А. В. Матвеев обратил внимание на работы Ф. М. Лурье [23], который описал структуру службы наружного наблюдения и особенности работы заграничной агентуры Департамента полиции, а также труд Ч. А. Рууда и С. А. Степанова [24], в котором описана специфика служебной деятельности филёров, осуществлявших наружное наблюдение за ключевыми фигурами революционного движения, и приёмы работы выдающегося филёра Е. П. Медникова.
С начала 2000-х годов возможности изучения материалов, касающихся политической полиции Российской империи, расширились [25, с. 74-75]: многие документы были рассекречены и стали доступны исследователям. Важный вклад в изучение проблем политической полиции внесла З. И. Перегудова [26]: на основе анализа архивных документов была охарактеризована структура органов политический полиции, перечислены функции подразделений политической полиции (в том числе службы наружного наблюдения), дана характеристика основных методов их работы.
Вклад в рассмотрение нормативной базы и особенностей деятельности политической полиции Российской империи внёс С. Н. Жаровв борьбе с революционным движением в 1880-1904 гг. : ав-тореф. дис. ... канд. ист. наук. - Москва, 1990. - 23 с., уделивший внимание и службе наружного наблюдения. Отдельные вопросы, касающиеся службы наружного наблюдения, получили освещение в работах Ю. А. Реента, В. С. Измозика, A. Фомушкина, М. С. Чудаковой, И. В. Попова, B. Ю. Пиотровского, П. А. Кошеля.
А. В. Матвеев оценил вклад в исследование деятельности органов политической полиции диссертационных работ, защищённых в XXI в., И. В. Сирицы, Г. В. Романовой, Р. В. Рябинцева, М. В. Макаричева, В. Г. Дорохова, В. Ю. Келлера, Е. Е. Гладышевой, Е. А. Гончаровой, М. Н. Бродниковой, М. А. Аракелян, Т. М. Лаврик, С. Ю. Плужникова, Т. Л. Матиенко, А. Ю. Кеклиса, К. П. Краковского, Д. А. Бакшта, В. О. Зверева; монографии К. Ю. Мелешина и Т. Е. Хлыновской, посвящённой наружному наблюдению в деятельности отечественных спецслужб, в которой авторы обобщили уже известную информацию о становлении и развитии метода наружного наблюдения в России в XIX первой половине XX в.; трудов зарубежных учёных: E. E Smith [27], F. S. Zuckerman [28], J. W. Daly [29], I. Lauchlan [30], О. Н. Ярмиш, В. М. Чиснікова [31], которые, используя материалы зарубежных архивов, рассмотрели отдельные вопросы служебной деятельности филёров в Российской империи [32, с. 75].
Результаты проведенного историографического анализа привели А. В. Матвеева к выводам о том, что в многочисленных изданиях, посвящённых политической полиции Российской империи, проблемы организации и функционирования службы наружного наблюдения описаны фрагментарно; монографии, специальным предметом которых являлись бы организация и деятельность службы наружного наблюдения Российской империи, отсутствуют; критерии оценки эффективности деятельности службы наружного наблюдения в обеспечении безопасности Российской империи не выработаны. Сделанные выводы обусловили выбор темы исследования, направленной на восполнение пробела в знаниях в этой области.
Основой работы А. В. Матвеева стал широкий круг исследований в различных научных областях: истории права и государства, теории права и государства, истории учений о праве и государстве, истории органов, осуществляющих реализацию правоохранительной функции государства. Об этом свидетельствуют и текст диссертации, её научный аппарат, и список литературы, включающий 272 наименования научных публикаций российских и зарубежных авторов, в том числе на языках оригинала.
Объектом исследования была избрана правоохранительная система государства в совокупности всех её элементов [22, с. 9]. Предмет исследования составили закономерности становления и развития государственно-правового института наружного наблюдения структурно-функционального элемента правоохранительной системы Российской империи. В качестве цели своего исследования А. В. Матвеев определил выявление закономерностей становления и развития государственно-правового института наружного наблюдения и определение нормативно-правовых и организационных оснований его эволюции в Российской империи.
Цель исследования А. В. Матвеевым была достигнута, поставленные задачи решены в полном объёме. Во многом этому способствовали гражданская и исследовательская позиция автора работы, который 13 лет прослужил в оперативно-поисковых подразделениях, проникся традициями филёрской службы, в полной мере прочувствовал все трудности данного рода деятельности. Именно это и побудило осознанно обратиться к исследованию института наружного наблюдения Российской империи. Изучая биографии филёров, читая их сводки наблюдений, А. В. Матвеев сравнивал условия службы с современными реалиями оперативно-поисковых подразделений, делая вывод: филёры, как и сегодняшние сотрудники оперативно-поисковых подразделений, давали присягу, поступали на государственную службу, посвящали свою жизнь служению Отечеству, рисковали своими жизнями в целях борьбы с преступными проявлениями в обществе. Слова о мужественном выполнении филёрами своих служебных обязанностей, риске для жизни и здоровья, служебных подвигах и верности служебному долгу [33] использованы в диссертации А. В. Матвеевым с полным осознанием справедливости такого употребления. Сотрудников службы наружного наблюдения Российской империи диссертант рассматривает как положительных героев, несмотря на негативный имидж, созданный филёрам в массовой литературе.
Одной из важных проблем, получивших рассмотрение в диссертации А. В. Матвеева, стали вопросы о мотивации выбора службы филёром и требованиях, предъявляемым к сотрудникам службы наружного наблюдения. А. В. Матвеев констатирует, что основным мотивом поступления на службу филёром являлось стремление поправить собственное материальное положение [34, с. 269]. Собственно, именно эту цель во все времена преследуют все, кто осуществляет трудовую или служебную деятельность за вознаграждение. Но этот мотив не был единственным. На службу в наблюдательный состав розыскных учреждений поступали люди с идейными мотивами. Свою деятельность они посвящали охране монархического строя, обеспечению безопасности Царя и Отечества. Они имели хорошее образование, владели иностранными языками, принадлежали к привилегированным сословиям и обладали различными титулами. В справках о кадровом составе таких филёров называли интеллигентными, подчеркивая наличие у них благородного происхождения, хорошего образования и свободного владения иностранными языками.
Кто мог стать филёром? Конкретных требований к каким-либо из социальных характеристик кандидатов в филёры не предъявлялось. Формально существовали ограничения: инструкции требовали не принимать на службу неграмотных, лиц, не прошедших военную службу, лиц польской и еврейской национальности, лиц старше 30 лет, лиц испытывающих чрезмерную нежность к семье или непростительную слабость к женщинам, имеющих пагубные привычки. Однако, как рассказали А. В. Матвееву источники, были случаи нарушения и этих требований инструкций. Это были требования к кандидатам на службу. К тем, кто осуществлял деятельность в службе наружного наблюдения профессионально, предъявлялись достаточно высокие требования, невыполнение которых влекло за собой увольнение. Одним из требований были грамотность и чёткость ведения служебного документооборота.
Документооборот службы наружного наблюдения регламентировался инструкцией «Филёрам “Летучего отряда” и филёрам розыскных и охранных отделений» (1902). Инструкция обязывала старшего филёра не менее двух раз в неделю письменно сообщать в Департамент полиции краткие сведения по текущему наблюдению о лицах, с которыми встречался наблюдаемый, об адресах, которые он посещал, о перемене наблюдаемым места жительства, о посещённых сходках и конспиративных свиданиях. Инструкция обязывала филёров для докладов пользоваться телеграфом, строго соблюдая конспирацию. Телеграммы должны были быть зашифрованы под торговую корреспонденцию и подписаны фамилией филёра. После прибытия за наблюдаемым в другой город филёр должен был доложить телеграммой о своём адресе и ежедневно в письменной форме подробно докладывать о наблюдении, отправляя заказные письма. Письма нумеровались, содержали информацию о времени и месте составления и имели обязательную подпись филёра.
В соответствии с Инструкцией наблюдаемому лицу филёры присваивали кличку, отражающую его половую принадлежность и отличительные черты внешности. В рапортичках филёры указывали приметы внешности наблюдаемого, перечисляя их в строго определённом порядке. Перед началом изложения информации о наблюдаемом указывались место его жительства, на протяжении какого времени он там проживает. Если наблюдаемое лицо посещало какие-либо адреса, следовало указывать адрес и фамилию его владельца.
А. В. Матвеев выяснил, что развитию служебного документооборота способствовала Инструкция «Начальникам охранных отделений по организации наружного наблюдения» (1907) [35], которая предусматривала ведение филёрами ежедневных рапортичек по наблюдению за каждым наблюдаемым. Сделано это было для объединения всех сведений по наблюдению за участниками одной и той же преступной организации в дневник наблюдения. Дневник под названием «Форма Б» составлялся за определённый период, отражая наблюдение за каждой преступной организацией.
Грамотное ведение документооборота было одной из задач профессиональной подготовки филёров. А. В. Матвеев охарактеризовал особенности профессиональной подготовки филёров. Рассмотрение этих вопросов, ранее не получивших комплексного освещения в научной литературе, составляет ценность проведённого исследования.
А. В. Матвеевым выявлены особенности профессиональной подготовки филёров в Центральном филёрском отряде, губернских жандармских управлениях и специфика профподготовки полицейских надзирателей.
Центральный филёрский отряд был организован при Санкт-Петербургском охранном отделении, являлся уникальным, обособленным, элитным подразделением службы наружного наблюдения Российской империи. Он представлял собой образец подразделения службы наружного наблюдения в имперском государстве [36], состоял из филёров, которые опыт своей работы приобрели на службе в разных регионах России. В филёры отряда попадали те, кто бывал за границей, в местах концентрации революционных ячеек, поэтому наиболее опасных революционеров знали в лицо. Важной задачей
Центрального филёрского отряда была выработка и апробация новых приёмов наружного наблюдения, соответствующих тактике революционных организаций. С 1911 г. Центральный филёрский отряд стал осуществлять охранную деятельность: он направлялся для усиления местного розыскного органа в города следования императора. Эффективность использования агентов Центрального филёрского отряда для охраны высочайших особ заключалась в том, что филёрам была известна значительная часть революционеров и террористов, и в случае их появления в непосредственной близости к охраняемым лицам филёры принимали меры к их задержанию.
Для агентов Центрального филёрского отряда в 1911 г. была разработана специальная программа подготовки, в соответствии с которой для филёров отряда предусматривались три вида занятий:
теоретические занятия (в источниках называемые комнатными): изучение инструкций, усвоение информации о политических партиях, изучение фотокарточек членов заграничной боевой группы [37], обучение навыкам составления словесного портрета, выработка правильности составления телеграмм, обучение конспиративности докладов по телефону, изучение способов шифра, ознакомление с системами огнестрельного оружия и видами взрывчатых снарядов;
теоретические занятия с последующими практическими занятиями: выработка филёрами правильного описания примет наблюдаемого, изучение различных видов форменной одежды, изучение теории грима и практическое его применение, уроки черчения на бумаге для изображения схем местности;
практические занятия: определение национальности по типу лица, одежде, разговорной речи; определение социального положения и рода занятий лица; определение психического состояния человека; формирование навыков быстрого и неожиданного задержания преступников, обезоруживания и задержания преступников с разрывными снарядами; практическое наблюдение за обучающим лицом, посещение публичных мест с целью запоминания посетителей в определённый промежуток времени, запоминание филёрами участков местности, вида зданий, с последующим составлением схем, определение на изучаемых участках местности наиболее удобных мест для совершения терактов и способов их предотвратить.
Занятия с филёрами Центрального филёрского отряда производились группами по 10-12 человек. Уровень профессиональной подготов ки агентов Центрального филёрского отряда А. В. Матвеев считает наивысшим среди прочих подразделений, осуществлявших наружное наблюдение. Обучение филёров отряда производилось непрерывно на всём протяжении службы, тогда как в остальных учреждениях, как правило, происходило только первоначальное обучение вновь поступившего на службу филёра, а после того, как он начинал вести наблюдение самостоятельно, какое-либо целенаправленное обучение прекращалось.
Профессиональная подготовка филёров в подразделениях Отдельного корпуса жандармов была обязанностью руководителей жандармских управлений. В связи с тем, что в жандармских учреждениях профессионализм лиц, осуществлявших наружное наблюдение, находился на низком уровне [38], то и учить вновь прибывших филёров было некому [39]. В некоторых губернских жандармских управлениях существовала практика по командированию вновь прибывшего филёра в ближайшее охранное отделение с целью обучения у опытных филёров. В случае отсутствия возможности откомандировать филёров для стажировки в охранное отделение обучение филёров-новичков полностью ложилось на заведующего наружным наблюдением жандармского подразделения, который в большинстве случаев ограничивался только практическим «натаскиванием» филёров, не осуществляя какой-либо плановой системной подготовки филёров. В каждом подразделении службы наружного наблюдения профессиональная подготовка филёров замыкалась на заведующем наблюдательным составом. В связи со стремительно распространявшимися революционными настроениями масс филёрских кадров на местах зачастую не хватало, поэтому возможности уделить должное внимание обучению филёров, освободив им несколько дней в неделю для занятий, у заведующих фактически не было. Большинство филёров постигало ремесло наружного наблюдения в ходе практической деятельности.