Теоретико-методические основы оценки энергетического потенциала региона
энергетический регион потенциал
Несмотря на то, что термин «энергетический потенциал» часто встречается и в прессе, и в научных работах, и в законодательстве, он четко не определен. Содержание данного понятия определяется людьми на интуитивном уровне. Естественно, из-за этого могут возникать противоречия. Особенно большой разница в понимании термина может быть при использовании его в различных науках. По этой причине автор попробовал установить, что такое энергетический потенциал в региональной экономической науке.
Логика определения термина представилась нам в следующем виде: 1) изучение понятия «потенциал»; 2) анализ понятия «потенциал региона»; 3) установление элементов исследуемого понятия; 4) определение понятия «энергетического потенциала региона».
Так что же понимают под потенциалом. По мнению автора, внутренние силы любой системы можно классифицировать по 4 группам, и, изучив этимологию и практику применения слова, мы пришли к следующей картине (см. рисунок 1). Таким образом, под потенциалом понимают либо первые две группы внутренних сил, либо первые три, но разделяя его на достигнутый и перспективный.
Таблица 1. Соотношение между модификациями понятия «потенциал» и четырьмя группами сил
Далее перейдем к более узкому понятию «потенциал региона, территории». Регион в данном случае это не просто твердая часть суши, а обладающая некоторой целостностью взаимосвязанностью составляющих её элементов. В региональной науке часто под регионом подразумевается экономическое пространство - «насыщенная территория, вмещающая множество объектов и связей между ними: населенные пункты, промышленные предприятия, хозяйственно освоенные и рекреационные площади, транспортные и инженерные сети и т.д.». Автором был рассмотрен ряд энциклопедических определений и позиций ведущих российских ученых по данному вопросу, а именно А.И. Татаркина, О.И, Боткина, Л.В. Бабинцева, М.В. Гоголева, К.М. Миско, В.А. Ковалева. Наиболее предпочтительным представляется определение, данное в Большой Советской Энциклопедии. Оно и было взято за эталон при последующем исследовании.
Менее разработанным понятием является энергетический потенциал региона. Для того чтобы дать авторское определение, необходимо для начала установить, из каких элементов состоит понятие. Под энергетическим потенциалом региона понимается, прежде всего, природные ресурсы (углеродное сырье и водные ресурсы) и природная среда территории (ветра, солнечная активность и т.д.). Но, так как в региональной экономической науке под регионом понимается не просто твердая часть суши, а обладающая некоторой целостностью и взаимосвязанностью составляющих её элементов насыщенная территория, в исследуемое понятие следует включить и все мощности по генерации электро- и теплоэнергии. То есть все виды электростанций (ТЭЦ, ГЭС, АЭС и др.) и котельных. В энергетический потенциал региона входят и все сети для транспортировки (от 110 кВ и выше) и распределения электроэнергии (ниже 110 кВ), а также все утеплённые трубопроводы для передачи тепловой энергии, находящиеся на территории региона. Следует включить и трансформаторное хозяйство (подстанции), служащие для перехода энергии с одного уровня напряжения на другой. Таким образом, в искомое понятие входят природные ресурсы и природная среда, генерация и передача электро- и теплоэнергии. Приём и последующее использование энергии в сферу энергетического потенциала не входят.
Установив элементы, входящие в исследуемое понятие, можно попытаться дать авторское определение. Итак, энергетический потенциал региона - природные ресурсы и условия природной среды территории, которые могут быть использованы в хозяйстве с учетом достижений научно-технического прогресса для получения энергии, а также механизмы их вовлечения в хозяйственный оборот в настоящее время или в предстоящий период для достижения поставленных целей.
Мы сформулировали определение энергетического потенциала региона. Автор считает, что научно обоснованная оценка данного потенциала на региональном уровне может дать следующие преимущества. Во-первых, она повысит управляемость экономикой региона в целом и энергетикой региона в частности. Ведь для качественного управления необходимо знание возможностей и ограничений системы.
Во-вторых. Четкое знание ограничений со стороны энергетических ресурсов и мощностей в регионе позволят лучше прогнозировать и планировать развитие, как экономики, так и энергетики во взаимной увязке. Существующие во многих регионах «Энергетические Стратегии» не отражают все реальные данные. Если оценка ископаемых ресурсов во многих регионах страны адекватна действительности, то знание о технически возможном и экономически целесообразном потенциале ВИЭ редко имеются в Стратегиях.
В-третьих. Оценка энергетического потенциала будет способствовать приближению региона к возможности устойчивого развития (в смысле «sustainable development»). Особенно сильно это будет проявляться в более интенсивном внедрении технологий применения ВИЭ. Необходимо использовать вначале все экономически целесообразные решения на основе ВИЭ.
Затем, при более глубоком переходе к принципам устойчивого развития, вовлекать в оборот экологически чистые мощности ВИЭ даже при нулевом экономическом эффекте. В ситуации риска глобальных природных изменений возможно временное перенесение акцентов на экологический аспект развития. И тогда ВИЭ необходимо будет использовать даже в ущерб экономической выгоде.
И последнее, четвертое. Достоверная оценка энергетического потенциала содействует укреплению его региональной энергетической безопасности. Также доступность данных по энергетическому потенциалу предпринимателям и частным хозяйствам будет способствовать более обширному использованию ВИЭ. Что в свою очередь означает диверсификацию источников получения энергии. То есть уменьшение риска посредством увеличения путей добычи энергии.
Энергетически диверсифицированная экономика находится в большей безопасности от мировых и локальных энергетических кризисов. Уменьшается её зависимость и от поставок конкретных ЭР и от цен на них. Примерно то же записано и в «Энергетической стратегии России на период до 2030 года». В ней говорится о том, что стратегической целью использования ВИЭ является: «повышение уровня энергетической безопасности и надежности энергоснабжения за счет увеличения уровня его децентрализации».
Таким образом, преимущества, которые даёт научно обоснованная, целостная оценка энергетического потенциала региона, заключаются в трёх аспектах (см. рисунок 2). Первое, это экономическая выгода. Ведь имея доступ к достоверной информации обо всех энергетических ресурсах и мощностях региона исполнительные органы власти, предприниматели и частные хозяйства смогут лучше ориентировать свою деятельность по данному вопросу и лучше её прогнозировать.
Будет задействована экономически рентабельная, ныне бездействующая часть энергетического потенциала. Второе, это приближение региона к возможности устойчивого развития. И третье, это повышение энергетической безопасности региона.
Рисунок 1. Выгоды от научно обоснованной оценки энергетического потенциала региона
Мы показали, какие преимущества может принести разработка научного метода определения и оценки энергетического потенциала региона. И данная задача актуальна не только для энергетически дефицитных регионов, но и для любого региона России по трём причинам. Во-первых, те регионы, которые не испытывают нехватки энергетических ресурсов и мощностей в настоящее время, из-за растущих потребностей экономических агентов с одной стороны и ухудшением (износом основных фондов, истощением природных ресурсов) материально-технической базы энергетики с другой, могут ощутить данный дефицит в ближайшие пять-семь лет. Разрабатываемые энергетические стратегии многих энергетически богатых регионов служат тому подтверждением. Во-вторых, те регионы, которые не имеют дефицита энергии ни в настоящее время, ни в среднесрочной перспективе, действуя в единой энергетической системе России, снабжают другие регионы своей энергией. В третьих, ни один регион не застрахован от природной или техногенной катастрофы подобной той, что произошла на Саяно-Шушенской ГЭС.
Мощности, которые потеряла Хакасия, огромны. Поэтому руководством страны был поднят вопрос о необходимости постоянного наличия резерва мощности. Трудно и, наверное, не рационально организовывать технические мощности, которые будут задействованы только в случае катастрофы. Но, безусловно, необходимо обладать ясными данными об энергетическом потенциале региона, чтобы в оперативном режиме иметь возможность вовлечь в оборот быстро доступную часть этого потенциала.
В российской науке используется несколько сходных понятий и необходимо выделить понятие энергетического потенциала региона в этом ряду. Проанализируем его. Во-первых, в работах ректора Чувашского государственного университета им. И. Н. Ульянова, действительного члена Российской академии образования Льва Пантелеймоновича Куракова, а также в работах Немцева Г.А., Ефремова Л.Г., Вебера А.Л. используется такое понятие как ресурсный потенциал региональной энергосистемы. В этом понятии содержится очень много элементов: всё текущее производство электроэнергии, перспективные мощности и ресурсы производства электроэнергии, сети и трансформаторное хозяйство, и даже тарифное регулирование в регионе. Но с другой стороны в понятии отсутствует такой элемент как теплоэнергетика.
Второе сходное понятие это производственный потенциал топливно-энергетического комплекса (ТЭК). Этот потенциал рассчитывается ФГУП "Центральное диспетчерское управление топливно-энергетического комплекса", которое осуществляет информационно-аналитическое обеспечение центрального аппарата Министерства энергетики Российской Федерации и организаций ТЭК. В это понятие входят следующие элементы: эксплутационные фонды нефтяных и газовых скважин, число и мощность угольных шахт и разрезов, протяженность нефте-, нефтепродукто- и газо-проводов, высоковольтных линий электропередач (ЛЭП), установленная мощность ТЭС, ГЭС и АЭС, число и мощность нефтеперерабатывающих заводов. Содержание производственного потенциала ТЭК отличает от энергетического потенциала ниже перечисленные положения. Отсутствие учёта возобновляемых источников энергии (ВИЭ), трансформаторного хозяйства, протяженности распределительных ЛЭП, мощности электростанций (ЭС) на основе ВИЭ, всего теплоэнергетического хозяйства. Наличие учёта нефтепереработки. Для оценки энергетического потенциала региона нефтеперерабатывающие мощности не важны.
Топливно-энергетический потенциал региона это наиболее близкое понятие. Оно является довольно распространенным, хотя монографий по определению и оценке данного потенциала региона не много. Особенно в данном вопросе выделяется огромный опыт Дальневосточного отделения РАН. В одной из основных работ по данной тематике - монографии члена-корреспондента РАН Анатолия Петровича Сорокина - во всей полноте раскрываются понятия топливно-энергетического и энергетического потенциала региона. Необходимо отметить, что очень часто эти два понятия отождествляются. Это вопрос научной дискуссии. Ведь не существует общепризнанного определения ни того, ни другого понятия.
В статистике используется целый ряд категорий схожих с энергетическим потенциалом. В России это топливно-энергетический баланс, в то время как в Европе принято наименование «энергетический баланс» Принципиальных методологических расхождений в формировании энергетического баланса и ТЭБа нет, однако имеются ряд различий непринципиального характера. Эти различия, в частности, заключаются в разном подходе к агрегированию отдельных видов топливно-энергетических ресурсов, имеются различия в формировании отдельных видов потребления топлива и энергии. Последний раз сводный отчёт топливно-энергетического баланса страны был разработан для 1990 г. В современной российской государственной статистике используется понятие - баланс энергоресурсов. Хотя отличий между этими балансами много, они носят скорее методический характер. А вот отличие между балансом и энергетическим потенциалом принципиально. Баланс это «количественное соотношение, состоящее из двух частей, которые должны быть равны друг другу, так как представляют поступление и расходование». Он включает: добычу и импорт с одной стороны, а с другой - внутреннее потребление и экспорт топливно-энергетических ресурсов, а также изменения в запасах у производителей и потребителей. В то время как потенциал отражает не только достигнутый уровень, но наличие перспективной возможности использования пока недоступной энергии в народном хозяйстве.
Итак, мы проанализировали сходные с энергетическим потенциалом региона понятия. Показали отличия их друг от друга.
И последнее что автор хотел представить в данной работе, это систематизация подходов к оценке энергетического потенциала региона, существующих в российской и зарубежной науке.
Один из подходов состоит в понимании исследуемого понятия как важнейшего элемента национальной безопасности. Данная точка зрения основной сутью проходит через всю монографию 2008 года Ишаева В.И - Энергетический потенциал российского Дальнего Востока в стратегии национальной безопасности Российской Федерации. В работе не дается определение энергетического потенциала и не акцентируется внимание на научном обосновании состава и структуры элементов данного понятия. Авторская трактовка термина понимается из контекста монографии. Ишаев считает, что, добиваясь безопасности для своего отечества, правительство в то же время должно вносить свой вклад в обеспечение международной энергетической безопасности. Таким образом, энергетическому потенциалу следует иметь два вектора в системе общей безопасности - внутренний и внешний. В работе делается акцент на изучение энергетического потенциала конкретного региона, а именно Дальнего Востока. В предисловии к работе написано следующее: «Идея данной монографии такова - развивая энергетический потенциал, необходимо оценивать его с точки зрения безопасности». В то же время Ишаев считает, что данный потенциал ещё мало изучен и оценен в российских регионах.