ПСР также находит поддержку у таких крупных суфийских течений как накшбандийский тарикат, и у религиозных групп, как гюленовское движение (до 17 декабря 2013 г.), и у нурсистов. Суфийские тарикаты и религиозные объединения очень влиятельны в обществе, так как являются проводниками гражданской и религиозной жизни в обществе и оказывают услуги в сфере образования, здравоохранения, бизнеса и благотворительности. Они в этих сферах выполняют функции государства и играют активную роль в общественной жизни. Большинство тарикатов и религиозных объединений деполитизированы, они сводят религиозность и набожность к индивидуальной практике и к культурной сфере, что коррелирует с концепцией ПСР.
ПСР не претендует и не стремится захватить политическую власть, ее цель - быть активным политическим игроком и легитимной частью власти, тогда как ее существование все еще подвергается сомнению в кемалистских кругах. Она стремится изменить понимание и значение лаицизма в Турции, так как до начала 2000-х гг. лаицизм предполагал тотальный контроль государства над религиозной сферой [7, p. 35]. И. Йылмаз характеризует турецкий лаицизм следующим образом: лаицизм подразумевает отделение государства от религиозной сферы, но турецкий лаицизм противоречив по своей сути. Кемалистская элита считает, если государство и религия составляют единое целое в исламе, то самый лучший способ лимитировать влияние ислама на общественно-политическую жизнь - это контроль и надзор государства над религиозной сферой [12, p. 389]. Турецкий лаицизм закрыл доступ религии в общественную жизнь. Кемалистская элита считает, что религия ограничена индивидуальным сознанием и бесполезна в общественной жизни. Основная цель турецкого лаицизма - это насаждение официальной государственной идеологии кемализма в общество и освобождение его от религиозного сознания. Для ПСР тотальный лаицизм - это препятствие для проведения реформ, и каждая ее попытка рассматривается как угроза принципам секуляризма. ПСР стремится приуменьшить роль тотального лаицизма и выступает за религиозные свободы и плюрализм, чтобы широкие слои населения имели возможность применять их на практике. Официальная идеология кемализма является источником социального отчуждения, где личность - это слабое звено, а государство - сильное. Социальные группы населения считают, что истэблишмент не допускает либеральных демократических реформ, и они не представлены в политике.
В турецком общественном мнении бытует мысль, что существует борьба между кемалистами и исламистами как борьба центра и периферии в политической жизни Турции. Однако настоящая борьба происходит между государством и обществом. Эта дихотомия объясняется тем, что крупнейшие социальные группы были отстранены от участия в политической жизни. Посредством ПСР эти исключенные группы становятся активными игроками в политическом пространстве. Население рассматривает ПСР не только как политическую партию, но и как социальную организацию, включающую в себя различные социальные слои населения. ПСР - партия народа, которая является его рупором против кемалистской элиты. Реальной политической властью в Турции обладают военная элита и армия, которые стоят за военными переворотами от 27 мая 1960, 12 марта 1971, 12 сентября 1980 и 28 февраля 1997 г. ПСР появилась как новое общественно-политическое объединение с новыми требованиями реформ в области прав человека и меньшинств, демократических свобод, членства Турции в ЕС, свободы вероисповедания.
Несмотря на эти призывы к реформам, государственная элита не готова к фундаментальным перестройкам сути и сущности государственного истэблишмента. Сохранение статус-кво для них - главная прерогатива, которая идет в разрез с политическим дискурсом ПСР. Сегодня перед руководством ПСР стоит непростая дилемма: следовать по пути реформ или быть частью вышеназванного статус-кво. С одной стороны, гражданская и военная элита пытается использовать ПСР как инструмент своего влияния. С другой стороны, ПСР находится под жестким давлением общества, которое жаждет либерально-демократических реформ.
Сегодня ПСР считается мейнстримом в общественно-политической жизни Турции. Ее дискурс и идеология сфокусированы на социальных, общественно-политических вопросах, нежели на исламистских. В ракурсе трансформации ПСР мы можем сказать, что она является новым феноменом постисламизма. Как указывает М. Х. Йавуз, этот случай является наглядным примером того, что существуют возможности интеграции исламистских движений в относительно демократическую систему [10, p. 63]. Данный интеграционный процесс - это диалектический процесс успешного сотрудничества двух мировоззрений: сложный синтез и взаимодействие связки «секуляризм - модернизм - универсальность» с «исламизмом - традиционализмом - провинциализмом». Соответственно, ПСР - это продукт внутренних репрессивных и демократических причинноследственных факторов наряду с общемировой тенденцией к либерализации и глобализации.
Список литературы
1. Киреев Н. Г. История Турции. XX век. М.: ИВ РАН; Крафт+, 2007. 608 с.
2. Carkoрlu A., Toprak B. Deрiюen Tьrkiye' de Din Toplum Ve Siyaset. Istanbul: TESEV, 2006. 98 s.
3. White J. B. Islamist Mobilization in Turkey: A Study in Vernacular Politics. Washington: University of Washington Press, 2002. 539 p.
4. Yavuz M. H. Emergence of a New Turkey: Democracy and the AK Party. Salt Lake City: Utah University Press, 2006. 352 p.
5. Yavuz M. H. Islamic Political Identity in Turkey. Oxford: Oxford University Press, 2003. 343 p.
6. Yavuz M. H. Political Islam and the Welfare (Refah) Party in Turkey // Comparative Politics. 1997. Vol. 30 (1). P. 63-82. 11. Yilmaz I. Muslim Democrats in Turkey and Egypt: Participatory Politics as a Catalyst // Insight Turkey. 2009. Vol. 11. No. 2. P. 93-112. 12. Yilmaz I. State, Law, Civil Society and Islam in Contemporary Turkey // The Muslim World. 2005. Vol. 55. Р. 385-411.
Аннотация
В статье анализируется эпоха становления политических партий в новейшей истории Турции, в частности партий с исламистской основой. Характерной чертой политической жизни страны является политический ислам в лице Н. Эрбакана и его общественного объединения «Национальный взгляд». Специфика политического ислама в Турции как светской идеологии состоит в том, что он периодически подвергался эволюции под воздействием кемалистского истэблишмента и общественно-политических трансформаций. Создание и выход на политическую арену Партии справедливости и развития во главе с Р. Т. Эрдоганом ознаменует новую эпоху политического ислама.
Ключевые слова и фразы: кемализм; политический ислам; «Национальный взгляд»; Партия справедливости и развития; Н. Эрбакан; Р. Т. Эрдоган.
The article analyzes the epoch of the formation of political parties in the contemporary history of Turkey, in particular parties with Islamic foundation. The characteristic feature of the political life of the country is political Islam in the person of N. Erbakan and his public association “National View”. The specificity of political Islam in Turkey as secular ideology consists in the fact that it periodically underwent evolution under the influence of Kemalist establishment and social-political transformations. The formation and entrance into political scene of the Justice and Development Party headed by R. T. Erdogan will mark a new epoch of political Islam.
Key words and phrases: Kemalism; political Islam; “National View”; The Justice and Development Party; N. Erbakan; R. T. Erdogan.