В то же время отметим, что существуют некоторые фрагменты учения Демокрита, свидетельствующие о его признании положительной роли случая. В частности, он прибегает к "случаю" при объяснении возникновения мира. Так, Демокрит полагал, что существуют некоторые легкие тельца (шероховатые, круглые, угловатые и крюкастые, закривленные и как бы внутрь загнутые), из которых образовались небо и земля. Это образование произошло по природе без всякого воздействия извне, но вследствие некоторого случайного стечения. В другом фрагменте констатируется, что Демокрит признает случайность госпожой и царицей всего вообще и божественного в частности. Он объявляет, что все произошло по ней, однако удаляет ее из жизни людей и порицает, как глупцов, тех, которые чтят ее [6, фрг.5,37].
Указанное противоречие устраняется, если сопоставить учение Демокрита и Эпикура. Для этого обратимся к свидетельству Цицерона, который отмечает, что Эпикур придумал, как избежать сквозной необходимости. По мнению последнего, атом, несущийся по прямой линии вниз вследствие своего веса и тяжести, немного отклоняется от прямой, так как только при допущении отклонения атомов можно спасти свободу воли. Данной точке зрения Цицерон противопоставляет позицию Демокрита, изобретателя атомов, который счел за лучшее допустить, что все происходит в силу сквозной необходимости, чем лишить движение атомов его обусловленного природой характера [5, фрг.38]. Следовательно, случайность не правит миром у Демокрита, она невозможна в движении атомов, подчиненных необходимости. Эта необходимость вытекает из движения атомов, из того, что сами атомы соединяются друг с другом по принципу сходности. Таким образом, мыслитель, говоря о случайном, акцентирует внимание лишь на нецелесообразности соединения атомов. Аналогичную точку зрения высказывает В. Асмус. Демокрит, по мнению исследователя, отрицает возможность случайности в смысле беспричинности. Но признает возможность случайности совершенно в другом значении - не в смысле беспричинности, а в смысле того, что противоположно целесообразности в неорганической природе. То есть в неорганической природе все совершается не по целям и в этом смысле случайно [2, с.147]. Следовательно, речь идет о редукционистском подходе к содержанию детерминизма, согласно которому телеологические причины недопустимы и речь идет не столько о случайности, сколько о непредвиденном стечении обстоятельств.
Таким образом, перед нами вариант жесткого редукционно-детерминистского подхода к построению картины мира. При таком подходе возникает проблема состыковки неживого и живого уровней бытия. По свидетельству Аэция, если все прочие считали, что мир одушевлен и управляется провидением, то Левкипп, Демокрит и остальные сторонники атомов считали, что он неодушевлен и управляется не провидением, а некоей неразумной природой [5, фрг.23]. Последствия такого подхода хорошо анализирует Л. Науменко. Он обращает внимание на то, что построенный Демокритом мир эфемерен, неустойчив. Вещи - лишь случайные соединения атомов. Они не представляют собой устойчивых сущностей, так как целостность вещи мимолетна, суммарна. Вещь не обладает собственной центростремительной силой, связывающей атомы и удерживающей их в единстве. Связь выражает лишь природу самого атома, но не природу вещи. Сущность всех вещей одна - это атомы и пустота. Но эта простота, завоеванная ценою утраты диалектики, есть ахиллесова пята данной философии. Ведь на выбранном минимуме условий для построения полной картины мира возможна лишь одна единственная наука о вещах - корпускулярная физика. В результате можно разложить вещь на составные элементы, но сущность ее останется непроанализированной. Следовательно, сущность имеет какую-то иную природу, чем вещь. Ее анализ требует иного метода, чем тот, который предлагает атомистический редукционизм. Коренной порок атомизма в том, что он признает для всех предметов и событий лишь одну неделимую сущность - атом, поэтому он механистичен, метафизичен и исполнен глубоких внутренних противоречий [8, 2.2].
Подводя итог по натурфилософской картине мира античности, также отметим ее редукционно-детерминистский характер. Он проявляется в дальнейшем ограничении случайности, сопровождается десакрализацией и материализацией детерминирующего начала (судьба как материальное начало) и существенным упрощением (редукцией) детерминистских аспектов (в частности телеологической причинности).
Выводы. Формирование идеи детерминизма в античном миропредставлении связано с мифологемой судьбы, которая понимается в древнегреческом эпосе как сплетение причин, неодолимая необходимость, безличная сила, повелевающая людьми и богами. Аналогичное гипертрофирование судьбы-необходимости характерно для натурфилософского поиска первоначал-детерминантов в атомистической концепции Демокрита.
При этом индетерминистские категории (свобода, случайность, неопределенность) сводятся к детерминистским (необходимость, причинность, определенность) и не имеют органичного включения в целостную картину бытия. Таким образом, становление первичных форм идеи детерминизма (фатализм, панкаузализм, предопределенность) носило редукционистский характер.Список литературы
1. Античная философия: Энциклопедический словарь [Текст] / РАН, ин-т философии. - М. : Прогресс- Традиция, 2008. - 896 с.
2. Асмус В.Ф. Античная философия [Текст] / В.Ф. Асмус. - Изд. 2-е, доп. - М. : Высш. школа, 1976. - 543 с.
3. Кассирер Э. Философия символических форм. Т.2 [Текст] / Э. Кассирер. - М. ; СПб. : Университетская книга, 2001. - 280 с.
4. Лосев А.Ф. История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития. Кн. 2 [Текст] / А.Ф. Лосев. - Харьков: Фолио; М. : АСТ, 2000. - 688 с.
5. Лурье С.Я. Демокрит: Тексты. Перевод. Исследования [Текст] / С.Я. Лурье. - Л. : Наука, Лен. отделение, 1970. - 664 с.
6. Материалисты Древней Греции: Собрание текстов Гераклита, Демокрита и Эпикура [Текст] / Ред. М.А. Дынника. - М. : Политиздат, 1955. - 238 с.
7. Мещерякова, Н.А. Детерминизм в философском рационализме: от Фалеса до Маркса [Текст] / Н.А. Мещерякова. - Воронеж: ВГУ, 1998. - 168 с.
8. Науменко Л.К. Монизм как принцип диалектической логики [Текст] / Л.К. Науменко. - Алма-Ата: Наука, 1968. - 327 с.
9. Печенкин А.А. Редукционизм в контексте истории науки [Электронный ресурс] // Исследовано в России. Электронный научный журнал. - 2009. - С. 396-404. - Режим доступа: http://zhurnal.ape.relarn.ru/arti- cles/2009/037.pdf
References
1. Antichnaya filosofiya: Entsiklopedicheskiy slovar' (Ancient Philosophy: Encyclopedic Dictionary). Moscow, 2008. 896 p.
2. Asmus, V.F. Antichnaya filosofiya (Ancient Philosophy). Moscow, 1976. 543 p.
3. Kassirer, E. Filosofiya simvolicheskikh form. T.2 (The philosophy of symbolic forms) Moscow, 2001. 280 p.
4. Losev, A.F. Istoriya antichnoy estetiki. Itogi tysyacheletnego razvitiya. В.2 (History of ancient aesthetics. Results of the millennium development). Kharkiv, 2000. 688 p.
5. Lur'ye, S.YA. Demokrit: Teksty. Perevod. Issledovaniya (Democritus: Texts. Translation. Research). Leningrad, 1970. 664 p.
6. Materialisty Drevney Gretsii : Sobraniye tekstov Geraklita, Demokrita i Epikura (Materialists of ancient Greece: Meeting texts of Heraclitus, Democritus and Epicurus). Moscow, 1955. 238 p.
7. Meshcheryakova, NA. Determinizm v filosofskom ratsionalizme: ot Falesa do Marksa (Determinism in the philosophical rationalism: from Thales to Marx). Voronezh, 1998. 168 p.
8. Naumenko, L.K. Monizm kak printsip dialekticheskoy logiki (Monism as the principle of dialectical logic). Alma-Ata, 1968. 327 p.
9. Pechenkin, AA. Reduktsionizm v kontekste istorii nauki (Reductionism in the context of the history of science). Issledovano v Rossii. Elektronnyy nauchnyy zhurnal, 2009. pp. 396-404. Regime to access: http://zhur- nal.ape.relarn.ru/articles/2009/037.pdf