Материал: Конь Р.М. - Введение в сектоведение - 2008

Часть 1. Сектоведение как дисциплина

XX в. Во второй половине XIX — начале XX столетия в России наблюдался очередной подъем сектантской деятельности. В то время активно распространялись лжеучения, как возникшие в России: хлыстовство, скопчество, молоканство, духоборчество, толстовство,­ иоаннитство, иеговизм, малёванщина и другие, так и проникшие с Запада — меннонитство и новоменнонитство, штундизм, баптизм, евангелизм и адвентизм седьмого дня. Группы, исповедовавшие эти лжеучения, именовали сектами.

Впротивостоянии им Церковь накопила большой опыт, и тогда же были предприняты многочисленные попытки его обобщения для выяснения природы сектантства, формулировки определения секты и ее критериев. В результате проведенной работы было предложено несколько определений понятия секты и ее признаков. Под сектой в самых общих чертах подразумевалась «группа людей, отделившихся от единства Православной Церкви и живущих отдель­ ной самостоятельной жизнью в замкнутой среде своих религиозных идеалов»1.

Вто же время отмечалось несовершенство существовавших определений сектантства и понятийного аппарата, используемого

всектоведении2. Обращалось внимание на то, что эти определения не указывали, чем разнится секта от раскола или ереси, а отдельные определения секты, применявшиеся, например, к баптистам, евангелистам или толстовцам, можно было приложить и к известным ересям (Ария, Нестория, Евтихия), и к раскольникам старообрядцам. В некоторых критических публикациях начала XX в. причину терминологической неопределенности видели в том, что термин секта сравнительно недавно проник из западного богословия в русское и был не полностью воцерковлен.

Тогда же отмечалось, что слово секта не встречается в Священ­ ном Писании, догматических документах Вселенских Соборов, восточных святоотеческих творениях, в том числе в ересиологических сочинениях, в канонических памятниках и в переводах этих текстов на русский язык. В доказательство понятийной неопределенности

1 Плотников К.. История и обличение русского сектантства. СПб., 1910. Вып. 1. С. 2.

2 Например: Фетисов Н.., свящ.. Опыт уяснения основных вопросов науки сектоведения // Труды КДА. 1914. Кн. VII-VIII. С. 443; Дородницын А.. Основные формы сектантских заблуждений // Миссионерское Обозрение. 1902. Февраль. С. 225–236; Буткевич Т.  И.., прот.., проф. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910. С. 2; Айвазов И.  Г.. Что такое секта // Миссионерское обозрение. 1904. №19. С. 1247–1351; Грацианский Д.. Что такое секта вообще и «рационалистическая» и «мистическая» в частности? // Миссионерское обозрение. 1904. Май. С. 971–980.

16

Введение

термина секта исследователи начала века ссылались на святителя Василия Великого, указывавшего на три вида отпадений от Православной Церкви, которые он называет ересью, расколом и самочинным сборищем. Под последним он подразумевал, как полагали, «не секту, а самовольные собрания, которые могут быть устрояемы непокорными пресвитерами без разрешения их епархиального епископа, или епископами — без согласия их митрополита, или же „ненаученным народом“»3.

Обращалось внимание и на то, что в Пространном катехизисе Православной Восточной Кафолической Церкви святителя Филарета (Дроздова) говорится только о ереси и расколе, а о секте даже не упоминается4. Последнее замечание было очень весомым, так как митрополит Филарет пользовался большим авторитетом среди богословов.

Входе исследования понятийно-терминологического вопроса

всектоведении многие миссионеры пришли к мнению, что слово секта по содержанию близко термину ересь.

Процесс обсуждения терминологической проблематики в сектоведении в России был, по сути, прерван после 1917 года и возобновлен

вначале 1990-х гг. Частично работа в этом направлении продолжалась за границей в эмиграции. С 1994 г. наряду со словом секта в русском сектоведении стали использоваться термины, обозначающие новые понятия: «тоталитарная секта» и «деструктивный культ». Причем новыми терминами стали именовать и те группы, которые прежде называлисьпростосектами,например,пятидесятников,иеговистов,мормонов. Таким образом, в русском сектоведении с 1994 г. существует несколько терминов для обозначения одних и тех же религиозных групп: ересь, секта, тоталитарная секта, деструктивный культ и культ, которые используются по-разному, то как отличные друг от друга понятия, то как синонимы. Некоторые сторонники теории тоталитарного сектант­ ства заявляют: со второй половины XX в. Церкви противостоят секты

сякобы принципиально новой природой, с которыми не приходилось сталкиваться святым отцам, и, следовательно, их опыт противостояния ересям не может быть использован в борьбе с новыми антицерковными группами — тоталитарными сектами и деструктивными культами. Поскольку новейшие термины тоталитарная секта, деструктивный культ появились недавно с претензией на единственно адекватное

3Буткевич Т.  И.., прот.., проф.. Обзор русских сект и их толков. Харьков, 1910. С. 2.

4Там же.

17

Часть 1. Сектоведение как дисциплина

описание природы антицерковных групп и выдаются за православное богословие сектантства на современном этапе, то надлежит выяснить, насколько обоснованы подобные заявления.

Столь значительное внимание к терминологической проблеме в сектоведении, уделяемое ей с начала XX века, является не абс- трактно-отвлеченным вопросом и не данью схоластике, но имеет практическое значение — ведь от того, в чем усматривается сущность сектантства, будут зависеть и методы борьбы с ним и их эффективность.

Одно дело, когда мы идентифицируем по заранее составленной классификации какую-то группу как тоталитарную секту и воспринимаем ее как нерелигиозную по природе, как мафиозную структуру, прикрывающуюся религиозной риторикой для сокрытия преступной деятельности, в которую вовлекаются люди помимо их воли и удерживаются в ней с помощью технологий изменения сознания, с целью выкачивания финансовых средств и захвата власти.

И совсем другое, когда какую-либо группу рассматривают как религиозную, проповедующую ересь, лжеучение, стремящееся разрушить дело спасения, совершенное Христом, или проповедующую нехристианское учение, язычество, утверждающее себя в противостоянии Православной Церкви, стремящееся подменить Православие или ассимилировать его, совращая православных верующих в свое заблуждение или увлекая к себе тех, кто является по культуре христианином.

Эти два различных представления о природе сект, обозначенные соответствующими терминами: тоталитарная секта или деструктивный культ и ересь или секта определяют две отличные друг от друга методологии противостояния им. В первом случае борьба

ссектантством переводится в медицинскую и правовую плоскость,

спривлечением соответствующих средств, не свойственных Церкви, а во втором случае в богословскую и тогда содержание полемики

ссектантством будет заключаться в раскрытии тех положений православной веры, которые им искажаются или оспариваются, и Церковь будет бороться с ним данными ей благодатными средствами, что отвечает ее призванию и ее природе.

Поскольку теория тоталитарного сектантства является совершенно новой в богословии и претендует на название церковной, то надо сопоставить ее подход к сектантству с опытом Церкви, со святоотеческим подходом к нему, как «единственном „источнике“ и „критерии“

18

Введение

богословия»5, т. е. критерием церковности суждений. Это предполагает выяснение целого ряда вопросов, в том числе связанных с предложенным новым понятийным аппаратом. Ведь сектоведение относится

кбогословским дисциплинам, и оно должно описывать предмет своего изучения, используя свойственный богословию понятийно-терми- нологический аппарат, классифицировать секты, изучать их, вести полемику с ними и т. п., исходя из принципов, принятых в богословии. Поэтому надо установить, будут ли термины тоталитарная секта и деструктивный культ, заимствованные из другой области знаний, эффективными и в богословской системе понятий; насколько они целесообразны и предпочтительны перед традиционным богословским термином ересь и более поздним секта; в какой мере они соответствуют сложившейся языковой практике, исторически первоначальному истолкованию, насколько удобно пользоваться ими и не приводит ли их употребление к противоречиям и дублированию общепринятых терминов. Решение этой задачи включает в себя изучение происхождения новых терминов, факторов, оказавших влияние на их формирование, путей и обстоятельств появления в православной литературе по сектам…

Учитывая тот факт, что теория тоталитарного сектантства заявила о появлении совершенно нового сюжета в развитии религий в мире — тоталитарных сект, то надлежит установить, в какой мере это утверждение истинно, в какой мере эта теория подтверждается эмпирически.

Принимая во внимание влияние западной литературы по сектам на изучение сектантства в России, в данном курсе будет сделан обзор западных доктрин сектантства и опыта противостояния им, чтобы избежать совершенных ошибок и выявить положительные моменты в борьбе с сектами на Западе. Вместе с тем, знание особенностей понятийного аппарата и подходов к сектантству поможет сориентироваться в огромном количестве зарубежной литературы по данной тематике. Хотя сектоведение является богословской дисциплиной, тем не менее, изучение религиоведческих и социологических теорий сектантства представляется весьма важным для уяснения понимания светской наукой природы сект, ее отношения к церковному подходу

кданной проблеме, ее дискуссии с антикультовым движением и отчасти для понимания отношения светских властей к этой проблематике.

5 Шмеман А.., прот.. Дневники. 1973–1983. М., 2005. С. 508.

19

Часть 1. Сектоведение как дисциплина

1.Предмет сектоведения

иметоды исследования

Домостроительство нашего спасения. Упоминания об этой борьбе зафиксированы в самых авторитетных текстах Предания —

вСвященном Писании и церковно-исторических памятниках. Егезип говорит, что до времени смерти Иакова праведного «Церковь называлась чистою девою, ибо она не была еще растлена суетными учениями. Началось растление с Февуиса, недовольного тем, что его не сделали епископом; он принадлежал к одной из семи народных сект (τоν επεα αιρεσεων). Из них же вышли и Симон, родоначальник симониан, и Клеовий, от которого произошли клеовиане, и Досифей, от которого — досифиане, и Горфей, от которого — горфеане, и Масвофей. От сих произошли менандриане, маркиониты, карпократиане, валентиниане, василидиане и сатурнилиане»6.

Появление этих лжеучений связывают с принимавшими христианство иудеями и язычниками, не отказавшимися окончательно от своих прежних верований, которые они — одни по неведению, а другие вследствие неискреннего обращения — привносили

вхристианство­ и смешивали с ним7. Упоминания о появлении еретического учения гностиков встречаются уже в посланиях апостольских, начиная с 60-х годов­ I века. Во Втором послании апостола Петра,

впосланиях апостола Иуды, апостола Павла Колоссянам и Ефесянам,

впастырских посланиях, в посланиях апостола Иоанна Богослова и Апокалипсисе обличаются лжеучения, следование которым равносильно отвержению от искупившего их Господа (2Петр.2,1).

Ереси, или секты, как их именовали в богословской литературе в XIX в., возникшие в древности, не все исчезли и ушли в небытие. Многие из них продолжали существовать и еще долго оказывали влияние на формирование специфической религиозной среды, где возникали новые ереси. Некоторые церковные историки и светские историки религии в их существовании находят некое еретическое преемство, как

6Памфил Евсевий. Церковная история. СПб., 1858. Т. 1. С. 209–210. Цит. по: Поснов Э.. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 133.

7Поснов Э.. Гностицизм II века и победа Христианской Церкви над ним. Киев, 1917. Брюссель, 1991. С. 133.

20