Антитеррористическая стратегия Франции в зоне Сахеля в рамках европейской безопасности
А.И. Емельянов, Г.М. Сидорова
Московский государственный лингвистический университет
Аннотация
Цель работы - проанализировать антитеррористическую стратегию Франции в части борьбы с джихадистскими группировками, ведущими свою деструктивную деятельность в Африке, в частности в зоне Сахеля. Затрагиваются вопросы внешней политики Франции, которая отстаивает свои интересы в Сахеле несмотря на то, что другие европейские государства и партнеры по НАТО не принимают активного участия в контртеррористических операциях в этом регионе. Делается вывод о том, что французская внешнеполитическая стратегия в Африке содержит в себе важный антитеррористический компонент, что выражается в их стремлении предотвратить распространение джихадизма в зоне Сахеля, тем самым, возможно, сократить нелегальную миграцию в Европу, в частности в саму Францию, и в итоге - обеспечить безопасность в Европе.
Ключевые слова: Африка, безопасность, джихадизм, Европейский союз, Сахель, стратегия, терроризм, Франция
Abstract
FRENCH ANTI-TERRORIST STRATEGY IN THE SAHEL ZONE WITHIN THE FRAMEWORK OF EUROPEAN SECURITY
A.I. Emelianov, G.M. Sidorova
Moscow State Linguistic University
In the framework of the given article, the author explores the problem of separatism in the Pattani region of the southern part of Thailand. This topic illustrates the complexity of the relationship between the Muslim minority, compactly residing within a certain territory, and, accordingly, the majority of the country's population with its state structures, related to the Thai ethnic group and to Buddhist religion. At the same time, in the context of this case, the problem of separatism is scrutinized together with the process of Muslim radicalization and the formation of separate terrorist groups associated or directly related to Islam or Islamism. The methodology of the research is based upon factor analysis, systematic approach, cross-cultural analysis, synthesis, comparison, and statistical methods.
Key words: Pattani, separatism, radicalization, ethno-cultural conflict, interreligious conflict, terrorism
Введение
Прежде чем приступить к анализу политики Франции в зоне Сахеля, необходимо дать краткую характеристику джихадизма в сахельском регионе («Сахель» от араб. - «берег пустыни» - гео-графическая область в Северной Африке, на юге пустыни Сахара). События последних лет в данном регионе показывают, что джихадизм в Африке имеет мало общего с терроризмом, поразившим многие части света в последнее десятилетие. Он представляет собой своеобразную форму протеста народов, переживающих социально-гуманитарные проблемы после окончания эпохи колониализма. Исследования, проведенные на основе опросов и бесед с пойманными джихадистами показали, что большинство опрошенных лишь немного знали (или не знали вообще) религиозные тексты на момент, когда они вступали в группировки [Кадырова, Саватеев, 2018, с. 84]. Можно предположить, что основными причинами перехода людей к джихадистам являются халатное отношение действующих политических режимов к человеческому фактору, а также высокая коррумпированность государственных структур и т. д.
Таким образом, африканский джихадизм не поддается обычному анализу на основе европейского радикализма или опыту исламских государств [Саватеев, 2006, с. 197]. Остается бесспорным то, что в традиционных африканских верованиях заложено объединение народов вокруг какого-нибудь харизматичного лидера или с целью защиты своей общины, ведущую и централизующую роль в которой традиционно играет религия. Однако, как показывает практика, этнические, региональные и национальные особенности берут верх над религией, и джихадистским течениям не удается объединиться в одно большое африканское исламистское течение, способное, наконец, стать единой уммой (от араб. ^- «община, нация») во всем регионе [Саватеев, 2014, с. 240].
Важно отметить, что джихадизм, как правило, проявляется в результате конфликтов, давних обид и притязаний стран или народов региона. Взяв на себя роль главного протагониста, чья основная правомерность заключалась бы в провозглашении антиджихадизма, Европа не смогла бы предложить странам Африки подходящего политического режима, способного сплотить людей и обеспечить стабильность и процветание. К тому же заметно бессилие Европейского союза в вопросе разрешения локальных конфликтов в Средиземноморье и в Северной Африке. Например, пастухи, страдающие от засухи, особенно суровой засухи 2018 года, гонят свои стада к общинам оседлых народов в центральной части Мали прямо перед началом жатвы, провоцируя тем самым конфликты с местными жителями, вынуждая местное население формировать общинные ополчения, в число которых, например, входит народ фульбе, чем могут воспользоваться про-пагандисты джихадизма для культивации среди недовольных опасных радикальных идей.
На данный момент взаимодействие различных джихадистских движений в зоне может привести к осложнению ситуации на южных рубежах единой Европы. Несмотря на отсутствие в регионе сил, похожих на Исламское государство, деятельность которого запрещена на территории Российской Федерации, способных взять на себя эту роль в регионе активно действуют такие группировки как «Аш-Шабаб» в Сомали или «Боко харам» в Нигерии.
Франция как «локомотив» европейской антитеррористической политики
антитеррористическай стратегия франции сахель
Франция является одним из ведущих игроков европейской политики в сфере безопасности. Так, Французская Республика старается принимать превентивные меры на подступах к Европе, которые окажут благотворное влияние на стабильность в Европейском союзе на фоне роста числа предотвращенных и совершенных терактов в европейских странах. Особое внимание французской антитеррори- стической политики направлено на регион Сахеля, где на данный момент сосредоточено наибольшее число активных террористических группировок, угрожающих безопасности как в указанном регионе, так и европейским государствам, включая Францию. Данная политика поддерживается французскими властями, включая самого президента Франции, который, выступая на XXVI Конференции послов, состоявшейся 27 августа 2018 года, подчеркивал, что военное присутствие французских вооруженных сил в Сахеле является необходимой мерой для обеспечения безопасности самой Франции (URL: https:// www.diplomatie.gouv.fr/fr/le-ministere-et-son-reseau/actualites-du- ministere/conference-des-ambassadeurs-et-des-ambassadrices/editions- precedentes/xxvie-conference-des-ambassadeurs-et-des-ambassadrices- 2018-27-31-aout-2018/).
Подходя к вопросу, с точки зрения геополитики, представляется предельно ясным, что французским политикам это выгодно для удержания «пальмы первенства» в Африке, поскольку, как справедливо отмечают исследователи А. Ю. Чихачев и Ю. С. Бирон, так как ни на одном другом театре военных действий (в том числе и на Ближнем Востоке) Пятая Республика не располагает однозначным лидерством положения в составе той или иной международной коалиции. Только в Сахеле, по мнению авторов, французские военные могут получить опыт ведения боевых действий в статусе стороны, которой принадлежит стратегическая инициатива [Чихачев, Бирон, 2018, с. 60].
Эту мысль подтверждает авторитетный отставной французский военный Антуан д'Эври. Он утверждает, что малийский опыт должен успокоить французов в отношении использования «способов» обороны и возможности принимать самостоятельно стратегические решения. Однако потеря бдительности недопустима, вследствие чего представляется необходимым разработать новые средства для противостояния возможным новым угрозам [d'Evry, 2015, с. 23].
Франция ставит перед собой задачу обеспечения безопасности, проводя борьбу с джихадизмом во всей сахельской зоне - от Мали до Чада. Сахельский вопрос фигурирует в ряде важных документов Франции. Например, в Белой книге о защите и национальной безопасности 2013 года, определяющей комплексную стратегию обороны и безопасности Французской Республики. Эта проблема выступает как главенствующая во внешней политике государства [Livre Blanc, 2013]. В 2017 году в документе «Стратегический обзор национальной обороны и безопасности» подчеркивается, что «проблема сахело-сахарского региона считается приоритетной для Франции в связи с борьбой с терроризмом и незаконной торговлей», и что «длительное укоренение джихадистских движений» служит угрозой не только Магрибу, но и территориям южнее Сахары, куда ранее уже проникли боевики террористической организации «Исламское государство» Эта проблематика также находит свое отражение также в Программе по национальной безопасности Э. Макрона (URL: https://en-marche.fr/emmanuel-macron/le-programme/defense).
Ситуация в указанных регионах мира требует от Франции решительных действий, которые выражаются в проводимых ею военных операциях. Одной из наиболее значимых операций вооруженных сил Франции является военная операция «Сервал», начатая в Мали в январе 2013 г. [Филиппов, 2013, с. 465]. Изначально она была направлена на спасение существующего там политического режима от джихадистов, наступавших с севера. По сути, она превратилась в ме-ханизм защиты, нацеленный на то, чтобы помешать боевикам прочно укрепиться в регионе и тем самым ликвидировать постоянную террористическую угрозу государствам региона. В результате операции французский контингент войск, прибывший по приглашению президента страны, сохранил политическую стабильность в Мали, что говорит о несомненном успехе данной операции на тот момент.
Подобный случай с Мали достаточно типичен для Африки. Страна, ранее никогда не имевшая развитой демократической политической культуры, записала себя в их ряды в 2000-х гг. Однако сути это не изменило: недостаточно представительные правительственные органы потеряли контроль над многими территориями страны, а вездесущая коррупция лишь вызывает недоверие у населения и негативно сказывается на неспособности формировать устойчивые военные отряды.
Продолжением «Сервала» стала операция «Бархан» [Филиппов, 2018, с. 88]. Она охватила, помимо Мали, еще четыре государства - Мавританию, Буркина-Фасо, Нигер и Чад. Объём задействованных сил и средств вначале был меньше, чем в ходе операции «Сервал», но затем был доведен до сопоставимого уровня. По состоянию на октябрь 2018 года, в операции участвовали 4 500 французских военнослужащих, 470 бронемашин, 360 автомобилей снабжения, 19 вертолетов, 8 истребителей, 4 беспилотных летательных аппарата, от 6 до 10 транспортных самолетов. Однако этого было явно недостаточно для быстрой победы [Быстров, 2017]. Таким образом, задача оказалась трудновыполнимой для Франции, поскольку небольшие по численности отряды боевиков были рассредоточены на огромной территории.
В 2020 г. Франция укрепила свой военный потенциал в зоне Сахеля. В начале 2020 года воинский контингент был увеличен с 4 500 до 5 100 военнослужащих (URL: https://www.leparisien.fr/politique/ sahel-la-france-renforce-l-operation-barkhane-de-4-500-a-5-100- militaires-02-02-2020-8250522.php'). Французские войска располагаются на трех постоянных базах в городах Нджамена, Ниамей и Гао и на шести аванпостах. По ориентировочным оценкам, военная операция обходится французскому бюджету в 700 млн евро ежегодно (URL: https://www.defense.gouv.fr/content/download/492362/8406707/ DP-BARKHANE-0118.pdf).
Проведение подобных инициатив можно расценивать по-разному. Например, французский исследователь Перуза де Монкло считает идею присутствия Франции в Сахеле «потерянной войной» (Perouse de Monclos, 2020). Российский исследователь В.Р. Филиппов называет французское присутствие в зоне Сахеля «как еще одно проявление африканского вектора внешней политики Франции» [Филиппов, 2018, с. 85]. Появляется твердое убеждение, что присутствие Франции в зоне Сахеля является, скорее всего, продолжением политики неоколониализма, цель которой - укрепление французского влияния в данном регионе Африки.
Проблемы коллективной безопасности в Европе
Несмотря на намерение Франции занимать лидирующее положение в сфере безопасности, Республика всё же стремится к объединению усилий с другими заинтересованными партнерами и взаимодействию в рамках принципов коллективной безопасности. Поскольку обеспечение безопасности в Африке не является приоритетным вопросом в повестке дня Евросоюза, можно говорить о том, что вклад его стран - членов в борьбу с терроризмом в регионе является, скорее, символичным. Однако Франция привела весомые аргументы в пользу того, что оказание помощи в развитии африканским странам будет лучшей мерой для предупреждения конфликтов, а также образования террористических ячеек, в перспективе угрожающих европейской стабильности. Тем самым ей удалось склонить к сотрудничеству европейские страны в данном вопросе.
План действий, принятый в ходе саммита в Валлетте (Мальта) в ноябре 2015 года утвердил европейскую программу по вопросу миграции, составленную Европейской комиссией в мае того же года. В результате были поставлены новые рамки коллективного взаимодействия, которые показали первостепенные задачи Евросоюза, заключающиеся в депортации беженцев на родину и оказание им помощи в адаптации. Однако такой подход потребовал привлечения больших средств с целью учреждения чрезвычайных фидуциарных (доверительных) фондов и составления плана европейского капиталовложения, исходя из логики «давать больше тем, кто помогает больше» в борьбе с неконтролируемой миграцией и адаптации беженцев на родине. Необходимо инвестировать средства в страны, поставляющие беженцев, чтобы решить проблемы миграции изнутри, а также «улучшить экономические перспективы и повысить социальные возможности, безопасность и развитие» (URL: https://www. consilium. europa.eu/media/21839/action_plan_en.pdf).
Бюджетная поддержка, согласованная в рамках напряженных дискуссий, предметом которых стали непосредственные финансовые возможности Евросоюза, выглядит не только как красноречивый жест. Она также отзывается эхом в других рассуждениях, ведущихся на той же основе. Таким образом, Франция стремится перераспределить свою помощь в развитии в пользу самых бедных стран (решение, принятое Межведомственным комитетом по международному сотрудничеству и развитию 8 февраля 2018 года), а также значительно увеличить свой вклад в официальную помощь в целях развития в течение последующих лет (URL: https://www.diplomatie.gouv.fr/IMG/ pdf/releve_de_conclusions_du_comite_interministeriel_de_cooperation_ internationale_et_du_developpement_-_08.02.2018_cle4ea6e2-2.pdf). Использование других рычагов влияния, таких как Организация Франкофония, борьба с глобальным потеплением и учреждение многосторонних образовательных фондов, также входит в эту стратегию. Германия, в свою очередь, объявила о разработке собственного решения европейской безопасности c момента саммита G-20, проходившего в Гамбурге летом 2017 года, получившего название «план Меркель». Канцлер Германии сформулировала три основные задачи, стоявшие перед участниками саммита: усиление устойчивости мира к вызовам, обеспечение стабильности развития, а также повышение ответственности при принятии решений. 30 октября 2018 г. во время саммита, состоявшегося в Берлине, в рамках инициативы G-20 «Compact with Africa», начатой с целью привлечения инвестиций в частный сектор Африки, А. Меркель объявила о создании фонда в 1 млрд евро, способствующий развитию малого и среднего бизнеса в Африке и созданию там рабочих мест (URL: https:// www. dw. com/en/compact-with-africa-enthusiasm-wanes-for-the-merkel- plan/a-51269718).