Другой психологический аспект развода связан с тем, что расставание воспринимается участниками конфликта как тяжелейшее событие в жизни, вызывая порой сильнейшую психическую травму. Интенсивность переживаний при разводе сопоставима с ситуацией переживания смерти близкого человека. Процесс разрыва семейных отношений можно рассматривать на примере модели переживания утраты Э. Кюблер-Росс [3]. Сначала супруги переживают отрицание реальности происходящего, затем наступает стадия озлобленности. На этом этапе чаще всего дети вовлекаются в конфликт, становясь средством манипуляции. Комплекс чувств и эмоций, связанных с утратой доверия, разочарованием, переживание горя, обиды, гнева, вины не позволяют участникам конфликта трезво воспринимать ситуацию, обсуждать будущее, учитывая интересы детей. На следующей стадии - стадии переговоров, как правило, подключаются родственники, друзья. Предпринимаются попытки восстановить отношения с помощью убеждения, давления, угроз, манипуляций. Если это не приносит никаких результатов, наступает стадия депрессии - снижается уровень самооценки, возникает чувство отвержения и угнетённое настроение. И только пройдя все эти стадии, человек начинает смиряться с ситуацией разрыва семейных отношений и адаптироваться к ней. Соответственно, технология медиации на каждой из этих стадий будет иметь свою специфику, направленную на снижение эмоционального напряжения, поддержание осознанности, принятия супругами ситуации и выработку решения в интересах детей. Если же реакция на развод у человека протекает по типу травматического стресса, то в этом случае вообще происходит дезинтеграция и диссоциация личности, что в принципе делает переговорный процесс невозможным. В этом случае супруг (супруги) переживает симптомы посттравматического стрессового расстройства (эмоциональное оцепенение на фоне повторных переживаний травматического события, склонность к избеганию всего, что напоминает травмирующее событие и т. д.), что резко сужает сознание, снижает уровень критичности личности, делает её отстранённой от происходящих событий. Таким образом, успех семейной медиации определяется в том числе умением медиатора работать с состояниями нервно-психической дезадаптации. «В хорошо проведённой семейной медиации встречные уступки воспринимаются сторонами скорее как проявление доброй воли и взаимные дары, чем результат жёсткого торга» [1].
Семейная медиация ориентирована на разрешение спора, однако именно она использует подходы семейной психокоррекции и психотерапии, например, теорию семейных систем [5], краткосрочную экзистенциональную терапию [7], элементы нарративной практики [8]. Таким образом, психологическая составляющая семейных конфликтов значительно отличает семейную медиацию от медиации в сфере гражданско-правовых или трудовых споров, предъявляя требования к образованию медиаторов в области психологической диагностики, семейного консультирования, психологической коррекции и психотерапии, клинической и судебной психологии.
С этой точки зрения интересен анализ программ подготовки семейных медиаторов в России. Базовая программа подготовки медиаторов, являясь дополнительной профессиональной образовательной программой переподготовки на базе имеющегося высшего образования, была утверждена приказом Минобрнауки РФ № 187. Программа состоит из трёх образовательных программ повышения квалификации: «Медиация. Базовый курс» (120 ч), «Медиация. Особенности применения медиации» (312 ч), «Медиация. Курс подготовки тренеров медиаторов» (144 ч). Что касается семейной медиации, то в рамках второй квалификационной программы выделен модуль «Особенности применения медиации при разрешении семейных споров» в объёме 36 ч без определения его содержания. Профессиональный стандарт «Специалист в области медиации (медиатор)» утверждён приказом Министерства труда и социальной защиты РФ № 1041н. Согласно этому стандарту, семейная медиация относится к специализированным сферам деятельности, соответствует 7 уровню квалификации специалиста, предъявляет требования к образованию (не ниже специалитета), опыту практической работы (не менее двух лет в сфере специализации) и возрасту (не менее 25 лет). Профессиональный стандарт устанавливает требования к знаниям и умениям медиатора в специализированной сфере, а также в том числе в области социальной, гуманистической, когнитивной психологии, психологической коррекции установок, восприятия, эмоционального реагирования.
Анализ программ подготовки медиаторов, предлагаемых вузами РФ, свидетельствует об отсутствии программ подготовки медиаторов в специализированных сферах, в том числе и в области семейной медиации. В основном программы охватывают базовый курс подготовки медиаторов с элементами различных специализированных знаний. Так, например, Институт практической психологии «Иматон» (СПб) в рамках программы «Профессиональная медиация. Подготовка специалистов по урегулированию конфликтов и проведению примирительных процедур» рассматривает вопросы использования техник психологической коррекции и психотерапии в медиации.
Данная ситуация ставит перед юридической психологией вопрос о необходимости разработки методологических и технологических основ семейной медиации. Закон позволяет специалистам по альтернативному урегулированию конфликтов распланировать процедуру до шести месяцев, что делает возможным проведение глубокого анализа конфликтной ситуации и разработки индивидуальной программы помощи в разрешении конфликта. На наш взгляд, в семейной медиации методологически обоснована процедура, включающая в себя два этапа - диагностический и примирительный. На этапе психологической диагностики необходимо изучить содержание конфликта, индивидуально-психологические особенности личности его участников, стадию и специфику их переживания конфликтной ситуации, и на основании этого разработать программу примирительного этапа. Примирительный этап предполагает оказание психологической помощи участникам конфликта (снижение эмоционального напряжения, осознание стратегий поведения и принятие конфликтной ситуации, выбор приоритета ценности интересов детей) и подписание примирительного соглашения. В технологическом плане приёмы семейной медиации тесно связаны с техниками семейной психодиагностики, семейного консультирования и психотерапии, что предъявляет определённые требования к базовому уровню высшего образования медиатора и опыту его работы.
Конструктивное разрешение правовых семейных конфликтов имеет высокую социальную и экономическую цену, что определяет необходимость организации государственной системы подготовки семейных медиаторов, ориентированной на использование психолого-ориентированных моделей медиации с введением соответствующих образовательных стандартов.
Список литературы
1. Гордийчук Н. В. Медиация как «обмен дарами»: к вопросу о защите интересов ребёнка в семейных спорах // Вестник Федерального института медиации. - 2017. - № 1. - С. 109-122.
2. Здрок О. Н. Семейная медиация: мировой опыт и перспективы развития в Республике Беларусь / Право в современном белорусском обществе : сборник науч. тр. - Вып.10. - Минск: Бизнесоф- сет, 2015. - С. 316-323.
3. Кюблер-Росс Э. О смерти и умирании. - Москва; Киев: София, 2001. - 316 с.
4. Михель Д. Е. Развитие медиации в Германии как социального и правового института // Северо-Кавказский юридический вестник. - 2018. - № 4. - С. 50-58.
5. Паркинсон Л. Семейная медиация. - Москва: МЦУПК, 2016. - 314 с.
6. Разрешение семейных конфликтов. Руководство по международной семейной медиации /под ред. С. Каратш. - Москва: МЦУПК, 2015. - 104 с.
7. Стрэссер Ф, Рэндольф П. Медиация: психологический взгляд на разрешение конфликтов. - Москва: МЦУПК, 2015. - 192 с.
8. Уинслэйд Дж., Монк Дж. Нарративная медиация: новый подход к решению конфликтов. - Москва: Центр «Судебно-правовая реформа», 2009. - 356 с.
9. Усманова Е. Ф. Зарубежный опыт работы в области семейной медиации и требования, предъявляемые к медиаторам // Вопросы российского и международного права. - 2019. - Том 9. - № 9А.
10. С. 24-30.
11. Худойкина Т. В., Сайфетдинова А. Ф. Требования, предъявляемые к медиаторам в России и за рубежом // Бюллетень науки и практики. - 2018. - Т. 4. - № 6. - С. 324-327.
References
1. Gordiychuk N. V. Mediatsiya kak «obmen darami»: k voprosu o zashchite interesov rebenka v semeynykh sporakh // Vestnik Federal'nogo instituta mediatsii. - 2017. - № 1. - S.109-122.
2. Zdrok O. N. Semeynaya mediatsiya: mirovoy opyt i perspektivy razvitiya v Respublike Belarus' / Pravo v sovremennom belorusskom obshchestve : sbornik nauch. tr. - Vyp.10. - Minsk: Biznesofset, 2015.
3. S.316-323.
4. Kyubler-Ross E. O smerti i umiranii. - Moskva; Kiyev: Sofiya, 2001. - 316 s.
5. Mikhel' D. Ye. Razvitiye mediatsii v Germanii kak sotsial'nogo i pravovogo instituta // Severo- Kavkazskiy yuridicheskiy vestnik. - 2018. - № 4. - S. 50-58.
6. Parkinson L. Semeynaya mediatsiya. - Moskva: MTSUPK, 2016. - 314 s.
7. Razresheniye semeynykh konfliktov. Rukovodstvo po mezhdunarodnoy semeynoy mediatsii /pod red. Karatsh S. - Moskva: MTSUPK, 2015. - 104 s.
8. Stresser F., Rendolf P Mediatsiya: psikhologicheskiy vzglyad na razresheniye konfliktov. - Moskva: MTSUPK, 2015. - 192 s.
9. Uinsleyd Dzh., Monk Dzh. Narrativnaya mediatsiya: novyy podkhod k yesheniyu konfliktov. - Moskva: Tsentr «Sudebno-pravovaya reforma», 2009. - 356 s.
10. Usmanova Ye. F. Zarubezhnyy opyt raboty v oblasti semeynoy mediatsii i trebovaniya, pred»yavlyayemyye k mediatoram // Voprosy rossiyskogo i mezhdunarodnogo prava. - 2019. - Tom 9. - № 9A. - S. 24-30.
11. Khudoykina T. V, Sayfetdinova A. F. Trebovaniya, pred'yavlyayemyye k mediatoram v Rossii i za rubezhom // Byulleten' nauki i praktiki. - 2018. - T. 4. - № 6. - S. 324-327.