Помимо основной проблемы - несовпадения систем цветообозначений у разных этносов - значительное число лингвистических исследований посвящено проблеме группировки цветов и её роли в жизни народов. Современные исследования в области колористической лексики показывают, что даже языки одной языковой семьи могут значительно различаться по набору «цветовой триады»; Ю. Н. Караулов, отмечает, что «… проблеме цвета в культуре, особенностям восприятия его национальным сознанием, посвящено большое число исследований.
Они основываются, как правило, на анализе произведений живописи, поскольку последняя играет роль камертона для всей цветовой жизни социума: именно живопись задает носителям культуры эталоны цветовой жизни … одной из закономерностей, характеризующих цветовую парадигму каждой национальной культуры, является наличие присущей ей специфической цветовой триады, т.е. трех наиболее часто употребляемых цветов… Так, во французской культуре эта триада состоит из желтого, оранжевого и синего цветов, а в русской - из белого, красного и зеленого» [4, с. 138].
Как мы видим, налицо значительный разброс комбинаций основных цветов в языках одной языковой семьи, связанных (хотя и отдаленной) общностью происхождения. Особенно своеобразно выглядит французская триада, сочетающая близкие по длине волны «теплые» цвета и контрастирующий «холодный». Возникают определенные сомнения, правомерно ли выделять цветовые триады именно по произведениям живописи, поскольку, с одной стороны развитие живописи имеет как национальные, так и международные аспекты, а другой - далеко не все носители языка воспитываются на произведениях живописи. Примечательно, что в обыденном сознании национальные цвета связываются с цветами флагов, для Франции это синий, белый, красный. По отношению к узбекскому языку национально-языковую триаду, очевидно, составят зеленый, белый, красный цвета (именно в такой последовательности), однако языковое выражение этого гораздо сложнее, чем в русском или французском языках, так как прилагательное к?к без специальной дифференциации может обозначать и зеленый, и синий цвета. При необходимости для обозначения зеленого цвета применяется прилагательное яшил, гораздо менее употребительное, чем к?к, и еще реже подчеркивается синий цвет как отдельный (описательными выражениями цвета неба и под.).
Традиция изучения колористической лексики в настоящее время не только продолжена, но и приобрела новые аспекты и направления. Выделяется даже понятие «цветовая картина мира» и лингвистика цвета как отдельное направление. Однако, соглашаясь с тем, что посредством слов-цветообозначений могут быть выражены самые глубокие, сложные отношения и различные стороны жизни и что цветообозначения занимают немалое место в межкультурной коммуникации, считаем все же необходимым отметить, что выделение лингвистики цвета как самостоятельного направления (по объекту, а не по идее и методологии) вызывает определенные сомнения, очевидно, это составная часть исследований языковой картины мира.
Список литературы
колористический лексика язык
1. Бреслав Г. Э. Цветопсихология и цветолечение для всех. Санкт-Петербург: БК, 2000. С. 19-29.
2. Даниленко В. П. Языковая картина мира в гипотезе Сепира-Уорфа [Электронный ресурс]. URL: http://www.islu.ru/danilenko/articles/sepirkart.htm
3. Ельмслев Л. Пролегомены к теории языка // Новое в лингвистике. М.: Иностранная литература, 1960. Вып. 1. С. 264-290.
4. Караулов Ю. Н. Активная грамматика и ассоциативно-вербальная сеть. М.: РАН, 1999.
5. Чирнер Х. Семантический объем прилагательных, обозначающих цвета, в русском языке в сопоставлении с немецким: автореф. дисс. … канд. филолог. наук. М.: МГУ, 1973. 28 с.