УДК 1; 165.24
Иркутский государственный аграрный университет
имени А.А. Ежевского
ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ ИЗУЧЕНИЯ ГОСУДАРСТВА: ФИЛОСОФСКИЕ ИДЕИ В. В. РОЗАНОВА
Альшевская Лариса Владимировна
Тема представляет интерес в контексте изучения реализующихся в современных условиях социальных и политических процессов глобального мира. Вопросы, рассматриваемые в статье, отражают мировоззренческие убеждения не только неординарного русского философа, но и писателя, публициста с огромной читательской аудиторией. Автор множества произведений, посвящённых отечественной истории и культуре, образованию и воспитанию, семье, религии и церкви, политике, государству и революции, он составил для издания список, состоящий из нескольких десятков томов. Важно, что сходство его философских обобщений с гегелевской диалектикой нисколько не умаляет значения его работы, а наоборот, вызывает уважение и гордость за отечественную философию, значение которой сопоставимо с мировым масштабом.
Философские идеи о генезисе, развитии и изучении государства Василий Васильевич Розанов (1856-1919) детально изложил в своей первой книге «О понимании» (1886), посвященной проблемам методологии и классификации науки. Как указал автор в ее полном названии, это был «опыт исследования природы, границ и внутреннего строения науки как цельного знания» [8]. Это исследование является частью объемной, многотрудной работы с серьезной заданной целью - изучить науку как понимание. Однако большинство критиков очень нелестно отозвались о произведении. Например, В. С. Соловьев, говоря о его ценности, отметил: «…труд замечателен тем, что Розанов, не читавший Гегеля, собственным умом дошёл до того, до чего дошел Гегель. Я думаю, этого не нужно было делать - проще было научиться читать по-немецки» [1, с. 85]. Э. Голлербах, характеризуя работу как «результат хорошо усвоенного гегельянства», называет ее «тяжелой, тусклой, насыщенной чем-то схоластическим» [2, с. 49]. Различные аспекты изучения государства (онтологические, гносеологические, аксиологические, экзистенциальные) отражены и в других, не менее важных и содержательных произведениях философа, как то: «Идея рационального естествознания» (1892), «Цель человеческой жизни» (1892), «Эстетическое понимание истории» (1892), «Легенда о Великом инквизиторе Ф. М. Достоевского» (1893), «Религия и культура» (1899), «Природа и история» (1900), «Когда начальство ушло…» (1906), «Черный огонь. 1917» (1917), «Апокалипсис нашего времени» (1918). Многообразные теоретико-методологические срезы данной темы рассредоточены по различным разделам текста, которые связаны порой с рассмотрением совершенно отвлечённых, на первый взгляд, вопросов. Однако такой особенный, «розановский», способ включения их в определённые структурные единицы книги (главы, разделы) всегда логически обоснован.
Что такое государство и какова его сущность? Применяя метод исключения, В. Розанов определяет то, что не является таковым. Ни земля, ни народ, ни культура не составляют государства. Страны, народы, человечество - это только сферы, в которых оно проявляется. Соотношение территории страны и ее народонаселения, как и изменение их количественных показателей в ту или иную сторону, не влияет на вопрос присутствия государства: самые малые народы с незначительной территорией могут быть объединены в государство, а огромные пространства, полностью заселенные людьми, иногда не обладают политическим устройством. Не составляет государства и то, что принадлежит людям, создано ими, что находится в их собственности или любого рода владении: уменьшение или увеличение народного богатства никогда не умаляет государства и ничего не прибавляет к нему; все обладаемое людьми составляет его внутренний уклад, но не его принцип и форму. Индивидуальная деятельность, личные цели и форма их свершения тоже не имеют прямого отношения к государству, если они исходят только из желания индивида и своей целью имеют его собственный комфорт, как и все то, что производится человеком для своего благополучия. Не определяют его и законы, учреждения, постановления, без которых не обойтись в политической деятельности и изъяв которые не лишить народ государственности. В. Розанов рассматривает государство как своеобразную самостоятельную форму жизни, как проявление человеческого духа, как систему объективных психических состояний. Государственное устройство, организация политической жизни представлены как гармоничное в своем единстве сочетание надындивидуальных, коллективных по своему происхождению, цели и форме идей, чувств и стремлений. Относительно России, пишет он, это общие всем русским людям, не зародившиеся ни в ком из них отдельно, представления о русской земле, о русском народе, понятия о государе, о подданных, о законе, о необходимости повиновения, о беспорядке и безобразии, которые могли бы возникнуть и без единства власти, и без полноты повиновения. Объединив такие коллективные психологические установки с главной идеей государства (благом) и целесообразностью, Розанов формулирует полное определение: «…государство есть целесообразно расположенная система психических состояний, соотносительных и неприродных, отражающаяся в деятельности целесообразным процессом, в котором господствующий и направляющий член есть благо» [8, с. 464], - в соответствии с этим основными элементами государства являются психические соотношения, деятельность и цели.
Стремление к истине есть самая человечная сторона нашей природы. И поскольку, считает В. Розанов, эта природа не ограничивается лишь материальной стороной, но содержит и другую - составляющую высшего происхождения, то именно эта часть ее, именуемая «духом бескорыстного сомнения», призвана быть побудительным началом всякого познания и понимания [Там же, с. 523]. Главным исходным принципом в гносеологической концепции Розанова становится диалектический метод. Все явления и процессы, связанные с государственной и политической деятельностью (да и вообще всякий творческий процесс, затрагивающий различные формы духовной и материальной жизни), рассматриваются им через диалектические категории движения, причинно-следственных связей, противоречивости, качества и количества и другие. В работе «Эстетическое понимание истории» (1892) В. Розанов указывает, что «состояние внутреннего антагонизма есть нормальное для всего организованного: борьба есть именно то, через что каждая часть продолжает быть собой и не смешивается с прочими, через неё именно прочнее и прочнее она отделяется от окружающего и по мере этого становится совершеннее. Все стремится утвердить бытие свое и достигает этого путем все совершеннейшего и совершеннейшего обособления, которое есть не что иное, как отрицание всего прочего. Насколько отрицает - все утверждается, насколько силится привнести в остальное смерть - само живет, но привнося смерть, оно тотчас сливается с умершим, т.е. раздвигает свои грани и в меру этого умирает. Таким образом, жизнь есть вечная гармония борющегося, и она продолжается и возрастает, пока не наступает победа; как только эта цель достигнута - в живое привходит смерть, как естественное завершение жизни. Частичное преодоление сопротивляющегося есть частичное умирание; разрушение всех граней, которыми окружающее охраняет себя от того, что с ним борется, было бы для разрушившего окончательной и полной смертью. Неограниченное, не обособленное ни от чего - оно перестало бы быть чем-нибудь» [14, с. 56]. Он характеризует государственные, политические процессы не только в их динамике (от возникновения их форм в духе до воплощения их в формах жизни), но и целостно, через единство внутреннего и внешнего, субъективного и объективного. Учение о естественном развитии государства из семьи В. Розанов называет ложным, считая, что в этой теории утрируется значение внешних причин воздействия и нивелируется роль внутреннего, психологического основания роста государства. Правда, в работе «Цель человеческой жизни» (1892) вопрос о роли семьи в возникновении государства решается им несколько иначе: «Из семьи может возникнуть государство, и история знает примеры подобного возникновения; напротив, государство, в недрах которого разрушена семья (или ослаблена, пошатнута), так же мало может продолжать жить, как животное, в крови которого исчезли или заражены красные и белые, ее оживляющие клетки» [12, с. 212].
Диалектика В. Розанова в целом носит рационалистический характер. Он отмечает, что «истинно сознаваемое обширнее истинно существующего, и мир, заключённый в разуме человека, шире мира, лежащего вне его… Знания не потому истинны и не потому правильны, что соответствуют предмету; но они соответствуют предмету потому, что истинны, и истинны потому, что правильно образованы» [8, с. 12]. Однако в знаменитой работе «Легенда о Великом инквизиторе Ф. М. Достоевского» (1893) он выражает иную мысль: «…действительность бытия не покрывается мыслимым в разуме. К тому, что немыслимо и однако же существует, может относиться и бытие Божие, недоказуемость которого не есть какое-либо возражение против его реальности» [7, с. 52]. Способность к познанию основана на двух важнейших свойствах ума: ясности в строении мышления и последовательности в его развитии. Первое отделяет истинное от ложного, а второе способствует планомерности, постепенности познания. Следовательно, возникновение, движение и упадок науки обусловлены причинами, присущими человеческой природе, состоянием и свойствами его разума, который потенциально содержит в себе все формы бытия. Реализовать их позволяет целесообразность, в которой пересекаются учение о космосе и учение о мире человеческом и без которой мир обесценивается, нравственно девальвируется. Целесообразность постулирует бытие, упорядочивает мир. Так, и за идеальной (нереальной) целесообразностью, и за реальной (исходящей от человека) расположен разум: в первом случае - понимаемый, а во втором - понимающий. И второй (понимающий), осознавая первый (понимаемый), реализует цели, которые он может ставить и познавать или отдаляться от их осуществления. У нас недостаточно эмпирических фактов о целесообразности, но вне ее орбиты само существование науки становится странным, ибо зачем науке постигать бессмысленное, ни к чему не направленное нечто. В иерархической системе бытия целесообразность выше реальности, потому что реальность представляет собой лишь возможность быть реальному настоящим. Государство рассматривается как пример проявления творческой силы духа. Во всякой сфере, в том числе и в политическом творчестве, дух творит формы, вечные, как и он сам.
В. Розанов настаивает, что государственность как «форма, определяющая жизнь народов, не пропадает при разрушении самих государств, этих единичных, но только отделяется от них, и они пропадают, оставленные ею. Она же входит в жизнь новых народов, и эта жизнь становится государственною и остаётся таковою все время, пока и от нее не отделится форма, чтобы перейти в другую жизнь» [8, с. 343].
Государство возникает и долгое время существует бессознательно. Но то, что бессознательно само по себе, может быть осознано тем, что находится вне его - человеческим разумом: бессознательно сложившиеся государства, «давая начало пониманию, затем покоряются ему» [Там же, с. 453]. Человеческий дух (разум) - это творческий источник бытия, который отличает собственно мир человеческий от мира физического. Политика, как и все учения о мире человеческом, «имеет своей задачей объяснять и руководить». «Разум как способность только, как исходящий свет не содержит в себе еще никаких освещаемых предметов, никаких объектов, могущих стать предметом его познания; и одновременно он есть способность уже к чему-то, есть освещение для чего-то, что вне его лежит и, однако, с ним соотносится» [12, с. 208]. Дух человеческий подобен замыслу, это чистая потенция, возможность, синтез способностей и стремлений, а история - это пространство осуществления, постижения и планомерного раскрытия этого замысла как системы «предустановленных задатков, движимое силою их влечения к тому, к чему суть задатки» [Там же].
В своих размышлениях В. Розанов применяет и общелогические методы исследования: «…с достижением понимания одного общего в видимом разнообразии оканчивается анализ; и затем наступает синтез, как объяснение наблюдаемого разнообразия из открытого общего в нем, как понимание процессов и законов происхождения этого разнообразия» [8, с. 20]. Например, выстраивая возможную последовательность постановки таких задач, решая которые исследователь мог бы прийти в итоге своей работы к истинным последним формам государства, сначала следует изучить творящую природу самого человека и только потом, поняв её строение, можно было бы узнать и ее предназначение (целесообразность). Выявив, что разум - это постоянный и неразложимый элемент человеческого духа, можно обнаружить общее направление совершающихся в нём явлений. Изучив все эти явления, следует найти ту общую цель, к которой стремится разум, а потом необходимо вновь восстановить, синтезировав целое, системное знание для понимания целесообразности человека. Определив творящую природу человека, он рекомендует перейти к «формам творимого им или к жизни». И только после выяснения вопроса о том конечном, к которому стремится она (жизнь), «определилась бы цель государства, искусства и всего прочего». Он утверждает, что «не анализ, не дробление существующего и совершающегося с целью проникнуть внутрь разлагаемого может открыть целесообразность в природе; но только синтез, обзор целого в существующем и законченного в совершающемся, который открывает внешнее расположение первого и направление второго, может сделать это» [Там же, с. 275-276]. философский розанов знание эклектизм