Поиск сильных эффектов цифровых
КОММУНИКАЦИЙ
Несмотря на общие скептические результаты исследований цифровых медиаэффектов в политике, ряд исследователей по мере формирования массового цифрового сообщества делают попытки найти доказательства их сильного воздействия. Аргументы в пользу растущего влияния состоят в том, что Интернет стал доминирующей силой, когда речь идет о сборе средств на избирательную кампанию, получении доступа к информации, обмене мнениями и обсуждении, а также мобилизации людей на политическую деятельность. Сайты социальных сетей, веб-сайты и твиты все чаще служат как проводником политической информации, так и главной общественной ареной, где граждане выражают свои политические идеи, собирают средства и мобилизуют других для голосования, протеста и волонтерской деятельности. политический цифровой коммуникация интерактивный
Ряд исследователей, рассматривающих вовлечение молодежи в онлайн-среду, предлагают более широкую интерпретацию гражданской активности. Они находят важные различия между формами онлайн-активности и использованием платформы социальных медиа. Некоторые ученые сосредоточились на конкретных технологиях (например, смартфонах) или платформах социальных сетей (например, Facebook, Google+ или Twitter) [28, 29]. Другой аналитический подход делает акцент на целях (например, поиск информации) и интерактивной динамике взаимодействия (например, обмен информацией) [30].
Отдельные исследователи выделили три вида онлайн-активности: сбор информации, социальное взаимодействие и творческое производство. Они установили, что творческое производство оказывает непосредственное влияние на участие в политической жизни в автономном режиме и Интернете, в то время как результаты сбора информации и социального взаимодействия носят косвенный характер. Последние формы онлайн-активности ведут к более активному участию в политических дискуссиях в Интернете, что, в свою очередь, ведет к более активному политическому участию онлайн и офлайн. Точно так же различают два типа использования социальных сетей: для получения новостей и для социального взаимодействия [31].
Многие исследователи отмечают, что онлайн- активность коренным образом трансформирует политическое участие молодежи. Политическое взаимодействие в молодом возрасте является сильным предиктором будущих моделей взаимодействия или разъединения [32]. В исследовании политического участия молодежи используют перекрестную структуру, позволяющую определить, в какой степени общие формы онлайн-деятельности способствуют онлайн- и офлайн-формам политической активности. Исследователи считают, что молодежь часто включается в политическое участие через две формы онлайн-активности: деятельность, основанная на дружбе (FD), и деятельность, основанная на интересах (ID). Таким образом, вместо того чтобы группировать онлайн-активность в одномерную категорию или фокусироваться на конкретной технологической платформе (например, Facebook или Twitter), следует различать причины участия молодежи и характер социального взаимодействия в интернете [33].
При этом существуют размытые или пересекающиеся границы между различными формами молодежной онлайн-активности и участия в политической жизни. В рамках своей деятельности в области FD и ID люди часто обмениваются информацией или мнениями по политическим вопросам. Нормы гражданства расширяют формы политического участия. Даже деятельность, которая не находится на политической арене или непосредственно не направлена на влияние на политических акторов, может рассматриваться как составляющая политического участия, если она используется участниками «для выражения своих политических целей и намерений» [34]. Онлайн-мероприятия могут соответствовать определению как политического участия, так и деятельности ID или FD, поскольку они подчас имеют несколько мотиваций, как политических, так и неполитических [35]. Сравнительные исследования подтверждают, что большинство молодых людей используют социальные медиа для общения с друзьями и семьей, занятий интересным делом и развлечений, а не для политической деятельности [36]. Однако эти и связанные с ними исследования также обнаруживают, что на пользователей Интернета оказывается преднамеренное или случайное политическое воздействие.
На основании этого формулируется гипотеза, что практика использования цифровых медиа создает стимулы для политической активности (как онлайн, так и офлайн) путем развития социальных сетей, которые способствуют выявлению политических проблем. В итоге исследователи приходят к выводу, что размер социальных сетей, используемых молодыми людьми, взаимосвязан с онлайн-активностью FD и ID для продвижения политической активности. Участие пользователей, включенных в большие социальные сети (более слабые связи), как FD, так и ГО, приводит к увеличению уровня офлайн-политической активности, а сочетание ГО с крупными социальными сетями -- к увеличению уровня онлайн-политической активности. Выводы подтверждают предположение о том, что деятельность FD и ГО онлайн способствует политическому участию, и это подчеркивает политическое значение слабых связей, воплощенных в крупных социальных сетях [37]. Хотя молодежь выказывает неприятие политики, она использует все имеющиеся средства для выполнения основных задач гражданского участия. Посредством сочетания личных и цифровых коммуникаций молодые граждане обсуждают важные вопросы со сверстниками и референтными лицами, переопределяя динамику гражданской жизни [32].
Хотя исследователи находят мало доказательств того, что использование цифровых коммуникаций оказывает серьезное влияние на политическую активность молодежи, они установили прямую зависимость положительного воздействия на молодых людей таких цифровых медиа, как блоги, онлайн- новости и общественная дискуссия. Отдельные онлайн-действия, такие как общение с должностными лицами, политические заявления, волонтерские акции и протесты, имеют самостоятельное значение. Исследователи обнаружили также тесную связь между политическими действиями в Интернете (такими как присоединение к политическим группам и подписание петиций) и офлайн, которые подрывают представления о пассивности молодежи [38].
По мнению исследователей, формы политического участия в демократических обществах быстро расширяются и принимают различные виды: голосование, демонстрации, волонтерство, бойкотирование, ведение блогов и флешмобы. Также появляется множество разнообразных творческих, выразительных, индивидуализированных и цифровых форм участия. Старые и новые формы систематически интегрируются в многомерную модель политического участия, охватывающую (1) голосование, (2) участие в цифровой сети, (3) институционализированное участие, (4) протест, (5) гражданское участие и (6) участие потребителей. Принимая во внимание, что творческие, экспрессивные и индивидуализированные способы, по-видимому, являются экспансиями протестных действий, формы с цифровой сетью четко устанавливают новый и отличный способ политического участия, который вписывается в общий репертуар политического участия [39]. Результаты исследований подчеркивают необходимость изучения многочисленных форм онлайн-активности наряду с политически ориентированной онлайн- деятельностью, чтобы понять тенденции развития политических коммуникаций и участия.
В заключение следует заметить, что цифровые коммуникации стали играть все более заметную роль в гражданской и политической жизни. В частности, новые медиа способствуют политическому участию, так как имеют свойство интерактивности, возможности координации действий сторонников, посредством которых оказывается влияние на электоральную активность и обсуждение важных для общества вопросов. Последствиями цифрового сдвига в информационных коммуникациях стали новые возможности и риски политического взаимодействия, которые привели к формированию новых практик и форм участия.
Все больше исследователей отмечают очевидное снижение политического участия и негативные тенденции для демократии. Вместе с тем Р. Далтон утверждает, что в предыдущих исследованиях были неверно диагностированы источники политических изменений и последствия изменений норм гражданства для политической активности американцев. Нормы гражданства переходят от модели гражданства, основанного на долге, к активному гражданству. Этот сдвиг в норме не разрушает участие, а меняет и расширяет модели политического участия [40]. Р. Далтон показывает, что вопреки общепринятому мнению нынешнее поколение молодежи более политически активно и терпимо, более привержено социальной справедливости. Молодежь создает новые нормы гражданства, которые ведут к возрождению демократического участия [41].
В целом же цифровые медиа создали различные творческие способы участия в социальной и политической жизни, которые в конечном итоге превращаются в значимые действия. Неполитические формы участия в цифровой сети иногда могут быть гораздо более эффективными, чем политические.
Список источников / References
1. Barrett M., Zani B. Political and Civic Engagement: Multidisciplinary Perspectives. London: Routledge; 2014. 562 p.
2. Mccartney A. R.M., Bennion E. A., Simpson D. W. Teaching Civic Engagement: From Student to Active Citizen. Washington: American Political Science Association; 2013; 536 p.
3. Putnam R. Tuning In, Tuning Out: The Strange Disappearance of Social Capital in America. Political Science and Politics. 1995;28(4):664-683.
4. Putnam R. Bowling Alone: The Collapse and Revival of American Community. New York: Simon & Schuster; 2000. 357 p.
5. Howard P. N. New media campaigns and the managed citizen. New York: Cambridge University Press; 2006. 264 p.
6. Bimber B. The Internet and citizen communication with government: Does the medium matter? Political Communication. 1999;16:409-429.
7. Weber L. M., Loumakis A., Bergman J. Who participates and why? An analysis of citizens on the Internet and the mass public. Social Science Computer Review. 2003;21:26-42.
8. Norris P. A Virtuous circle: Political communications in postindustrial societies. New York: Cambridge University Press; 2000.
9. Barber B. The uncertainty of digital politics: Democracy's uneasy relationship with information technology. Harvard International Review. 2001;23:42-48.
10. Carpini D. Gen.com: Youth, civic engagement, and the new information environment. Political Communication. 2000;17:341-350.
11. Polat R. K. The Internet and political participation: Exploring the explanatory links. European Journal of Communication. 2005;20:435-459.
12. Boulianne Sh. Does Internet Use Affect Engagement? A Meta-Analysis of Research. Political Communication. 2009;26:2:193-211.
13. Macafee T., De Simone J. J. Killing the bill online? Pathways to young people's protest engagement via social media. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2012;15(11):579-584.
14. Gil de Zщniga H., Copeland L., Bimber B. Political consumerism: Civic engagement and the social media connection. New Media & Society. 2013;16(3):488-506.
15. Valenzuela S. Unpacking the use of social media for protest behavior: The roles of information, opinion expression, and activism. American Behavioral Scientist. 2013;57(7):920-942.
16. Boulianne Sh. Social media use and participation: a meta-analysis of current research. Information, Communication & Society. 2015;18(5):524-538.
17. Петухов В. В., Бараш Р. Э., Седова Н. Н., Петухов Р. В. Гражданский активизм в России: мотивация, ценности и формы участия. Власть. 2014;(9):11--19.
18. Petukhov V. V., Barash R. E., Sedova N. N., Petukhov R. V. Civic activism in Russia: Motivation, values and forms of participation. Vlast 2014;(9):11-19. (In Russ.).
19. Dimitrova D. V., Shehata A., Stromback J., Nord L. W. The effects of digital media on political knowledge and participation in election campaigns: Evidence from panel data. Communication Research. 2014;41(1):95-118.
20. Holt K., Shehata A., Stromback J., Ljungberg E. Age and the effects of news media attention and social media use on political interest and participation: Do social media function as leveller? European Journal of Communication. 2013;28(1):19-34.
21. Towner T. All political participation is socially networked? New media and the 2012 election. Social Science Computer Review. 2013;31(5):527-541.
22. Tang G., Francis L. F. Lee. Facebook use and political participation: The impact of exposure to shared political information, connections with public political actors, and network structural heterogeneity. Social Science Computer Review. 2013;31(6):763-773.
23. Gil de Zuniga H., Jung N., Valenzuela S. Social media use for news and individuals' social capital, civic engagement and political participation. Journal of Computer-Mediated Communication. 2012;17:319-336.
24. McPherson M., Smith-Lovin L., Brashears M. E. Social Isolation in America: Changes in Core Discussion Networks over Two Decades. American Sociological Review. 2006;71(3):353-375.
25. Bode L., Vraga E. K., Borah P., Shah D. V. A new space for political behavior: Political, social networking and its democratic consequences. Journal of Computer-Mediated Communication. 2014;19:414-429.
26. Vitak J., Zube P., Smock A., Carr C.-T., Ellison N., Lampe C. It's complicated: Facebook users' political participation in the 2008 election. Cyberpsychology, Behavior, and Social Networking. 2011;14(3):107-114.
27. Xenos M., Vromen A., Loader B. D. The great equalizer? Patterns of social media use and youth political engagement in three advanced democracies. Information, Communication & Society. 2014;17(2):151-167.
28. Mitchell A., Gottfried J., Barthel M. Trump, Clinton Voters Divided in Their Main Source for Election News, 2017.
29. Theocharis Y., Quintelier E. Stimulating citizenship or expanding entertainment? The effect of Facebook on adolescent participation. New Media & Society. 2016;18(5):817-836.
30. Zhang W., Seltzer T., Bichard S. L. Two sides of the coin: Assessing the influence of social network site use during the 2012 U.S. presidential campaign. Social Science Computer Review. 2013;31(5):542-551.
31. Ekstrom M., Ostman J. Information, interaction, and creative production: The effects of three forms of Internet use on youth democratic engagement. Communication Research. 2015;42(6):796-818.
32. Gil de Zuniga H., Molyneux L., Zheng P. Social media, political expression, and political participation: Panel analysis of lagged and concurrent relationships. Journal of Communication. 2014;64(4):612-634.
33. Plutzer E. Becoming a habitual voter: Inertia, resources, and growth in young adulthood. American Political Science Review. 2002;96(1):41-56.
34. Ito M., Baumer S., Bittanti M., Boyd D. et al. Hanging out, messing around, and geeking out. Cambridge, MA: MIT Press; 2009. 440 p.
35. Van Deth J. W. A conceptual map of political participation. ActaPolitica. 2014;49(3):349-367.
36. Hooghe M. Defining political participation: How to pinpoint an elusive target? Acta Politica. 2014;49(3):338-341.
37. Kahne J., Bowyer B. The Political Significance of Social Media Activity and Social Networks. Political Communication. 2018;35(3):470-493.
38. Soep E. Participatory Politics: Next-Generation Tactics to Remake Public Spheres; 2014.
39. Boulianne S., Theocharis Y. Young people, digital media, and engagement: a meta-analysis of research; 2018.
40. Theocharis Y., Van Deth J. The continuous expansion of citizen participation: A new taxonomy. European Political Science Review. 2018;10(1):139-163.
41. Dalton R. J. Citizenship Norms and the Expansion of Political Participation. Political Studies. 2008;56(1):76-98.
42. Dalton R. J. The Good Citizen: How a Younger Generation Is Reshaping American Politics. CQ Press; 2015. 240 p.