Историко-текстологический анализ проектов нового государственного гимна СССР 1955-1956 гг.
Г.Е. Козловская
А.П. Артюков
Г.Д. Дробинин
Аннотация
Актуальность данной темы в том, что на основе широкого круга архивных источников рассматривается работа специальной комиссии под руководством Д.Т. Шепилова, которая была создана по решению Президиума ЦК КПСС в конце 1955 года. Комиссия организовывала конкурс по созданию нового государственного гимна и отбирала текстовые произведения среди большого количества участников, представивших более полусотни работ.
Для исследования данной темы применялся текстологический анализ, что позволило не только выявить смысловые значения содержания произведения, заложенные автором, но и увидеть различия в стилистике произведений конкурса. Также использовался сравнительный метод исследования как при сопоставлении содержательной части текстов произведений, так и при сравнении с тестом официального гимна СССР образца 1943/44 гг.
Применялся и проблемно-хронологический подход при рассмотрении этапов работы специальной конкурсной комиссии. Конкурс по созданию нового гимна проходил в несколько этапов. Отобранные на первом этапе тексты поэтов-песенников ко второму этапу дорабатывались для лучшего соответствия новым целям и задачам, стоящим перед страной. Тексты победителей второго этапа также являлись неокончательными и в будущем могли быть подвергнуты корректировке содержания. Это позволяет сделать вывод, что четкие параметры по содержательной части текстов, видимо, отсутствовали или корректировались в течение работы всей комиссии.
Участие в данном конкурсе строилось не на альтруистских началах поэтов и музыкантов, а предполагало хорошее финансовое поощрение участникам и победителям конкурса. Тексты победителей по своей структуре и содержанию отличались как между собой, так и от официального гимна СССР образца 1943/44 гг.
Ключевые слова: гимн; десталинизации; коллективное руководство; проекты гимна; Г.М. Маленков; культ личности; культ И.В. Сталина; доклад П.Н. Поспелова; ХХ съезд ЦК КПСС; закрытое заседание; доклад о культе личности и его последствиях.
Abstract
G.E. Kozlovskaya, A.P. Artyukov, G.D. Drobinin. Historical and textual analysis of the drafts of the new national anthem of the USSR of 1955-1956
The relevance of this topic is that on the basis of a wide range of archival sources, the work of a special commission under the leadership of D.T. Shepilov, which was created by the decision of the Presidium of the Central Committee of the CPSU at the end of 1955, is being considered. The Commission organized a competition to create a new national anthem and selected text works among a large number of participants who submitted more than fifty works. Textual analysis was used to study this topic, which allowed not only to identify the semantic meanings of the content of the work laid down by the author, but also to identify and see the differences in the stylistics of the works of the competition.
A comparative research method was also used when comparing both the content of the texts of the works and when comparing with the text of the official anthem of the USSR of the 1943/44 model. A problem-chronological approach was also applied when considering the stages of the work of a special competition commission. The competition to create a new anthem took place in several stages. The texts of the songwriters selected at the first stage were refined by the second stage to better match the new goals and tasks facing the country. The texts of the winners of the second stage were also not final and could be subject to content adjustments in the future. This allows us to conclude that there were apparently no clear parameters for the content of the texts or were corrected during the work of the entire commission.
Participation in this competition was not based on the altruistic principles of poets and musicians, but assumed a good financial incentive to the participants and winners of the competition. The texts of the winners differed in their structure and content both among themselves and from the official anthem of the USSR of the 1943/44 model.
Key words: anthem; de-Stalinization; collective leadership; anthem projects; G.M. Malenkov; cult of personality; cult of І.V. Stalin; report by P.N. Pospelov; XX Congress of the Central Committee of the CPSU closed meeting; report on the cult of personality and its consequences.
Введение
Традиционно в исторической науке начало процесса десталинизации соотносят с выступлением на ХХ съезде коммунистической партии первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущева с докладом о культе личности и его последствиях. Но к настоящему времени вышло большое количество исследований, объективно показывающих, что начало процесса десталинизации следует искать в первых трех постсталинских годах. Это и определяет актуальность выбранной темы, которая на ряду с историческим исследованием архивных материалов была дополнена литературным анализом.
Целью работы является проведение историко-текстологического анализа проектов нового государственного гимна СССР.
Для более подробного рассмотрения необходимо выполнить ряд задач:
- выявить причины возникновения вопроса о создании нового гимна;
- рассмотреть вопрос создания и работы специальной комиссии под руководством Д.Т. Шепилова;
- отразить этапы работы комиссии и участников конкурса; провести сравнительный и текстологический анализ стихотворных произведений победителей второго этапа конкурса.
Научная новизна статьи заключается в том, что не только проведено комплексное исследование вопроса создания нового государственного гимна на рубеже 1955-1956 гг., но и дополнено проведением текстологического анализа произведений авторов, отобранных как материал для написания нового музыкального произведения.
Основная часть
События марта 1953 года значительно повлияли на ход истории. С уходом с политического олимпа одной из масштабных политических фигур ХХ века И.В. Сталина во внешней политике для решения старых политических проблем начали применяться новые подходы, что позволило не только взглянуть на проблемы с новой стороны, но и некоторые из них разрешить. Например, подписано перемирие в Корее, СССР отправил запрос на вступление в НАТО, прекращение взимания репараций с ГДР, урегулирование отношений с Югославией, установление дипломатических отношений с ФРГ и др.
Во внутренней политике болезнь и смерть вождя тоже привели к целому ряду изменений. Например, пересмотр программы строительных работ на 1953 год, проведение амнистии, освобождение лиц иностранных государств, попавших под амнистию, пересмотр следственных дел, находившихся в разработке, а именно - дела о врачах-вредителях, дела сотрудников МГБ, дела работников Главного артиллерийского управления Военного министерства СССР, дела арестованных МГБ Грузинской ССР группы местных работников и др. (Лаврентий Берия 1999, с. 17-18), а также начало процесса амнистии и тихой реабилитации лиц осужденных в предыдущие годы. Так, в записке министра МВД СССР Л.П. Берии, направленной в Президиум ЦК КПСС от 17 апреля 1953 года, говорилось о необходимости реабилитации Н.Д. Яковлева, И.И. Волкотрубенко, И.А. Мирзаханова, М.М. Кагановича и др. Позднее поступали и новые записки в Президиум ЦК КПСС (Лаврентий Берия 1999, с. 41-42).
Отметим, что в рамках реабилитации М.М. Кагановича проверялись архивные документы НКВД, которые были признаны клеветническими. В записке от 6 мая 1953 года, направленной Л.П. Берией Г.М. Маленкову, отмечалось, что все показания были добыты в результате применения в следственной работе извращенных методов (Лаврентий Берия 1999, с. 41-42).
Еще в период болезни И.В. Сталина, 5 марта 1953 года, было созвано совместное заседание ЦК КПСС, Совета Министров СССР и Президиума Верховного Совета СССР. На его заседании были приняты решения, которые привели к изменениям в системе управления страной. Так, кардинально были пересмотрены решения Пленума ЦК КПСС от 16 октября 1952 года. При еще живом И.В. Сталине, занимавшем пост председателя Совета Министров СССР, был назначен новый руководитель исполнительной власти, им стал Г.М. Маленков. У него появились четыре заместителя, которыми стали Л.П. Берия, В.М. Молотов, Н.А. Булганин, Л.М. Каганович (РГАСПИ. Ф. 83. Л. 3).
Видимо, с целью концентрации системы управления в руках узкой группы лиц также произошло объединение ряда министерств с назначением новых министров и был сокращен более чем в два раза состав Президиума ЦК КПСС, который вновь вернулся по числу участников заседаний к двенадцати персонам. Важно отметить, что прекратил свое функционирование и неуставной партийный орган Бюро Президиума ЦК КПСС (РГАСПИ. Ф. 83. Л. 3).
Хотя официально председателем Совета Министров СССР и был назначен Г.М. Маленков, который как бы являлся политическим наследником, а следовательно, и гипотетически новым лидером партии, но в реальности всю полноту власти в своих руках сосредоточило «коллективное руководство», которое состояло из лиц ближнего сталинского окружения. Именно они и получили все значимые посты в системе управления страной - от министерских до заместителей председателя Совета Министров СССР.
После смерти И.В. Сталина и в связи с назначением Г.М. Маленкова на должность председателя Совета Министров СССР, исходя из многолетней практики на страницах печати и в эфирах радиопередач, лица, возглавлявшие СМИ, стали создавать культ нового лидера партии и правительства. Это привело к тому, что траурная речь Г.М. Маленкова была визуально выделена в тексте, от речей других сталинских наследников начало возрастать количество упоминаний его имени в СМИ и др. Все это свидетельствует о переносе существовавшей практики культа на личность Г.М. Маленкова. Отметим факт, что данные действия руководителей СМИ отвечали и социальным ожиданиям как граждан РСФСР, так и союзных республик, которые массово отправляли запросы в редакции о более полном освещении жизни и деятельности нового руководителя (ГАРФ. Ф. 6903. Л. 4).
Данный факт не мог устроить членов «коллективного руководства», и главные редакторы были вызваны на «ковер» в ЦК КПСС, где им было указано на допущенные ошибки. Так, на первое постсталинское заседание Президиума ЦК КПСС, состоявшееся уже 10 марта 1953 года, были вызваны главные редакторы центральных периодических изданий: газет «Правда» - Д.Т. Шепилов, «Известия» - К.А. Губин, «Красная звезда» - В.П. Московский, «Литературная газета» - К.М. Симонов, «Комсомольская правда» - Д.П. Горюнов, «Труд» - М.Ф. Стрепухив и др., которым не только указали на ошибки, допущенные при освещении и расположении новостной информации о траурном мероприятии прощания с И.В. Сталиным, но и дали рекомендации по дальнейшей работе. После этого в СМИ с периодичностью в течение трех лет стали появляться статьи и материалы, посвященные коллективности и коллегиальности в руководстве1. Следуя взятому направлению по пресечению существовавшей практики культа и ее переноса на нового председателя Совета Министров СССР Г.М. Маленкова, он уже в апреле 1953 года подготовил доклад о культе личности, в содержании которого осуждалась существовавшая практика культа личности, но не личность И.В. Сталина. Наоборот, происходит обращение к его личности, причем Сталин неоднократно просил данную практику прекратить (РГАСПИ. Ф. 83. Л. 26-28). Отметим, что в историографии по данному докладу существуют другие точки зрения [Одесский, Фельдман 2004, с. 95-96; Млечин 2003, с. 344-345].
Хотя доклад, подготовленный Г.М. Маленковым, так и не был озвучен на заседании Президиума ЦК КПСС, в СМИ он нашел свое отражение. По этому вопросу появляются отдельные статьи и материалы в статьях, в содержании которых осуждаются явление и практика культа2.
Отказ членами коллективного руководства от выдвижения нового лидера партии и правительства и создания его нового культа неизменно ставил вопрос о существовавших культах В.И. Ленина и И.В. Сталина, сохранение которых в информационном пространстве было большим диссонансом для новой политики партии и правительства и также способствовало формулированию неудобных вопросов для сталинских наследников в советском социуме.
Поэтому до середины лета 1953 года в информационном пространстве СССР идет как бы забвение упоминаемых лидеров партии и правительства, этому же соответствовало решение о проведении первомайских демонстраций без портретов [Аксютин, Пыжиков 1999, с. 27].
После ареста и осуждения Л.П. Берии в начале июля 1953 года на заседании пленума ЦК КПСС в рамках направления по отказу от практики культа происходит некоторая коррекция по ее реализации. Культ В.И. Ленина как бы «возрождается» в информационном пространстве, динамика упоминания увеличивается [Артюков 2018, с. 97, 116]. Таким образом, получается, что направление прекращения практики культа затрагивает теперь только культ Сталина и не перенос ее на членов коллективного руководства. Отметим, что сама личность вплоть до февраля 1956 года оставалась сакральной и переоценке не подлежала. Это очень хорошо прослеживается в ряде официальных документов исследуемого периода3.
Хотя из года в год о И.В. Сталине в СМИ говорили все меньше, переписывались учебники, справочная литература, где роль и его действия пересматривались. Но все происходившие изменения не так ярко бросались в глаза современникам, хотя некоторые подмечали их и просили объяснить. Например, в редакцию журнала «Коммунист» поступали вопросы от граждан «о роли личности в истории» (РГАСПИ. Ф. 599. Д. 64. Л. 45); «как относиться к роли Суворова, Стаханова, Ломоноса, Радищева и др.» (РГАСПИ. Ф. 599. Д. 73. Л. 75). Редакция отвечала на вопросы граждан, но чаще ограничивалась тем, что отправляла список литературы для индивидуального ознакомления. Но некоторые вопросы граждан оставляла без ответа, среди них вопрос о гимне. Так, гражданин Кудрявцев просил пояснить редакцию «Можно ли в некоторых строках гимна Советского Союза усматривать культ личности?» (РГАСПИ. Ф. 599. Д. 430. Л. 5).
Вопрос гражданина Кудрявцева был неслучайным. Главная торжественная песня Советского Союза не соответствовала новым направлениям в СМИ и роли в ней И.В. Фалина. Во втором четверостишье государственного гимна 1944 года И. В. Сталин представлен не только единственно верным продолжателем дел и начинаний великого В.И. Ленина, но и отцом советского народа, взрастившим и вдохновившим народные массы на различные свершения и достижения. Вот как это звучало: