стоит отметить, что такие противники Друза в сенате, как консул Л. Марций Филипп и претор Кв. Сервилий Це- пион Младший, вероятно, рассчитывали на то, что реформатор не сможет в оставшийся ему срок убедить римских граждан проголосовать за предоставление союзникам прав римского гражданства.
Рассмотрев социально-политические обстоятельства вокруг rogatio Livia de sociis civi- tate danda, следует перейти к реконструкции содержания данной рогации. Главная проблема заключается в том, насколько далеко должно было распространяться римское гражданство. Как считает Х. Моуритсен, по замыслу Друза римское гражданство распространялось только на латинов, то есть содержание рогации Друза было аналогично содержанию рогации Фульвия Флакка 125 года до н. э. [21, с. 117-118]. Данная точка зрения опирается, главным образом, на сведения позднеантичного автора Павла Орозия: «Ливий Друз... латинов, воодушевлённых надеждой на свободу. склонил к оружию» Oros. V. 1-3: «Liuius Drusus. Latinos omnes spe libertatis inlectos. in arma excitauit». и псевдо-Аврелия Виктора: «Плебейский трибун обещал гражданство латинам.» Vir. Ill. 66. 4: «Tribunus plebis Latinis ciuitatem. permisit».. Помимо них Валерий Максим говорит о Помпедии Силоне как Latii principe (Val. Max. 3. 1.2).
Под термином Latini в обеих цитатах в данном случае стоит понимать не socii nomi- nisque latini, а Italici populi et Latini, просто socii, как у Флора (Flor. II. 5, 6) или socii et Latini (Schol. Bob. 118; Val. Max. III. 1.2). В доказательство можно привести сведения из пери- охи Ливия: «М. Ливий Друз. союзников и италиков вдохновил надеждой на римское гражданство» Liv. Per. 71: «M. Livius Drusus... Italicos populos spe civitatis Romanae sollicitavit».. Эти сведения, на наш взгляд, являются наиболее достоверными. Так, spe libertatis у Орозия, очевидно, соответствует spe civitatis из периохи Ливия. Кроме того, такие слова как sollicitavit, excitauit или erexit, у Флора имеют схожий смысл («подстрекать», «возбуждать» или «склонять»). Исходя из этого, следует отметить, что Орозий, живший в V веке н. э., скорее всего, пытался адаптировать для современников нарративную традицию о трибунате Ливия Друза. Псевдо-Аврелий Виктор и Анней Флор, в свою очередь, адаптируют ту же самую нарративную традицию в рамках формата своих сочинений (бревиариев). Ту же самую нарративную традицию на греческом языке по-разному передают Аппиан (App. BC. I. 35-36) и Диодор Сицилийский (Diod. Sic. XXXVII. 10. 3), сведения которых следует принимать с оговорками. Наименьшее доверие, на наш взгляд, вызывают сведения Веллея Патеркула и Луция Ампелия (Vell. Pat. II. 14. 1; Ampel. 26. 4). У Веллея Ливий Друз распространял римское гражданство на всю Италию (civitatem Italiae) или, согласно Ампелию, на всех италиков (civitatem omnibus Italicis). В данном случае под «Италией» и «италиками» у Веллея Патеркула и Л. Ампелия отражаются представления об Италии эпохи принципата, когда вся Италия уже имела римское гражданство.
Исходя из вышеперечисленного, нарративная традиция о rogatio Livia de sociis civi- tate danda, в разном виде дошедшая до нас, сформировалась предположительно после Союзнической войны и закона Юлия 90 г. до н. э. О законе Юлия нам известно, что он был принят в результате экстремальных условий Союзнической войны и распространял римское гражданство на латинов и остальных италиков, которые были лояльны Риму (App. BC. I. 49; Cic. Balb. 21; Gell. IV. 4. 3). Причём римское гражданство предлагалось на добровольной основе [9, с. 94]. В этом и заключается основная проблема в реконструкции «довоенной» рогации Ливия. Потому Х. Мо- уритсен объединяет законы Флакка 125 года до н. э., Гая Гракха 122 года до н. э. и Ливия Друза, утверждая, что до Союзнической войны вопрос о предоставлении союзникам римского гражданства был сфокусирован только на латинах [21, с. 118].