При ответе необходимо учитывать, что у генезиса и дальнейшего развития философского знания (и со-знания) - своя логика, далеко не во всем совпадающая с логикой развития обыденного сознания, мышления практического человека. Первобытный человек совершенно не задумывался над вопросом, выкристаллизовавшимся затем в философии в качестве гносеологического: наш отдаленный предок, как и знаменитая гегелевская корова, был умнее агностика, сомневающегося в познаваемости мира или вообще начисто отрицающего такую возможность. Перефразировав известную мысль Энгельса, можно сказать, что первобытные люди были кем угодно, только не пораженными скепсисом людьми. И мы должны быть благодарны им за это, ибо, доверяя своему тысячекратно повторенному эмпирическому опыту, своим знаниям о поверхности вещей (до сущности вещей донаучное и вненаучное знание добраться не может), они свершили чудо, подготовив стартовую площадку для прыжка своих потомков в цивилизацию, в том числе и для научно-технического прогресса.
Профессиональная философия не ограничивается одним, субстанциональным вопросом и даже не с него начинает. «... Было время, - отмечает Г. В. Плеханов, - когда вопрос этот не возникал перед философами. Это было в первый период развития древней греческой философии. Так, например, Фалес учил, что вода есть то первоначальное вещество, из которого все происходит и в которое все возвращается. Но при этом он не спрашивал себя: а как же относится сознание к этому основному веществу?»[9]
Как уже подчеркивалось, если мир непознаваем, теряют смысл все другие основные вопросы, включая субстанциональный. Прежде чем ответить на вопрос «Какова природа окружающего нас мира?», философ должен ответить на вопрос «А познаваем ли этот мир?». Именно из такой посылки исходил основатель античного скептицизма Пиррон. Так как мы не можем получить никакого ответа на вопрос о сущности вещей, то единственный подобающий философу способ отношения к вещам Пиррон видел в воздержании о каких бы то ни было суждений о них. Отсюда и пирроновский этический идеал «атараксии» - ничем не возмущаемой безмятежности[10].
Разумеется, в своих исходных позициях философия уна-следовала от практического сознания имплицитное включение ответа на основной гносеологический вопрос в решение основного субстанционального вопроса. Даже у Платона, как справедливо замечает В. Ф. Асмус, вопрос о знании еще не ставится ни как отдельная, изолированная, ни как основная проблема философии[11]. И тем не менее основополагающие, концептуальные постулаты гностицизма были высказаны уже в античности. К ним относятся различение чувственного и рационального знания, концепция «истечения», классическая концепция истины, аристотелевская логика («Аналитика»).
Так постепенно, исподволь основной гносеологический вопрос приобретал все более развернутое решение и становился - и исторически, и логически - первым основным вопросом профессиональной философии. По мере же того как вырабатываются четкие, позитивные позиции по гносеологическому и субстанциональному вопросам, философия все более требовательно ставит перед собой свой внутренний, деятельностный вопрос: чем я могу на этом, более высоком, уровне собственного развития дополнительно послужить обществу? что я могу ему дать, кроме общей философской картины мира? Ответом на этот вопрос являются рождение и формирование аксиологии - учения о ценностях, дающего в русле данной философской системы соответствующее решение основного смысложизненного вопроса, и методологии - философского учения о принципах получения истинного (прежде всего - научного) знания.
Если учесть, что ответ на деятельностный вопрос тоже «породил» соответствующую компоненту, которую ныне именуют «философией философии» или метафилософией[12] и которая представляет собой суждения и умозаключения философии о себе самой, о своем смысле и предназначении, то структуру современного философского знания можно представить следующим образом (схема 2).
Схема 2
Остается объяснить исчезновение из новой схемы такого традиционного элемента, как логика. С учетом дифференциации философского знания логика действительно без особых погрешностей может быть элиминирована из этой структуры. Если еще в последней четверти XIX века Ф. Энгельс имел все основания включать в философию (после отпочкования от нее частных наук) наряду с диалектикой и формальную логику, то к середине XX века ситуация явно изменилась: формальная логика в силу законов своего внутреннего развития и - в значительной степени - благодаря теснейшей связи с математической логикой вышла из пределов собственно философии[13]. При этом не исключается возможность и целесообразность включения некоторых разделов формальной логики (например, учения о понятии, суждении, умозаключении) в гносеологию, поскольку вопрос «Познаваем ли мир?» с естественной необходимостью включает в себя подвопрос «А каковы законы его познания, в том числе элементарные законы мышления, изучаемые формальной логикой?». Что же касается логики диалектической, то она есть срез одного из типов (вариантов) методологии, а именно диалектической методологии.
Литература
[1] Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т 21. С. 282.
[2] Свинцов В. И. Основной вопрос философии: миф или реальность // Общественные науки и современность. 1995. № 4. С. 96.
[3] Свинцов В. И. Основной вопрос философии: миф или реальность // Общественные науки и современность. 1995. № 4. С. 104.
[4] Орлов В. В. Психофизиологическая проблема. Пермь, 1966. С. 160.
[5] См.: Философия в СССР: версии и реалии (материалы дискуссий) // Вопросы философии. 1997. № 11. С. 7, 12 и др.
[6] Рачков П. А. Об основном, высшем вопросе общей и социальной философии // Вестник МГУ. Серия 7 -- философия. 1994. № 1. С. 41.
[7] Ахиезер А. С. Об особенностях современного философствования // Вопросы философии. 1995. № 12. С. 15.
[8] Ахиезер А. С. Об особенностях современного философствования // Вопросы философии. 1995. № 12. С. 15.
[9] Плеханов Г. В. Предисловие к книге А. Деборина «Введение в философию диалектического материализма» // Плеханов Г. В. Избр. филос. произв.: В 5 т. Т. III. М.,1957. С. 614.
[10] Плеханов Г. В. Предисловие к книге А. Деборина «Введение в философию диалектического материализма» // Плеханов Г. В. Избр. филос. произв.: В 5 т. Т. III. С. 404-408.
[11] См.: Асмус В. Ф. Античная философия. М., 1976. С. 199.
[12] См.: Алексеев П. В., Панин А. В. Философия: Учебник. М., 1996. С. 3;
См. также: Канке В. А. Философия. Исторический и систематический курс. М., 1996. С. 145-147.
[13] См.: Кедров Б. М. Вступительная статья // Лузгин В. В. Современные проблемы теории основного вопроса философии. Казань, 1985. С. 4.