Вербовка стала важным этапом в переходе от живописи к работе с вещью и для Любови Поповой. Она также присоединилась к сотрудничеству с Натальей Давыдовой перед второй выставкой. Многочисленные эскизы того периода являются подтверждением ее увлечением супрематизмом и дает нам представление о том, как начинался ее путь к производственному искусству [Туловская, 2016, с. 25]. Именно этот проект становится важным этапом к переходу от картины к вещи. Универсальность супрематической системы выразительности подтвердила свою универсальность на практике. Супрематическая идея создания единой, не только художественной, но и философской концепции, окружающей человека и его предметный мир, начала реализовываться.
Крайне интересными, с точки зрения дизайна, мне кажутся эскизы для сумочек Ольги Розановой. Они выделяются среди других не только интересным колоритом, но и большим вниманием художницы к деталям. В эскизах других художниц мы чаще видим супрематическую картину в миниатюре, заключенную в прямоугольник, однако же Ольга Розанова поступала иначе. Можно заметить, что она здесь выступает уже не только как создатель рисунка, но и как настоящий дизайнер. Кажется, что Розанова была больше других увлечена созданием не только супрематического эскиза, но модного женского аксессуара. Все ее сумочки не похожи друг на друга, выглядят актуально для своего времени и представляют собой совершенно законченный эскиз готового изделия. Так как большинство работ были распроданы еще на выставке, долгое время информация об этих изделиях была совершенно недоступна. Именно поэтому найденный в Берлине блокнот с эскизами для Вербовки из собрания А. Федоровского стал настоящим открытием. Особенно любопытно то, что кроме рисунков Розанова оставляла подробные указания,
какой шелк использовать, какая должна быть фактура, какими декоративными элементами следует украсить готовое изделие [Гурьянова, 2002, с. 165]. Также интересен тот факт, что именно Розанова, отдавая дань народному декоративно-прикладному искусству, видела в нем вдохновение в творчестве: «У меня в комнате от массы деревянных игрушек, которые я купила во Владимире, от пестрых подушек на стульях и от красивых образов уютно, располагает к работе» [Терехина, 2003, с. 67]. Также в своем очерке «о прикладном искусстве», который находится в архиве семьи Родченко и Степановой, она пишет, что именно декоративно-прикладное искусство во все временя является отражением эпохи, а значит, к нему не должно относиться с пренебрежением, а напротив нужно вплотную им заниматься. И не просто изучать, и продолжать традиции, но создавать новые [Лаврентьев, 2020, с. 47].
После выставки Наталья Давыдова еще была полна надежд продолжать работу, Надежда Удальцова даже упоминает о совместных планах Вербовки и кутюрье Надежды Ламановой. Также были стремления устраивать в России и Европе не только выставки декоративно-прикладного искусства, но и живописные [Удальцова, 1994, с. 35].
К сожалению, планам было не суждено сбыться. Несмотря на то, что деятельность артели не прекращалась ни вовремя Первая мировой войны, ни во время уличных боев революции, она не пережила смену политического курса. Судьбу развития декоративного искусства в России предопределило то, что беспредметная живопись стала вызывать сомнения в идеологическом плане. В 1918 году еще была проведена выставка прикладного искусства в Киеве вместе с Александрой Экстер и Евгенией Прибыльской. А уже в 1919 году Наталья Михайловна Давыдова была арестована вместе со своим сыном по доносу. Ее сын скончался в заключении, а сама Наталья Михайловна, освободившись, эмигрировала в Париж, где через несколько лет приняла решение уйти из жизни.
Трагическое завершение этого амбициозного проекта оставило после себя еще одно любопытное напоминание. В 1935 году был написан портрет Елизаветы Яковлевой. Она была театральным декоратором, на картине она изображена в шляпке и пальто, а в руках она держит ярко красную сумочку с супрематическим рисунком или вышивкой. Посмотрев на эту работу, кажется, что она и создавалась ради этого аксессуара, так гордо и с удовольствием хозяйка его демонстрирует. Эта картина была обнаружена относительно недавно. Первоначально автором картины называли Казимира Малевича [Дуглас, 2015, с. 304]. Однако существуют убедительные доказательства, которые привел коллекционер Андрей Васильев, согласно которым работа была написана Марией Джагуповой [Васильев, 2019]. Интересно также и то, что у вышеупомянутой ученицы Малевича также были эскизы сумочек с супрематическим орнаментом. Таким образом, даже после прекращения деятельности артели, их идеи вдохновляли других художников.
ИСТОЧНИКИ
1. Степанова В.Человек не может жить без чуда: Письма. Поэтические опыты. Записки художницы. - Москва: Сфера, 1994.
2. Удальцова Н.Жизнь русской кубистки. - Москва: Лит.-худож. агентство “КА”, 1994.
ЛИТЕРАТУРА
1. Бесчастнов Н., Лаврентьев А. Ткань авангарда. - Москва: РИП-холдинг, 2020.
2. Васильев А.Выставляя картину как Малевича, мы убиваем ее подлинного автора // TheArtNewspaperRussia. Online. 2019. URL: http://www.theartnewspaper.ru/posts/6880/
3. Гурьянова Н.Ольга Розанова и ранний русский авангард. - Москва: Гилея, 2002.
4. Дуглас Ш.Лебеди иных миров и другие статьи об авангарде. - Москва: Три квадрата, 2015.
5. Калмыкова В.Вера Пестель. Путь с башни. - Москва: ИП Забозлаев А.Ю., 2016.
6. Коваленко Г.Александра Экстер: Путь художника. Художник и время. - Москва: Галарт, 1993.
7. Терехина В.Розанова О. «Лефанта чиол...» - Москва: RA, 2002.
8. Туловская Ю. Текстиль Авангарда. Рисунки для ткани. - Екатеринбург: TATLIN, 2016.
9. Шатских А. Казимир Малевич и общество Супремус. - Москва: Три квадрата, 2009.
SOURCES
1. Stepanova V. Chelovek ne mozhet zhit' bez chuda: Pis'ma. Pojeticheskie opyty. Zapiski hudozhnicy [A Man Cannot Live without Miracle: Letters. Poetic Experiments. The artist's notes]. Moscow, Sfera, 1994.
2. Udaltsova N. Zhizn russkoi cubistki [Life of a Russian cubist]. Moscow, Lit.-hudozh. agentstvo “RA”, 1994.
REFERENCES
1. Beschastnov N., Lavrentiev A. Tkani avangarda [Avantgarde fabric]. Moscow, Rip holding, 2020.
2. Douglas Ch. Lebedi inyh mirov I drugie stat'I ob avangarde [Swans of Other Worlds and other articles about the avantgarde]. Moscow, Tri kvadrata, 2015.
3. Gurianova N. Olga Rozanova i ranii avant-garde [Olga Rozanova and the early Russian avant-garde]. Moscow, Gileya, 2002.
4. Kalmikova V. Vera Pestel, Put's bashni [Path from the tower]. Moscow, IP Zabozlaev A.Yu., 2016.
5. Kovalenko G. Alexandra Exter: Put' hudoznika. Hudoznik i vremya [Alexandra Exter: The Artist's Way. The artist and time]. Moscow, Galart, 1993.
6. Shatskikh A. Kazimir Malevich i Obshchestvo Supremus [Kazimir Malevich and the Supremus Society]. Moscow, Tri kvadrata, 2009.
7. Terechina V. Rosanova Olga “Lefanta chiol...” [Rozanova O. “Lefanta chiol...”]. Moscow, RA, 2002.
8. Toulovskaya U. Tekstil avangarda. Risunki dlya tkani [Avant-garde textiles. Drawings for fabric]. Ekaterinburg,TATLIN, 2016.
9. Vasil'ev A. “Vystavljaja kartinu kak Malevicha, my ubivaem ee podlinnogo avtora” [By exposing a painting as Malevich, we are killing its true author]. The Art Newspaper Russia. Online. 2019. URL: http://www.theartnewspaper.ru/posts/6880/