К вопросу о психологической составляющей семейной медиации
Марина Васильевна Пряхина кандидат психологических наук, доцент Санкт-Петербургский университет МВД РоссииРоссийская Федерация, Санкт-Петербург,
Наталья Викторовна Потлачук кандидат психологических наук Центр независимых экспертиз «Аргумент» Российская Федерация, Санкт-Петербург
Аннотация
Актуальность рассматриваемой темы обусловлена необходимостью повышения эффективности семейной медиации.
Представленные статистические данные Верховного Суда Российской Федерации, Центра урегулирования конфликтов г. Санкт-Петербурга свидетельствуют о низкой результативности альтернативной процедуры урегулирования семейных споров с участием медиатора.
Анализируя причины этого, авторы обращаются к мировому опыту развития семейной медиации, ориентированной на разработку стандартов обучения специалистов на основе серьёзной психологической подготовки. Российский профессиональный стандарт «Специалист в области медиации (медиатор)» в специализированной сфере деятельности устанавливает требования к знаниям и умениям медиатора в области социальной, гуманистической, когнитивной психологии, психологической коррекции установок, восприятия, эмоционального реагирования.
Однако анализ базовой программы подготовки медиаторов в модуле семейной медиации, программ подготовки медиаторов, предлагаемых вузами РФ, свидетельствует об отсутствии серьезной психологической подготовки медиаторов для урегулирования споров, возникающих из семейных правоотношений. Используя свой практический опыт, авторы рассматривают психологическую составляющую семейных конфликтов, что значительно отличает семейную медиацию от медиации в сфере гражданско-правовых или трудовых споров, и требует от медиатора компетенций в области семейной психодиагностики, семейного консультирования и терапии.
Ключевые слова: семейная медиация; психологическая составляющая семейной медиации; психолого-ориентированные модели семейной медиации; методологические и технологические основы процедуры семейной медиации
Abstract
On the question of the psychological component of family mediation
Marina V. Pryakhina Cand. Sci. (Psy), Docent Saint Petersburg University of the MIA of RussiaSaint Petersburg, Russian Federation
Natalia V. Potlachuk Cand. Sci. (Psy) Center for Independent Expertise «Argumentum»Saint Petersburg, Russian Federation
The relevance of the topic under consideration is due to the need to improve the effectiveness of family mediation. The presented statistical data of the Supreme Court of the Russian Federation, the Center for Conflict Resolution of the St. Petersburg State Budgetary Institution «CCSP» indicates the low effectiveness of the alternative procedure for settling family disputes with the participation of a mediator. Analyzing the reasons for this, the authors turn to the world experience in the development of family mediation, focused on the development of standards for training specialists on the basis of serious psychological training.
The Russian professional standard «Specialist in Mediation (mediator)» in a specialized field of activity sets the requirements for the special knowledge and skills of a mediator in the field of social, humanistic, cognitive psychology, psychological correction of attitudes, perception, and emotional response. However, the analysis of the basic training program for mediators in the family mediation module, as well as the training programs for mediators offered by Russian higher education organizations, indicates that there is no serious psychological training for mediators to resolve disputes arising from family legal relationships.
The authors' practical first-hand experience makes it possible to highlight the psychological component of family conflicts, which significantly distinguishes family mediation from mediation in the field of civil or labor disputes and requires a mediator to have competencies in the field of family psychodiagnostics, family counseling and therapy. The authors substantiate a number of methodological and technological provisions of the family mediation procedure.
Keywords: family mediation, psychological component of family mediation, psychological-oriented models of family mediation, methodological and technological bases of the family mediation procedure.
В последние годы на практике всё чаще используются альтернативные способы урегулирования правовых конфликтов, законодательной базой которых является Федеральный закон Российской Федерации № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» (далее - Закон о медиации). Данная процедура может применяться к спорам, возникающим из гражданских правоотношений, в том числе в связи с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, к спорам, возникающим из трудовых правоотношений и семейных правоотношений, а также в иных случаях, предусмотренных федеральными законами (ч. 2, 3 ст. 1 Закона о медиации). Процедура медиации - способ урегулирования споров при содействии медиатора на основе добровольного согласия сторон в целях достижения ими взаимоприемлемого решения (п. 3 ст. 2 Закона о медиации). Процедура медиации проводится при взаимном волеизъявлении сторон на основе принципов добровольности, конфиденциальности, сотрудничества и равноправия сторон, беспристрастности и независимости медиатора (ст. 3 Закона о медиации).
Статистика эффективности процедуры урегулирования споров с участием медиаторов до 2015 года отражалась на сайте Верховного Суда
Рис. 1. Предметы споров за период январь-декабрь 2020 г.по данным статистики Центра урегулирования конфликтов «Контакт».
Рис. 2. Результаты урегулирования споров за период январь-декабрь 2020 г.по данным статистики Центра урегулирования конфликтов «Контакт».
психологический медиация обучение
Российской Федерации. Так, в 2014 году спор с помощью медиации был урегулирован в 0,01 % случаев от рассмотренных дел. В 2015 году путём проведения медиации спор был урегулирован в 0,007 % случаях от числа рассмотренных дел. Категории дел, в которых спор был урегулирован путём проведения медиации, включали в основном семейные споры: о расторжении брака супругов, имеющих детей; споры, связанные с воспитанием детей; дела по спорам о разделе совместно нажитого имущества между супругами.
В связи с рассматриваемым вопросом интересны данные статистики Центра урегулирования конфликтов «Контакт» (подразделение СПб ГБУ «ГЦСП»). За период январь-декабрь 2020 г. в центр обратились клиенты по следующим семейным спорам: по поводу урегулирования порядка общения отдельно проживающего родителя с ребёнком - 67 %; для урегулирования детско- родительских отношений - 17 %; для определения места жительства ребёнка - 4 %; в ситуации развода - 5 %; по поводу споров об имуществе и алиментах - 6 %, по поводу лишения родительских прав - 1 % (рис.1). Удалось достигнуть примирительного соглашения в ходе семейной медиации только в 17 % случаях (рис.2).
За первый квартал 2021 г. статистические данные этого центра примерно сохраняют процентное соотношение видов семейных споров, в связи с которыми были обращения, но количество урегулированных споров с помощью процедуры семейной медиации снизилось до 9 %.
Возникает вопрос, почему в России юридически закреплённая на законодательном уровне процедура медиации даёт столь низкий процент урегулирования семейных споров? В связи с этим представляется важным проанализировать ситуацию с разрешением семейных споров с помощью альтернативных способов в других странах.
В ряде стран семейная медиация оформилась как самостоятельный социальный институт, так как она существенно отличается по своим требованиям от медиации по другим спорам, возникающим из гражданских правоотношений. Всё шире распространяется идея о развитии семейной медиации как отдельной системы, имеющей преимущества по сравнению с судебной системой в решении семейных споров. «Особенности правового регулирования семейной медиации во многих странах заключаются, прежде всего, в том, что государство активно использует данную процедуру в качестве обязательного этапа в разрешении споров, вытекающих из семейных правоотношений» [2]. Программы семейной медиации, охватывающие определённый круг семейных споров, во многих странах поддерживаются достаточно широким государственным финансированием. Например, Консультативный совет медиаторов в Австрии финансируется в основном государством. В Англии определена бесплатная семейная медиации категории лиц, чьё материальное положение соответствует ряду критериев. Все супружеские пары имеют право на бесплатную медиацию в Ирландии. В Дании определённой категории лиц предоставляется бесплатная досудебная и судебная медиация. В Норвегии бесплатная семейная медиация предоставляется при разводе супругам, имеющим детей в возрасте до 16 лет [6, 9].
Интересен опыт Германии, где современная система семейной медиации складывалась после её объединения. С 1993 года заочный специализированный университет Хагена начинает исследовать семейную медиацию в рамках совместного проекта Министерства юстиции и Министерства семейной политики. А в 1999 году принимается закон об обязательных примирительных процедурах в семейных спорах. Например, при обращении в суд с иском о воспитании детей семья в обязательном порядке направляется в специализированный центр по досудебному урегулированию семейных споров. В программу работы центра входит глубокое обследование семейной ситуации и особенностей родителей, схожее с процедурой экспертного исследования в рамках судебной экспертизы. В результате обследования индивидуально-психологических особенностей членов семьи, семейного конфликта специалисты диагностируют причины конфликтной ситуации, на основании чего определяют индивидуальную программу примирения. По окончании работы более 50 % семей в суд не возвращаются и отзывают иск [4].
В большинстве государств ярко выражена тенденция на профессионализацию семейной медиации: разрабатываются стандарты обучения специалистов, ориентированные на серьёзную психологическую подготовку, вводятся процедуры государственной аккредитации семейных медиаторов. В Австралии достаточно широко распространена ко-медиация, когда семейную медиацию проводят два специалиста - психолог и юрист. В США в зависимости от штата к семейным медиаторам предъявляются различные требования, связанные с образованием в области психиатрии, психологии, психологического консультирования и семейной терапии [10].
Таким образом, международный опыт подтверждает, что семейная медиация является действенным инструментом разрешения семейных споров и важным институтом профилактики социальных последствий семейных конфликтов. Её развитие связано с активным участием государства через введение правил обязательности медиации по определённым видам семейных споров и для определённой категории граждан, обеспечение правового регулирования и государственного финансирования, а также подготовку семейных медиаторов, направленную на освоение психолого-ориентированных технологий. Методика семейной медиации не регулируется законом ни в одной из стран, но специфика подходов для урегулирования семейных споров очевидна.
Возвращаясь к отечественному законодательству, следует отметить, что основные принципы медиации - добровольность, конфиденциальность, сотрудничество и равноправие сторон - по большей части не соответствуют природе семейных споров. Чаще всего споры между супругами возникают потому, что они не способны на данном этапе к сотрудничеству и взвешенному, уважительному разговору. В эти споры, как правило, включены другие люди: родители супругов, другие члены семьи, новые партнёры, друзья, адвокаты, педагоги и т. д. Конфиденциальность может быть соблюдена только со стороны медиатора, который не может регулировать влияние других лиц, косвенно (а зачастую и напрямую) участвующих в споре.
Опираясь на свой пятнадцатилетний опыт в сфере судебно-психологической экспертизы и исследуя в среднем до 150 высоко конфликтных разводов в год, мы с уверенностью можем констатировать возможность успешности медиации при наличии соответствующей базо-
Рисунок 3. Объекты исследования семейного конфликта
вой подготовки медиатора. При одних и тех же внешних признаках конфликтной ситуации причинами её могут быть различные механизмы реагирования каждого из родителей, обусловленные их индивидуально-психологическими особенностями. Именно индивидуально-психологические особенности, являясь устойчивой личностной характеристикой, обусловливают характер эмоционального реагирования и направленность мотивационной сферы супругов. Для того чтобы повлиять на мотивационную сферу взрослого человека и «сподвигнуть» его на кардинальное изменение позиции в споре, необходимо эти особенности прежде всего глубоко изучить.
Алгоритм исследования особенностей членов семьи и их взаимодействия, включая анализ конфликтной ситуации, достаточно сложен и трудоёмок (рис. 3). Но именно такой комплексный подход к диагностике семейной ситуации даёт возможность проникнуть вглубь семейной системы, найти слабые и ресурсные точки, выработать программу по урегулированию спора.
Особое место в диагностике семейной ситуации занимает изучение индивидуально-психологических особенностей родителей. В чём же особенность тех родителей, которые идут с проблемой в суд, который зачастую затягивается на несколько лет, нанося серьёзный вред психике всех участников процесса, но в первую очередь, детей? Многолетний опыт работы с данной категорией дел в качестве специалиста и судебного эксперта позволяет провести статистический анализ психологических особенностей сторон. Проведённый анализ 100 семей позволил выделить у родителей высокую степень выраженности следующих особенностей: высокая активность - 66,18 %; склонность к доминантности
- 31,58 %; эгоцентричность - 51,56 %; демонстративность - 48,67 %; сниженная способность к эмпатии - 48,43 %; повышенная чувствительность к реальным и мнимым обидам - 41,16 %; склонность к внешне обвиняющим реакциям
- 35,87 %; личностная незрелость - 45,83 %; импульсивность - 25,68 %.
Если говорить о гендерных особенностях, то среди женщин чаще встречаются демонстративные личности с высоким уровнем мотивационного контроля и зависимые личности, а среди мужчин - паранойяльные и гармоничные личности. Демонстративным личностям с высоким мотивационным контролем свойственна высокая активность, эгоцентричность, доминантность, большая чувствительность к эмоциональным нюансам, личностная зрелость. Для демонстративных личностей с низким мотивационным контролем характерны личностная незрелость, нечувствительность к эмоциональным нюансам, эгоцентричность, повышенная чувствительность к реальным и мнимым обидам, импульсивность, склонность к внешне-обвиняющим реакциям. Для паранойяльных людей характерна высокая активность, доминантность, ригидность, нечувствительность к эмоциональным нюансам, эгоцентричность, склонность к построению трудно корригируемых идей и концепций, внешне-обвинительная позиция. Зависимые личности - это люди астенические, с часто выраженными демонстративными, шизоидными чертами, с низкой активностью, повышенной чувствительностью к эмоциональным нюансам, сензитивностью, высоким уровнем эмпатии и высоким мотивационным контролем. Зрелые, гармоничные личности обладают личностной зрелостью, высоким мотивационным контролем, высокой активностью при отсутствии доминантности, высокой чувствительностью к эмоциональным нюансам, эмпатичностью, гибкостью. Очевидно, что при наличии столь разных характеристик у двух людей процесс переговоров сложен, а иногда и невозможен. С каждым из родителей необходима работа, направленная на смену позиции в споре, ориентацию на интересы ребёнка с учётом его индивидуально-психологических особенностей.