В предпоследнем абзаце предисловия происходит переход от непрямого обращения к адресату к прямому как вариант динамики средств референции от общего к частному:
(13) Fromme Christen aber werden sich fuer solchen Verfuehrungen vnd Blendungen deЯ Teuffels wissen zuhueten <…> Jacob. 4. Seit Gott vnterthaenig / widerstehet dem Teuffel / so fleuhet er von euch / naehet euch zu Gott / so naehet er sich zu euch [11, S. 12]. / Благочестивые христиане, однако, сумеют защитить себя от таких соблазнов и обольщений дьявола. Иаков 4. Будьте покорны Богу, противоборствуйте дьяволу, и он бежит от вас, приблизьтесь к Богу, и он приблизится к вам.
Данный фрагмент объединяет высказывания, близкие по своей цели (религиозное наставление), но разные по способу ее достижения. Так, в первой части автором высказывается уверенность в том, что «благочестивые христиане» (Fromme Christen) смогут защитить себя от соблазна дьявола (маркер высокой степени уверенности - футур I). Адресация осуществляется посредством нереферентной именной группы в форме 3 л. мн. ч., из чего следуют дистантные отношения субъекта речи и адресата. Вторая часть представляет собой рассмотренную выше цитату из послания апостола Иакова 4. Субъект речи здесь напрямую обращается к адресату как к группе лиц. Обращение имеет ритуализованный характер.
В заключительной части предисловия, где вневременное событие грехопадения конкретизируется до истории о докторе Фаусте, субъект речи предстает в роли личного повествователя (референция через местоимение 1 л. ед. ч.). В конце текста, в прагматически сильной позиции, субъект речи во второй раз напрямую обращается к адресату:
(14) Das woellest du Christlicher Leser zum besten verstehen / vnd Christlich gebrauchen <…> [Ibidem]. / Это ты, читатель-христианин, поймешь ради своей пользы и по-христиански применишь.
В качестве средств адресации выступает местоимение 2 л. ед. ч. и формула Christlicher Leser. Таким образом, между субъектом речи и адресатом так же, как и на уровне заглавия, устанавливаются отношения индивидуального общения, но неличностного характера. Адресованность высказывания задается и личной формой глагола woellen - вспомогательного средства для выражения будущего времени с первичным значением волеизъявления (хотеть, желать). Данный глагол придает обращению категоричность и побудительность.
По иллокутивной функции большую часть текста образуют ассертивные высказывания, представляющие собой «сильные» утверждения, заверения. В качестве компонентов, придающих ассертивным высказываниям персуазивность, нередко выступают лексические и грамматические средства оценки и их комбинации, например:
(15) Ohn allen zweiffel aber ist die Zauberey vnd Schwartzkuenstlerey die groeste vnnd schwereste Suende fuer Gott vnd fuer aller Welt [Ibidem, S. 8]. / Вне всякого сомнения, колдовство и черная магия являются между тем самыми большими и тяжкими грехами перед Богом и всем миром.
В этом высказывании используется целый комплекс средств оценки: выражение Ohn allen zweiffel (вне всякого сомнения) со значением высокой степени уверенности; превосходная степень сравнения, придающая самостоятельному оценочному значению прилагательных gro? (большой) и schwer (тяжелый) абсолютный характер; сочетание fuer aller Welt (для / перед всем миром), указывающее на универсализм высказанной оценки.
По иллокутивной силе также следует отметить высказывание в форме вопроса:
(16) Was koennte doch grewlichers vnd erschrecklichers von einem Menschen gesaget werden [Ibidem, S. 9]? / Что же может быть сказано еще более отвратительного и ужасного о человеке.
Данное высказывание является эмоциональной реакцией, категорическим несогласием (маркер - частица doch) субъекта речи с тем, что разумный человек - создание и подобие Бога - способен вступить в связь с дьяволом. Таким образом, данное высказывание приближается к группе эмотивов (выражающих индивидуальные, личные эмоции и оценки в отличие от экспрессивов). Эмоциональная вопросная форма, в которой выражено несогласие, также позволяет субъекту речи апеллировать к вниманию адресата с целью изменить его душевное состояние, вызвать с его стороны эмоциональный отклик. В связи с этим данное высказывание можно рассматривать как близкое директивам.
Подводя итог, следует отметить, что анализ средств воплощения субъекта речи и изображения адресата на примере текстов заглавия, посвящения и предисловия к роману «Historia von Johann D. Fausten <…>» позволил выявить достаточно широкий спектр форм субъектно-адресатных отношений. Данные формы могут быть представлены как бинарные оппозиции: 1) прямые / дистантные отношения между субъектом речи и адресатом; 2) личностные отношения (субъект и адресат знают друг друга лично) / неличностные отношения; 3) индивидуальное общение («я - ты»; «я - Вы») / неиндивидуальное, групповое речевое взаимодействие («я - вы»; «я - они»); 4) ритуализованные / неритуализованные отношения. При этом, если для заглавия и предисловия наблюдается несколько фокусов адресатной ориентации (например, для заглавия - 1. дистантные, неличностные, неидивидуальные, неритуализованные отношения и 2. прямые, неличностные, неиндивидуальные, ритуализованные отношения), то для посвящения как жанра изначально приватной коммуникации исключается их множественность, нарушение ведет здесь к коммуникативной неудаче, к дискредитации самого речевого действия посвящения.
Говоря о средствах текстового воплощения автора, следует отметить, что во всех трех текстах субъект речи предстает в форме личного повествователя (через формы местоимения 1 л. ед. ч. и / или самоназывание) и уточняется как конкретный автор текста. Непротиворечивость и / или отождествление внешней и внутренней точек зрения связано с изначальной установкой конкретного автора на сообщение потенциальному читателю, в случае с посвящением - конкретно называемому адресату достоверной информации о романе и его настоящем издании.
Прагматический фокус текстов заглавия и предисловия образуют ассертивные высказывания, которые могут быть дифференцированы как высказывания информирующего характера (группа «аффирмативы») и высказывания, которые, сообщая читателю некоторую информацию, нацелены на то, чтобы скоординировать его поведение и действия с определенными религиозными морально-нравственными образцами (группа «ассертивы-заверения»). В посвящении также доминируют высказывания группы «аффирмативы». Кроме того, в данном тексте широко представлены перформативные высказывания. Их использование обусловлено ритуализованным и формализованным характером отношений между субъектом речи и адресатом, наблюдаемым здесь в большей степени, чем в текстах заглавия и предисловия.
Список литературы
паратекст коммуникативный прагматический роман
1. Богданов В.В. Предложение и текст в содержательном аспекте. СПб.: Филол. фак-т СПбГУ, 2007. 278 с.
2. Богданов В.В. Текст и текстовое общение: учебное пособие. СПб.: СПбГУ, 1993. 67 с.
3. Легенда о докторе Фаусте / отв. ред. В.М. Жирмунский. Изд-е 2-е, исправленное. М.: Наука, 1978. 430 с.
4. Олейник М.А. Адресат и динамическая языковая картина мира: концепция взаимообусловленности: автореф. дисс…. д-ра филол. н. Ростов н/Д, 2006. 46 с.
5. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью: референциальные аспекты семантики местоимений. Изд-е 5-е, исправленное. М.: URSS; Изд-во ЛКИ, 2008. 291 с.
6. Сулейманова М.Ю. Перформативный глагол как средство экспликации ассертивной интенции // Вестник Оренбургского государственного университета. 2010. №11 (117). С. 90-93.
7. Сусов И.П. Лингвистическая прагматика. Винница: Нова кныга, 2009. 153 с.
8. Genette G. Paratexts. Thresholds of Interpretation / transl. from French by Jane E. Lewin. Cambridge, 1997. 456 p.
9. Hahn R. Erlauben die Rahmentexte der Prosaromane Schlьsse auf deren Publikum? // Eulenspiegel trifft Melusine. Der frьhneuhochdeutsche Prosaroman im Licht neuer Forschungen und Methoden. Akten der Lausanner Tagung vom 2. bis 4. Oktober 2008. Amsterdam [u.a.], 2010. S. 41-66.
10. Haug W. Der Teufelspakt vor Goethe oder Wie der Umgang mit dem Bцsen als felix culpa zu Beginn der Neuzeit in die Krise gerдt // DVjs 75. 2001. S. 185-215.
11. Historia von D. Johann Fausten. Text des Druckes von 1587. Kritische Ausgabe. Mit den Zusatztexten der Wolfenbьtteler Handschrift und der zeitgenцssischen Drucke / hrsg. von St. Fьssel, H.J. Kreutzer. Stuttgart, 2012. 341 S.
12. Leech G. Principles of pragmatics. L. - N.Y., 1983. 250 p.
13. Mьller J.-D. Volksbuch: Prosaroman im 15. - 16. Jahrhundert - Perspektiven der Forschung // Internationales Archiv fьr Sozialgeschichte der deutschen Literatur. Tьbingen, 1985. S. 1-128.
14. Simmler F. Zur Verbindung sprachwissenschaftlicher Methoden bei der Konstitution einer Textsorte «Frьhneuhochdeutscher Prosaroman» // Eulenspiegel trifft Melusine. Der frьhneuhochdeutsche Prosaroman im Licht neuer Forschungen und Methoden. Akten der Lausanner Tagung vom 2. bis 4. Oktober 2008. Amsterdam [u.a.], 2010. S. 89-144.