Со второй половины XX в. в ряде стран наметились разновеликие тенденции к изменению систем свойственных им культурных ценностей. В этом отношении показателен пример Р. Инг-лхарта и В. Бейкера [17], разработавших динамическую модель культурных ценностей. Если мы вернемся к системе культурных ценностей Г. Хофстеде, то увидим, что конкретные страны могут переместиться с одного конца континуума (к примеру, маскулинности) -- на другой (феминности) из-за влияния экологических изменений. Интерес представляет исследование, проведенное под руководством Д. Ф. Фернандеса примерно через 20 лет после получения результатов группой ученых под руководством Хофстеде. Так, США сдвинулись на два (более низкое избегание неопределенности и маскулинность) из первоначальных четырех измерений, в то время как Япония показала индекс более высокого избегания неопределенности. Поэтому в контексте управления культурным разнообразием предлагается, чтобы руководители сосредоточили внимание на определении профилей ценности с помощью первичных данных на индивидуальном уровне, а не зависели от агрегированных показателей по странам [18].
Под воздействием глобализации ученые фиксируют изменения в системах традиционных ценностей современных обществ. Анализ эмпирических данных, осуществленный под руководством Р. Инглхарта и К. Вельцеля, показывает, что в мире существуют два измерения кросс-культурной вариативности -- это пара: традиционные и секулярно-рациональные ценности, а также пара: ценности выживания и самовыражения. Р. Инглхарт и К. Вельцель разработали модель глобальной культурной карты, которая иллюстрирует, как большинство современных обществ расположены в этих двух измерениях. Движение того или иного общества вверх -- отражение сдвига от традиционных ценностей к секулярно-рациональным, а движение вправо отражает сдвиг общества от ценностей выживания к ценностям самовыражения [19].
Выводы
Социально-политические, торгово-экономические, научно-технологические драйверы глобализации способствуют интенсификации коммуникаций между культурами, когда люди должны адаптироваться к более, чем одному контексту и уровню интеракции. Показательным примером выступает формирование глобальной потребительской культуры. Так, исследователи фиксируют появление определенных общностей представителей самых разных языков, социальных страт, религиозных конфессий и т.д., объединенных привязанностью или лояльностью к определенному бренду [20]. Глобализация усиливает процессы аккультурации в большинстве обществ, причем вид аккультурации стран зависит от двух факторов: уровня притяжения к новой глобальной культуре и важности сохранения собственных ценностей, что приводит к четырем упомянутым ранее типам аккультурации: интеграции, ассимиляции, сепарации и маргинализации [9]. М. Эрез и Е. Гати говорят о неизбежности формирования некой универсальной эко-культурной модели, в рамках которой аккультурация предстает как процесс культурных изменений и адаптации к новым ценностям, как на уровне общества, так и на индивидуальном уровне. Поэтому М. Эрез и Е. Гати полагают, что именно динамические, а не стабильные модели культуры, должны служить пониманию изменяющейся в ответ на глобализационные процессы среды [9]. Через нисходящие процессы социализации люди усваивают систему общезначимых ценностей определенного общества, при этом сохраняя свои ценности на индивидуальном уровне. Затем через восходящие процессы агрегирования общих ценностей идет восхождение к более высокому уровню. В стремлении отвечать на вызовы глобализации каждый субъект оказывается вовлеченным в процесс формирования мировой, сетевой, информационной и глобальной культуры. Таким образом, субъекты культуры формируются на групповом, организационном и национальном уровнях многоярусной системы. Многоуровневая модель культуры определяет границы, в которых восходящие процессы могут превратиться в конструкцию более высокого уровня. Взаимосвязь процессов сверху вниз и снизу вверх предполагает, что макроуровень культуры влияет на микроуровень индивидуальной самооценки [9]. Процессы взаимодействия, синергетически вовлекающие разные уровни культуры, формируют культурный объект макроуровня. Сегодня мы являемся свидетелями появления глобального уровня культуры как некоего новейшего (верхнего) слоя, который влияет на нижние уровни и взаимно зависит от них.
Структурно-системный подход позволяет представить культуру как сверхсложное структурное образование, состоящее из различного рода компонентов (знаний, понятий, идей, идеалов, ценностей, норм, символов, паттернов). В процессе межкультурной коммуникации субъект интеракции начинает процесс постижения другой культуры на основе своих первоначальных представлений о ее внешнем уровне. Но чем глубже он стремится проникнуть в сущность иностранной культуры, тем сильнее начинает осознавать культурные различия контактирующих культур. Способность преодоления различного рода барьеров (языковых, психологических, социально-поведенческих и иных) в процессе межкультурного общения представителей разных народов обусловлена степенью различий субъектов интеракции. Для преодоления коммуникативных барьеров субъекты межкультурной коммуникации должны расширять и развивать межкультурную компетентность [21]. При этом межкультурная компетентность предполагает поэтапное развитие знаний и представлений о чужой культуре с нижнего уровня -- к высшим.
Таким образом, многоуровневая модель культуры позволит нам сформировать модель межкультурной коммуникации, когда субъекты интеракции способны взаимодействовать на разных уровнях. В рамках данной модели возможна разработка индивидуального подхода к обучению и адаптации отдельного субъекта межкультурной коммуникации (к примеру, иностранного обучающегося) в контексте принимающей иностранной национальной образовательной среды, которая, в свою очередь, интегрирована в общее цивилизационное пространство, складывающееся под влиянием глобализации, эффективность коммуникации субъектов которого возможна на основе внедрения и использования инновационных информационно-коммуникативных технологий.
Рекомендации
Эффективная межкультурная коммуникация в контексте делового общения должна содержать элементы креативности [21]. Участникам международного делового общения недостаточно знать и понимать модели классификации различных культур мира, а также полагаться исключительно на эти знания для разработки эффективных стратегий международного делового общения. Сам подход к представителям разных культур должен быть оригинальным, творческим. Применительно к адаптации иностранных обучающихся в иностранном вузе это означает не только использование инновационных образовательных технологий (организационный уровень культуры), но и развитие индивидуальной креативной программы обучающегося (индивидуальный уровень) с максимальной вовлеченностью его в процесс познания принимающей культуры (национальный уровень). Следует отметить, что уровень развития индивидуального сознания, нравственных ценностей личности, характер и широта межличностных связей, степень включенности в социальную жизнь определяют ценностные установки, мотивы жизнедеятельности. Эти составляющие необходимы для формирования так называемого «ответственного сознания личности», которое современное общество может сформировать посредством воспитания и образования [22].
Кросс-культурная коммуникация способна открыть индивидам, социальным группам и общностям платформу для связи, согласования и координации своих действий в плане выработки общезначимого алгоритма для решения международных проблем глобального характера. Именно взаимодействие и взаимовлияние разных культур выступает ключевым фактором развития человеческого общества. Проблема совершенствования направлений, способов и методов достижения взаимопонимания между представителями разных народов и культур в ходе преодоления межкультурных барьеров в современную эпоху нуждается в дальнейшем более глубоком изучении.
Список источников / references
1. Межуев В. М. Проблема современности в контексте модернизации и глобализации. Полития. 2000;(3):102-115.
MezhuyevV. M. The problem of modernity in the context of modernization and globalization.Politia.2000;(3):102-115. (In Russ.).
2. Барлыбаев Х. А. Общая теория глобализации и устойчивого развития. М.: Издание Государственной Думы; 2003. 335 с.
Barlybaev H. A. General theory of globalization and sustainable development. Moscow: State Duma Publication; 2003.
3. Appadurai A. Disjuncture and difference in the global cultural economy. Theory, Culture & Society. 1990;7(2- 3):295-310.
4. Tomlinson J. Globalization and Culture. Chicago: University of Chicago Press; 1999.
5. Inglehart R. F. Cultural evolution: people's motivations are changing and reshaping the world. NY: Cambridge University Press; 2018.
6. Regev M. Postlude: world culture after cultural globalization. Poetics. 2019;75.
7. Мамедов Н. М. Глобализация как современное состояние общественного развития. Эпоха глобальных перемен. Сб. статей. М.: МГАДА; 2004.
Mamedov N. M. Globalization as the current state of social development.The epoch of global changes.Collection of articles. Moscow: MGADA; 2004. (In Russ.).
8. Шейн Э. X. Организационная культура и лидерство. Пер. с англ. В. А. Спивак, ред. СПб.: Питер; 2002. Shane E. X. Organizational culture and leadership. V. A. Spivak, еd. Saint Petersburg: Piter; 2002. (In Russ.).
9. Erez M., Gati E. A dynamic, multi-level model of culture: from the micro-level of the individual to the macro level of a global culture. Applied Psychology: An International Review. 2004;53(4).
10. Schwartz S. H. A theory of cultural values and some implications for work. Applied Psychology: An International Review. 1999;48(1):23-47.
11. Berry J. W. Social and cultural change. In: H. C. Triandis, R. W. Brislin, еds. Handbook of cross-cultural psychology. Vol. 5, pp. 211-280. Boston: Allyn & Bacon; 1980.
12. Triandis H. C. The analysis of subjective culture. New York: Wiley; 1972.
13. Kitayama S. Culture and basic psychological processes -- toward a system view of culture: Comment on Oyserman et al. Psychological Bulletin. 2002;128(1):89-96.
14. Hofstede G. Culture's Consequences: International Differences in Work-Related Values. Beverly Hills; 1980.
15. Taras V., Kirkman B. L., Steel P. Examining the impact of culture's consequences: A three-decade, multilevel, meta-analytic review of Hofstede's cultural values dimensions. Journal of Applied Psychology. 2010;95(3):405-439.
16. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. Пер. с англ. М.: ИД ВШЭ; 2000. 608 с.
Castels M. The Information Age: economy, society and culture. Transl. from Eng. Moscow: Higher School of Economics; 2000. (In Russ.).
17. Inglehart R., Baker W. E. Modernization, cultural change, and the resistance of traditional values. American Sociological Review. 2000;65(Feb.):19-51.
18. Fernandez D. F., Dawn C., Lee S., Joel N. Hofstede's country classification 25 years later. The Journal of Social Psychology. 1997;137(1):43-54.
19. Инглхарт Р. Культурная эволюция: как изменяются человеческие мотивации и как это меняет мир. Пер. с англ. М.: Мысль; 2018.
Inglehart R. Cultural evolution: how human motivations change and how it changes the world. Transl. from Eng. Moscow: Mysl; 2018. (In Russ.).
20. Stratton G., Northcote J. When totems beget clans: the brand symbol as the defining marker of brand communities. Journal of consumer culture. 2016;16(2):493-497.
21. Braslauskas J. Effective creative intercultural communication in the context of business interaction: theoretical and practical aspects. Creativity studies. 2020;13(1):119-215.
22. Кабахидзе Е. Л., Мамедов Н. М. Коммуникативные барьеры глобализации. Коммуникология. 2015;3(4): 92-105.
Kabakhidze E. L., Mamedov N. M. Communicative barriers of globalization. Kommunikologiya. 2015;3(4):92- 105. (InRuss.).