«И знаменіе веліе явися на небеси: жена облечена въ солнце, и луна подъ ногама ея, и на главТ ея вТнецъ отъ звТздъ двоюнадесяте» (Откр. 12:1);
«И роди сына мужеска, иже имать упасти вся языки жезломъ жел'Ьзнымъ: и восхищено бысть чадо ея къ Богу и престолу его» (Откр. 12:5).
Соединение Богородицы-Горы с символами видения Иоанна Богослова косвенно подтверждает и утверждает мысль Апостола: «Христос духовно рождается в каждом из нас» (толкование Андрея Кесарийского на Откр. 12:1); «...духовно рождается Христос в каждом из нас, а поэтому Церковь повивает нас пеленами и болезнует, пока не “вообразится в нас родившийся Христос” (Гал. 4:19), чтобы всякий соединившийся со Христом соделался Христом». Дева-Богородительница именуется Горой промыслительно уже в тексте псалмопевца: «Гора Божія, гора тучная, гора усыренная <.> гора, юже благоволи Богъ жити въ ней, ибо Господь вселится до конца» (Пс. 67:16-17). Псалом 67 -- один из тех мессианских текстов, в котором псалмопевец, описывая процесс перенесения Ковчега Завета на гору Сион, соединяет данное событие с грядущим Боговоплощением, возвещая Евангелие и пришествие Спасителя.
Святой Сион ассоциируется с «горой мысленной», местом обетования Ковчега Завета уже в древнейших минеях XI в. Представления о Богоматери-Горе, которая несет миру спасение и Сама является спасением для гонимых христиан зафиксировано в сентябрьской Минее 1095 г.: «О чрЬво, вмЬщьшее небесе пространЬишоую, о оутробо, понесшия Божие селение, прЬстолъ святъ и мысльныи ковьчегъ священия» (Мин. сент., 082).
По наблюдениям М. И. Чернышевой, Писание часто называет Богородицу Горою (орос), выражая твердость и непоколебимость: «Гора великая» (орос цвуас), «Гора несекомая». В древнейших славянских певческих рукописях Богородица именуется «Горою Святою» (Мин. сент., 081, 1095 г.) [Чернышева: 87-89], «Горою мысленною»: Гора мысльнаа явися. о дЬвице. оусЬчеся ис Тебе краиоугъльныи камы (Пс. 117:22; Ис. 28:16) (Мин. дек., IV, 56, XII в.) [Чернышева: 88]. При анализе греческих первоисточников и их славянских параллелей раскрывается все многообразие и глубина смыслов того символического языка, в котором «именования Церкви, соотнесенные со Священным Писанием, практически полностью совпадают с именованиями Богородицы...» [Чернышева: 13].
Преп. Иоанн Дамаскин в Слове на Рождество Пресвятой Богородицы соотносит образ Горы с пророчеством Захарии: «Захаріе. пророци о Сей, пророкъ явльшуюся исплънеше... тоучьную гору и оусыренноую» (Иоанн Дамаскин, XVI в.). Блаж. Феодорит Кирский в толковании на псалом 67 ссылается на пророка Исаию и связывает явление Горы Господней с последними временами: «Яко будетъ въ послЬднія дни явлена гора Господня.» (Ис. 2:2); ср. также: «И будетъ въ послЬднія дни явлена гора Господня, уготована надъ верхи горъ, и вознесется выше холмовъ, и потщатся къ ней людіе» (Мих. 4:1).
Та же связь открывается в других текстах, актуализирующих тему конечных времен: в учительной части Стишного Пролога и Русского Хронографа [Турилов: 70], отрывках из св. Петра Дамаскина (XII в.), Каллиста Ангеликуда (XIV-XV вв.), Никиты Стифата (ок. 1005 -- ок. 1090), чьи статьи и трактаты связали образ «мысленного рая» с действием «Божественного света», «мысленным откровением», которому посвятили свои труды исихасты («О мысленнем раи Боговидения», «О мысленнем откровении действеннаго Божественнаго света» и другие).
В чтениях Стишного Пролога на Собор Богородицы (26 дек.) слышится след предания, соединившего сказание об Афонской горе как о месте спасения Жены -- гонимой Церкви, несущей во чреве Спасителя. Соотнося апокалиптическую пустыню, в которой спасается Жена, с Афоном, составитель Пролога пишет: «И в Откровении святаго Иоанна Евангелиста сице свидетелствую о Афонскыя Святыя Горы: “И дадошася женЪ двЪ крила Орла великаго, яко да летает въ пустыня въ мЪсто свое. Яко да питается тамо в<р>мя”»15.
В толковании св. Андрея Кесарийского на Откровение Иоанна Богослова (Откр. 12:14, ст. 35) читаем: «Когда диавол, боровшийся со Христом, был побежден после крещения и <. .> был посрамлен, увидев, что через смерть они достигли вечной жизни, и когда после этого он был осужден жить на земле, ползать по ней подобно змею и питаться ею <.> то он снова стал преследовать Церковь».
Согласно толкованию Андрея Кесарийского (на чтение «А жена бтжа въ пустыню») следует: «Когда диавол в лице антихриста вооружается на Церковь, то избранные и достойнейшие, презрев гражданские почести, суету и удовольствия, побегут <...> в пустыню, чуждую нечестия» (толкование на Откр. 12:6, ст. 35). Церковь преследуема гонителем, но она «не ослаблена земными благами». «.С первых времен, -- продолжает толкователь, -- даны ей любовь к Богу и ближнему, охраняющее и содействующее промышление ради нас Распятого, и два Завета, или два крыла орла, чтобы, перенесясь на них в пустыню на высоту, она возрастала в жизни, чуждой всяких удовольствий» (толкование на Откр. 12:14, ст. 35).
«Мнози же от святых реша, -- добавляет, в свою очередь составитель Стишного Пролога, -- яко въ пустын<и> Афонск<ой> сохранится, яже Иоанном реченная? и сице имеет истину».
Битва в пустыне, описанная Иоанном Богословом, имеет все признаки апокалиптического конца: «И испусти змий за женою из уст своих воду яко реку» (Откр. 12:15). Гонимая Церковь бежит в недоступные змию места: «Когда Церковь побежит в безводные места, недоступные для обольстителя, то он пойдет по следам ее, как река, чтобы ее победить» (толкование на Откр. 12:15). Но сама земля помогает святой гонимой Церкви, «задерживая замыслы и устремления демонские», насылая засуху и бездождие и всячески отдаляя приближение змия силою молитв святых угодников (толкование на Откр. 12:16).
Изображение Божьей Матери, стоящей на полумесяце, хорошо известно по знаменитому заалтарному образу «Благодатное Небо» Владимирского собора в Киеве, кисти В. М. Васнецова. В пространство алтаря в данном случае перенесено воплощенное в красках представление о Церкви, которая «оделась в Солнце правды -- Христа», и «свет ночного светила, указывающий на мирскую жизнь, изменяющуюся подобно луне, она имеет под своими ногами» (толкование св. Андрея Кесарийского на Откр. 12:1).
С XVII в. получил распространение еще один иконографический тип, прямо соотносящийся с Богородичными именованиями. Это образ «Тучная гора», празднование которого в церковном календаре приурочено к Благовещению Пресвятой Богородицы и празднуется накануне.
Таким образом, в XVII в. повторяющийся мотив Богородица -- «Гора мысленная», «Гора тучная» соединяется с образами «Неба», «Рая» и становится литературным источником нового иконографического типа: одним из ранних иконописных изображений сюжета «Благодатное Небо» («Что Тя наречем»), по мнению исследователей, является икона из московской церкви Святой Троицы в Никитниках, датируемая 40-ми годами XVII в. Богоматерь изображена с Младенцем на левой руке, а Ее фигуру окружает овальный ореол сияния. Внизу -- коленопреклоненные Георгий Хозевит и Андрей Критский. «Что Тя наречем, о Благодатная? Небо? -- яко возсияла еси Солнце Правды; рай? -- яко прозябла еси Цвет нетления: Деву? -- яко пребыла еси нетленна...», -- возвещает Богородичный тропарь 6 гласа, раскрывающий иконографические символы: Богородица именуется «Небом», так как родила Христа -- «Солнце правды», «Раем» -- так как «прозябла Цвет нетления», Христа, спасшего человека от смертного тления.
В XVIII-XIX вв. афонская книжность оказала решающее влияние на возрождение духовной жизни России. Она получила распространение через труды старца Паисия Величковского и его школы, через резонанс паломничеств, которые совершили, устремившиеся в дальние «палестины» неприкаянные странники. Монашеская реформа, известная в литературе под названием «аскетической», способствовала насаждению афонского духа в наших обителях, долго «сдерживая» разрушительный вал западного влияния на умонастроения общества. Достоевский побуждал и приветствовал подспудную тягу русской интеллигенции к древнерусским формам миросозерцания и поискам жизненного «рая» у себя дома (в собственной душе). По Достоевскому, трансформация соотношения «устойчивого и движущегося» подсказана русскому человеку Тем, Кто Сам «в рабском виде» «исходил, благословляя» русскую землю, указав отзывчивому русскому сердцу выход из «европейской тоски». Таким образом, мотив «бегства в пустыню», тесно сопряженный в книжной культуре и словесности допетровской Руси с представлениями о движении вверх, к горнему миру, о «Лествице, юже Иаков виде», постепенно подводит русских писателей к спасительному осознанию истинного пути и необходимости переустройства российского бытия в сторону аскетики. Не случайно в своих «Заметках по русской истории XVIII века» А. С. Пушкин, говоря о том, что «мы обязаны монахам нашей историею, следственно и просвещением», соединяет этот спасительный путь с идеей движения к Свету.
Литература
1. Дмитриев И. И. Полн. собр. стихотворений. Л.: Советский писатель, 1967. С. 162.
2. Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: в 30 т. Л.: Наука, 1984. Т. 26. С. 144.
3. [Стефан Святогорец.] Рай мысленный. Ч. 1, 2: сборник. М.: Иверский монастырь. -- [7167]. 1658-1659.
4. Lampros Sp. Ta patria tou hagiou orous // Neos hellenomnemon. 1912. Vol. 9. No. 1-2. Pp. 116-161.
5. Толкование на Апокалипсис святого Андрея, архиепископа Кесарийского [Электронный ресурс]. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Andrej_Kesarijskij/tolkovanie_na_apokalipsis/12.
6. Творения святого Григория Нисского. Ч. 1. 1861 г. М.: Тип. В. Готье, 1861. 472 с.
7. Ягич И. В. Служебные Минеи за сентябрь, октябрь и ноябрь: в церковнославянском переводе по русским рукописям 1095-1097 гг. СПб., 1886: Отд-е рус.яз. и словесн. Имп. Акад. наук. С. 082. Цит. по: [Чернышева: 140].
8. Eds. Hans Rothe and E. M. Verescagin. T. 4: 25. bis 31. Dezember. Verlag: Schцningh, Paderborn, Paderborn etc. 2006. 870 p.
9. ОР РГБ. Ф. 87. Григорович. № 24/8. Л. 15.
10. Портал «Иконография восточно-христианского искусства» [Электронный ресурс]. URL: http://icons.pstgu.ru/icon/3454.
11. Пушкин А. С. Полное собрание сочинений: в 10 т. М., 1958. Т. 8. С. 130.
12. Буланин Д. М. Опыт комплексного описания: Афон в древнерусской письменности до конца XVI в.: Из истории образа по памятникам, учтенным в «Словаре книжников и книжности Древней Руси», а также пропущенным при его подготовке // Словарь книжников и книжности Древней Руси. -- Вып. 2: (Вторая половина XIV -- XVI в.). Ч. 3: Библиографические дополнения. Приложение. -- СПб.: Дмитрий Буланин, 2012. -- С. 427-763.
13. Гумилев Л. Н. Конец и вновь начало: популярные лекции по народоведению. -- СПб.: СЗКЭО; М.: Кристалл, 2003. -- 414 с.
14. Зеленская Г. М. Иеротопия Кийского Креста // Ползуновский альманах. -- № 4. -- Т. 1. -- Ч. 2. -- 2017. -- С. 68-91.
15. Исаченко Т. А. Афон -- Валахия -- Русь в пересечении путей и связей XVII века // Византия -- Балканы -- Русь: перекрестки культурных путей. Материалы междунар. конф. «XI Загребинские чтения» (4-5 октября 2016 г.). -- СПб., 2017. -- С. 46-54. (a)
16. Исаченко Т. А. Образ Афона в афонских сказаниях преп. Максима Грека и Сергия Шелонина // Актуальные проблемы отечественной истории, источниковедения и археографии: материалы III Всерос. науч. конф., посвящ. памяти акад. РАН Николая Николаевича Покровского. Новосибирск, 13-15 окт. 2017 г. -- Новосибирск: Изд-во Сибирского отделения РАН. -- С. 101-108. (Сер. Археография и источниковедение Сибири. Вып. 36). (b)
17. Исаченко Т. А. Афон: рукописные источники в Российской государственной библиотеке // Quaestio Rossica. -- Vol. 6. -- 2018. -- No. 4. -- Pp. 995-1014. DOI: 10.15826/qr.2018.4.342
18. Кошелев В. А. Парадокс «бегства из рая» в русской словесности // Проблемы исторической поэтики. -- 2018. -- Т. 16. -- № 2. -- 125-139 [Электронный ресурс]. -- URL: http://poetica.pro/files/redaktor_pdf/1530266394. pdf (05.05.2018). DOI: 10.15393/j9.art.2018.5101
19. Лисовой Н. Н. Церковь, Империя, культура: очерки синодального периода / Ин-т рос.истории РАН. -- М.: Индрик, 2016. -- 566 с.
20. Мокеев Г. Я. Символ небесного Града в Калуге // Макариевские чтения. Вып. 3, ч. 2: Апокалипсис в русской культуре: материалы III Рос.науч. конф., посвящ. памяти Святителя Макария (6-8 июня 1995 г.). -- 1995. -- С. 11-13.
21. Описание рукописей Церковно-археологического музея при Киевской духовной академии / сост. Н. Петров. -- Киев: Тип. С. Т. Еремеева, 1875. -- Вып. 1. -- С. 297-299 (№ 294).
22. Позднеев А. В. Никоновская школа песенной поэзии // Труды Отдела древнерусской литературы. -- М.; Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1961. -- Т. 17. -- C. 419-428.
23. Сапожникова О. С. Русский книжник XVII в. Сергий Шелонин: редакторская деятельность. -- М.; СПб.: Альянс-Архео, 2010. -- 554 с.
24. Турилов А. А. К истории Стишного пролога на Руси // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. -- 2006. -- № 1 (23). -- С. 70-75.
25. Тынянов Ю. Н. Пушкин // Архаисты и новаторы. -- Л.: Прибой, 1929. -- С. 228-291.
26. Чернышева М. И. Именования Богородицы в древнерусской письменности: Около 500 лексических единиц с объяснениями и комментариями. -- М.: Ленанд, 2017. -- 328 с.
References
романтический мотив книжник монастырь
1. Bulanin D. M. The Experience of a Comprehensive Description: Athos in Ancient Russian Literary Texts Until the End of the 16th Century: from the History of the Image by the Monuments Included in the “Dictionary of Scribes and Bookishness of Ancient Russia”, as Well as Omitted During its Preparation. In: Slovar knizhnikov i knizhnosti Drevney Rusi [The Dictionary of Scribes and Booklore of Ancient Russia]. St. Petersburg, Dmitriy Bulanin Publ., 2012, issue 2, part 3, pp. 427-763. (In Russ.)
2. Gumilev L. N. Konets i vnov' nachalo: populyarnye lektsii po narodovedeniyu [The End and the Start Again:Popular Lectures on Ethnic Studies]. St. Petersburg, Severo-zapadnoe knigotorgovoe eksportnoe ob”edinenie Publ., Moscow, Kristall Publ., 2003. 414 p. (In Russ.)
3. Zelenskaya G. M. Eurotopia of Kiya Cross. In: Polzunovskiy almanakh, 2017, no. 4, vol. 1, part 2, pp. 68-91. (In Russ.)
4. Isachenko T. A. Athos -- Wallachia -- Russia in the Crossroads and Ties of the 17th Century. In: Vizantiya -- Balkany -- Rus': perekrestki kul'turnykh putey: materialy mezhdunarodnoy konferentsii «XI Zagrebinskie chteniya» (4-5 oktyabrya 2016 g.) [Byzantine -- Balkans -- Russia: Crossroads of Cultural Routes: Proceedings of the International Conference “11th Zagreb Readings” (4-5 October 2016)]. St. Petersburg, 2017, pp. 46-54. (In Russ.) (a)
5. Isachenko T. A. The Image of Athos in the Athos Legends of St. Maxim Grek and Sergius Shelonin. In: Aktual'nye problemy otechestvennoy istorii, istochnikovedeniya i arkheografii: materialy III Vserossiyskoy nauchnoy konferentsii, posvyashchennoypamyati akademika RAN Nikolaya Nikolaevicha Pokrovskogo [Actual Problems of Russian History, Source Studies and Archeography:Materials of the 3rd All-Russian Scientific Conference Dedicated to the Memory of Academician of the Russian Academy of Sciences Nikolai Pokrovsky]. Novosibirsk, Sibirskoe otdelenie of the Russian Academy of Sciences Publ., pp. 101-108. (Ser.Arkheografiya i istochnikovedenie Sibiri; issue 36). (In Russ.) (b)
6. Isachenko T. A. Athos: Handwritten Sources in the Russian State Library. In: Quaestio Rossica, 2018, vol. 6, no. 4, pp. 995-1014. DOI: 10.15826/ qr.2018.4.342 (In Russ.)
7. Koshelev V. A. The Paradox of “Escape from Paradise” in Russian Literature. In: Problemy istoricheskoy poetiki [The Problems of Historical Poetics], 2018, vol. 16, no. 2, pp. 125-139. Available at: http://poetica.pro/files/redaktor_ pdf/1530266394.pdf (accessed on May 5, 2018). DOI: 10.15393/j9.art.2018.5101 (In Russ.)