Естественно предположить, что задачи, которые ставят перед собой студенты по отношению к своему профессиональному будущему, будут разными.
Рис. 4. Представления опрошенных студентов о возможности сформировать мобильность в период обучения в вузе, данные за 2019 год
Fig. 4. Students' expectations about the possibility of forming their mobility when studying at the university (2019)
Проиллюстрируем нашу мысль на материалах проведенного опроса. Ответы студентов на вопрос о задачах, которые они планировали решать, поступая в магистратуру, разделились на четыре группы.
1. Задачи вертикальной мобильности (трудоустройство, расширение возможностей для карьерного роста, расчет на более высокую зарплату, хорошие условия труда).
2. Задачи горизонтальной мобильности (получение образования по другому направлению подготовки).
3. Задачи саморазвития (самореализация).
4. Задачи, не связанные с профилем магистерской программы (спонтанный выбор, избегание неприятной ситуации, например призыва в армию).
На рис. 5 представлены систематизированные ответы респондентов на вопрос о причинах поступления в магистратуру. Опрошенных магистрантов мы условно разделили две группы: в первую группу вошли те, кто поступил в магистратуру сразу после завершения бакалавриата (специалитета), во вторую - те, кто сделал свой выбор спустя год, пять, десять лет и более.
Сравнение ответов респондентов двух групп показало, что более остро задачи вертикальной мобильности (карьерный рост, высокая зарплата, аспирантура) стоят у тех, кто только завершил обучение и еще не успел примерить на себя профессиональную деятельность.
Реализация задач саморазвития более актуальна для тех, кто уже столкнулся с профессиональной деятельностью. Четверть респондентов, пришедших в магистратуру спустя определенное время после обучения, ставят перед собой задачи, связанные с самореализацией.
Горизонтальная мобильность более актуальна для респондентов второй группы, для тех, кто имел время на осмысление своего профессионального выбора после завершения обучения. Из числа респондентов, пришедших в магистратуру спустя год и более, 27 % имеют цель сменить профессию. Сменить профиль подготовки в момент завершения обучения готово существенно меньшее число выпускников бакалавриата.
Развитию профессиональной мобильности способствует совмещение обучения с работой. По данным нашего исследования, учатся в магистратуре и одновременно работают 82 % опрошенных магистрантов. Ситуация вряд ли будет меняться, так как 87 % студентов бакалавриата планируют совмещать обучение в магистратуре с работой. Работающий студент - это распространенное явление не только в России, но и за рубежом. Совмещение учебы с работой, по мнению зарубежного исследователя ЭлифаКескинера, обеспечивает значительные преимущества для перехода от обучения к работе, позволяет студентам «развивать культурный и социальный капитал» [20, р. 74].
Рис. 5. Причины поступления в магистратуру опрошенных выпускников бакалавриата и специалитета, данные за 2019 год Fig. 5. ReasonstoPursue a Master'sDegree (2019)
Работающий студент - это субъект, который «реализует, выражает, утверждает, воплощаетсебя», не только отвечая на требования ситуации, «а в порядке встречного, противостоящего, преобразующего ситуацию и саму жизнь отношения - своего решения» [21, с. 102].
Очевидно, что в одной аудитории собираются студенты не только с разными образовательными запросами, но и с разным опытом вхождения в профессию. У обучающихся разная готовность к потреблению образовательных услуг, они в разной степени способны выстраивать свою траекторию личностного и профессионального развития.
Можно смело предположить, что те, кто решил сменить профессию, завершая обучение в бакалавриате, скорее всего, только условно готовы сформулировать свой образовательный запрос к магистерской программе. Те же, кто уже несколько лет в профессии и намерены в ней оставаться, развиваясь дальше, так или иначе представляют результат собственных усилий по овладению образовательной программой. «Трудоваядеятельность студентов по приобретаемой специальности способствует становлению их профессиональной идентичности» [22, с. 72].
Расширение практики совмещения работы с учебой в магистратуре выводит на повестку дня задачу успешного завершения образовательной программы. Профессиональная занятость становится существенным препятствием к освоению образовательной программы. Данная проблема обсуждается как в отечественных, так в зарубежных исследованиях: «трудоустройство студентов оказалось физически и умственно очень требовательным для многих респондентов и часто наносило ущерб их учебе» [20, с. 73].
Сложность составляет отсутствие студентов на занятиях. Часть студентов, закончив бакалавриат и поступив в магистратуру, просто не может приступить к обучению в силу своей зависимости от работодателя. При этом данные исследований говорят, что профессиональная занятостьстудентов «приводит лишь к незначительному снижению их успеваемости» и, в конечном счете, свидетельствует «о невысоком качестве получаемого образования» [23, с. 175]. Решение задачи завершения образования зачастую реализуется за счет снижения требований к нему.
В настоящее время в вузах осуществляется единый подход к студентам, вне зависимости от их опыта, профессиональной занятости, сфор- мированности профессиональных интересов. Такая ситуация должна меняться. образовательная политика мобильность студент
Совмещение обучения с профессиональной деятельностью требует более мобильной образовательной среды. Мобильная образовательная среда должна обеспечивать условия для развития имеющегося у студента потенциала. В процессе обучения должен обогащаться ролевой репертуар студента методической, управленческой, аналитической, научно-исследовательской деятельности и в других видах деятельности.
Необходимо искать новые формы обучения с учетом профессиональной мобильности студентов. Обучение должно способствовать обогащению профессионального развития. Нужно, чтобы для работающих студентов мерилом качества образовательной программы являлось формирование способности решать новые профессиональные задачи. Построение траектории личностного и профессионального развития требует квалифицированной помощи и сопровождения, что обусловливает необходимость выделения дополнительных управленческих ресурсов.
Выводы
1. Мобильность студентов - это явление, которое получило новое развитие в практике управления российскими вузами после вступления России в Болонский процесс. Мобильность студентов выступает условием сохранения конкурентоспособности вуза как на российском рынке образовательных услуг, так и на международном.
2. Понятие «мобильность» имеет широкий контекст и рассматривается учеными как перемещение субъектов образовательного процесса из одной страны в другую на определенный период; как та или иная форма академической активности внутри страны, выходящая за пределы своего вуза; как интегральное качество личности, которое проявляется в ее готовности к изменениям.
3. Современная ситуация характеризуется высокой готовностью молодежи к смене места жительства с целью получения качественного образования. Данная готовность - следствие неоднородности российского рынка образовательных услуг. По результатам проведенного исследования центром притяжения студентов являются Центральный, Приволжский и Уральский федеральные округа. Основную ставку отечественные вузы делают на контингент своего региона.
4. В сфере реализации академической мобильности государством принимаются следующие меры: разрабатываются государственные программы, учреждаются фонды поддержки, ведется государственный контроль и мониторинг международной мобильности студентов. Сдерживающими факторами в развитии академической мобильности сегодня являются пробелы в нормативном сопровождении, в организационной поддержке пребывания иностранных студентов в вузе, ограниченные финансовые ресурсы как вузов, так и студентов.
5. Основная доля студенческой активности приходится на конференции в другом вузе российского региона. Стажировки и участие в проектах в зарубежном вузе остаются единичными. При этом возможности для студенческой мобильности, которые может предоставить вуз, значительно шире тех, которыми реально воспользовались студенты.
6. Профессиональная мобильность как интегральное качество личности обозначила новый спектр управленческих проблем. Работающий студент способен формировать встречный запрос к образованию, но в то же время профессиональная занятость приводит к сложностям в освоении образовательной программы. Такая ситуация требует более мобильной образовательной среды, в то время как среда современного вуза остается ригидной. Задача успешного завершения образовательной программы отдается на откуп преподавателю и студенту и решается большей частью за счет снижения требований к получаемым знаниям и умениям.
7. Политика поддержки и сопровождения студенческой мобильности требует задействовать всю совокупность управленческих инструментов и направить усилия:
- на формирование конкурентного преимущества на рынке образовательных услуг для привлечения студентов с высоким интеллектуальным потенциалом;
- создание «интернациональной среды» для интеграции иностранных студентов в российское образование;
- формирование механизмов организационно-нормативного сопровождения академической мобильности;
- организацию нового сценария взаимодействия вуза с работающими студентами, проявляющими профессиональную мобильность в период обучения в вузе.
Список литературы
1. Теплякова О. А. Академическая мобильность как платформа для развития российско-скандинавских отношений // Вопросы российского и международного права. 2016. Т. 6. № 11А. С. 58-68. DOI: org/10.24158/tipor.2017.5.13.
2. Бвураева В. Г. Профессиональная мобильность как интегральное качество личности современного специалиста // Балтийский гуманитарный журнал. 2015. № 4 (13). С. 70-73.
3. Игошев Б.М.Сущностно-логический анализ мобильности как межнаучного понятия // Педагогическое образование в России. 2014. № 1. С. 105-111.
4. Филиппов В. М., Краснова Г. А. Управление процессом интернационализации в вузе: опыт Российского университета дружбы народов // Университетское управление: практика и анализ. 2010. № 3. С. 12-15.
5. Сагинова О. В. Интернационализация высшего образования как фактор конкурентоспособности // Вестник Российского экономического университета им. Г В. Плеханова. 2004. № 1. С. 15-25.
6. Brooks R. Higher Education Mobilities: a CrossNational European Comparison // Geoforum. 2018. Vol. 93. P 87-96. URL: https://doi.org/10.1016/j.geofo- rum.2018.05.009 (дата обращения: 06.06.2020).
7. Вершинина И. А., Курбанов А. Р., Панич И. А. Иностранные студенты в России: особенности мотивации и адаптации // Университетское управление: практика и анализ. 2016. № 6 (106). С. 94-102.
8. ChankselianiМ.The Politics of Student Mobility: Links between Outbound Student Flows and the Democratic Development of Post-Soviet Eurasia // International Journal of Educational Development. 2018. Vol. 62. P 281-288. URL: https://doi.org/10.1016/j.ijedudev.2018.07.006 (дата обращения: 06.06.2020).
9. TranaМ., MoorebК., ShonecМ.Interactive Mobilities: Conceptualising VFR Tourism of International Students // Journal of Hospitality and Tourism Management. 2018. Vol. 35. P 85-91. URL: https://doi.org/10.1016/. jhtm.2018.04.002 (датаобращения: 06.07.2020).
10. Модернизация и инновационное развитие экономических систем : [коллективная монография] / под общей редакцией В. М. Матюшка. Москва : Изд-во Российского университета дружбы народов, 2014. 580 с.
11. Савенкова Ю. С., Советкина А. А. Управление конкурентоспособностью вуза в современных социальноэкономических условиях // Вопросы образования. 2009. № 4. С. 182-199.
12. Возможности международных партнерств и инициатив в привлечении иностранных студентов / Е. В. Вашурина, О. А. Вершинина, Я. Ш. Евдокимова,
О. Н. Олейникова // Университетское управление: практика и анализ. 2016. № 6 (106). С. 54-63.
13. Пимонова С. А., Фомина Е.М. Международная студенческая мобильность как элемент интернационализации образования // Университетское управление: практика и анализ. 2019. Т. 23, № 4. С. 91-103.
14. ДиброваМ. И., Кабанова Н.М. Изменения в структуре вуза как следствие интернационализации образования // Университетское управление: практика и анализ. 2004. № 2. С. 58-60.
15. Веселовский М. Я., Семеняк О. В. Развитие рынка образовательных услуг высшей школы в условиях формирования единого образовательного пространства // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2007. № 3 (17). С. 5-9.
16. Габдрахманов Н. К., Никифорова Н. Ю., Лешуков О. В. «От Волги до Енисея...»: образовательная миграция молодежи в России / НИУ ВШЭ, Институт образования. Москва :ИздательскийдомВысшейшколыэкономики, 2019. 48 с.
17. Мартыненко О. О., Жукова Н. В. Управление академической мобильностью в вузах // Университетское управление: практика и анализ. 2008. № 1 (53). С. 65-75.
18. Nordic Students Abroad. Student Mobility Patterns, Student Support Systems and Labor Market Outcomes / MiiaSaarikallio-Torp, JanneckeWiers-Jenssen (eds.). Sastamala :VammalanKirjapaino Oy, 2010. 152 р. URL: https://core. ac.uk/reader/14913436 (датаобращения: 06.06.2020).
19. Зеер Э. Ф., Морозова С. А., Сыманюк Э. Э. Профессиональная мобильность - интегральное качество субъекта инновационной деятельности // Педагогическое образование в России. 2011. № 5. С. 90-97.