Истинный интеллигент, или тонконожка: образ интеллигента по данным лексикографических источников
Щетинина Анна
Рассматривается языковой образ интеллигента на основе данных, представленных в толковых словарях, в том числе в словарях жаргона и русских народных говоров. Отмечается, что уникальность понятия «интеллигент» обусловливает сложность составления словарной дефиниции. В результате анализа дефиниций слова интеллигент установлено, что в лексикографических источниках нет единообразия в толкованиях: обычно слово представлено как моносемант, в значении которого фиксируется принадлежность человека к определенной социальной группе, в других случаях указывается на принадлежность к группе и одновременно некоторые личностно значимые качества. Подчеркивается, что для перечисления всех зафиксированных в словарях качеств нужно обратиться к разным источникам, в которых представлена взаимодополняющая информация. Обобщая данные словарей, автор формулирует три литературных значения, на основании которых формируются разные образы интеллигента: как представителя класса интеллигенции; как человека, наделенного положительными морально-нравственными качествами вне зависимости от принадлежности к социальной группе; как человека, принадлежащего к классу интеллигенции, но обладающего негативными характеристиками (безволием, приспособленчеством и т. д.). Показано, что по материалам диалектных и жаргонных словарей образ интеллигента можно трактовать в аспекте семантики исключительности, как человека, в силу разных причин чужого для социума преступников и традиционного крестьянского общества.
Ключевые слова: лингвокультурный типаж; интеллигент; дефиниционный анализ. интеллигент толковый словарь жаргон
The article considers the language image of the intellectual on the basis of the data presented in the explanatory dictionaries, including the dictionaries of jargon and Russian folk dialects. It is noted that the uniqueness of the concept of “intellectual” causes the complexity of the dictionary definition. As a result of the analysis of definitions of the word intelligent it is established that in lexicographical sources there is no uniformity in interpretations: usually the word is presented as a monosemant in which meaning the belonging of the person to a certain social group is fixed, in other cases belonging to group and at the same time some personally significant qualities are specified. It is emphasized that in order to list all the qualities recorded in the dictionaries, it is necessary to refer to different sources, in which complementary information is presented. Summarizing these dictionaries, the author formulates three literary meanings, on the basis of which different images of the intellectual are formed: as a representative of the class of intelligentsia; as a person endowed with positive moral qualities regardless of belonging to a social group; as a person belonging to the class of intelligentsia, but possessing negative characteristics (lack of will, adaptability, etc.). It is shown that according to the materials of dialect and slang dictionaries the image of an intellectual can be interpreted in the aspect of the semantics of exclusivity as a person, for various reasons alien to the society of criminals and traditional peasant society.
Key words: linguocultural type; intellectual; definitional analysis.
Введение
«За обедом оба брата всё время рассказывали о самобытности, нетронутости и целости, бранили себя и искали смысла в слове “интеллигент”» [Чехов, 1985, с. 353]. Объяснить смысл понятий интеллигенция, интеллигент, интеллигентный уже больше века пытаются не только наивные носители языка, как герои в рассказе А. П. Чехова «Cвистуны», но и ученые. Представители разных наук отмечают сложность определения данных понятий, при этом указывая, что «многообразие точек зрения не помогает, а затрудняет сконструировать единую концепцию интеллигенции. Их недостатком является даже не размытость, а порой излишняя упрощенность и прямолинейность. Для одних авторов -- это реально существующая социально-профессиональная группа, причем критериальное согласие до сих пор не достигнуто, а другие утверждают, что интеллигенция как социальное явление давно исчезла и превратилась в мифическое образование» [Ишимская, 2010, с. 71].
Словари русского литературного языка также несколько упрощенно подходят к определению этих слов. При этом в наивно-языковом сознании соответствующие понятия получают осмысление с разных сторон, о чем свидетельствуют, например, атрибутивные словосочетания «существительное + прилагательное». Так, довольно противоречивыми качествами наделяется интеллигент (ср. оппозицию: истинный интеллигент -- вшивый интеллигент и др.), причем положительные и отрицательные коннотации выявляются практически в равной мере, но в отношении интеллигенции используются преимущественно безоценочные характеристики (национальная, российская, творческая и т. д.), реже -- позитивные (подлинная, отважная и т. д.), еще реже -- негативные (темная, назойливая и т. д.). Однако лексикографические источники в дефиниции к слову интеллигент, как правило, фиксируют те семантические множители, которые составляют ассертивную (ядерную) зону значения, а находящиеся на периферии, выявляемые в результате анализа контекстов смыслы в толкование не включают. В то же время именно пресуппозиционная часть значения представляет наибольший интерес с точки зрения разностороннего лексикографического описания того или иного фрагмента действительности, в том числе любого социального типажа. При этом, как известно, изучение контекстного употребления языковой единицы позволяет выявить но вые семы, что обусловливает интегральный подход к изучению значения слова, поскольку оно представляется «как бесконечно сложная и избыточная структура, включающая в себя не только понятийное содержание, но и прагматическую информацию о слове -- весь запас лингвистических и экстралингвистических сведений, всех добавочных смыслов, называемых коннотациями» [Скляревская, 2001, с. 182].
С целью описания образа интеллигента представляет интерес репрезентация лексемы интеллигент в лексикографических источниках и в текстах, материалы которых представляют разные языковые страты (диалекты, жаргоны, газетно-публицистический, литературно-художественный и интернет-дискурс) в разные исторические периоды. Результаты такого анализа частично отражены в ряде научных публикаций [Ишимская, 2010; Карасик, 2005; Камчатнов; Колесов, 2006; Крысин, 2001; Петрова; Ярошенко, 2011; Gogolitsyna, 2002 и др.]. В исследовании В. И. Карасика представлены результаты лингвокультурного моделирования типажа «русский интеллигент» [Карасик, 2005] на основании дефиниционного анализа и осмысления контекстного употребления этого понятия. Л. П. Крысин описывает речевой портрет интеллигента на основе анализа речевых образцов реальных представителей современной российской интеллигенции [Крысин, 2001], а О. А. Ярошенко исследует репрезентацию данных характеристик в художественных произведениях в аспекте изучения лингвокультурного типажа «русский интеллигент» и его контекстуального описания [Ярошенко, 2010; Ярошенко, 2011] и т. д.
Семантика лексемы интеллигент в литературных толковых словарях
Сложность определения понятия интеллигент выявляется уже на уровне анализа дефиниций, зафиксированных в лексикографических источниках. В толковых словарях русского литературного языка способы репрезентации слова интеллигент весьма различны, значения формулируются через отсылки к родственным словам либо посредством отсылок к конституирующим характеристикам человека, принадлежащего данному социальному типажу.
Так, ряд словарей при определении слова интеллигент дает отсылки к значению слова интеллигенция -- `тот, кто принадлежит к интеллигенции' [БУСРЯ, 2017, с. 389; Лопатин, 1997, с. 210; СлРЯ, т. 1, с. 671], `лицо, принадлежащее к интеллигенции' [БТСРЯ, 1998, с. 395; РСС, т. 1, с. 96; ССРЛЯ, т. 5, с. 387; ТСРЯ ххI, 2008, с. 302; Ушаков, т.1, стб.1214; Шведова, 2011, с. 302], `представитель интеллигенции' [ССИС, 2001, с. 240; Язык Совдепии, 1998, с. 230], -- при этом в иллюстрациях к лексеме интеллигент закономерно не всегда выявляется полный комплекс сем, который объективировал бы референцию этих понятий. Сравним: в значениях слова интеллигенция, представленных в БАС (Большом академическом словаре) [ССРЛЯ] и МАС (Малом академическом словаре) [СлРЯ]: `работники умственного труда, имеющие специальную подготовку и знания в различных областях науки, техники и культуры' [ССРЛЯ, т. 5, с. 388], `социальная группа, состоящая из людей, обладающих образованием и специальными знаниями в области науки, техники, культуры и профессионально занимающихся умственным трудом' [СлРЯ, т. 1, с. 671] -- выявляются ядерные семы `социальная группа', `люди' и `работники', дифференциальные семы `обладают образованием', `обладают специальными знаниями', `имеют специальную подготовку', `имеют знания', `профессионально занимаются', `умственный труд', `наука', `техника', `культура'. А в иллюстративном материале к слову интеллигент актуализируются только некоторые из этих сем: Не танцующие интеллигенты сидели в читальне за большим столом и, уткнув носы и бороды в газеты, читали, дремали и, по выражению местного корреспондента столичных газет, очень либерального господина, -- “мыслили” (А. Чехов. Маска); Адрес [Гл. Успенскому] был написан самими рабочими, его не составлял для них кто-нибудь из интеллигентов, искусившихся писать литературно (М. Цебрикова. Отрывок из воспоминаний) [ССРЛЯ, т. 5, с. 387--388] (в обеих иллюстрациях выявляются семы `обладают образованием', `умственный труд', во второй имеется также противопоставление «рабочие -- интеллигенция»); в примере Исполнение роли Жукова убедило меня в том, что я, актер, игравший главным образом интеллигентов, могу и должен играть простых людей (В. Гардин. Воспоминания) [ССРЛЯ, т. 5, с. 388] выявляется только значение принадлежности к особому классу, поскольку интеллигенты противопоставляются простым людям; в контексте из МАС: Наш молодой советский интеллигент -- это новый человек (М. Горький. Ярославцам) [СлРЯ, т. 1, с. 671] -- семантика интересующего нас слова непрозрачна, поскольку контекстное окружение не подсказывает содержание слова интеллигент, а понять предложение возможно только при условии того, что читатель уже знаком с понятием «интеллигенция». Таким образом, отсылочные значения при дефинировании слова интеллигент не способствуют прояснению семантики такой довольно спорной с точки зрения составления определения лексической единицы.
Другой тип дефиниций к слову интеллигент не только фиксирует отсылку к понятию «интеллигенция», но и дополняет ее дифференциальными семами, которые напрямую связаны с семантикой слова интеллигенция. Так, в семеме `человек, принадлежащий к общественному слою интеллигенции, занимающийся умственным трудом' [РСС, т. 1, с. 130] актуализируется сема `умственный труд'; в дефиниции `челов?къ умственный, развитой, передовой' [ПСИС, 1908] подчеркивается семантика умственной деятельности и стремления к познанию нового. Помимо повторяющихся дифференциальных сем, входящих в состав значения слова интеллигенция, в дефинициях других словарей указываются новые семы, посредством которых толкователи обращают внимание на те или иные качества интеллигента. Так, в семеме `тот, кто принадлежит к интеллигенции, мыслящий, высоконравственный человек, носитель традиций духовной культуры народа' [Лопатин, 1997, с. 210] актуализируется уже встречающаяся в толкованиях слова интеллигенция сема `мыслящий' (=`умственный') и выявляются новые семы `высоконравственный', `носитель традиций', `культуры народа'. Эти семы можно обнаружить в формулировках значения слова интеллигент, сфокусированных именно на этих семах как центральных, соответствующих конституирующим свойствам интеллигента, например, в определении `человек глубокой внутренней культуры и самостоятельного мышления' [ТСИС, 2000] подчеркнута сема `самостоятельное мышление'; а в дефиниции `человек высокой нравственной культуры, духовно развитый` [РСС, т. 1, с. 96] на первый план выведена сема `духовно развитый'.
В семантеме `человек, который обладает высокой внутренней культурой, развитым внутренним чувством, широкой образованностью и т. п. вне зависимости от его принадлежности к какой-либо социальной группе' [БУСРЯ, 2017, с. 389] актуализируется совершенно противоположная классовой трактовке интеллигента сема `вне зависимости от принадлежности к какой-либо социальной группе', что позволяет рассматривать интеллигента как нравственного, культурного, стремящегося к знаниям человека, принадлежащего к любому социальному слою, а это, на наш взгляд, может служить основанием к тому, чтобы считать самостоятельным это значение рассматриваемой языковой единицы, то есть признать многозначность слова интеллигент. Та же независимость от социальной группы представлена и в первой части дефиниции `человек, который характеризуется стремлением к знаниям, культурой поведения, твердыми нравственными принципами; человек, профессионально занимающийся интеллектуальным трудом' [ТСРЯ ххI, 2008, с. 410], при этом здесь же выявляется еще одна сема `твердые нравственные принципы'. В словаре П. Я. Черных в одном из лексико-семантических вариантов слова интеллигент актуали зируется и сема `воспитанный': `умственно развитый, культурный, образованный и воспитанный человек' [Черных, 1994, т. 1, с. 624].
характеристика интеллигента в современных толковых словарях литературного языка дается преимущественно через указание на его положительные качества. Исключение составляют несколько словарей, которые фиксируют негативные оценки. В словаре Ушакова второй лексикосемантический вариант характеризует интеллигента презрительно: `презрит. то же, как человек, социальное поведение которого характеризуется безволием, колебаниями, сомнениями' -- Вот она, психология российского интеллигента: на словах он храбрый радикал, на деле он подленький чиновник (В. Ленин) [Ушаков, т. 1, стб. 1214]. Комментируя это значение, авторы словаря «Толковый словарь языка Совдепии» говорят, что «значительной части интеллигенции были присущи политическая трусливость, краснобайство и бездеятельность, болезненная рефлексия и нерешительность» (данный комментарий оформляется как оттенок значения с пометой «презрит.») [Язык Совдепии, 1998, с. 230]. С пометами «насмешливое», «пренебрежительное», или «презрительное (браннное)», «разговорное» фиксируется лексема интеллигент в «Большом словаре русской разговорной речи» под редакцией В. В. химика: `о нерешительном, безвольном, психологически и физически слабом человеке' [химик, 2004] со следующим комментарием и иллюстрациями: «В обывательской среде традиционно, особенно в соответствии с классовой идеологией советского времени, о людях умственного труда, особенно гуманитарных занятий, которым приписывается ряд якобы свойственных им непростительных недостатков: слабость, нерешительность, безволие, ненадежность и т. п. Эх, ты, интеллигент, разве так с бабой надо разговаривать, она силу любит!; Эй, ты, интеллигент в шляпе, поди сюда!; Интеллигентом стал, ручки замарать боишься, да?» [Там же]. Негативную оценку мы видим в словаре С. А. Кузнецова, но только в иллюстрации к значению: пренебр. Что понимает этот интеллигент! [БТСРЯ, 1998, с. 395]. Заметим, что если в дефиниции слова интеллигент в словаре под редакцией Д. Н. Ушакова и сема `социальное поведение', и иллюстрация свидетельствуют о социальном характере оценки интеллигента, то в словарях под редакцией В. В. химика и С. А. Кузнецова иллюстративный материал не имеет явной социальной маркировки, следовательно, можно предположить, что и в межличностных отношениях такая оценка человека вполне возможна.
Обоснованность выделения противоположных характеристик интеллигента и их включения в словарную статью как разных лексико-семантических вариантов, на наш взгляд, подтверждается и наличием парони мичных прилагательных интеллигентный / интеллигентский с разными коннотациями. В «Большом толковом словаре правильной русской речи» Л. И. Скворцова в словарных статьях отмечается, что эти понятия нельзя смешивать [Скворцов, 2009, с. 291]: интеллигентный `книжн. свойственный образованному, культурному человеку, а также интеллектуально развитый, например, интеллигентные манеры, интеллигентный облик, интеллигентные профессии (связанные с умственным трудом' [Там же, с. 291--292] (при этом в одном из контекстов выявляется противопоставление «простым людям»: Они судили мултанцев. Два интеллигентных человека и десять мужиков (В. Короленко. Мултанское жертвоприношение) [Там же, с. 292]); а интеллигентский `книжн. связанный с худшими чертами интеллигенции как общественной группы (неустойчивостью взглядов, беспринципностью, нерешительностью и т. п.), например, интеллигентские замашки, интеллигентская двойственность, интеллигентский каприз' [Там же]. В то же время контекстный анализ выявляет не только негативно-оценочное значение при употреблении прилагательного интеллигентский, но и нейтральное, связанное со значением притяжательности прилагательного (см., например: …всех респондентов объединяло не только унифицирующее советское образование, но и некий более широкий интеллигентский дискурс, эволюцию основных элементов которого можно проследить как минимум в течение двух последних веков, и не только в России (Р. Черепанова. Интеллигенция и «тайное знание» // Неприкосновенный запас, 2010) [НКРЯ]; При этом, на интеллигентский взгляд, ничего не изменилось: заводские коробки остались на месте Ї разве что дым из труб перестал идти (С. Чернышев. Фермопилы.ru // Эксперт, 2004.12.13) [Там же]; Хотя, разумеется, и на первом этапе были сугубо научные доклады, и на втором звучали чисто политические лозунги, все же зал симпозиума больше не воспринимался как продолжение митинга в НИИ или на знаменитой московской интеллигентской кухне, где обсуждалось все то же самое (И. Прусс. Десятый // Знание Ї сила, 2003) [Там же]; И хотя в организацию приходит молодежь из разных слоев общества, подавляющее большинство Ї это студенты, преимущественно из интеллигентских семей (А. Тарасов. Левая сцена в России в начале XXI века // Неприкосновенный запас, 2003.09.12) [Там же] и др.).