Логический механизм, присутствующий в анализируемом анекдоте, представляет собой сопоставление традиционных сюжетов двух разножанровых фильмов - романтической мелодрамы, которая подразумевается в словах девушки как в кино и боевика, в соответствии с которым действует парень.
Приведем пример английского анекдота, реализующего оппозицию скриптов, один из которых связан с насилием:
(7) A homeless guy approached me the other day claiming he hadn't had a bite in days. So I bit him [21]. / На днях ко мне подошел бездомный и сказал, что несколько дней ему нечего было перекусить. Ну, я и укусил его. SO - милосердие / насилие;
LM - умозаключение, исходящее из ложной предпосылки;
SI - бездомный человек просит милостыню;
TA - бездомный;
NS - повествование;
LA - полисемия; лексическая единица, обозначающая насильственное физическое воздействие.
Комизм данного анекдота построен на ложной предпосылке, обусловленной полисемией существительного a bite, означающего укус и легкая закуска. В результате возникает двусмысленность, разрешаемая насильственным действием со стороны героя анекдота по отношению к бездомному.
Во многих русских и английских черных анекдотах комизм достигается за счет языковой игры. Например, по данным Е. М. Александровой [1, с. 16], в 20% русских анекдотов языковая игра выступает в качестве средства создания комического эффекта. Однако в английской выборке нам встретились шутки, которые по своему лексическому составу соответствуют черному юмористическому дискурсу, но выделение в них каких-либо семантических оппозиций скриптов является проблематичным, поскольку речь идет об абсурдных текстах, построенных на языковой игре. Такие шутки не поддаются переводу на другой язык, например:
(8) Do zombies like being dead? Of corpse [17]. / Зомби нравится быть мертвыми? - Конечно (corpse - труп).
(9) If you are lactose intolerant then you shouldn't choose creamation [10]. / Если у вас непереносимость лактозы, то вам не следует выбирать кремацию (creamation = cream (сливки) + cremation (кремация).
Данные примеры, как справедливо замечает В. Раскин [18, р. 116], а вслед за ним и К. Ф. Хемпельманн [15, р. 386], содержат фонетические, а не семантические оппозиции, и поэтому не считаются юмором, а представляют собой лишь языковую игру или каламбур. В таких каламбурах нельзя выделить объект насмешки или описать комическую ситуацию, а логический механизм, разрешающий противоречие между паронимами или омонимами, восходит к теории Кратила (одна форма - одно значение), согласно которой если две последовательности звуков имеют одинаковое значение, то они должны звучать одинаково, и наоборот [7, р. 169], т.е., как указывает С. Аттардо, мы, воспринимая подобные шутки, как бы притворяемся, что паронимы или омонимы, используемые в каламбуре, имеют одно и то же значение, и поэтому их можно перепутать. Таким образом, данные шутки, несмотря на наличие в них мортальной лексики, нельзя отнести к подлинному черному юмору.
Итак, руководствуясь теорией В. Раскина и С. Аттардо, мы выделили и проанализировали три основных вида оппозиции скриптов, встречающихся в русских и английских черных анекдотах. Отличительной чертой данных анекдотов можно считать реализацию оппозиции скриптов с семантикой жизнь / смерть, здоровье / болезнь, насилие / ненасилие на разных уровнях абстракции. Другими факультативными критериями выделения черных анекдотов являются: язык, содержащий лексические единицы, вербализирующие вышеуказанные скрипты; ситуация, предусматривающая контекст реализации вышеуказанных скриптов; объект насмешки, часто представляющий собой жертву социальной агрессии. Для правильной интерпретации некоторых английских анекдотов, основанных на аллюзиях к прецедентным личностям и фактам, помимо выделенных С. Аттардо шести критериев анализа, необходим еще один критерий, содержащий необходимую культурологическую информацию. Очевидно, что исследование черного юмора русских и английских анекдотов нельзя ограничить только данными оппозициями скриптов и рассмотренными в статье логическими механизмами, и в дальнейших исследованиях, на наш взгляд, следует привлечь также аксиологический аспект, который играет существенную роль в интерпретации черного юмора.
Список литературы
1. Александрова Е. М. Языковая игра в русских анекдотах: семантический аспект // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2014. № 4. Ч. II. С. 16-19.
2. Анекдоты и истории (юмор) [Электронный ресурс]. URL: http://chugreev.ru/forum/topic310-60.html#p4527 (дата обращения: 12.11.2011).
3. Казакова Д. В. Теории вербального юмора в современной зарубежной лингвистике // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 8. С. 77-80.
4. Пирожок.NET [Электронный ресурс]. URL: http://www.pirojok.net/anecdotes/8095-anekdoty-na-vtornik.html (дата обращения: 12.11.2011).
5. Фомичева Ж. Е., Елисеева И. Б. О языковых средствах создания комического эффекта в пародийном художественном тексте [Электронный ресурс] // Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки. 2009. № 1. С. 308-317. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/o-yazykovyh-sredstvah-sozdaniya-komicheskogo-effekta-v-parodiynomhudozhestvennom-tekste#ixzz2YLm3htW9 (дата обращения: 11.02.2014).
6. Attardo S. Humorous Texts: а Semantic and Pragmatic Analysis. N. Y.: Mouton de Gruyter, 2001. 238 p.
7. Attardo S. Linguistic Theories of Humor. N. Y.: Mouton de Gruyter, 1994. 426 p.
8. Attardo S., Hempelmann C., Di Maio S. Script Oppositions and Logical Mechanisms: Modeling Incongruities and Their Resolutions // Humor: International Journal of Humor Research. N. Y.: Mouton de Gruyter, 2002. Vol. 15. № 1. P. 3-46.
9. Attardo S., Raskin V. Script Theory Revis(it)ed: Joke Similarity and Joke Representation Model // Humor: International Journal of Humor Research. N. Y.: Mouton de Gruyter, 1991. Vol. 4. № 3-4. P. 293-348.