Военный университет МО РФ
Информационные аспекты коронавирусной пандемии и угрозы внутриполитической стабильности в Российской Федерации
А.И. Конуров кандидат философских наук; научный сотрудник научно-исследовательского отдела (военно-гуманитарных исследований)
В статье проводится системный анализ пандемии коронавируса как сложного, структурного явления общественной жизни; устанавливается роль и место санитарно-эпидемиологического фактора. Особое внимание автор уделяет информационному измерению коронавирусной пандемии. Выдвигается и обосновывается тезис о том, что по своему потенциалу деструктивного влияния на российское государство и общество это измерение не только не уступает, но даже и превосходит санитарно-эпидемиологическое. Материал содержит выводы, что вспышка заболевания может быть использована определенными силами для попытки организации государственного переворота в стране.
Ключевые слова: внутриполитическая стабильность; информационный аспект; коронавирус; пандемия; переворот; Президент; Российская Федерация.
A. I. Konurov
PhD (Philology); Research Fellow, Center for Military Humanitarian Studies; Military University of the Ministry of Defense of the Russian Federation
INFORMATIONAL DIMENSION OF CORONAVIRUS PANDEMIC AND THREATS TO INTERNAL POLITICAL STABILITY IN THE RUSSIAN FEDERATION
The article is devoted to system analysis of the coronavirus pandemic as complex and structured social phenomenon, review of its various aspects, and establishing role and significance of epidemiologic factor as well as its correlation with other aspects of the pandemic. The author pays special attention to informational dimension of the coronavirus pandemic and advances and substantiates the argument, that its potential of destructive influence on Russian society and state trumps rather than trails epidemiologic one. In the end the inference is drawn, that the outbreak of the disease can be taken advantage of by some malign actors to attempt to stage a coup in the country.
Key words: internal political stability; informational dimension; coronavirus; pandemic; coup d'etat; President; Russian Federation.
Введение
Пандемия коронавируса стала самым настоящим «черным лебедем» для мировой политики и экономики. Вероятность крупномасштабных вспышек неизвестных заболеваний традиционно указывалась в качестве потенциальных угроз национальной и международной безопасности во многих стратегических концептуальных документах разных стран [Стратегия 2015; National Security Strategy 2015; Defense and National Security Strategy 2017], тем не менее, эта угроза никогда не отмечалась в числе основных, а ее включение в документы во многом воспринималось экспертным сообществом как дань моде, возникшей после окончания холодной войны, когда опасность глобального ядерного конфликта ушла далеко на второй план, и ассортимент рисков и вызовов стало необходимо чем-то разбавить. Кроме того, эпидемии, такие как атипичная пневмония, птичий и свиной грипп, геморрагическая лихорадка Эбола и др., возникали на планете с достаточной регулярностью. Однако только коронавирус COVID-19 стал по-настоящему глобальным шоком, значение которого выходит далеко за рамки сферы здравоохранения.
На момент написания этой статьи на многие вопросы, связанные с пандемией, ответов нет. При этом единственное, что является очевидным, - это информационное измерение ситуации с COVID-19 по масштабам своего разрушительного воздействия на мировое политическое и экономическое устройство, уклад жизни миллиардов людей не только не уступает санитарно-эпидемиологическому измерению, но и существенно превосходит его. Информационная картина, складывающаяся усилиями мировой прессы, чем-то напоминает рассказ Дж. Лондона «Алая чума» [Лондон 1915]. Этот рассказ, написанный в 1912 г., повествует о событиях 2013 г., когда на Земле, по мнению писателя, должны были проживать 8 млрд человек. Глобальная пандемия таинственной алой чумы, возникшая буквально на ровном месте, уничтожила все мировое население за несколько недель, оставив в живых лишь несколько десятков человек, которые быстро скатились к примитивному образу жизни, а их потомки уже стали самыми настоящими первобытными людьми.
Большая часть рассказа представляет собой повествование 87-летнего старика, последнего оставшегося свидетеля исчезнувшей мировой цивилизации, который делится со своими ничего не понимающими внуками воспоминаниями о трагических событиях 60-летней давности. Он рисует апокалиптическую картину распространения эпидемии в Сан-Франциско, которая сопровождалась нарастающим хаосом, погромами, грабежами, убийствами и смертельным ужасом, охватившим обезумевшее население. Люди срывались со своих мест в поисках спасения, из городов начался массовый исход жителей, но это только расширяло очаги заболевания, и у человека уже не было безопасного пристанища на этой земле.
Пандемия коронавируса стала серьезным испытанием для системы здравоохранения во всех странах, в том числе и в России. Она обнажила негативные последствия коммерциализации медицины, укрупнения и перепрофилирования медицинских учреждений, сокращения коечного фонда и других реформ, направленных на так называемую оптимизацию этой важнейшей общественной системы. Вместе с тем пандемия выявила и тот существенный запас прочности и мобилизационный потенциал, которыми обладала советская система всеобщей и бесплатной медицины, основанная первым наркомом здравоохранения Советской Республики профессором Н. А. Семашко. Именно этот запас позволил в кратчайшие сроки развернуть дополнительные инфекционные больницы и отделения, укомплектовать их врачами и другим медицинским персоналом, резко нарастить производство необходимых тестов, медикаментов, оборудования и защитных средств, а также организовать информационный обмен внутри медицинского сообщества по поводу наиболее эффективных методов лечения коронавируса и коронавирусной пневмонии. Всё это позволяет России удерживать смертность от новой болезни на уровне менее 1 % от числа заболевших, что является самым маленьким показателем среди стран, входящих в первую десятку по количеству зараженных [Мировая статистика случаев заражения коронавирусом URL].
Пандемия коронавируса как социальный феномен
Необходимо понимать, что пандемия коронавируса COVID-19 является сложным, многоаспектным явлением, и ее санитарно-эпидемиологическая составляющая, будучи ядром этого явления, в то же время не исчерпывает полностью собой его содержания. Новая реальность, формирующаяся на наших глазах, имеет также и свои экономические, социальные, правовые, внешнеполитические и иные аспекты. Распространение болезни способствует ухудшению положения в каждой из упомянутых сфер и требует реагирования органов государственного управления. При этом представляется особенно важным придерживаться системного подхода в деле противодействия пандемии и направлять усилия государства на оптимизацию всей совокупности порождаемых ею опасностей и угроз, не ограничиваясь только лишь медицинскими проблемами.
Так, принимаемые государством карантинные меры оказывают существенное негативное влияние на экономику страны. Многие предприятия вынуждены приостановить свою деятельность в соответствии с предписаниями государственных и муниципальных органов для предотвращения распространения коронавирусной инфекции. Другие компании сталкиваются с сокращением спроса на свои товары и услуги в связи с уменьшением доходов частного и корпоративного сектора. Все это приводит к снижению налоговых поступлений в бюджет, увеличению количества банкротств, увольнению сотрудников предприятий или их вынужденному уходу в неоплачиваемый отпуск. В результате значительное количество людей может оказаться на грани выживания.
Социальные последствия коронавирусной пандемии также являются достаточно серьезными. Необходимость длительного нахождения в режиме самоизоляции знаменует собой кардинальное изменение привычного образа жизни для большинства граждан и оказывает давление даже на самую устойчивую психику. В первую очередь, речь идет о семьях, находящихся в стесненных жилищных условиях, где нет достаточного личного пространства для каждого члена семьи. Это может привести к росту социальных патологий в семье, таких как алкоголизм, наркомания, игромания, рукоприкладство, самоубийства. Кроме того, социальные последствия эпидемии не ограничиваются семьей. Ухудшение экономической обстановки и прежде всего ситуации с занятостью может повлечь за собой всплеск преступности, в том числе и насильственного характера.
Но даже собственно медицинский аспект проблемы коронавируса не ограничивается исключительно данным заболеванием. Концентрация всех ресурсов системы здравоохранения на противодействии пандемии, развертывание дополнительных инфекционных отделений на основе перепрофилирования действующих мощностей, мобилизация врачей и младшего медперсонала других специальностей для работы с больными COVID-19 с неизбежностью приводит к оголению других медицинских направлений, которые тоже являются исключительно важными с точки зрения спасения и сохранения человеческих жизней. Возрастание смертности от других заболеваний в связи с этим является ожидаемым итогом, как бы цинично это ни прозвучало в данном контексте.
Всё это происходит на фоне резкого сворачивания процессов глобализации мировой экономической и политической системы, когда все государства вводят протекционистские меры для защиты своей экономики и обеспечения всеми необходимыми медицинскими товарами, в первую очередь, своей системы здравоохранения, своих больниц и пациентов. В то же время, хотя интенсивность мировых геополитических процессов и снизилась в связи с пандемией, они не отменены, и межгосударственная конкуренция никуда не исчезла. Более того, есть достаточно оснований предполагать, что в условиях сворачивания глобализации эта конкуренция приобретет еще более ожесточенный характер, так как мировые державы, в первую очередь США, будут чувствовать себя всё в меньшей степени связанными международным правом. Уже сейчас мы наблюдаем попытки Соединенных Штатов возложить на Китай ответственность за возникновение этой пандемии и заставить его заплатить за это, причем озвучиваемые суммы доходят до $20 трлн [$20 trillion lawsuit in US against China for using COVID-19 as biological weapon URL]. Для России ситуация, связанная со сломом существующего миропорядка, тоже таит определенные угрозы, к которым необходимо быть готовыми.
Коронавирус как таран: использование пандемии для дестабилизации внутриполитической обстановки в России
Коронавирусная пандемия влияет на все стороны общественной жизни в стране и требует от государства взвешенных решений по борьбе с ней. При этом сложившаяся ситуация характеризуется принципиальной новизной, и отработанных алгоритмов действий в данных условиях по естественным причинам пока просто нет. Поэтому как врачам приходится импровизировать и экспериментировать при выборе методов лечения пациентов с COVID-19, так и органы государственного управления, включая Президента и Правительство РФ, а также руководителей субъектов федерации, вынуждены действовать в условиях высокой неопределенности обстановки, в режиме ручного управления, а в случае неудачных решений - корректировать их на ходу.
Принимаемые руководством государства меры по-разному оцениваются обществом. Население страны в связи с пандемией испытывает существенный стресс, который усугубляется тем, что пока нет внятных ответов на вопрос о том, когда ситуация вернется в нормальное русло и вернется ли вообще. Дополнительным фактором неопределенности является очень широкий разброс мнений относительно данного заболевания в среде экспертного сообщества - вирусологов, эпидемиологов, инфекционистов и других специалистов, которые, казалось бы, должны обладать более глубокими познаниями в этой области, чем большинство населения. Это открывает широкий простор для проведения информационных диверсий, распространения фейков с целью нагнетания страхов или, наоборот, создания чувства самоуспокоенности.
Наличие внутри страны и за рубежом политических сил, делающих ставку на неконституционную смену власти в России, ни для кого не является секретом. Основные технологии, при помощи которых геополитические противники РФ и их сторонники на территории страны рассчитывают реализовать свои планы, можно условно обозначить как «дворцовый переворот» и «цветная революция». Обе этих технологии предполагают отстранение от власти действующего руководства существующими элитными группами, имеющими представительство в том числе и в высших эшелонах власти. При этом цветная революция отличается от дворцового переворота тем, что она дополнительно предполагает также организацию масштабных уличных акций сторонников элитной оппозиции, которые призваны оказать дополнительное психологическое, а при необходимости и силовое воздействие на руководство страны с целью парализовать его волю к наведению конституционного порядка.
Однако какой бы сценарий в итоге ни был избран, в качестве предварительного условия своей реализации он требует создания в стране соответствующей информационной обстановки, предельной дискредитации действующего государственного руководства, вменения ему всех возможных отрицательных качеств, чтобы исключить сколько-нибудь значимую общественную поддержку законной власти и, наоборот, обеспечить поддержку организаторам переворота. И пандемия коронавируса открывает в этой области дополнительные возможности. Она существенно тем или иным образом ухудшила жизнь большинства россиян, и уровень недовольства существующим положением вещей объективно растет.
Главным источником уязвимости существующей политической системы Российского государства является наличие объективного противоречия между санитарно-эпидемиологическими императивами и императивами социально-экономического характера. В настоящий момент ни отечественная, ни мировая медицинская наука не могут пока предложить человечеству эффективной вакцины против коронавируса COVID-19 или эффективного метода лечения этой болезни. Хотя все силы науки в настоящее время брошены на их разработку, прохождение необходимых этапов создания вакцины и лекарств, включая испытания на животных и людях, требует определенного времени, прежде чем их можно будет рекомендовать для массового использования. До этого момента главная рекомендация медицинского сообщества заключается в поддержании максимально возможных строгих карантинных мер, что позволит замедлить распространение пандемии и попытаться избежать запредельных нагрузок на систему российского здравоохранения, на которые она, к сожалению, не рассчитана.