Зеленогурский университет,
65-001, Польша, г. Зелёна-Гура, Аллея Войска Польского, 71A
Критический марксизм Н.А. Бердяева - период формирования (в свете неопубликованной переписки с К. Каутским)
Лилианна Киейзик
В статье рассматривается относительно малоисследованный период жизни и деятельности Н. А. Бердяева, время на рубеже XIX-XX вв., когда он печатает в журнале К. Каутского «Die Neue Zeit» статью «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму» (1899). Вследствие этого между ними завязалась переписка. Тогда же началась бердяевская ревизия марксизма и его переход от марксизма «ортодоксального» к «критическому». Представляем перевод двух писем Н. А. Бердяева к К. Каутскому 1900 г. и одного письма его брата -- С. А. Бердяева 1899 г., которые ныне хранятся в архиве Карла и Луизы Каутских в Международном институте социальной истории в Амстердаме.
Ключевые слова: русский марксизм, легальный марксизм, критический марксизм, Н. А. Бердяев, переписка с Карлом Каутским.
The beginnings of Berdyaev's critical marxism (in light of his unpublished correspondence with Kautsky)
L. Kiejzik
University of Zielona Gora,
71A, ul. Wojska Polskiego, Zielona Gora, 65-001, Poland
The article presents a relatively underresearched period in the life and work of Nikolai Berdyaev, which spans over the turn of the nineteenth and twentieth centuries. Within this period (in 1899) Berdyaev's article titled “A. F. Lange and Critical Philosophy and their Relation to Marxism” was published in Die Neue Zeit, a magazine, edited by Karl Kautsky. As a result, the two began to correspond. Hence Berdyaev's revision of Marxism has commenced, and his transition from the “orthodox” Marxism to a “critical” Marxism began. Presumably, he started correspondence with Karl Kautsky thanks to his brother, Sergei Alexandrovich Berdyaev;
both brothers were involved in smuggling abroad literary materials for revolutionary publications, the older Sergei had known Kautsky earlier, corresponded with him, addressing him as his teacher and possibly, had published his poems in Kautsky's journal. Russian translations of two letters from Nikolai Berdyaev to Kautsky, written in 1900, and one from Sergei Berdyaev, written in 1899, are provided for the first time; the originals of the letters are kept in the archives of Karl and Elisa Kautsky at the International Institut of Social History in Amsterdam.
Keywords: Russian Marxism, legal Marxism, critical Marxism, Nikolai Berdyaev's correspondence with Karl Kautsky.
Основная часть
Исследователи творчества Н. А. Бердяева, говоря о начале его интеллектуального пути, обращают внимание на причины, которые привели его к марксизму. Прежде всего они ссылаются на его автобиографию, где он неоднократно отмечал, что его марксизм был не ортодоксальным, а критическим, «вольно думским» [1, с. 125]. Н. А. Бердяев подчеркивал, что это дало ему возможность остаться идеалистом в философии. Он пояснял, что «для старых поколений революционеров революция была религией» [1, с. 125], а для него нет, хотя самого Маркса он считал интеллектуальным гением, разделяя его критику капитализма. Не желая быть созерцательным, исключительно теоретическим мыслителем, Н. А. Бердяев стал читать лекции членам Киевского социал-демократического комитета, надеясь сделать философию Маркса более доступной для них. Он надеялся, что марксизм, который он исповедовал, станет практическим способом действия, что его можно будет применить в процессе возрождения России, которое, в свою очередь, должно было опираться на разумную экономическую европеизацию [2, с. 27]. Более того, по поручению киевского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» он неоднократно бывал за границей, откуда привозил нелегальную литературу (см.: [3, passim]).
В молодости он не предполагал, что его будут преследовать за идеи. Но так случилось, что в 1897 г. он был арестован за участие в демонстрации, и еще раз -- в 1898-м. Его обвинили в активном участии в антиправительственных выступлениях, судили вместе с другими участниками демонстраций и сослали в Вологду (1901-1902) [1, с. 126-127]. Время ссылки стало для него периодом философских поисков. Он ставил вопросы, на которые не находил ответа в марксизме. В результате он отошел от марксизма. Многие этого не могли понять. Будущий нарком просвещения А. В. Луначарский, товарищ Н. А. Бердяева по гимназии, где оба познакомились с марксизмом, позднее также на некоторое время оказавшийся в ссылке в Вологде, где отбывал свою ссылку Бердяев, писал по этому поводу следующее: «Когда-то давно, среди снегов Вологды, я с грустью констатировал, как блестящий молодой марксистский писатель, первая статья которого о Фридрихе Альберте Ланге, появилась в тогда для нас казавшемся недосягаемым журнале “Die Neue Zeit” с большим одобрением тогда непререкаемого нами учителя Каутского, быстро отходил от марксистских и революционных позиций в сторону туманной и даже черной мистики» (см.: [4]). Это известные, неоднократно анализировавшиеся факты [5, с. 8-11]. В доступных мне исследованиях в основном повторяется информация, которую сообщил сам Н. А. Бердяев в «Автобиографии». Я не нашла нигде ссылок на подлинники писем, которыми обменивались Н. А. Бердяев с Каутским в 18991900 гг. Даже самые известные библиографии произведений Бердяева, подготовленные во Франции, не содержат в списках таких источников (см.: [6; 7]). Отсюда можно сделать осторожный вывод, что эта переписка не была обнаружена.
Как известно, литературным дебютом Н. А. Бердяева была статья «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму» (Friedrich Albert Lange und die kritische Philosophie in ihren Beziehungen zum Sozialismus), опубликованная по-немецки в журнале Каутского «Die Neue Zeit» (1899-1900. № 32-34). Для 25-летнего молодого человека это, без сомнения, было престижно. Журнал Карла Каутского (лично знавшего Маркса и Энгельса) «Die Neue Zeit» помещал статьи самых известных в то время представителей не только немецкой социал-демократии, но и вообще социалистического движения. Это был самый авторитетный журнал марксистов, как никакой другой содействовавший популяризации марксистской доктрины [8, с. 382-382]. Несколько раз Н. А. Бердяев хвастался этой публикацией в письмах П. Б. Струве, который написал предисловие к его первой книге «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд о Михайловском» (1901) и прошел ту же, что и Н. А. Бердяев, интеллектуальную эволюцию (от марксизма через «критический марксизм» к идеализму). В письме от 31 декабря 1899 г. Н. А. Бердяев сообщает П. Б. Струве: «Я получил очень приятное для себя известие, что моя статья о Ланге, которую я окончательно переделал, под несколько измененным заглавием послал Каутскому, принята с большим одобрением и появится в ближайшем номере “Neue Zeit”» [9, с. 126]. В свою очередь, в письме от 25 февраля 1900 г. Н. А. Бердяев пишет: «По поводу моей статьи, принятой в “Neue Zeit”, я получил очень благосклонное письмо от Каутского. Он опять развивает свою любимую мысль, которую он высказал в книге о Бернштейне, что дальнейшего теоретического развития марксизма нужно ожидать от русских» [9, c. 129]. Именно на это письмо Н. А. Бердяев ответил письмом от 17 февраля 1900 г., обнаруженным нами в амстердамском архиве (Inv.nr D-IV 132-133).
Вероятно также, что с Каутским он познакомился благодаря своему брату -- Сергею Александровичу Бердяеву [10, passim], с которым они вместе перевозили за границу литературный материал для помещения в революционных изданиях и который знал Каутского раньше, переписывался с ним, называя его своим учителем, а также, по всей видимости, печатал у него в журнале свои стихотворения. С. А. Бердяев (1860-1914) -- интереснейший персонаж русского Серебряного века (понимаемого в широком смысле слова, т. е. не только и прежде всего как литературное течение первых 20 лет ХХ в., но и как возрождение всей духовной ориентации русской культуры после господства позитивистских, атеистических и материалистических тенденций). Хорошо известен в общественно-политических кругах как в России, так и за границей. Человек широчайших знаний, полиглот, искусствовед и театральный обозреватель, публицист, издатель, популяризатор научных знаний, убежденный демократ, переводчик на русский язык стихов И. Я. Франко, О. С. Маковея, Н. К. Вороного, сам считавший себя украинцем. Оказал огромное влияние на брата -- Николая Бердяева, о чем тот сообщал в своих воспоминаниях [1, с. 29].
Так можно судить по письму С. А. Бердяева к К. Каутскому от 12 июня 1899 г. (т. е. на несколько месяцев раньше, чем началась переписка Николая Александровича с Каутским), которое тоже хранится в архиве Карла и Луизы Каутских в Международном институте социальной истории (International Institut of Social History) в Амстердаме (Inv. nr D-IV 134). Другой аргумент в подтверждение нашего тезиса состоит в том, что Н. А. Бердяев просил Каутского посылать ответы на его письма (например, в письме от 6 мая 1900 г.) писательнице Елене Бердяевой (супруге брата) в Киев. Он пишет, что был приговорен к ссылке в Вологду и не знает, где будет жить.
Статья Н. А. Бердяева «Ф. А. Ланге и критическая философия в их отношении к социализму» была написана со знанием дела и остроумно. Известно, что он гордился местом ее публикации. Она содержит анализ труда Ф. А. Ланге «История материализма» (Geschichte des Materialismus und Kritik seiner Bedeutung in der Gegenwart, 1866, рус. перевод Н. Страхова. СПб., 1881-1883), в котором автор стремился представить материализм как единственно обоснованный метод естественных наук, в то же время отвергая материализм как метафизику. Н. А. Бердяев подошел к анализу творчества Ф. А. Ланге в двух плоскостях. Во-первых, он замечал, что его взгляд на историю материализма освежающе действует на мысль, приводит к критическому анализу. Во-вторых, Н. А. Бердяев констатировал, что в работе еще много недостатков, например Ланге отождествляет философию только с гносеологией, но игнорирует философию как систему, содержащую еще и онтологию, и этику. Н. А. Бердяев считал философию наукой о мире и действующем в этом мире человеке.
По поводу этой статьи между К. Каутским и Н. А. Бердяевым возникла полемика. Мы не знаем, насколько обширной была их переписка, сколько было писем. По всей видимости, не сохранились ответы К. Каутского, во всяком случае они не были обнаружены в архивах. Но сохранились два письма Н. А. Бердяева к Каутскому от 1900 г. (февраль, май). Вероятно, что Каутский сам вывез весь свой личный архив из Австрии, где он проживал с 1924 по 1938 г., в Нидерланды, где он вскоре скончался.
Дискуссия, которую Каутский с Н. А. Бердяевым вели посредством переписки, отразилась на окончательной форме книги Н. А. Бердяева о Михайловском и стала катализатором его перехода от «ортодоксального» марксизма к «критическому», поскольку представляла собой критику марксизма в духе Канта. Н. А. Бердяев доказывал, что такие ценности, как добро, красота, правда, не зависят от социальных условий и не вытекают непосредственно из общественных отношений. Они -- вневременные, априорные, внеклассовые, а следовательно, являются сферой этики, которая непартийна по своей природе. Этим он пытался реформировать марксизм.
Из писем следует, что они обменивались взглядами на теорию марксизма, выясняли детали позиций Э. Бернштейна и Ф. Энгельса. К. Каутский разделяет точку зрения Н. А. Бердяева, что русские марксисты приведут к дальнейшему теоретическому развитию марксизма. Немцы, по его мнению, были слишком заняты практическими вопросами, политикой, и теория ускользала от их внимания. Тогда он еще не мог знать, что направление развития бердяевской теории будет совершенно иным.
Заключение
Письма как Н. А. Бердяева, так и С. А. Бердяева написаны несложным, даже «сермяжным», не до конца ясным языком. Чувствуется, что по крайней мере Н. А. Бердяев, хотя и говорил по-немецки свободно, не вполне чувствовал тонкости стиля. Отсюда определенные сложности при переводе.
ПРИЛОЖЕНИЕ
Н. А. Бердяев
ПИСЬМА К К. КАУТСКОМУ Перевод писем Б. Хусак, Л. Киейзик.
ПИСЬМО ПЕРВОЕ
Киев, 17 февраля 1900 года
Глубокоуважаемый Товарищ,
Поскольку свое письмо Вы направили мне опосредованно, я его получил совсем недавно. Меня глубоко тронул теплый прием, который Вы оказали моей статье, и я очень рад, что моя работа появится именно в журнале «Die Neue Zeit». Я это очень ценю.
В настоящее время Вас воспринимают как одного из наиболее выдающихся теоретиков марксизма, а потому мне было так важно найти в Вас принципиальное сочувствие моему призыву к дальнейшей разработке марксизма на критической почве. Н. А. Бердяев, очевидно, имеет в виду наиболее известную работу К. Каутского «Экономическое учение Карла Маркса» (1886). Собственно, именно эта книга сделала Каутского известным. Она была самым популярным изложением III тома «Капитала» Маркса. Переведена на 18 языков и выдержала много переизданий. Автор сообщал, что она имеет своей целью познакомить с учением Маркса тех, кому не хватает ни средств, ни времени для серьезных штудий «Капитала» [11, с. 4]. Он признавал, что для него было особо ценным сотрудничество с «другом моим Эдуардом Бернштейном», который не только помог своими указаниями и не только критически обсуждал с К. Каутским содержание, но и написал некоторые фрагменты книги. Н. А. Бердяев книгу Каутского читал и очень ценил.
Если Вы сочтете возможным утверждать, что моя точка зрения не является отходом от мировоззрения Энгельса, но ее перенесением на более высокий уровень, я буду считать Ваше мнение за высочайшую награду, какую мог бы от Вас получить.
Я вовсе не пытался опровергнуть Энгельса или марксизм. Эту задачу я оставляю буржуазным писателям, все же, однако, я считаю дальнейшее развитие нашего теоретического мировоззрения делом необходимым, при чем элементом такого развития должна быть самокритика. Я не хочу принимать жесткой догмы, однако считаю, что великий дух наших учителей должен по-прежнему жить в нас и вдохновлять наши действия. Моим глубочайшим желанием была критика философских взглядов Маркса и Энгельса с одновременным сохранением верности их духу. Э. Бернштейн, к сожалению, остался не до конца верным этому духу, и наряду с правильными замечаниями мы имеем у него дело с явными эклектическими и дуалистическими тенденциями.
Однако я не считаю, что его книга может иметь вредное теоретическое влияние -- прежде всего потому, что в качестве теоретического труда она не обладает теоретической силой, на что и Вы обратили внимание в своей критике Бернштейна. Как известно, и Каутский, и Бернштейн были связаны с Социал-демократической партией Германии (СДПГ). Вместе они разработали принятую партией в 1891 г. Эрфуртскую программу (продолжение более ранней Готской программы 1875 г.), которая провозглашала неизбежную смерть капитализма и необходимость обобществления средств производства. Партия хотела добиться этого путем легальных действий, не революцией. Их пути разошлись в 1899 г., когда Бернштейн опубликовал так называемую библию ревизионизма: «Условия возможности социализма и задачи социал-демократии» (Die Voraussetzungen des Sozialismus und die Aufgabe der Sozialdemokratie), где критиковал тезис о революции как пути социализации общественного строя. Каутский ответил на книгу своим «анти-Бернштейном» (Bernstein und das sozialdemokratische Programm. Eine Antikritik, 1899, рус. перевод: «К критике теории и практики марксизма. Анти-Бернштейн. Метод. Программа. Техника». СПб., 1905), текстом, в котором атаковал концепцию Бернштейна, утверждая, что СДПГ должна остаться партией социальной революции [12, passim]. Н. А. Бердяев мог иметь в виду в письме эту критику.
Хоть Бернштейн и побуждает других заняться критической философией, сам- то он философ довольно мелкий: например о детерминизме он говорит настолько странные вещи, что сразу видно, как неправильно он понимает то, что современная философия и наука называют детерминизмом! Его этические оценки противоречат монистическому пониманию процесса общественного развития, и мне кажется, стоило бы защищать важность этических мотивов в социализме, оставаясь целиком на почве общественного монизма. Да и его отношение к революции и эволюции кажется мне нефилософским. Философский критицизм ему вообще не помог, так как он не умеет подчиниться его прогрессивному духу. Я намерен подвергнуть труд Бернштейна философской критике; однако слишком частая подготовка статей на немецком языке для меня все-таки дело затруднительное. Тем не менее в публикации его труда я замечаю и хорошие стороны. Речь идет о работе Бернштейна Die Voraussetzungen des Socializmus und die Aufgabe der Sozialdemokrate (1899).