Диалог разрешения проблемы предполагает, что проблема будет в любом случае решена, даже вопреки закрытости субъекта и его сопротивлению какому-либо решению. Проблема состоит в том, что итог дознания может привести к потере лица для субъекта или предоставление информации, которая может его изобличить. Сохранение лица - это «заявленное у человека ощущение положительного имиджа в контексте социального взаимодействия» [25]. Для некоторых это важнее, чем решение проблемы или раскрытие информации.
Анализ записанного сеанса используется командой при подготовке к следующему сеансу допроса, а также в качестве источника для написания отчета. Речевое поведение допрашиваемого анализируется с помощью психологических и лингвистических средств анализа текста, которые могут указывать на достоверность/недостоверность сообщаемой им информации и его психологическое состояние.
В частности, анализ видеозаписей десяти последовательных сеансов допроса с переводом, проходивших в изоляторе длительного содержания Министерства обороны в Афганистане в 2011 году, дал содержательную, полезную информацию о взаимоотношениях между дознавателем, переводчиком и задержанным [26]. Видео были переданы группе, проводящей допросы с особо ценными задержанными по соглашению с Объединенным Центральным командованием США (англ. CENTCOM). Такие данные обычно шифруются и хранятся в государственных архивах.
Наблюдаемые допросы происходили примерно в середине гораздо более продолжительной серии допросов с задержанным, который, как предполагалось, обладал значительными сведениями секретного характера. В допросах помогали двое переводчиков, каждый из которых владел языком допрашиваемого. Видео были переведены и расшифрованы в безопасном месте, и вся личная информация была удалена до того, как расшифровки были переданы исследовательской группе Министерство обороны определило, что этот исследовательский проект не был исследованием на людях в соответствии с Инструкцией Министерства обороны США 3216.02 «Защита людей и соблюдение этических стандартов в исследованиях, поддерживаемых Министерством обороны» (Appendix CDoD Instruction 3216.02 Protection of Human Subjects and Adherence to Ethical Standards in DoD-Supported Research и часть. 219 раздела 32 Свода Федеральных правил (32 CFR Part 219 - Part 219 - Protection of human subjects..
Число американских штатов, требующих, чтобы сотрудники правоохранительных органов регистрировали в электронном виде некоторые или все допросы, проведенные с подозреваемыми, находящимися под стражей, выросло с двух до как минимум 22 с 2003 года [27]. 22 мая 2014 г. Министерство юстиции США объявило о существенном изменении своей политики, создав презумпцию того, что ФБР, Агентство по борьбе с наркотиками, Управление по контролю за оборотом алкогольных напитков, табачных изделий, огнестрельного оружия и взрывчатых материалов и Служба судебных приставов США будут регистрировать хранение записи допросов в электронном виде [28].
Аргументы в пользу этой практики, которые выдвигались еще в 1930-х годах [29], включали необходимость хорошей записи судебных заседаний [30; 31], устранение различий в восприятии или предвзятых предубеждений [31], в том числе различия в интерпретации показаний [32]; предотвращение неправомерных действий полиции; сокращение количества и продолжительности ходатайств о пресечении признаний; и обеспечение того, чтобы суть предупреждения прав Миранды не была проигнорирована при представлении подозреваемым [31]. Кроме того, присяжные все чаще не считают правдоподобным, что видеозапись была трудноосуществима, и делают вывод, что причиной отказа от записи была скрыть некоторые аспекты разбирательства [30; 31]. Важным обстоятельством в пользу видео- или аудиозаписи является то, что она освобождает следователя от ведения записей, что отвлекает [30; 31], позволяет другим просматривать допрос [31] и может использоваться для предоставления стенограммы судебного заседания. психологический мотивационный видеозапись следователь допрос
Тем не менее, нет никаких доказательств того, что видео- или аудиозаписи влияют на сотрудничество или признания, а полицейские органы, которые внедрили видеозапись
Юридическая психология и психология безопасности допросов, сообщают об изменении как положительном почти во всех случаях [33]. Более двух десятилетий исследований показали, что, если видеокамера фокусируется только на подозреваемом, сама возможность видеть подозреваемого приводит внешних наблюдателей к выводу, что самообвиняющие заявления в значительной степени являются произвольными, сделанными осознанно, а не становятся следствием возможного давления со стороны следователя, независимо от реальности ситуации [1; 34]. Это связано с тем, что люди приписывают причинно-следственные связи явлениям, которые они могут непосредственно видеть [34].
Один из способов исправить направление съемки видеокамерой - это расположить ее так, чтобы профили подозреваемого и дознавателя были одинаково видны. Не рекомендуется показывать разделенный экран, на котором отдельно видны изображения дознавателя и задержанного, так как исследования показали, что двойная фокусировка видеокамеры на подозреваемом и следователе приводит к относительно низкой производительности касательно точного определения, является ли признание истинным или ложным [35].
Распознать, говорит ли кто-то правду или нет в отсутствии какой-либо другой информации, кроме той, которая была предоставлена в ходе собеседования, чрезвычайно сложно. Мета-анализ более чем 120 исследований [в первую очередь лабораторные исследований, где контрольный набор данных был известен заранее] показал, что различия в поведении между говорящими правду и лжецами малые, слабые и ненадежные [36]. Это лабораторное исследование, в котором приняли участие около 25 000 человек, показало, что, когда кто-то пытается определить правдивость, основываясь исключительно на анализе речи или поведения, он достигает невысокого процента точности, тогда как точность в 50% достигается просто случайно [37]. Исследователи обнаружили, что в реальных допросах полиции точность составляет в лучшем случае 65% [38]. Вместе с тем, по данным немецкоязычных научных источников, психологическая экспертиза достоверности показаний давно стала фактом следственной и судебных практик в Германии; Активно развивается в Австрии, Швейцарии и некоторых других странах, где признана валидным инструментом проверки показаний на достоверность/недостоверность и почти единственным в ситуациях отсутствия иных данных по уголовному делу, кроме показаний его непосредственных участников, причем, важно, что это применимо даже при анализе криминальных расследований прошлых лет Александрова О.В., Енгалычев В.Ф. Дело о поджоге Рейхстага в 1933 г. С позиций психологической экспертизы достоверности показаний в Германии // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. - 2023. - №1 (97). - С. 197-204.
Проблема выявления лжи в своем окончательном виде до сих пор не решена. Обнаружить обман сложно по нескольким причинам. Как мы уже отмечали, существует почти повсеместная тенденция полагать, что неприятие взгляда является признаком обмана [39], хотя отвод взгляда никогда не считался надежным показателем [7]. Различные голосовые сигналы (колебания, паузы, речевые ошибки, скорость речи) и невербальные сигналы (такие как неприятие взгляда, самоадаптация и внешнее, выраженное невербально беспокойство) считаются индикаторами обмана, но на самом деле являются ненадежными сигналами [40]. Но в любом случае, имеющаяся видеозапись допроса позволяет многократно возвращаться к его анализу не зависимыми друг от друга исследователями, в то время как изучение обезличенного протокола допроса не располагает расширенными возможностями.
До сих пор профессионалов (например, полиции, разведки) нередко обучают использованию ненадежных сигналов для выявления обмана. Например, полицейских учат, что лжецы, как правило, отводят взгляд и делают жесты ухода за своей внешностью [41]. И в двух исследованиях почти 75 % опрошенных полицейских согласились с таким подходом [38; 42], хотя такие сигналы не всегда свидетельствуют именно об обмане [36]. В другом исследовании сотрудники полиции, которые смотрели видеоклипы реальных полицейских допросов и опирались на выученные подсказки, показали худшие результаты, чем необученные полицейские. Аналогично студенты, обученные полицейским методам, справлялись с анализом видео хуже, чем неподготовленные студенты [38; 43].
Обучение обнаружению обмана на основе одних только невербальных сигналов не помогает. Недавний мета-анализ 30 исследований показал, что обучение тому, как обнаружить обман, дает лишь скромные улучшения в точности выявления обмана [44].
Признаки обмана могут различаться в зависимости от культуры, хотя исследования по этому поводу до сих пор не могут считаться исчерпывающими. [13].
Традиционное обнаружение обмана сфокусировано на невербальных подходах. Например, собеседование с целью анализа поведения субъекта, обычное для правоохранительных органов США [45], опирается на невербальные и паралингвистические сигналы, которые, как показали исследования обмана, не могут быть признаны абсолютно надежными. [36].
Микровыражения - т.е. мимолетные экспрессии лицевых мышц лица, выраженные, а затем подавленные в течение 1/5 - V25 доли секунды [46], свидетельствуют о подлинных эмоциях, которые были замечены, но не имеют заслуживающего доверия отношения к проявлению обмана [47]. Нейролингвистическое программирование (НЛП), которое не относится ни к нейробиологическим, ни к лингвистическим наукам, было предложено как способ помочь следователю отличить правду от лжи на собеседованиях и допросах преступников [48]. Однако ему не хватает теоретической согласованности и логичности, и нет никаких существенных доказательств его достоверности и точности, полученных экспериментально [49].
Напротив, научные методы различения правды и лжи учитывают различные стратегии и предположения говорящих правду и лжецов и предлагают дознавателю углубить это различие с помощью методов дознания, которые он использует. Вместо того, чтобы обучать дознавателя распознавать сигналы обмана, что оказалось относительно неэффективным, основное внимание уделяется обучению проводить собеседование таким образом, чтобы сигналы обмана стали более очевидными даже для наивного наблюдателя. Побуждение к сотрудничеству посредством использования обоснованных коммуникативных стратегий и техник, анализа видеозаписей поведения конкретного человека в конкретных ситуациях следствий действий может оказаться более эффективным средством чем опора на психотипы. Следователь всегда работает не с группой, в которой проявляются психологические статистические закономерности, а с отдельным индивидом, поведение которого может «выбиваться» за групповые нормы. В целом, должно быть разумное сочетание коллективного и личного опыта коммуниканта. Так, предполагается, что межличностная координация, являясь индикатором раппорта, [50] состоит из невербальных движений одного человека, которые совпадают с синхронизацией и ритмом собеседника. Это происходит бессознательно и обычно усиливает сотрудничество и эмпатию [51]. Например, взаимодействующие люди могут касаться своего лица [52] или взаимно менять позу [53]. Недавняя серия исследований отслеживала межличностную координацию между культурами и обнаружила различия между культурами в ходе кросс-культурного общения. Например, межличностная координация улучшилась во время интервью, когда британских участников исследования попросили занять стратегию поведения обмана, в то время как участники исследования из Южной Азии показали снижение межличностной координации в ходе интервью, а также получили инструкции говорить ложь [54].
В 2014-2015 гг. в четырех различных интерпретациях в течение пяти месяцев, с 120 сотрудниками (80 следователей и 40 контрразведчиков) из Управления криминальных расследований Военно-воздушных сил США был проведен недельный курс обучения активному слушанию, принятию осмысленных решений, предварительной, подготовительной работе, социальному влиянию, мотивационному и когнитивному видам собеседования, когнитивным сигналам обмана. Каждый следователь по уголовным делам предоставил видеозапись допросов, которые он провел до и после обучения. Видеозаписи были расшифрованы, вся личная информация была удалена до того, как данные были переданы независимой группе исследователей, которые проанализировали расшифровку стенограммы на предмет приверженности методам в соответствии с инструкциями и влияния на результат (детали, полнота, готовность, сотрудничество и сопротивление). К настоящему времени анализ 67 допросов, проведенных до и после обучения, показал значительные перемены в использовании научно обоснованных тактик ведения допроса, в том числе более широкое применение открытых вопросов и положительных утверждений, которые способствовали установлению контакта в разговоре, и более широкому использованию основных элементов когнитивного интервью. Также было отмечено, что допросы после обучения были более продуктивными - давали больше подробностей и полных рассказов, а субъекты вели себя более откровенно и меньше проявляли сопротивление. Наконец, использование обоснованной тактики проведения допроса, благодаря применению навыков активного слушания и когнитивных элементов интервью было в значительной степени связано с более подробными повествованиями допрашиваемых, готовых сотрудничать.
Заключение
Таким образом, изучение опыта использования видеозаписи допроса в зарубежных исследованиях может помочь отечественным оперативникам, дознавателям и следователям повысить результативность коммуникации с допрашиваемыми в процессе различных следственных действий.
Список литературы
1. Lassiter, G.D., Ware, L.J., Lindberg, M.J., & Ratcliff, J.J. Videotaping custodial interrogations: Toward a scientifically based policy / Police interrogations and false confessions: Current research, practice, and policy recommendations. - Washington, DC: American Psychological Association, 2010. - P. 143-160.
2. Ахмедшин Р.Л. Тактика коммуникативных следственных действий: монография / науч. ред. Н.Т. Ведерников. - Томск: Издательский дом Томского государственного университета, 2014. - 294 с.
3. Енгалычев В.Ф. Психологический анализ поведения, зафиксированного на видеозаписи, как новое направление судебной психологической экспертизы / Судебно-психологическая экспертиза и комплексные судебные исследования видеозаписей: сборник научных статей, 16 марта 2017 г. - Москва: РГУП, 2017. - С. 11-16.
4. Гусев А.Н., Енгалычев В.Ф., Захарова Н.А. Современные тренды в использовании программно-аппаратных средств при оценке психоэмоционального состояния человека / Аппаратные средства в психологической подготовке: материалы межрегиональной научно-практической конференции психологов силовых структур «Научно-методические аспекты использования программно-аппаратных средств и тренажеров в психологической подготовке военнослужащих», 25 октября 2017 г. / под ред. А.Г. Караяни, С.И. Данилова. - Москва: Школа современных психотехнологий, 2018. - С. 110-118.
5. CongerK. Good stranger: DoD records citizens' encounters with SFPD / San Francisco Bay Area Independent Media Centre (June 28, 2012).
6. Walsh D., Bull R. Benefit fraud investigative interviewing: A self-report study of investigation professionals' beliefs concerning practice // Journal of Investigative Psychology and Offender Profiling. - 2011. - No 8. - P. 131-148;
7. Kelly C.E., Miller J.C., Redlich D. The dynamic nature of interrogations // Law and Human Behavior. - 2016. - No 40 (3). - P. 295-309
8. Wachi T., Watanabe K., Tokota K., Otsuka Y., Kuraishi H., Lamb M. Police interviewing styles and confessions in Japan. // Psychology, Crime & Law. - 20147. - No 20 (7). - P. 673-694
9. Alison L.J., Alison E., Noone G., Elntib S., Christiansen P. Why tough tactics fail and rapport gets results: Observing Rapport-Based Interpersonal Techniques (ORBIT) to generate useful information from terrorists // Psychology, Public Policy and Law. - 2013. - No 19 (4). - P. 411-431
10. Miller W.R., Rollnick S. Motivational interviewing: Preparing people to change addictive behavior. - New York: Guilford Press, 1991. - 348 p.
11. Deci E.L., Ryan R.M. Handbook of self-determination research. - Rochester, New York: University of Rochester Press, 2002. - 470 p.
12. Alison L.J., Alison E., Noone G., Elntib S., Christiansen P. Why tough tactics fail and rapport gets results: Observing Rapport-Based Interpersonal Techniques (ORBIT) to generate useful information from terrorists // Psychology, Public Policy and Law. - 2013. - №19 (4). - 411-431
13. Taylor P.J., Conchie S.M., van der Zee S., Larner S. Cross-cultural deception detection. In P.A. Granhag, A. Vrij, B. Verschuere (Eds.) Detecting deception: Current challenges and cognitive approaches. - Chichester, West Sussex, U.K.: Wiley-Blackwell, 2015. - P. 175-201.