46
ВВЕДЕНИЕ
В
ПСИХОЛОГИЮ
ЛЕКЦИЯ
6
отражения этих объективных связей. Таким образом, за функцией ориентации от- крыто лежит функция отражения, она выражает эту функцию.
Вы можете мне сказать, что под отражением мы всегда понимаем некоторую картину. Да, в развернутых формах мы говорим о психическом отражении. Заметьте,
что я говорю не об отражении вообще, а о психическом отражении, то есть сужаю понятие отражения, отличая его от отражения в физическом смысле, например зер- кального отражения. В развернутом виде это отражение очень напоминает картину в зеркале, то есть это есть некоторый образ или некоторое абстрактное представле- ние, более отвлеченное понятие. Но в зачаточных формах отражение не может сразу приобрести этот картинный, иконический, иногда говорят, вид, иконическую фор- му. Мы ведь говорим об отражении в его зачаточных формах, но уже отражении пси- хическом, то есть таком отражении, которое, как вы уже знаете, возникает в жиз- ни, выполняет жизненную функцию, и в этом смысле становится активным.
Таким образом, ориентировочная функция вместе с тем является функцией отражательной, поскольку эта ориентировка возможна только в том случае, если отношения между воздействиями, которые порождают реакции, ориентирующие организм, отражают реальность объективных связей. Так, шорох ориентирует по от- ношению к пище, цвет по отношению к пище, форма по отношению к пище, то есть существует объективная устойчивая связь свойств.
Далее появляются вопросы: «В силу каких условий возникают эти сложные опосредствованные отношения организма к среде? Какие субъективные и объек- тивные условия необходимы для возникновения функции опосредствования, для возникновения зачаточных форм чувствительности?» Под объективными условиями имеются в виду условия, которые характеризуют среду, а под субъективными — те условия, которые обнаруживаются в процессах самого организма. Начнем анализ с объективных условий. Широко известный факт состоит в том, что на заре биологи- ческой эволюции живые организмы существовали и развивались в однородной,
гомогенной среде, колеблющейся, изменяющейся, но все же однородной. Напри- мер — водная среда. Такая гомогенная среда служит объективным условием, необ- ходимым для осуществления прямых процессов. Это непосредственное проникнове- ние в организм соответствующих веществ, непосредственное воздействие энергии.
Это то, что называется простейшей жизнью, описание которой вы можете найти в любой современной литературе, касающейся первоначальных форм жизненного процесса коацерватной капельки, если употреблять специфические термины, или жизнеспособного тела, если употреблять более широкий термин. Жизнеспособное тело — то, которое способно к саморегуляции в условиях изменчивой по своим свойствам первоначально простой однородной среды. Гегель в свое время обозна- чил такого рода среду очень ясным описательным термином, почти метафоричес- ким. Он называл такую среду средой-стихией.
Дальнейшая история развития жизни связана на более высоких ступенях эво- люции с переходом жизни от однородной среды, гомогенной, в среду предметную,
то есть среду, которая состоит из дискретных вещей, из дискретных предметов.
Этот переход начинает осуществляться в условиях водной среды, так как живой организм начинает реагировать не только на колебания самой гомогенной среды, но и на те объекты, которые могут существовать в этой среде. Появление такого типа реакции, реакции на дискретные объекты, становится совершенно оче- видным при переходе жизни в наземную среду, которая прежде всего является сре- дой дискретных предметов. А предмет не может быть охарактеризован каким-либо
47
ПРОБЛЕМА
ВОЗНИКНОВЕНИЯ
ПСИХИКИ
одним свойством; он всегда представляет собой узел свойств, жестко связанных между собой. Любое тело обладает целым рядом физических свойств. При воздей- ствии света оно обнаруживает такие свойства своей поверхности, как, допустим,
цвет и т.д. При механическом воздействии тело начинает распространять звуковые волны. Итак, вещь — это (я пользуюсь термином Гегеля и Маркса) «узел» различ- ных свойств. Когда я характеризую эту вещь, то первое, на что я должен обратить внимание, что должно войти в характеристику, — это то, что данная вещь описы- вается не одним свойством, а представляет собой «пучок свойств». Причем это пу- чок свойств, не случайно, не хаотически связанных между собой, а соединенных достаточно жестко. Любое тело, я имею в виду вещественное тело, как вы понима- ете, обладает свойствами физическими, механическими, пространственной формой,
величиной. Не правда ли? В условиях действия света оно обнаруживает свойство сво- ей поверхности в отношении данного воздействия. То есть оно, оказывается, высту- пает для нас как обладающее цветом. В условиях механического воздействия оно может оказаться способным распространять, вызывать, генерировать упругие вол- ны в воздухе или в воде, жидкости, то есть быть звучащим телом. Словом, в систе- ме вещей, которые необходимо связаны взаимодействием друг с другом, всякая вещь выступает как «сгусток» различных свойств.
При этом свойства, важные для поддержания ассимилятивно-диссимилятив- ного процесса, выступают как свойства, как бы прикрываемые другими, безразлич- ными с точки зрения ассимилятивно-диссимилятивного процесса свойствами. Под ними находится предмет «в оболочке». Я повторяю эту метафору. Но мы так при- выкли к этим метафорам. Мы говорим: поверхностное свойство и более глубокое свойство. И мы даже говорим, что всякий отражательный психический познаватель- ный процесс, в своей познавательной функции, — это процесс, который характе- ризуется переходом от поверхностного к тому, что скрыто за этим. Поэтому мы и говорим: проникновение за видимость вещей — вот функция познания. Конечно,
мы это говорим применительно к высоко развитым формам познавательной дея- тельности, но общий принцип остается тем же самым. Животное встречается с те- лом, которое обладает физическими, механическими, прежде всего, свойствами. Эти свойства ориентируют его, например, в химических свойствах тела. Сначала нужно проникнуть, cориентироваться в физических свойствах для того, чтобы получить отбор пищевого и не пищевого, угрожающего и не угрожающего своими химичес- кими свойствами. Надо проникнуть за эту поверхность. В этом все дело. Необходимо,
чтобы процессы были ориентированы на свойства, воздействующие первыми, по- мещенными как бы на поверхности этих вещей. Конечно, звуковая волна, достига- ющая органов, раздражимых по отношению к этому виду энергии, ничего не мо- жет изменить в диссимиляции, но она позволяет осуществить приспособление, в результате которого, скажем, вот этот шорох или другой звук ведет к возможности поглощения соответствующего или невозможности поглощения этого воздействую- щего тела, предмета (я подчеркиваю этот термин — предмета) и в результате — к поддержанию жизни или защиты жизнедеятельности организма от разрушающих влияний. Вот о чем речь.
Значит, мы можем ясно представить себе, скажем, воздействие кислорода,
непосредственно участвующего в процессах окисления, необходимых процессах об- мена веществ, и воздействие, скажем, цвета, формы, любых других механических свойств. Вот это различие и составляет необходимость появления различия и в фор- мах раздражимости.
48
ВВЕДЕНИЕ
В
ПСИХОЛОГИЮ
ЛЕКЦИЯ
6
Различие между воздействиями первого и второго рода закономерно приводит к различию в формах раздражимости. Раздражимость к воздействиям первого рода, к биотическим воздействиям можно назвать простой раздражимостью (irribilitas). Что касается раздражимости ко второго рода свойствам, которая необходимо возникает при переходе живых организмов в дискретную среду и выполняет функцию отраже- ния и ориентирования, то я предложил называть ее собственно чувствительностью
(sensibilitas).
В заключение я бы хотел особо отметить, что с самого начала психика воз- никает не как некоторое субъективное явление, которое не имеет жизненного зна- чения, а как фундаментальная биологическая функция, функция ориентации и от- ражения, без которой не может идти дальше процесс биологической эволюции в предметной среде.
И последнее замечание. Я не закончил сегодня изложение гипотезы. Для того,
чтобы изложить ее хотя бы схематически, нужно сделать еще по крайней мере два шага. Может быть, и больше. Позвольте пока на этом закончить.
лекция 7
предметная деятельность как основание психики
В
ходе эволюции происходит как бы раздвоение процессов, осуществля- ющих единую жизнь организма. Уже на относительно раннем этапе биологической эволюции наряду с процессами, непосредственно осуществляющими поддержание существования живых организмов, выделяются процессы, отвечающие на такие воз- действия, которые в этом отношении (поддержания существования организмов)
сами по себе являются нейтральными. Таково было первое положение, которое я выдвигал в прошлый раз. Второе положение состоит в том, что эти особые про- цессы, процессы второго рода, необходимо возникают при переходе к жизни в сре- де дискретных предметов. Они связывают организмы с предметной средой. Причина возникновения этих процессов особого рода лежит прежде всего в природе самой окружающей среды, которая становится на известных уровнях развития жизни пред- метной средой. Другая предпосылка, которую необходимо иметь в виду для того,
чтобы понять этот переход, заключается в активном характере жизненных процессов.
Это значит, что в самой природе живого и жизнеспособного организма заключена необходимость самостоятельной силы реакции, то есть необходимость осуществле- ния известных процессов, которая на более высоких ступенях эволюции отчетливо находит свое выражение в наличии внешне наблюдаемой активности, которая не является реактивной, то есть отвечающей на тот или иной стимул. Такого рода вне- шняя активность, подробно описанная в последнее время, представляет собой предметно не направленную, или поисковую, активность, которая проявляется, на- пример, в ауторитмических движениях новорожденных. Эта активность, идущая «на- встречу» среде, не побуждается непосредственно воздействием среды и не отвечает предмету потребности до тех пор, пока он не обнаружен.
Грубая иллюстрация. Представьте себе прорастающий росток какого-нибудь растения. Если этот росток лишить света, то он будет тянуться вверх, но через не- которое время обесцветится и погибнет (если это зеленое растение), так как для поддержания его существования необходимо хлорофильное преобразование падаю- щей на растение энергии в виде солнечных лучей. Но, несмотря на тот факт, что хлорофильное преобразование падающих на растение лучей является обязательным условием существования и нормального развития растения, если рядом с растени- ем будет падать солнечный луч, оно не совершит никаких пробующих поисковых движений. Поэтому, кстати, сложился образ неподвижного растения (растение не- подвижно в отличие от животного).
Принципиально другую картину мы наблюдаем, когда имеем дело с животным,
пусть даже только что появившимся на свет. При наблюдении за животным мы стал- киваемся с проявлениями ненаправленной внешней активности, которая не имеет
50
ВВЕДЕНИЕ
В
ПСИХОЛОГИЮ
ЛЕКЦИЯ
7
адекватного раздражителя. По-видимому, какие-то воздействия среды есть, но они еще не связаны однозначно с ответными реакциями. Поэтому, вообще говоря, эти ре- акции еще не есть ответные реакции. Итак, в одном случае невозможность удовлетво- рения потребности приводит к тому, что животное постепенно погибает; в другом слу- чае она становится причиной ненаправленной поисковой активности, проявляющейся во внешних движениях организма. У растений, вообще говоря, вероятно, тоже есть по- добного рода активность, но не выраженная в явной внешней форме.
Как переход к существованию в предметной среде, так и наличие поисковой активности у различных живых организмов, являются обязательными предпосылка- ми появления процессов «второго рода». Как их назвать?
Мы могли бы назвать эти процессы процессами поведения, тем самым про- тивопоставив их процессам отправлений организма. Я предпочитаю называть процес- сы второго рода процессами деятельности, определяя деятельность как систему про- цессов, осуществляющих взаимодействие организма именно с предметной средой.
Впрочем, я буду иногда использовать термин «поведение» в более широком значе- нии, чем его используют бихевиористы. Я готов сделать еще одно терминологическое уточнение. Этот термин «деятельность» я сокращаю, так как по определению необхо- димо было бы сказать «предметная деятельность». Деятельность всегда предметна.
Еще раз напомню, что возникновение деятельности связано с выделением
(с раздвоением) в ходе эволюции двух классов раздражимости: раздражимости по от- ношению к воздействиям, необходимым для поддержания существования организма,
и раздражимости к абиотическим, нейтральным, воздействиям (выполняющим сиг- нальную — и это хорошее слово — роль, то есть роль сигналов чего-то), или собствен- но чувствительности. Функция чувствительности заключается в ориентировании орга- низмов по отношению к воздействиям второго рода, выполняющим сигнальную роль,
причем чувствительность может выполнять функцию ориентирования лишь при усло- вии, что эффекты, возникающие при воздействии нейтральных абиотических раздра- жителей, являются отражением свойств объективной среды в их связях.
Однако свойства предметов, ориентирующие организм, не всегда правильно связываются с внешними биотическими воздействиями, воздействиями первого ро- да, отвечающими потребностям организма. Давайте рассмотрим простой пример. Мы ориентируемся посредством вкусовых ощущений на свойства сахара как питательно- го вещества. Но, само собой разумеется, что вкус сладкого сам не способен обеспе- чить удовлетворения потребности в углеводах. Можно легко создать ситуацию, в ко- торой вы будете испытывать ощущение сладости, но не удовлетворите потребности организма в углеводах. Для этого нужно заменить сахар сахарином. При этом ощу- щение сладости останется, а потребность организма, нужда в углеводном питании оказывается неудовлетворенной, хотя на первых порах вы не ощущаете этого свое- образного обмана. Так, в трудные годы людям приходилось пить чай с сахарином.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 51
Вначале подмена не чувствовалась, и осознаваемая потребность человека казалась удовлетворенной, а затем вкус сахарина как бы изменился, стал «плохим», так как явно проявилось углеводное голодание. В связи с такого рода «обманами» мне вспоми- наются опыты одного из учеников И.П.Павлова. Опыты заключались в следующем.
Голубям давалась фасоль двух цветов: коричневая и белая. Фасоль белого цвета была лишена витаминов. Через некоторое время все голуби научились выбирать и есть только ту фасоль, которая сохраняла свои витаминные свойства. Таким образом, вначале —
заблуждение, а затем — появление настоящего значения признака, сигнального воз- действия. Почву для таких заблуждений создает раздвоенность на воздействия перво- го и второго рода. Встает вопрос: «Каким путем происходит изменение сигнальности
51
ПРЕДМЕТНАЯ
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
КАК
ОСНОВАНИЕ
ПСИХИКИ
различных признаков, утрата сигнальности одних признаков и появление сигнально- сти у других признаков?» Ключ к ответу на этот вопрос лежит в том, что голуби, как и люди в примере с сахарином, действовали, продолжали вступать в контакт с соот- ветствующими предметами. И именно в результате опыта действования происходило изменение, уточнение признака. Признак способен изменить свое сигнальное значе- ние в практическом процессе (а жизнь всегда есть практический процесс), в жизне- деятельности организма. В деятельности организма происходит дифференциация сиг- нальных значений различных физических свойств. Так, в примере с фасолью цвет приобрел особое сигнальное значение.
В условиях жизни, связанной с ориентировкой в предметной среде, особую форму приобретают переходы, осуществляющиеся при взаимодействии живого орга- низма, я ввожу новый термин — «субъекта», и предмета, «объекта». Один переход ясен. Это те изменения, которые субъект вносит в предметный мир, в предметную среду, действуя в этой среде. Следует подчеркнуть, что в мире животных такие из- менения не носят преднамеренного характера. Голубь, дробя клювом фасоль, изме- няет ее; тем самым происходит переход деятельности животных во внешние эффек- ты, в предметные изменения. Другой переход (менее ясный) — это переход свойств предмета и связей этих свойств в состояния субъекта, опосредствующие его связи с предметным миром. Итак, с одной стороны, субъект, действуя в соответствии со сво- ей ориентировкой, изменяет предметную среду, а с другой — в этом же процессе происходит возникновение состояний, отражающих свойства предметной среды. Это изменение того состояния субъекта, которое мы называем состоянием чувствитель- ности, или — выражаясь языком более конкретным — ощущением. Первоначальные формы чувствительности обладают не только недостаточной дифференцированнос- тью, не только носят диффузный характер, но они, в отличие от того, что мы имеем в виду под ощущениями в обыденной жизни, не отделены от «чувствований» и «аф- фектов». В первоначальных формах чувствительности нет расчленения на состояния,
вызываемые объектом, которые мы называем «чувствованиями», и «воспринимаемы- ми» свойствами этого объекта. Такое расчленение, раздвоение чувствительности выс- тупает лишь на более поздних этапах развития; в первоначальной же форме чувстви- тельность в смысле «ощущения» и чувствительность в смысле «чувствования» слиты друг с другом (в нашем языке, кстати говоря, эти два значения слова «чувствитель- ность» хорошо выражены; вот почему я люблю слово «чувствительность», а не «ощу- щение»). Эта слитность особенно ярко выступает в форме древней чувствительности,
протопатической чувствительности даже у человека (например, в обонятельной и вкусовой чувствительности: когда мне в рот попадает хина, я одновременно ощущаю очень горький вкус и страдаю от этого). Я подчеркиваю это потому, что в моей книге
«Проблемы развития психики» эта мысль недостаточно четко прописана. Дифферен- циация функций чувствительности на гностическую (собственно познавательную)
чувствительность и чувствительность в смысле эмоционального состояния медленно происходит на протяжении всей биологической эволюции. Имеются такие переход- ные состояния, которые называются синестезиями, фиксированные даже анатоми- чески в определенном смысле. Это взаимодействия органов чувств, совместное дей- ствие различных органов чувств. В обыденной жизни мы часто встречаемся с такой ситуацией: в связи с простудой «выключено» обоняние — и пища кажется безвкус- ной. Иногда бывают нетипичные синестезии — цветной слух, например. И затем про- исходит раздвоение этих двух форм чувствительности.
Таким образом, взаимопереходы «субъект—объект» осуществляются в форме предметной деятельности — в той форме, которая отлична от «деятельности кишеч-