Работы А.В. Суслова, созданные в рамках сибирской неоархаики, сочетают элементы изобразительности и нонфигуративности. Часто художник выбирает формат диптиха, триптиха или полиптиха. Доминирующим мотивом в работах этой группы выступает природа. Она может воплощаться в условных элементах, отсылающих зрителя к пейзажу. Горизонтальные линии, ассоциирующиеся с линией горизонта, берегами реки, воздушные массы или фактуры, напоминающие поверхность воды или земли. А.В. Суслов графически воплощает природные стихии, балансируя между предметностью и беспредметностью. Обязательным элементом работ А.В. Суслова на тему сибирской неоархаики являются знаки, обозначающие человеческое присутствие. Чаще всего художник прибегает к условному изображению силуэта человека. На первый взгляд может показаться, что фигурки людей у Суслова похожи на петроглифы бронзового века. Однако, если присмотреться, становится очевидно, что при внешней схожести с петроглифом контура и внутренней тектоники формы фигурки наполнены драматизмом современного восприятия мира. Условность и масштабность человеческих фигур в общем решении графического листа вызывает ощущение малости человеческой жизни в сравнении с космологическими законами природы. Неолитический персонаж А. Суслова испытывает робость от вступления в этот большой мир и принимает естественность смерти как элемента круговорота природы.
Примером описанных выше характеристик является полиптих «Палеовесна». Работа состоит их четырех вытянутых по вертикали листов. Поверхность листов заполнена абстрактными перетекающими друг в друга пятнами сине-зеленой и голубовато-сиреневой гаммы. Линия горизонта не отмечена, но условность цветоформы поверхности листов рождает образ таяния снегов. Отсутствие горизонта не мешает воспринимать композицию как пейзаж. Скорее представляется, что художник взял высокую точку обзора для того, чтобы показать масштаб половодья. В центральной части каждого листа на разных уровнях по отношению друг к другу расположены фигурки мужчин и женщин. Танцующие позы и ритмичность в расположении фигур вызывают ощущение хоровода. При более внимательном рассмотрении можно заметить, что на центральной правой части изображены касающиеся друг друга мужчина и женщина, а на центральной левой части расположена танцующая женщина. На крайних частях полиптиха художник создал мужчин, манипулирующих большими палеолитическими орудиями. Движения фигур похожи на ритуальный танец, в котором сплетены пластика тела и эпичность жизненных ритуалов охоты, оплодотворения, рождения нового. Таким образом, при свободном оперировании приемами абстракционизма А.В. Суслов очень конкретно формулирует авторское послание: человек в бескрайнем мире природы подчинен вечному круговороту событий-ритуалов. Узнавание изобразительной формы в нонфигуративной композиции - особенность творческого метода А.В. Суслова, часть структуры его авторского высказывания.
Во многих графических произведениях А.В. Суслов сосредоточен на внимательном воспроизведении фактуры поверхности изображаемого предмета или вещества. В работах, входящих в тематический круг сибирской неоархаики, художник, балансируя на грани узнавания, воспроизводит стихии - огонь, землю, воздух. Эти стихии он изображает, тщательно прорабатывая контур цветовых пятен, подчиняя плотность красочного пятна авторскому замыслу. Но вместе с такой тщательностью выписывания поверхностей, изображающих стихии, А. Суслов использует техники, в которых авторский контроль менее выражен. В частности, для создания эффекта стертости, растворенности вещества, автор использует монотипию. Примером использования монотипии является графическая серия «Золотые реликты». На шести практически квадратных листах расположены вытянутые по форме оттиски коричневого цвета. Пятна от оттиска напоминают одновременно истлевшую материю археологических находок и ландшафт земли с высоты птичьего полета. Поверх оттиска золотистой краской художник изображает предметы (жернов, лук), небесные тела (солнце, две луны) и людей (шаман, мужчина). Непринужденность оттиска монотипии контрастирует с продуманностью стилизованной формы изображенных объектов. Название серии «Золотые реликты» выявляет авторский акцент на свойстве времени уничтожать материю. Но в сравнении с истлевающей материей культурный след человека, отлитый в золоте, не подвержен старению. Обобщая мировоззренческую позицию А.В. Суслова, проявившуюся в работах тематического круга сибирской неоархаики, следует отметить, что художник принимает мир в его глобальном природном многообразии, красоте и космических законах. След человека в глобальном мире недолговечен, но творческое осмысление мира, воплощенное в искусстве, способно сохраниться и стать транслятором прошлого для будущих поколений.
Победа творчества над энтропийными законами мира проявляется в ряде композиционных решений. Так, в триптихах «Огонь» и «Скипетр», диптихах «Восток» и «Запад» художник избирает вертикальные центрально-симметричные композиции. Диптихи «Восток» и «Запад» имеют идентичные композиции. В верхней части левого и нижней части правого листа автор изобразил объекты, символизирующие для него Восток и Запад. Восток у Суслова ассоциируется с амадиной и гранатом, а Запад с птичкой славкой и яблоком. Композиционное решение диптихов построено на традициях восточного монументально-декоративного искусства. Изобразительный элемент смещен от центра композиции, доминирующее значение приобретает абстрактный орнамент. При сравнинии этих диптихов с произведениями группы «сибирская неоархаика» возникает вопрос, а можно ли эти произведения причислять к категории абстракционизма. Фигуративно трактованные объекты и декоративное начало зеркально отраженного орнамента ставят под сомнение абстрактный характер диптихов. С одной стороны, в самой абстракции есть большая доля декоративности. Эту близкородственную связь проанализировала Шарлотта Дуглас в статье «Беспредметность и декоративность»: «...Почва для беспредметности в живописи была основательно подготовлена эволюцией орнамента.» [3, с. 105]. С другой стороны, для А.В. Суслова тема зеркально симметричных орнаментальных композиций продолжается в триптихах, которые не вызывают сомнений в своих нонфигуратив- ных основах. Так, в триптихе «Огонь» представлено символическое воплощение стихии средствами цвета, линии, симметрии, а в триптихе «Скипетр» геральдическое размещение достаточно условных объектов воплощает собой космическую иерархию как часть мировой гармонии.
Обращение к языку беспредметности не является актом протеста для Александра Суслова, это происходит естественно и непринужденно, он увлекается графичностью форм, переливом цветового пятна на листе, помещая в абстрактные композиции узнаваемую форму или конкретный предмет. Обобщая анализ работ тематического круга «сибирская неоархаика», следует отметить, что для А.В. Суслова абстракция представляется методом воплощения авторских идей о мироздании, космических законах и человеческом присутствии в глобальном мире. При этом нонфигуративность имманентно присуща миру, проявляясь как в природном начале, так и в формах творческой деятельности человека.
В работах Суслова мало случайного. За любым изображенным объектом стоит выявленное автором символическое значение. В этом смысле беспредметность в работах художника тоже имеет символический контекст. В случаях, когда абстракция воплощает природный образ, художник допускает свободу перетекания краски, плотность цвета, мягкие неритмичные контуры цветового пятна. Анализируя творческий след человека в мировом пространстве, художник прибегает к ритмичным, геометрическим формам, схожим с орнаментальными решениями бронзового века или художественной культуры Востока.
Язык абстракции часто связан с выражением иной картины мира, не совпадающей с конвенционально принятой. Как и для многих художников поколения семидесятых, для мировоззрения А.В. Суслова характерна надысторичность. Художник обращается к истории существования человека в мире. Но человеческое присутствие в мире его интересует в эпичном вневременном контексте. Собственно, мир в представлениях автора - это природные стихии и космический порядок, которым подчинены человеческие драмы и исторические коллизии. По мнению А.В. Суслова, в круговороте времен ценно только одно - творческий вклад человека. Само творчество тесно связано с гармоничным существованием в природе, жизненными этапами и ритуалами. В этом смысле А.В. Суслов использует приемы абстрагирования, для того чтобы отразить вневременную картину мира. Беспредметность в его работах гармонично сосуществует с фигуративностью. Абстрактный образ в его работах имеет двойное значение. Это и самоценная художественная форма для созерцания гармонии пропорций и сочетания цветов, и символическая форма, в которой зритель узнает конкретные стихии, объекты, действия, ценности.
Для художников русского авангарда абстракционизм был языком будущего искусства. Для нонконформистов - обращение к языку абстракции означало декларирование протеста по отношению к идеологическим установкам в искусстве. Творчество А.В. Суслова отражает позицию поколения художников 1970-1980-х годов. Для них абстракция - один из языков живописи, получивший свое историческое воплощение и проявляющийся в наборе конкретных художественных приемов. Приемы абстракции доступны каждому, и за ними не стоят протестные смыслы. В отличие от предыдущих поколений художников, которые видели в абстракции язык искусства будущего, А.В. Суслов, как и некоторые представители его поколения, видит в беспредметных композициях возможность воплотить образ архаичного прошлого.
Литература
1. Барт Р. О Расине // Барт Р Избранные работы: Семиотика. Поэтика / сост., общ ред. и вступ. ст. Г.К. Косиков. - М.: Прогресс, Универс, 1994. - С. 142-232.
2. Барт Р S/Z: пер. с фр. - 2-е изд., испр. / под ред. Г.К. Косикова. - М.: Эдиториал УРСС, 2001. - 232 с.
3. Дуглас Ш. Беспредметность и декоративность. // Вопросы искусствоведения. - 1993. - №2-3. - С. 96-105.
4. Косиков Г.К. «Структура» и/или «текст» (стратегии современной семиотики) // Косиков Г.К. Собрание сочинений. Т 2. Теория литературы. Методология гуманитарных наук. - М.: Центр книги Рудомино, 2012. - С. 553-602.
5. Леви-Стросс К. Тотемизм сегодня. Неприрученная мысль / пер. с фр. А.Б. Островского. - М.: Академический Проект, 2008. - 520 с.
6. Лихацкая Л.Н. Роль знака в формировании семантики художественного образа в иллюстрациях Сергея Дыкова // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. - 2022. - №58. - С. 159-168.
7. Суслов А.В. Взгляд на северо-восток: каталог / вступ. статья А. Морозов. - Красноярск: Ситалл, 2002. - 20 с.
8. Флорковская А. Официальная и неофициальная версии московской живописи позднесоветского времени. 1970-1980-е годы // Позднесоветское искусство России. Проблемы художественного творчества: коллективная монография / отв. ред. А.Н. Иншаков. - М.: БуксМарт, 2019. - С. 64-101.
References
1. Bart R. O Rasine [About Racine]. Izbrannye raboty: Semiotika. Poetika [Selected works: Semiotics. Poetics]. Comp., general ed. and introductory article by G.K. Kosikov Moscow, Progress, Univers Publ., 1994, pp. 142-232. (In Russ.).
2. Bart R. S/Z [S/Z]. Edited by G.K. Kosikov. Moscow, Editorial URSS Publ., 2001. 232 p. (In Russ.).
3. Duglas Sh. Bespredmetnost' i dekorativnost' [Abstraction and decorativeness]. Voprosy iskusstvovedeniya [Questions of Art criticism], 1993, no. 2-3, pp. 96-105. (In Russ.).
4. Kosikov G.K. “Struktura” i/ili “tekst” (strategii sovremennoy semiotiki) [“Structure” and/or “text” (strategies of modern semiotics)]. Sobranie sochineniy. T. 2. Teoriya literatury. Metodologiya gumanitarnykh nauk [Collected Works. Vol. 2. Theory of Literature. Methodology of the humanities]. Moscow, Tsentr knigi Rudomino Publ., 2012, pp. 553-602. (In Russ.).
5. Levi-Stross K. Totemizm segodnya. Nepriruchennaya mysl' [Totemism today. An untamed thought]. Translated from the French by A.B. Ostrovsky. Moscow, Akademicheskiy Proekt Publ., 2008. 520 p. (In Russ.).
6. Likhackaya L.N. Rol' znaka v formirovanii semantiki khudozhestvennogo obraza v illyustratsiyakh Sergeya Dykova [The role of the sign in the formation of the semantics of the artistic image in the illustrations of Sergei Dykov]. Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta kul tury i iskusstv [Bulletin of the Kemerovo State University ofCulture and Arts], 2022, vol. 58, pp. 159-168. (In Russ.).
7. Suslov A.V Vzglyad na severo-vostok: katalog. [The view to the northeast]. Introduction article by A. Morozov. Krasnoyarsk, Sitall Publ., 2002. 20 p. (In Russ.).
8. Florkovskaya A. Ofitsial'naya i neofitsial'naya versii moskovskoy zhivopisi pozdnesovetskogo vremeni. 1970-1980-e gody [Official and unofficial versions of Moscow painting of the late Soviet period. 1970-1980s.]. Pozdnesovetskoe iskusstvo Rossii. Problemy khudozhestvennogo tvorchestva: kollektivnaya monografiya [Late Soviet Art of Russia. Problems of artistic creativity. Collective monograph]. Responsible editor A.N. Inshakov. Moscow, BuksMart Publ., 2019, pp. 64-101. (In Russ.).