Духовенство в годы Великой Отечественной войны
Н.И. Музафарова
В статье рассматривается проявление духовно-нравственного потенциала советского народа в годы Великой Отечественной войны. Тяжелейшие страдания и горе людей, оказавшихся в смертельной схватке с фашизмом, повысили их религиозность, несмотря на ранее проводимую политику советской власти по искоренению религии. В неимоверных переживаниях люди уповали на Бога, сохраняя надежду на спасение и веру в победу над врагом. В связи с этими процессами показана патриотическая деятельность духовных лидеров православия и ислама, оказывавших значительную поддержку фронтовикам, работникам тыла, широким слоям населения.
Ключевые слова: патриотизм; духовные ценности религии; бытовая религиозность; православие; ислам.
Великая Отечественная война, разразившаяся в 1941-1945 гг., сохранилась в памяти современников, а подвиг советских людей и ныне призывает потомков любить, охранять и беречь Родину. Зарубежные СМИ пытаются исказить события военных лет, предать забвению величайшие победы, проявление патриотизма и героизма советских воинов и тружеников тыла, благодаря стойкости которых стало возможным освобождение нашей страны и многих государств от порабощения фашизмом.
Сегодня, отмечая 75-летие Победы, необходимо показать современному поколению духовно-нравственный потенциал российского народа, неисчерпаемый и присущий ему как органическое единство самого человека. Патриарх Алексий II, выявляя истоки духовно-нравственной сущности человека, считал, что она базируется на вере как духовном стержне личности и потому ее нельзя искоренить. Владыка утверждал, что религиозная потребность передавалась человеку из архаической глубины в силу хранившихся постулатов любви, справедливости, патриотизма и преданности отечеству. Учитывая ситуацию ХХ-ХХІ вв., он объяснял, что внешний отказ от христианства, вызванный объективными и субъективными факторами, еще не означает отказа от истоков религиозной духовной нравственности, хотя временно может увести адептов в безбожие или деструктивный мир [7, с. 39]. Убедительным доказательством тому стали годы войны. В статье рассматривается проявление среди широких слоев населения традиционных религиозных ценностей патриотизма, взаимопомощи и поддержки, гражданского долга, любви к отечеству.
С началом войны советские люди с чувством высокого патриотического долга встали на защиту родины, отражая фашистскую агрессию. В стране произошел мощный подъем всех слоев населения, общественно-политических институтов и организаций по мобилизации сил в действующую армию и на трудовой фронт. Особые патриотические чувства с верой в победу в священной войне выразило духовенство, которое с первых дней тяжелой годины встало на позиции защитников страны, проповедями старалось мобилизовать население на борьбу с враждебными силами вермахта, которые вторглись на территорию нашей страны.
В связи с нападением Германии на Советский Союз в тот же день, 22 июня 1941 г., местоблюститель патриаршего Русской православной церкви Сергий (1867-1944) выступил с обращением к духовенству и мирянам с посланием, в котором призывал православный народ встать на защиту родины. Многовековой опыт жизни показывал способность религии оказывать сильное идеологическое и психологическое воздействие на людей и тем самым вызывать мощный патриотический подъем в защиту отечества. К примеру, профессор богословия П. А. Прокошев, возглавлявший отдел вероисповеданий в правительстве А. В. Колчака в годы Гражданской войны, утверждал, что религия способна утишить разбушевавшееся море народных страстей и направить их в нужное русло. Поэтому в колчаковской армии на службе находились сотни военных священнослужителей, оказывавших влияние на солдат, идущих в бой [5, с. 31-32].
С первых дней войны на патриотические позиции встали и другие религиозные конфессии, разъяснявшие верующему населению пагубность порабощения немецкими оккупантами. Обращения, проповеди, выступления священнослужителей вселяли надежду пастве на победу, пробуждали в них уверенность в правоте священного дела. Традиционные ценности любви к своему народу и отечеству, духовно-нравственные ориентиры, заложенные в стержне веры, стали проявляться в полную силу. Страшные разрушения и потери, вызванные войной, укрепляли тягу к религии, поскольку вера была способна в какой-то мере утешить, облегчить страдания человека. По разным источникам, в стране к концу 1930-х гг. более 60 % населения заявляли о приверженности к религиозным верованиям, кроме того, значительное число из коммунистов и комсомольцев проявляли бытовую религиозность. В тяжелые военные годы показатели религиозности людей возрастали, о чем свидетельствовали возвращавшиеся с войны фронтовики, вспоминавшие, что в окопах атеистов не было.
Рост религиозности разных слоев социума можно объяснить двумя факторами: во-первых, неизмеримые страдания, отчаяние и горе людей заставляли искать выход из положения в уповании на Бога; во-вторых, правительство государства переходило на позиции, близкие к богостроительству. Понимая роль и влияние религии на массы, И. В. Сталин в начале войны встречался с главами православия и ислама -- патриархом Сергием и муфтием Расули -- и обсуждал с ними вопросы организации верующих на борьбу с фашизмом. Советское правительство пошло на значительные уступки верующим и духовенству. Претворялись в жизнь указания И. В. Сталина, изложенные им в статье «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении» (1930), осуждавшей перегибы, допущенные партийными и советскими работниками в колхозном движении, заявлявшей о недопустимости насильственного закрытия религиозных храмов [8, с. 1]. Официальное оформление расширенной деятельности религиозные конфессии получили с публикацией положения «О порядке открытия церквей» (28 ноября 1943 г.) и молитвенных зданий (19 ноября 1944 г.) [1, л. 58-59].
Религиозные конфессии открывали ранее закрытые храмы фактически с первых лет военных действий. В стране наблюдалась свобода вероисповеданий, функционировали духовные учебные заведения -- семинарии, Духовная академия, возвращались из ссылок священнослужители. В религиозных храмах проводились службы, велись проповеди, вселявшие надежду на победу, оказывалась поддержка сиротам, а в прифронтовых районах устанавливалась связь с партизанами. Многие священнослужители выполняли разные поручения советского руководства, по собственной инициативе оказывали поддержку тыловым антифашистским формированиям. К примеру, вернувшийся из ссылки епископ Лука (Войно-Ясенецкий, лауреат Сталинской премии), хирург, профессор, доктор медицинских наук, работал в госпиталях, помогал раненым, а свою премию и часть сбережений отчислил пострадавшим детям. Подобные факторы не были единичными.
Заслуживает почтения подвижничество патриарха Сергия, призывавшего пастырей и паству объединяться и встать на защиту Родины. В послании пастырям и пастве оккупированных районов (январь, 1942) патриарх ставил задачи поддержки партизан, осуждал и предавал анафеме лиц, сотрудничающих с немцами. В качестве важного постулата мотивировалась заповедь о готовности жертвовать собой. «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» [2, с. 25-26]. Проводимая духовенством работа консолидировала верующих, укрепляла веру, патриотический дух народа, вселяла надежду на благоприятный исход и победу. Воззвания и многочисленные патриотические проповеди Сергия оказывали влияние на фронтовиков и тружеников тыла, что вызывало раздражение вермахта, тщетно рассчитывавшего использовать в своих целях религиозные чувства верующих и части священников, пострадавших в период проведения политики воинствующего атеизма. Гитлеровским командованием было дано распоряжение об аресте владыки Сергия и расстреле духовных лиц, не перешедших на сторону гитлеровцев и выполнявших указания патриарха.
Большую работу проводил местоблюститель патриаршего Сергий по сбору пожертвований финансовыми средствами для выпуска вооружений для фронта и организации посылок солдатам в действующую армию. Труженики тыла добровольно проводили сбор теплых вещей, чтобы отправить посылки на фронт, оказывали помощь больным, раненым на дому и в госпиталях, сотрудничали с партизанами и др. Известны сборы пожертвований для снаряжения боевой техникой. По призыву патриарха Сергия с 1942 г. собирались средства на создание танковой колонны имени Дмитрия Донского и строительство эскадрильи самолетов имени Александра Невского. К 1944 г. заказы были выполнены: на фронт отправлены 40 новых танков Т-34 (выпущенных Челябинским заводом) и передана авиационная эскадрилья.
Самоотверженно выполняли патриотический долг советские мусульмане. Зарубежные СМИ неоднозначно трактуют позиции мусульманского населения, ссылаясь на прошлую дискриминационную политику государства по отношению к инородцам. Часто они пытаются представить оппозиционность верующих мусульман к советскому строю. Немецкое командование прилагало усилия для привлечения мусульман на свою сторону, старалось внести в общины и советы мулл разногласия. Идеологическую подоплеку и атаку строило на показе факторов гонений приверженцев ислама в СССР Более того, фашисты создавали специальные мусульманские формирования, в штат которых вводили мулл. Устная история сохранила в памяти и передала потомкам сведения об использовании вермахтом советских мусульман в своих интересах. По разным данным, в немецкую армию было вовлечено около 150 тыс. мусульман, в основном из районов Крыма и Кавказа [1, л. 66-67].
Согласно воспоминаниям полковника, впоследствии доцента, кандидата исторических наук В. М. Жукова, воевавшего на Южном фронте страны, наблюдались случаи, когда вооруженные конные специальные отряды кавказцев нападали на госпитали, разрушали их и беспощадно расправлялись с ранеными. Эти и другие факторы предательства отдельных групп послужили впоследствии поводом для депортации некоторых народов -- балкарцев, ингушей, чеченцев -- в районы Средней Азии. Заметим, что переселение целых этносов вряд ли можно считать оправданным актом прежде всего потому, что не весь народ разделял действия сподвижников нацизма, вместе с тем многие люди попадали под влияние враждебной пропаганды по причине своих заблуждений, непонимания реальной ситуации.
Прорываясь в нефтяные районы Кавказа, немецкие захватчики обещали свое покровительство мусульманам, предоставление полной свободы вероисповедания, открывали мечети, вели религиозно-националистические проповеди, распространяли листовки и расклеивали плакаты с изображением Гитлера в чалме (головной убор исламского духовенства). В 1942 г. на оккупированной территории фашисты провозгласили муфтием Крыма и Кавказа своего ставленника Джафара Сейидамета, в обязанности которого входило объединение мусульман и тюркоязычных этносов для выступления против советского государства. Практика жизни показала, что ухищрения нацистов были тщетны и не могли воздействовать на основную массу советских людей, кроме незначительной части населения [6, с. 54-55].
Исламское духовенство во главе с муфтием Габдрахманом Расули (1881-1950) стояло на позициях защиты своего отечества, родного края и мест проживания своих предков. Г. Расули, возглавляя Духовное управление мусульман в 1936-1950 гг., все свои силы прилагал к организации воинов мусульман, мужчин и женщин -- тружеников тыла совершать патриотические подвиги во имя спасения Родины от немецких оккупантов. Подвижническая деятельность муфтия, совпавшая с гонениями и репрессиями исламского духовенства, национальной интеллигенции, массовым закрытием мечетей в 1930-е гг., была известна широким слоям мусульманского населения и воспринималась как мученичество и долг служения отечеству. Поэтому его выступления, проповеди расценивались как сакральные установки. В первые дни войны муфтий, обращаясь к духовенству и верующим, использовал коранические постулаты: «Сражайтесь с теми, кто нападает на вас, но не будьте зачинщиками, ибо Аллах не любит несправедливых» [4, а. 186--187]. Этими высказываниями он убедительно проводил мысль о необходимости священной борьбы за отчизну, за землю, исконно принадлежавшую предкам.
В начале 1942 г. муфтий Центрального духовного управления мусульман Г. Расули на приеме у И. В. Сталина изложил свое мнение по вопросам, которые касались организации духовенства и верующих на отпор фашизму и роли ислама в судьбоносные годы страны. Согласно устной истории муфтий советовал Сталину не покидать столицу даже в самые опасные моменты приближения врага и своим присутствием вдохновлять армию и весь народ, вселяя в них сакральную силу веры в победу. Легендарно воспринимается передаваемая история о гробнице Тамерлана, вскрытие которой состоялось 22.06.1941 г. в Самарканде, несмотря на протесты местных старцев и надгробную надпись, предупреждавшую о наступлении страшных времен скорби и жестокого кровопролития, в случае если прах будет потревожен. Существует версия, что Сталин и Расули облетели на самолете (с прахом Тамерлана) прифронтовые области, после чего наступил перелом в пользу советских войск. Исследователи эти вопросы поднимали, однако никакой ясности внести не смогли.
В мае 1942 г. в Уфе собрались 12 имамов на съезд и приняли очередное обращение Расули к мусульманам, в котором была дана религиозная интерпретация необходимости борьбы с врагами отчизны. На основе коранических положений разъяснялось, что Аллах разрешает сражаться с зачинщиками войны, вторгнувшимися на чужую территорию, а потому он придаст силы для победы над врагами. Обращение имело сильное воздействие на мусульманское население. Его опубликовали на разных языках в ряде газет, распространили на листовках. По воспоминаниям общавшихся с муфтием духовных лиц, ветеранов войны (в частности, отца автора статьи старшего лейтенанта, коммуниста И. А. Абдулова, воевавшего в армии Рокоссовского и дошедшего до Берлина), фронтовики перед каждым сражением с молитвой обращались к Творцу с просьбой придать им силы и повергнуть врага. На войне бойцы разных вероисповеданий читали молитвы, а некоторые (в силу религиозных канонов) отказывались и от «боевых 100 граммов». Духовные лица и компетентные в вопросах верования люди разъясняли исламские заповеди о чести, святости и долге защиты отчизны, порождали надежду на спасение, поддерживали веру в победу в самые критические моменты.
Исламское духовенство и мусульманское население в помощь действующей армии неоднократно проводили сборы денежных пожертвований, а также отправляли посылки солдатам. К примеру, в 1942 г. в Дагестане мусульмане собрали средства на создание танкового подразделения. В 1943 г. мусульмане направили пожертвования на формирование танковой колонны, а лично муфтий Расули внес все свои сбережения (50 тыс. рублей). Всего мусульмане собрали около 10 млн рублей. За проявленные патриотические действия И. В. Сталин отправил благодарственную телеграмму, опубликованную в ряде газет, поблагодарив всех мусульман за исполнение патриотического и гражданского долга [3, с. 1].