Показатели данных авторитетных рейтингов проливают свет на многие проблемы, но и демонстрируют сильные, привлекательные стороны туристической отрасли Таджикистана. Так, в рейтинге «Индекса конкурентоспособности путешествий и туризма» состояние этой отрасли в каждой стране определяется по 14 показателям. Таджикистан по параметру «безопасность и охрана» лидирует в регионе, имеет хорошие показатели по показателям «здоровье и гигиена», «человеческие ресурсы и рынок труда», «бизнес-среда», «ценовая конкурентоспособность», но сильно отстает по развитию информационных и коммуникационных технологий, туристической инфраструктуры [21].
Рейтинг государственного бренда в сфере туризма, который готовит компания «Bloom Consulting», составляется на основе четырех показателей:
- показатели экономического развития, связанные с туризмом;
- упоминания в поисковых запросах в контексте туризма (digital demand);
- показатели стратегического позиционирования национальных туристических организаций (country brand strategy);
- стратегии присутствия в виртуальном пространстве (online performance).
В 2017 г. Таджикистан впервые оказался в этом рейтинге (179-е место), получив категорию B - «относительно хорошо» (slightly good) по такому важному показателю, «как стратегическое позиционирование национальных туристических организаций». Значимость данного показателя выявляется после анализа онлайн-запросов, связанных с Таджикистаном в интернете. Нас же интересует именно туристическая привлекательность страны, т.е. то, что ищут пользователи о туризме в Таджикистане. Согласно данным The Digital Country Index 2017, больше всего пользователи Сети ищут информацию о туризме и об инвестициях в Таджикистане. В контексте туризма 77% интересуются общей информацией о стране, остальные - природными красотами и развлечениями, культурным наследием и состоянием туристического рынка. Логично, что при слабой представленности Таджикистана в интернете, пользователи-
потенциальные туристы / инвесторы сталкиваются с недостатком информации, что может оказать влияние на их выборе страны посещения или на решении инвестировать в ее экономику.
Таким образом, можно говорить, что культурное наследие Таджикистана формирует хорошую основу для развития туризма, который в свою очередь может способствовать укреплению «мягкой силы» этой республики. Однако существующие проблемы тормозят практическое превращение туристической отрасли в инструмент таджикской «мягкой силы».
3. Международные инициативы с акцентом на водную дипломатию. Наряду с культурным компонентом потенциал «мягкой силы» государств формируется за счет их успешных международных инициатив. В этом сегменте у Таджикистана имеются успехи, которые, в первую очередь, связаны с усилиями страны в области водного сотрудничества. Президент республики Эмомали Рахмон с высоких международных трибун привлекает внимание мирового сообщества не только к проблемам Таджикистана, соседнего Афганистана, к борьбе с терроризмом и контрабандой наркотиков, но особый акцент делает на обеспечении человечества чистой водой [23].
В определении глобальной повестки дня по водному сотрудничеству Таджикистан действительно является одним из самых активных государств. Одним из важнейших международных достижений Таджикистана стало поддержание в ООН инициативы его Президента об объявлении 2003 г. годом пресной воды. С тех пор Таджикистан превратился в одного из главных международных игроков в сфере водной дипломатии. В соответствии с Душанбинской декларацией 23 декабря 2003 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла соответствующую резолюцию относительно объявления 2005-2015 гг. Международным десятилетием действия «Вода для жизни». Принимая во внимание нарастающую водную проблематику и признавая сотрудничество как ключевой фактор в их решении, Генассамблея ООН по инициативе таджикского государства в 2010 г. объявила 2013 г. Международным годом водного сотрудничества [23].
В июне 2015 г. на душанбинской Международной конференции высокого уровня по итогам реализации Международного десятилетия действий «Вода для жизни, 2005-2015» высокопоставленные участники конференции в своих выступлениях поддержали достойные инициативы Таджикистана, в том числе очередное предложение президента республики о провозглашении нового международного десятилетия действий под лозунгом «Вода для устойчивого развития». Данная глобальная инициатива в декабре 2016 г. была единодушно одобрена резолюцией Генассаблеи ООН, которая дает старт новой декаде международной программы «Вода для устойчивого развития (2018-2028)» [24].
По нашему мнению, лидерские позиции Таджикистана в определении глобальной повестки дня по одному из острейших вопросов современности - водному вопросу, авторитет его президента Э. Рахмона, сделавшего многое для продвижения водной дипломатии, способствуют укреплению потенциала «мягкой силы» таджикского государства [25]. Проведение в стране международных мероприятий по данной теме, как отмечают эксперты, направлено на создание Таджикистаном своего образа как ответственного регионального и глобального актора, защитника окружающей среды и на решение существующих противоречий с соседями по водному вопросу с помощью «мягкой силы».
Таджикская диаспора за рубежом. Сегодня на фоне стремительного роста иммигрантских сообществ можно говорить, что одним из сценариев развития человечества является «диаспоризация мира» [26. С. 80]. Диаспора справедливо рассматривается как один из значимых проводников «мягкой силы» государства. Правильная работа с диаспорой, по мнению Н. Емельянова, не только поможет в привлечении инвестиций, но и в оказании влияния на зарубежное общественнное мнение, в построении привлекательного образа исторической родины [27].
Еще в 1993 г., выступая на Всемирном форуме таджиков и зарубежных соотечественников, таджикский президент Э. Рахмон призывал гостей форума «лучше познакомиться с Таджикистаном, чтобы благосклонно относиться к Таджикистану, его народу, внутренней и внешней политике» и назвал их потенциальный вклад в это дело «великой исторической миссией» [28]. С тех пор республика работает с диаспорой через проведение форумов, конференций, орагнизовывая встречи через посольства и другие официальные ведомства [29].
Таджикистану еще предстоит установить численность таджикской диаспоры и оценить ее возможности в социально-экономическом развитии исторической родины и в плоскости «мягкой силы». Для этого необходимо целый набор шагов - от установления численности, определения целей взаимодействия с диаспорой, уточнения характеристик диаспоры, укрепления доверия между диаспорами и госучреждениями до мобилизации диаспоры в качестве партнера в развитии Таджикистана [30. Р. 9-10]. По данным ООН, основная доля (около 75%) таджикской диаспоры приходится на Россию [31]. Специалисты отмечают, что интеллектуальный потенциал таджикской диаспоры в России огромный, но использование его - мизерное [32. С. 802].
Деятельность существующих организаций таджикской диаспоры, например в России, показывает, что при умелом использовании этого ресурса можно добиться хороших результатов в плане представления национальной культуры, адаптации прибывающих мигрантов и формирования адекватного образа народа и страны. Примером является Региональная общественная организация «Таджикская диаспора “Нур”», которая своими ресурсами и при поддержке Посольства Таджикистана в Москве регулярно участвует в крупных российских и международных культурных мероприятиях, представляя богатую культуру Таджикистана. Она вносит вклад в адаптацию таджикских мигрантов в российском обществе через организации лекций и семинаров для мигрантов, уроки русского, английского и математики - для их детей [33. С. 186].
В целом, если Таджикистан помимо заполнения вышеназванных пробелов будет еще совершенствовать организацию коммуникаций с таджикской диаспорой, т.е. если будут учреждены подразделения по работе с диаспорой при компетентных государственных ведомствах, созданы интерактивные веб-порталы для обеспечения онлайн-контактов с организациями и членами диаспоры [34], то таджикская диаспора может стать реальным проводником «мягкой силы» Таджикистана.
Конечно, существование потенциала «мягкой силы» не означает автоматичекое обладание такой силой. Необходима последовательная, систематическая работа, чтобы конвертировать такой потенциал в реальный инструмент достижения внешне- и внутриполитических целей государства. Здесь Таджикистану целесообразно обратиться к международной практике использования института публичной дипломатии, являющегося инструментом продвижения «мягкой силы».
Публичная дипломатия: возможности для Таджикистана
Публичную дипломатию простыми словами можно определить как систему взаимодействия одного государства с зарубежной общественностью другого с целью установления долгосрочных отношений, оказания влияния на общественное мнение и формирования своего позитивного имиджа. Такая политика реализуется разными инструментами - от применения культурной дипломатии, СМИ, НПО до образовательных обменов и использования ресурсов диаспор [35. С. 63-73].
Говоря о возможностях публичной дипломатии для Таджикистана, следует отметить, что таджикский исследовательский дискурс о публичной дипломатии еще не сформировался, что можно объяснить недостаточностью накопленного практичекого национального опыта и научных разработок в этой сфере. На практике Таджикистан прибегает к инструментам публичной дипломатии, и активизация деятельности в этом направлении может способствовать научному осмыслению рассматриваемого феномена в среде таджикских ученых [36. С. 142].
Одним из аспектов публичной дипломатии является культурная дипломатия, которую специалисты называют одним из «важнейших приоритетов государства и неотъемлемой частью его внешнеполитической стратегии» [37. С. 76]. В Концепции внешней политики Республики Таджикистан культурная дипломатия провозглашается именно в таком качестве; отмечается важность многоплановой работы с зарубежными соотечественниками и «создания атмосферы интереса и доброжелательного отношения к Таджикистану и его народу со стороны мирового сообщества и международных политических кругов» [38]. Для продвижения таджикской культуры за рубежом страна действительно делает многое. Официальные представительства Таджикистана за рубежом, особенно в России, в сотрудничестве с активными организациями таджикской диаспоры продвигают таджикскую культуру. Можно назвать ежегодное празднование Навруза на больших площадках в крупных городах России, организацию различных культурных, творческих вечеров видных таджикских деятелей культуры, фотовыставки и другие мероприятия [39]. Дни культуры Таджикистана успешно прошли во многих странах - от Китая, России, Индии до Германии, Франции, Ирана. Наряду с культурными мероприятиями за пределами страны в самом Таджикистане регулярно проходят международные конференции, посвященные искусству, музыке, творчеству классиков таджикско-персидской литературы. В этом направлении работает и Таджикское общество дружбы и культурных связей с зарубежными странами (ТОДКС) - общественная некоммерческая организация, действующая на принципах народной дипломатии в интересах развития и укрепления межкультурных связей с народами зарубежных стран. ТОДКС имеет 14 обществ дружбы с разными странами мира [40].
Таджикистан активно занимается благоустройством историко-культурных памятников, которых в стране свыше 2 тысяч [41]. Такая работа увеличивает число исторических достопримечательностей, привлекая внимание туристов. Однако значительных медиа-ресурсов, на которые сегодня во многом опирается публично-дипломатическая деятельность, страна не имеет. На информационном поле она пока не представлена конкурентоспособными информационными и медийными инструментами. Туристический потенциал Таджикистана без солидного мультиязычного информационного пиар-механизма оказывается слабо задействованным. Эксперты отмечают, что страна недостаточно использует возможности интернета - в поисковиках вроде Яндекс и Google в основном доминируют негативные новости о Таджикистане [18], что не может привлекать туристов, которые сегодня в большинстве случаев (около 77%) при выборе туристической дестинации обращаются к интернету [42]. Таких видеороликов, как «Tajikistan. Feel the friendship», который транслировался в 2011 г. на канале Евроньюс для привлечения туристов и рекламы Таджикистана, должно быть в разы больше, чтобы формировался туристический бренд страны.
Наряду с международной рекламой надо заниматься улучшением туристической инфраструктуры внутри страны. Руководство страны признает, что «по сравнению с другими странами, туристическая инфраструктура в стране до сих пор развивается неправильно и не отвечает современным требованиям» [43]. В последние годы, однако, предпринят ряд шагов, что в итоге может оказать положительное влияние на туристическую привлекательность Таджикистана. Например, в 2016 г. страна ввела электронные визы. Этот шаг, значительно упрощая процесс подачи заявки, делает Таджикистан одной из пяти стран в мире, в которых проще всего получить туристическую визу [44]. Важной также кажется структурное преобразование в виде созданного в 2017 г. отдельного Комитета по развитию туризма. Раньше он был частью Комитета по делам молодежи, спорта и туризма. Последний в 2016 г. провел 613 мероприятий различного уровня - от конференции и туристических ярмарок до участия таджикских туристических компаний в аналогичных мероприятиях за пределами страны. На 5-м Форуме туристических компаний комитет провел акцию «Таджикистан - страна туризма»; было распространено более 2 500 буклетов, брошюр, кассет и дисков о туристических местах страны [45].
Может показаться, что автор, вдаваясь в анализ туристической отрасли, уходит от темы статьи, однако рассмотрение туризма как потенциала «мягкой силы» страны и публичной дипломатии как инструмента конвертации такого потенциала в ресурс реальной политики, требует подобного отступления. Туристическая дипломатия, хотя и по сущности является экономической, но сегодня в большей степени осуществляется методами публичной дипломатии [46. С. 95].