УДК 93/94
г. Комсомольск-на-Амуре svet.mel@yandex.ru
Феномен массового насилия в Ольстере 1920-1922 годов
Светлана Викторовна Мельникова, к. филос. н.
Аннотация
насилие ольстер британский сектантский
В статье рассмотрен феномен массового насилия в Ольстере в 20-х годах XX века, который, по мнению автора, связан с распадом традиционных связей и системным кризисом британского режима в Ирландии. Автор приходит к выводу, что насилие спровоцировала не только обострившаяся в период социально-экономического кризиса конкуренция между двумя традиционными субкультурами Ольстера, но и столкновение интересов различных политических элит Ирландии и Британии, манипулировавших сектантской враждой.
Ключевые слова и фразы: погромы в Ольстере; анархия; Северная Ирландская республиканская армия (ИРА); юнионизм; сектантство; силы волонтеров Ольстера (UVF); служба специальных констеблей.
Annotation
The author describes mass violence phenomenon in Ulster in the 20s of the XXth century, which is associated with traditional relations collapse and British regime system crisis in Ireland, and concludes that violence was provoked not only by the aggravated traditional rivalry between two Ulster subcultures during the social-economic crisis period, but also by the clash of various political elites' interests in Britain and Ireland, which manipulated sectarian hostility.
Key words and phrases: massacres in Ulster; anarchy; Northern Irish Republican Army; unionism; sectarianism; Ulster Volunteer Force; special constabulary.
В начале XX века Ольстер начал погружаться в хаос массового насилия и беспорядков, достигших пика в
1920-1922 годах. Хотя эта часть Ирландии и до этого времени страдала от сезонных вспышек насилия, но оно никогда не приобретало такого размаха и длительности. Несмотря на множество сообщений прессы, воспоминания современников, военные и полицейские отчеты и прочие источники, единственная работа, которая содержит последовательный анализ этих событий, - это опубликованная в 1922 году брошюра Дж. Б. Кенны [12]. Феномен массового насилия 1920-х годов в Ольстере нашел отражение в нескольких современных исследованиях, пересматривающих идеологические стереотипы, господствовавшие в исторической науке на протяжении многих десятилетий. Наибольший интерес вызывают исследования Д. Миллера, М. Фаррела, И. Феникса, О. Моргана, Э. Мэррион, Р. Линча иДж. МакДермота. Однако эти исследования не рассматривали специально вопрос о том, как конфликт субкультур в Ольстере был связан с интересами политических элит и социальными противоречиями, за исключением исследований Э. Мэррион и О. Моргана, что явно недостаточно. Непосредственно же анализу причин и сущности погромов посвящена лишь работа Дж. МакДермота. Поэтому мы взяли на себя смелость еще раз поставить вопрос о том, что же скрывалось за этой волной насилия 1920-1922 годов?
Мятеж 1916 года в разгар войны оскорбил патриотические чувства юнионистов, особенно тех, кто имел отношение к трагическим событиям во Фландрии, когда в ходе майских боев на Сомме Ирландская бригада понесла ужасающие потери. К несчастью, эти события произошли синхронно с Пасхальным восстанием и раскололи все общество. Хотя после 1916 года юнионисты Ольстера согласились на введение Гомруля с временным исключением шести графств (Антрим, Арма, Даун, Фермана, Лондондерри и Тирон), план самоуправления рухнул [15, p. 123]. После победы Шин Фейн на всеобщих выборах 1918 года, бойкота Вестминстерского парламента и образования Дойл Эрин, а также провала Парламентской партии в Южной Ирландии, главной политической силой, представляющей Ирландию в Вестминстере, стали юнионисты. К 1919 году эскалация насилия и успешная партизанская война ИРА на Юге Ирландии склонили общественное мнение Британии к необходимости самоуправления в Ирландии, на правительство Ллойд Джорджа обрушилась волна критики в Британии и Америке [3, p. 57-59]. Правительство вынуждено было пойти на уступки требованиям северных конституционных националистов и начать разработку очередного достаточно утопичного закона о Гомруле [17, p. 71-72].
Конец этим мечтаниям положили события января и июня 1920 года. На местных выборах кандидаты от объединенного блока Шин Фейн и Объединенной ирландской лиги одержали победу в Фермане и Тироне, получив контроль над советами этих графств, а также контроль над городскими советами, в том числе в Оме, Эннискиллине, Ньюри и Стрэбейне. В Белфасте пять кандидатов от Шин Фейн получили места в городском совете, и в тринадцати сельских округах националисты набрали большинство голосов. Победу националисты одержали в Дерри, где мэром города стал католик Хью О'Догэрти.
Такая законодательная победа вызвала бурный протест юнионистов. В Белфасте и Дерри протестантский рабочий класс ответил привычным насилием, которое в глазах протестантского сообщества выглядело как «самозащита». В Дерри между 13 и 23 июня 1920 года во время массовых беспорядков были убиты 15 католиков и 4 протестанта. В короткое время весь город покрылся баррикадами.
В Белфасте размах насилия принял более серьезный оборот. Накануне очередных «празднований» 12 июля страсти подогрела кампания в юнионистской прессе. Лейтмотивом всех публикаций стала угроза экспансии Шин Фейн и потеря протестантами всех позиций. Усугубила ситуацию воинственная речь Эдварда Карсона в Финаги 12 июля. Он заявил: «Мы должны ясно провозгласить сегодня то, что должно случиться неизбежно - мы в Ольстере не будем терпеть Шин Фейн, ни ее организацию, ни ее методы… Не нужно больше слов. Я ненавижу слова без действия» [1]. Воинственные речи и радикальный тон прессы революционных годов в Ирландии были делом привычным, речь Э. Карсона и была одним из образчиков этой риторики, но она быстро возымела прямое действие.
На 20-е июля пришелся пик погромов. Эскалации насилия на Севере способствовали события, произошедшие на Юге - 17 июля представители ИРА Корка застрелили в городе Корке полковника RIC (Ирландской королевской полиции), дивизионного комиссара Дж. Смита, протестанта из графства Даун. На Севере его убийство вызвало бурю негодования среди протестантского сообщества и сопровождалось волной антикатолических погромов в городах графства, которые разразились после его похорон в его родном городе Бэнбридже.
В Белфасте объединения протестантских рабочих судоверфей провели собрания, очень быстро переросшие в демонстрации против присутствия рабочих-католиков на судоверфях Белфаста, затем последовали массовые изгнания католиков, затронувшие не только судоверфи, но и другие предприятия города. Особенную активность проявила Белфастская протестантская ассоциация (BPA). В результате от 7 до 10 тыс. католиков потеряли работу, что составило приблизительно 10% от католического населения города. Среди изгнанных рабочих оказались и лица, отслужившие в британской армии (1225 человек). Необходимо отметить, что в числе изгнанных рабочих были и протестанты, их число составило 1850 человек [12, p. 15, 17; 13, p. 28; 16, p. 269].
В основном изгнанные протестантские рабочие были представителями профсоюзного рабочего движения, косвенным орудием борьбы с которым стала Белфастская протестантская ассоциация (BPA). По словам Джеймса Бэйрда, лидера изгнанных рабочих, волна изгнаний и погромов на предприятиях Белфаста сопровождалась ростом антипрофсоюзных настроений. Выступая перед конгрессом британских профсоюзов, он отметил: «Каждый, кто был известен как участник рабочего движения, о ком было известно, что он состоит в лейбористской партии, изгонялся с работы точно так же как и мятежные шинфейнеры. Чтобы показать свою “любовь” к ILP (Независимой партии труда), они подожгли наш холл в Северном Белфасте. Председатель нашего центрального отделения вынужден был бежать в Глазго ради спасения своей жизни. Секретарь должен был бежать без оглядки до Лондона. Окружной председатель Объединённого профсоюза машиностроителей (AEU), тихий человек весьма умеренных взглядов, подвергался несколько раз избиениям из-за того, что он настаивал на восстановлении на работе. Член исполнительного комитета объединения плотников был также изгнан. Он даже не был католиком, но также отличался умеренными взглядами» [16, p. 270].
На улицах царил настоящий хаос и произвол. За период 1920-1921 годов было убито 205 и ранено 1034 человека [12, p. 51]. Разъяренная толпа атаковала католические районы города. В противников летели бутылки, камни, гайки и дорожные плиты. Особенно яростные стычки и погромы развернулись на улицах Баллимакэрет и Ньютаунардз Роуд. На Ньютаунардз Роуд толпа разгромила множество магазинов, принадлежавших католикам. Разграбив несколько пабов в этом районе, пьяная толпа подожгла расположенные рядом дома, а когда на место прибыли пожарные, то участники беспорядков пытались разгромить дома пожарных. Вслед за разгромленными домами, пабами и магазинами последовали и католические церкви, расположенные в этом районе, особенно часто объектом нападений являлся памятник архитектуры - церковь Сент-Мэтью на улице Брайсон. Она стала излюбленной мишенью. От поджога 22 июля здание спасли британские солдаты из 1-го
Норфолкского полка. По рассказу свидетеля, лейтенанта этого полка Джона Ф. Вудторпа, опубликованному в газете «Белфаст пресс», события происходили следующим образом: «Около 7:30 вечера 22 июля свидетель заметил плотную враждебную толпу вокруг католической часовни на Брайсон-стрит. Они взбирались на ограду капеллы. Свидетель пробежал примерно через восемнадцать человек и вошел во двор капеллы. Они [военные] пытались разогнать толпу, которая бросала камни в церковь. Однако толпа продолжала забрасывать капеллу и войска камнями. Из толпы прогремели выстрелы, и свидетель отдал приказ открыть огонь» [Ibidem, р. 17].
Следственное жюри нашло действия офицера оправданными.
23 июля беспорядки переросли в погромы и изгнания из смешанных округов католиков, некоторые протестанты также были изгнаны из католических округов разъяренными католическими сектантами. Тысячи жертв погромов были вынуждены укрываться в округах, населенных единоверцами, и жить где попало.
В попытке обуздать разъяренную толпу представители армии и полиции рисковали сами стать жертвами распоясавшихся сектантов, поскольку уже град камней и пуль летел в сторону британцев. По свидетельствам окружного инспектора Сидли и констебля Карти, 23 июля около десяти часов вечера улицы, примыкающие к Ньютаунардз Роуд и Баллимакэрет, были запружены разъяренной толпой оранжистов. Напротив улицы Баллимакэрет находился женский монастырь, центр беспорядков к этому времени смещался к монастырю. Окружной инспектор Сидли в сопровождении десяти полицейских и семи солдат приблизился к монастырской ограде, где он нашел агрессивную «толпу из сотен» человек, уже ворвавшихся за ограду, и «тысяч других, наблюдающих за нападением со стороны Ньютаунардз Роуд». Когда инспектор со своими людьми попытался разогнать толпу вокруг монастыря, то из толпы по Ньютаунардз Роуд в его сторону полетели пули. Констебль Карти попытался проехать на грузовике через оранжистский район, примыкающий к Ньютаунардз Роуд, который был запружен бесчинствующей толпой, жгущей дома католиков на улице. Когда в сторону улицы полицейские сделали несколько выстрелов, в полицейскую машину полетели камни и тяжелые предметы. Полицейским кое-как удалось протиснуться на грузовике после того, как они легли на дно машины. Погромщики на Брайсон-стрит окружили злосчастный грузовик, и военным пришлось выпустить несколько очередей, прежде чем машина смогла покинуть улицу [Ibidem, p. 18].
Корреспондент «Айриш Ньюз», оказавшийся 23 июля в районе улиц Бичфилд-стрит, Комбер-стрит, Сифорд-стрит и Уолф-стрит, был поражен происходящим: проволочное заграждение тянулось по Сифорд-стрит и Уолф-стрит, растерянные британские военные стояли за углом с примкнутыми штыками. По Бичфорд-стрит собралась огромная толпа «лояльных» оранжистов, а со стороны Сифорд-стрит и многострадальной капеллы Сент-Мэтью собрались «мятежные» католики. «Мирные» жители по обе стороны начали выламывать камни из дорожного покрытия и бросать их, а также все, что придется в противоположную сторону. Полиция, не способная изыскать иных средств, установила на верхнем этаже одного из зданий по Бичфорд-стрит пулемет Льюиса и открыла огонь поверх голов обеих сторон беснующихся граждан, что и заставило последних ненадолго прервать свое занятие, однако немного погодя побоище вокруг церкви Сент-Мэтью возобновилось [10].
После пяти дней разгула насилия в июле 1920 года 19 человек были убиты, 8 протестантов и 11 католиков. Трудно сказать точно, сколько было ранено и осталось без крова, но ясно, что таких людей были тысячи. Однако худшее было впереди. Июль 1920 года открыл долгий период погромов, беспорядков и насилия в Белфасте на почве этнической ненависти, подогретой политизацией и угрозой утраты традиционных статусов. Между июлем 1920 и июлем 1922 годов 453 человека погибли в Белфасте, из них - 257 католиков, 157 протестантов, 2 неизвестного вероисповедания и 37 представителей сил правопорядка. Около 8 тыс. католиков и 1 тыс. протестантов остались без крова. Экономический ущерб с трудом поддается подсчету [12, p. 21, 101].
Сектантская бойня демонстрировала дикий анархизм и нетерпимость, присущие политической культуре Ирландии. Волна анархии, сокрушающая все на своем пути, вырвалась наружу вместе с крахом традиционных институтов власти. Ни католики, ни протестанты Ольстера не отличались законопослушанием и уважением к правам человека. Соотношение потерь с преобладающим числом жертв среди католиков лишь свидетельствовало о том, что протестанты находились в явном большинстве.
Протестантское сообщество, развязав насилие под предлогом мнимой угрозы со стороны Шин Фейн, откинуло всякую попытку включения Ольстера в состав государства со столицей в Дублине. Ольстер хотел остаться de facto независимым не только от Дублина, но и от Лондона. Под лозунгом лояльности скрывались анархизм и желание безраздельно править Ольстером. Бунт, который обещали юнионисты, разразился с одной целью - создать новую государственность, которая бы исключала всякое влияние со стороны, будь то южане, британцы или северные католики. Раздираемое религиозными, национальными и классовыми противоречиями протестантское сообщество было готово обратить свою агрессию против любого, кто встанет на пути к этой цели. Так, 31 августа 1920 года газета «Дейли Гэральд», подводя итог летних беспорядков в Ольстере, выразила настрой либеральной прессы Британии по отношению к юнионистам: «Кровавый урожай карсонизма пожинается снова и снова в Белфасте… Банды, создавшие это царство террора, состоят именно из тех людей, которые протестуют против того, чего они боятся - якобы они начнут подвергаться преследованиям и гонениям на религиозной почве при хотя бы частичном Гомруле» [5].
Лидеры юнионистов приступили к реализации своего проекта государственности. На заседании кабинета 23 июля 1920 года Джеймс Крейг, финансовый секретарь военно-морского министерства, заявил о необходимости скорейшего введения в действие Закона о правительстве Ирландии. Представив кабинету министров два меморандума 2 сентября, Джеймс Крейг предложил незамедлительно создать независимую администрацию Ольстера, которая бы занималась вопросами поддержания общественного порядка, не дожидаясь введения в действие Закона о правительстве Ирландии. Хотя подобная структура имелась под руководством двух заместителей главного секретаря - министров, один из которых был католиком, а другой - протестантом, юнионистский проект предлагал создание военизированной полиции, независимой от Дублинского замка, подчиненной автономному правительству Северной Ирландии. Фактически предложение Крейга означало создание полиции и вооруженных сил Ольстера, подотчетных непосредственно правительству Северной Ирландии, численностью около 2 тыс. человек. Было очевидно, что основой для их формирования станут реорганизованные силы волонтеров Ольстера (UVF).