Материал: История Донбасса интернет-вариант
146
«Молодцы Корниловцы».
Белогвардейский плакат
4-й Корниловский ударный полк,
сформированный в конце 1919 года в
Азове,
был
укомплектован
мобилизованными
шахтерами
Донбасса, но под командованием
кадровых
офицеров-корниловцев.
Впрочем,
шахтерский
полк
просуществовал всего три месяца пока
не был уничтожен в бою у станицы
Шкуринской в марте 1920 года.
Так что в одной из самых
прославленных «офицерских» дивизий
сражались
абсолютно
чуждые
белогвардейцам по происхождению
солдаты.
Видели донбасские просторы и
«алексеевцев»
-
добровольческую
часть, созданную на основе донских
партизан, отряда киевских юнкеров, а
также
ростовских
студентов
и
гимназистов, которые носили голубые
и
белые
цвета
российского
университетского значка. Первоначально это соединение называлось
Партизанским полком, а после гибели генерала Алексеева, получило
название «Партизанский генерала Алексеева пехотный полк». Они в память
профессора Академии Генштаба генерала Алексеева старались показать свои
манеры в интеллигентном, студенческом «стиле». Именно к ним больше
всего подходят слова генерала Туркула: «Молодая Россия вся шла с нами в
огонь. Необычайна, светла и прекрасна была в огне эта юная Россия. Такой
никогда и не было, как та, под боевыми знаменами, с детьми-добровольцами,
пронесшаяся в атаках и крови сияющим видением. Та Россия, просиявшая в
огне, еще будет. Для всего русского будущего та Россия, бедняков-офицеров
и воинов-мальчуганов, еще станет русской святыней». Впоследствии полк
был развернут в одноименную дивизию.
Бойцы Марковского офицерского полка носили черную форму с белой
выпушкой и каймой на погонах, символизирующую траур по безвозвратно
ушедшей России и надежду на жизнь вечную и воскресение Родины.
Готовность к самопожертвованию переходила у них в стремлении к
героической смерти. Многие марковцы носили монашеские четки. Недаром
эти воины удостоились уважительного названия рыцари-монахи, до конца
пронесшие свою высокую миссию служения Отчизне. Сергей Леонидович
Марков прославился не только превосходными теоретическими знаниями,
но и безмерной личной храбростью. С первой мировой остался потомкам
марковский афоризм: «Веду бой на все четыре стороны света. Так трудно,
147
что даже весело стало». Сам генерал Марков погиб в бою 25 июня 1918 года,
после чего Офицерский полк Добровольческой армии официально получил
его имя. Выросшая из этого полка Марковская дивизия была разгромлена у
современного города Торез 31 декабря 1919 года.
***
С Донбассом тесно связана еще одна очень колоритная фигура –
Генерального штаба генерал-лейтенант Владимир Зенонович Май-Маевский.
Маленького роста и при этом необычайно грузный, он внешне мало походил
на военного, хотя за его плечами были русско-японская и первая мировая
войны, в которых он заслужил восемь орденов, в том числе, Святого Георгия.
Уже после Февральской революции по решению солдатского собрания он
был удостоен солдатского георгиевского креста.
Весной 1918 года он принял решение начать борьбу с большевиками,
прибыл на Дон и вступил рядовым солдатом в Дроздовскую дивизию. В
апреле следующего года он был назначен командующим Донецкой группой
войск, с 22 мая 1919
возглавил
Добровольческую
армию
75
.
Именно
этот
генерал
руководил
действиями
белых
в
Донбассе
в
первой
половине девятнадцатого
года, которые закончились
полным
изгнанием
большевиков и махновцев
из края. На некоторое
время
генерал
стал
неограниченным хозяином
Донецкого бассейна.
Командир 2-го Корниловского полка Михаил Левитов, служивший в
Донбассе под началом Май-Маевского вспоминал: «На фронт очень часто
приезжал командующий отрядом генерал Май-Маевский. Страдал генерал от
своей тучности, и не было для него большей муки, чем молебны и парады,
когда он, стоя, утирал пот с лица и багровой шеи носовым платком. Но этот
75
Белогвардейские силы на юге России несколько раз меняли название и организацию. Главной белой
силой была Добровольческая армия, которая начала создаваться еще в конце 1917 года. Еѐ отцами-
основателями были генералы Алексеев, Корнилов, Марков, Деникин. Впоследствии к ним присоединился со
своим отрядом Дроздовский. Весь восемнадцатый год она воевала на Дону, Кубани и Северном Кавказе. В
начале января 1919 года после занятия Северного Кавказа армию переименовали в Кавказскую
Добровольческую армию, а затем разделили на 2 армии: Кавказскую, наступавшую в Поволжье на
Царицын, и Добровольческую, наступавшую на Донбасс и Курск.
Вместе с казачьими Донской и Кубанской армиями Добровольческая армия входила в состав
Вооруженных сил юга России (ВСЮР).
Генерал Май-Маевский и его «адъютант»,
красный разведчик Павел Макаров
148
человек совершенно преображался, появляясь в боевой обстановке. Пыхтя,
он вылезал из вагона, шѐл, отдуваясь, до цепи, но как только равнялся с нею,
на его лице появлялась бодрость, в движениях уверенность, в походке
лѐгкость. На пули, как на безобидную мошкару, он не обращал никакого
внимания. Его бесстрашие настолько передавалось войскам, что цепи шли с
ним в атаку, как на учение. За это бесстрашие, за умение сказать нужное
ободряющее слово добровольцы любили своего «Мая»…» После победы в
Донбассе Май-Маевский руководил неудачным походом Добровольческой
армии на Москву.
Впрочем, запомнился современникам он не столько военными
дарованиями, сколько любовью к выпивке и жестокостью к красным,
которым массово выносил смертные приговоры. После того, как осенью 1919
года счастье изменило белому делу, Владимир Зенонович частенько уходил в
запои, за что и был снят с должности и заменен генералом Врангелем.
Кроме того, борясь с красными, генерал не заметил, как пригрел у себя
красного шпиона Павла Макарова, ставшего прототипом героя советского
фильма «Адъютант его превосходительства». Прапорщик Макаров еще в
1917 году примкнул к большевикам. Затем был задержан дроздовцами и,
чтобы спасти жизнь, выдал себя за офицера, сочувствующего белому делу. В
результате был зачислен в Добровольческую армию, где вскоре стал
адъютантом Май-Маевского. Затем из Добровольческой армии он бежал к
повстанцам из «зелѐной» армии, действовавшей в Крыму. Там
предприимчивый офицер вскоре стал командиром 3-го Симферопольского
повстанческого полка и за успешные действия против белогвардейцев был
награждѐн именными часами. После победы красных перешел на службу в
ЧК.
В 1927 году Павел Макаров издал книгу воспоминаний «Адъютант
генерала Май-Маевского», которая стала бестселлером. Хотя многие факты,
изложенные в ней, подтверждений не имеют, но свою роль книга сделала,
популяризировав имя Май-Маевского и его «адъютанта».
Сам Макаров впоследствии участвовал в Великой отечественной войне,
был одним из организаторов партизанского движения в Крыму и умер
уважаемым человеком в 1970 году в возрасте 73 лет.
Рудольф Сиверс
Традиционно считается, что в годы Гражданской войны произошло
разделение общества: офицеры, аристократы, интеллигенция и буржуазия
шли в Белую гвардию, а простые работяги, пролетарии и сельская голытьба
объединились вокруг большевиков и образовали Красную армию. Однако все
было гораздо сложнее. Несомненно, левые партии опирались на беднейшие
слои населения, но вот только направляли революционный процесс,
возглавляли вооруженных пролетариев вовсе не простые люди.
О политиках пока помолчим, посмотрим на вооруженные силы. Элиту
Красной армии составляли бывшие царские офицеры, полковники и
149
генералы Генерального штаба. Дворян среди красных командиров и
активных партийных вождей хватало. Можно вспомнить офицера
сверхэлитного,
основанного
еще
Петром
Великим
Семеновского
гвардейского полка Михаила Тухачевского или генерала Алексея Брусилова.
И они не были белыми воронами. Почти четыреста генералов царской армии
перешли на службу к красным. Именно они из полупартизанских
красногвардейских отрядов создавали регулярную армию, которая и
выиграла Гражданскую войну. Думаю, что для многих будет
неожиданностью узнать, что в Красной Армии служило 75 тысяч бывших
императорских офицеров, а в Белой всего около 35 тысяч. В 1922 году из 46
высших командиров РККА 36 человек были бывшими кадровыми офицерами
российской армии. 14 человек из них по происхождению были дворянами
76
.
Интересно, что членов компартии среди военной элиты Страны Советов
было ровно столько же. Так что не все так просто в истории, как кажется.
Более того, рискну предположить, что все выступления народа, за которыми
не стоит элита, которые не направляются тайно или явно, сводятся к
бессмысленному и беспощадному бунту, который обречен на разгром. И если
он кому-либо и принесет пользу, так только каким-либо группам элиты,
которые сумеют воспользоваться ситуацией. Удаются лишь те революции, в
которых народ исполняет роль тарана, направляемого стоящими в тени
организованными силами.
Давайте рассмотрим судьбу нескольких большевистских командиров,
носивших одну и ту же фамилию.
Интересно отметить, что в годы Гражданской войны в РККА было три
красных командира с одинаковой фамилией – Сиверс
77
. Первые двое -
дворяне, чьи предки переселились в Россию в семнадцатом веке. Оба
окончили Пажеский корпус, служили в гвардии, получили генеральские
погоны и стали кавалерами ордена Святого Георгия. Оба благополучно
пережили войну и до начала тридцатых годов служили на немалых
должностях, а потом были репрессированы как контрреволюционеры. Это
генерал-майор Яков Яковлевич фон Сиверс и генерал-лейтенант Александр
Михайлович фон Сиверс. Однако их имена сегодня мало кому, кроме
специалистов-историков, известны. Зато гораздо более известен Рудольф
Фердинандович Сиверс, который за свою короткую жизнь успел
прославиться и добиться ярких, хотя и неоднозначных успехов в
братоубийственной борьбе. Зачастую его также считают дворянином и
родственником первых двух офицеров, но согласно его официальной
биографии Рудольф не принадлежал к этому славному роду, будучи всего
лишь однофамильцем. Поэтому свою жизнь он начал в гораздо более
скромных условиях: вместо Пажеского корпуса окончил простое реальное
76
Сергей Минаков. Военная элита 20-30-х годов ХХ века. М.: «Русское слово», 2006. – 504 с.
77
Кстати, в Белой армии тоже был свой Сиверс. 23 апреля 1920 года генерал от инфантерии Фаддей
Васильевич Сиверс был определен на службу в состав Вооруженных сил юга России с зачислением в резерв
чинов при Главнокомандующем.
150
училище, после чего работал конторщиком на Заводе военно-врачебных
заготовлений.
Хотя возможно, что после победы большевиков, биографию Сиверса
сфальсифицировали, чтобы у героя революции и прошлое было
«правильным», рабочим. Например, в пользу версии о дворянском
происхождении Рудольфа Сиверса говорит такой факт. В 1919 году в
Красную Армию был мобилизован в качестве врача молодой послушник
Савва-Крыпецкого Псковского монастыря граф Эдуард Эсперович (Семѐн
Яковлевич) Сиверс. В том же году он получил тяжелую рану и был
демобилизован, а в 1922 году принял монашество с именем Симеон. В
дальнейшем он стал иеромонахом, несколько раз был арестован за проповедь
христианства в Советской России, побывал в ГУЛАГе, был настоятелем
нескольких храмов... В начале 1957 г. Сиверс был переведѐн на службу в
Сталинград. Епископ Астраханский и Сталинградский Сергий (Ларин) при
назначении иеромонаха Симеона в Казанский собор в рекомендательном
письме уполномоченному по делам религий от 17 апреля 1957 г. писал:
«...Полагаю, что под руководством о. Димитрия Днепровского он будет
полезен в соборе. Человек он интеллигентный, образованный. Допускал
ошибки, но полагаю, что он должен уметь их исправлять. Его я знаю очень
давно - по Ленинграду, как иеродиакона Александро-Невской Лавры,
примерно с 1928-27 года. У нас по Ленинграду немало общих знакомых. Он
отлично известен митрополиту Крутицкому Николаю, который его постригал
в монашество. Знает его лично и патриарх. Отец его, генерал царской армии,
затем — комдив Красной Армии. Его двоюродный брат, комдив Рудольф
Фѐдорович Сиверс, был убит во время битвы при защите Царицына.
Похоронен в Ленинграде на Марсовом поле (площадь Жертв Революции). Он
был лично известен Сталину. Похоронен вместе с Урицким. Предок его
известный декабрист. Но это всѐ в прошлом, и от него требуется
дисциплинированность и аккуратность»
78
. Жизнь этого представителя рода
Сиверсов достаточно интересна. Он впоследствии станет иеросхимонахом и
примет новое имя – Сампсон. Многие будут его считать старцем-
чудотворцем. Но нас интересует лишь упомянутый в епископском письме
факт, родство аристократов Сиверсов с «пролетарием» Рудольфом Сиверсом.
Если автор рекомендации прав, а не доверять ему у нас нет никаких
оснований, то выходит, что и этот революционный герой на самом деле
аристократ, а его официальная биография серьезно «подправлена».
Возможно, это было сделано после того, как в тридцатые годы были
репрессированы генералы Сиверсы. Революционный герой, входящий в
официальный пантеон, не должен был иметь родственников – врагов народа.
Итак, что нам известно о судьбе революционера Сиверса?
В связи с началом Первой мировой войны в 1914 году Рудольфа Сиверса
мобилизовали. После окончания военного училища он 22-летним унтер-
78
С. П. Синельников. Иеромонах Симеон (Сиверс) в Сталинграде в 1957 — 1958 гг.: правда и вымыслы.
Опубликовано в журнале: «Волга» 1999, № 4 http://krotov.info/history/20/1950/sivers.htm