Предметом нашего изучения являются фоноструктурные и структурно-семантические особенности лексических параллелей наименований домашних животных в якутском языке и в языке древнеуйгурских письменных памятников XI в. Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» и Махмуда ал-Кашгари «Диван Лугат ат-Турк».
Цель исследования заключается в выявлении фоноструктурных и лексико-семантических особенностей лексических параллелей наименований домашних животных в якутском языке и в языке древнеуйгурских письменных памятников XI в. Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» и Махмуда ал-Кашгари «Диван Лугат ат-Турк».
Исходя из этого, в работе решаются следующие задачи:
1) выявление лексических параллелей якутского языка и языка древнеуйгурских письменных памятников XI в. Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг», Махмуда ал-Кашгари «Диван Лугат ат- Турк», исследование их в рамках когнитивно-идеографической группы «Домашние животные»;
2) определение степени устойчивости и установление изменчивости лексических значений именных основ языка древнеуйгурского письменного памятника Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» по отношению к якутским формам;
3) определение степени устойчивости и установление изменчивости лексических значений наименований домашних животных в языке древнеуйгурского письменного памятника Махмуда ал- Кашгари «Диван Лугат ат-Турк» по отношению к якутским формам;
4) рассмотрение устойчивости и изменчивости фоноструктурных оформлений древнеуйгурских лексем по отношению к якутским формам;
5) выявление причин изменения фоноструктурных типов наименований домашних животных якутского языка по отношению к исследуемым письменным памятникам;
6) cоставление количественной характеристики структурно-семантических особенностей лексических параллелей якутского языка и языка древнеуйгурских письменных памятников «Кутадгу билиг», «Диван Лугат ат-Турк»;
7) проведение сравнительного анализа количественной характеристики структурно-семантических, фоноструктурных особенностей лексических параллелей древнеуйгурских письменных памятников по отношению к якутскому языку.
Основная часть
якутский язык письменный памятник
Наименования домашних и диких животных в тюркских языках, как и в других алтайских языках, привлекают внимание исследователей в течение длительного времени. Это касается наблюдаемых сходств в названии животных, прежде всего, в наименовании домашнего скота - лошади, овцы, осла, верблюда [4. С. 31]. Названия домашних животных якутского языка ранее не подвергались исследованию в сравнительно-сопоставительном аспекте с языками древнетюркских письменных памятников, в том числе и с древнеуйгурскими письменными памятниками. Данное исследование может быть ценным в плане появлений отдельных объяснений и выявлений лексико-семантических, фоноструктурных особенностей якутских зоонимов, имеющих лексические параллели в языках древнеуйгурских письменных памятников XI в. Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» и Махмуда ал- Кашгари «Диван Лугат ат-Турк».
Материалом для исследования послужили следующие лексикографические источники: «Толковый словарь якутского языка» (Новосибирск, Наука, 2004, 2005, 2006, 2007, 2008, 2009, 2010, 2011, 2012, 2013), «Словарь якутского языка» (Пекарский Э.К., Л., 1959) «Этимологический словарь тюркских языков» (М., 1974, 1978, 1980, 1989, 1997, 2000, 2003), древнеуйгурские письменные памятники Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» (редакция и перевод Решита Рахмети Арат) (Стамбул, 1979), Махмуда ал-Кашгари «Диван Лугат ат-Турк» (перевод З.-А. М. Ауэзовой, редакция И.Н. Тасмагамбе- това, М.Х. Абусеитовой, С.Г. Кляшторного и др.) (Алматы, 2005).
В рамках исследования в якутском языке выявлено всего 19 наименований домашних животных, имеющих аналогичные формы в древнеуйгурских письменных памятниках XI в., а именно, в письменном памятнике Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» - 12 основ [ОС - 5, ДС - 7], в письменном памятнике Махмуда ал-Кашгари «Диван Лугат ат-Турк» - 19 [ОС - 7, ДС - 12]. Из зафиксированных 19 названий домашних животных односложными являются 7 основ, двусложными - 12 основ. Односложные основы представлены структурными типами - VC (2), CVC (5), двусложные основы - CVCV (1), CVCVC (5), VCVC (4), VCCVC (1), GVCCV (1). Наибольшее количество зафиксированных лексических параллелей обнаруживается в структурных типах CVCVC (5) и VCVC (4).
Названия домашних животных
Односложные основы. VC: 1) як. ат `лошадь `конь' // др.уйг. 'ат `конь' [МК, ДЛТ, 2005: 74], ат `лошадь' [КВ, 1979: 32]; 2) як. ыт `собака' // др.уйг. 'ит `собака' [МК, ДЛТ, 2005: 74], ыт `волосы' [КВ III, 1979: 183]; CVC: 1) як. кии `навоз (животных) // др.уйг. книг `навоз, которым удобряют землю' [МК, ДЛТ, 2005: 836]; 2) як. тый `двухгодовалый жеребёнок' // др.уйг. таай `жеребенок' [МК, ДЛТ, 2005: 858], тай `жеребенок' [КВ III, 1979: 429]; 3) як. сиэл `грива' // др.уйг. йаал `грива лошади' [МК, ДЛТ, 2005: 860], йал `грива' [КВ III, 1979: 516]; 4) як. кыл `конский волос' // др.уйг. кил `волос человека (или др.)' [МК, ДЛТ, 2005: 327], кыл`1.волос; 2. конский хвост' [КВ III, 1979: 243]; 5) як. хой устар. `баран, овца' [5, с. 42] // др.уйг. кууй `овца' [МК, ДЛТ, 2005, 845].
Двусложные основы. CVCV: 1) як. биэ `кобыла' // др.уйг. бии `кобыла' [МК, ДЛТ, 2005: 897]; CVCVC: 1) як. кунан `молодой бык (трёх-четырёх лет)' // др.уйг. кулан `дикое животное' [КВ III, 1979: 290], кулаан `дикий осел' [МК, ДЛТ, 2005: 390]; 2) як. кулун `жеребенок` // др.уйг. кулун `жеребенок' [МК, ДЛТ, 2005: 380]; 3) як. кел\у (о§ус, ат) `сносный, упряжной (бык)' [Пек., Ті, 1137] // др.уйг. келYK `вьючное животное' [КВ III, 1979: 275]; 4) як. кытарах `яловица, яловая, не стельная, не жеребая; стародойная корова' // др.уйг. кисраак `молодая кобыла' [МК, ДЛТ, 2005: 439]; 5) як. бороон `телёнок' // др.уйг. бузаагуу `теленок' [МК, ДЛТ, 2005: 417]; VCVC: 1) як. ынах `корова' // др.уйг. 'ицак `корова' [МК, ДЛТ, 2005: 140], ингек `корова' [КВ III, 1979: 199]; 2) як. о§ус `бык, вол' // др.уйг. 'укуз `бык' [МК, ДЛТ, 2005: 94]; 3) як. бу§а `бык' // др.уйг. букаа `бык' [МК, ДЛТ, 2005: 912], бука `бык' [КВ III, 1979: 113]; 4) як. тыЬы `самка любого животного' // др.уйг. тишии `самка любого животного' [МК, ДЛТ, 2005: 910], тиши `самка' [КВ III, 1979: 453]; VCCVC: 1) як. атыыр `жеребец' // др.уйг. 'а?гир `жеребец' [МК, ДЛТ, 2005: 126], адгыр `самец' [КВ III, 1979: 5]; CVCCV: 1) як. сылгы `лошадь, конь' // др.уйг. йилкии `скот' [МК, ДЛТ, 2005: 766], йылкы `стадо животных' [КВ III, 1979: 539]; 2) як. чооску `свинья' // др.уйг. жужук `поросенок' [МК, ДЛТ, 2005: 360].
Лексико-семантические особенности выявленных лексических рефлексов рассмотрены по трем основным позициям: а) устойчивые лексические значения, б) незначительные лексические изменения, в) заметные лексические изменения. В лексических параллелях, выявленных в якутском языке и в письменном памятнике Юсуфа Баласагунского «Кутадгу билиг» устойчивость лексических значений основ отмечается из 12 в 6 случаях ( як. ат `лошадь `конь' // др.уйг. ат `лошадь', як. сиэл `грива' // др.уйг. йал `грива', як. кыл `конский волос' // др.уйг. кыл `1.волос; 2. конский хвост', як. ынах `корова' // др.уйг. ингек `корова', як. бу§а `бык' // др.уйг. бука `бык', як. тыЬы `самка любого животного' // др.уйг. тиши `самка'), что составляет 50%. Заметные лексические изменения произошли в 3 основах (25%): як. ыт `собака' // др.уйг. ыт `волосы'; як. кунан `молодой бык (трёх-четырёх лет)' // др.уйг. кулан `дикое животное', як. сылгы `лошадь, конь' // др.уйг. йылкы `стадо животных'. Как отмечает А. М. Щербак, лексема йылкы «как в древних, так и современных языках имеет особый семантический оттенок, уловить который, особенно в древних текстах, очень трудно» [23, с. 84]. Незаметные лексические изменения наблюдаются в 3 лексемах: як. тый `двухгодовалый жеребёнок' // др.уйг. тай `жеребенок', як. кел\ур (о§ус, ат) `сносный, упряжной (бык)' // др.уйг. келYK `вьючное животное', як. атыыр `жеребец' //
др.уйг. адгыр `самец'. Здесь следует отметить о том, что в последних трех примерах наблюдается расширение значений лексем древнеуйгурского письменного памятника по отношению к якутским формам, в якутских основах наблюдается сужение лексических значений. В лексических параллелях, выявленных в якутском языке и в письменном памятнике Махмуда ал-Кашгари «Диван Лугат ат-Турк» устойчивость лексических значений основ отмечается из 19 в 13 случаях (68,4 %) (як. ат `лошадь `конь' // др.уйг. 'ат `конь, як. ыт `собака' // др.уйг. 'ит `собака', як. кии `навоз (животных) // др.уйг. кииг `навоз, которым удобряют землю', як. сиэл `грива' // др.уйг. йаал `грива лошади', як. хой устар. `баран, овца' // др.уйг. кууй `овца', як. биэ `кобыла' // др.уйг. бии `кобыла', як. кулун `жеребенок` // др.уйг. кулун `жеребенок', як. бороон `телёнок' // др.уйг. бузаагуу `теленок', як. ынах `корова' // др.уйг. 'ицак `корова', як. о§ус `бык, вол' // др.уйг. 'укуз `бык', як. бу§а `бык' // др.уйг. букаа `бык', як. тыЬы `самка любого животного' // др.уйг. тишии `самка любого животного', як. атыыр `жеребец' // др.уйг. 'а^гир `жеребец'. Незаметные лексические изменения наблюдаются в 1 лексеме: як. тый `двухгодовалый жеребёнок' // др.уйг. таай `жеребенок'. Заметные лексические изменения произошли в 5 основах (26%): як. кыл `конский волос' // др.уйг. кил `волос человека (или др.)', як. кунан `молодой бык (трёх-четырёх лет)' // др.уйг. кулан `дикий осел', як. кытарах `яловица, яловая, не стельная, не жеребая; стародойная корова' // др.уйг. кисраак `молодая кобыла', як. сылгы `лошадь, конь' // др.уйг. йилкии `скот', як. чооску `свинья' // др.уйг. жужук `поросенок'.
Фоноструктурные особенности лексических рефлексов рассмотрены по трем основным позициям: а) абсолютное совпадение структурного оформления, б) частичное изменение структурного оформления, в) структуры, подвергшиеся изменениям.
Совпадение структурного типа якутских лексем в письменном памятнике “Кутадгу билиг» наблюдается в 8 (66,6%) случаях: VC (2): як. ат // др.уйг. ат, як. ыт // др.уйг. bi^CVC (2): як. кыл // др.уйг. кыл, як. тый // др.уйг. тай. CVCV (2): як. бу§а // др.уйг. бука, як. тыЬы // др.уйг. тиши, CVCVC (1): як. кунан // др.уйг. кулан, CVCCV (1): як. сылгы // др.уйг. йылкы. Частичное изменение структурного типа представлено в рефлексе як. сиэл // др.уйг. йал. Данное изменение объясняется тем, что в односложных основах со структурным типом CVC происходит дифтонгизация инлаутного гласного элемента. В лексическом параллеле як. ынах `корова' // др.уйг. ингек `корова' в древнеуйгурской форме наблюдается выпадение согласного [g] в инлауте. Также, в лексических параллелях наблюдаются следующие фонетические соответствия: [§]~[к]: як. бу^а-др.уйг. бука, [й]~[ш]: як. тыЬы~др.уйг. тиши, [н]~[л]: як кунан~др.уйг. ку лан, [с]~[й]: як. сылгы~др.уйг. йылкы, як. сиэл~др.уйг. йал.
В письменном памятнике «Диван Лугат ат-Турк» абсолютное совпадение якутских форм зафиксировано в 12 (63%) основах: як. ат // др.уйг. ат, як. ыт // др.уйг. 'ит, як. хой // др.уйг. куй, як. кулун // др.уйг. кулун, як. ынах // др.уйг. ицак, як. о§ус // др.уйг. 'укуз, як. бу§а // др.уйг. бука, як. тыЬы // др.уйг. тиши, як. тый // др.уйг. тай, як. кыл // др.уйг. кил, як. кунан // др.уйг. кулан, як. сылгы // др.уйг. йилки. Частичное изменение структурного типа зафиксировано в 2 параллелях: як. сиэл // др.уйг. йэл, як. быа // др.уйг. бии. Частичное изменение в рефлексе як. сиэл // др.уйг. йэл произошло вследствии дифтонгизации инлаутного гласного в односложной основе в якутском языке. В последнем же примере в двусложных основах ауслаутный долгий вокальный элемент древнеуйгурского письменного памятника в якутском языке подвергается переходу в дифтонг.
Заметные структурные изменения произошли в 5 лексических параллелях: як. кии // др.уйг. киг, як. бороон // др.уйг. бузагу, як. атыыр // др.уйг. 'азгир, як. кытарах // др.уйг. киспэк, як. чооску // др.уйг. жужук. В рефлексе як. кии // др.уйг. киг ауслаутный вокальный элемент изменяется в долгий гласный и образуется дифтонг при выпадении консонантного [г]. Кроме этого, в лексических параллелях наблюдаются следующие фонетические соответствия: [х]~[к]: як. хой // др.уйг. куй, [н] ~[ц]: як. ынах // др.уйг. ицак, [§] ~[к]: як. о§ус // др.уйг. 'укуз, як. бу§а // др.уйг. бука, [h] ~[ш]: як. тыЬы // др.уйг. тиши; [с] ~[й]: як. сылгы // др.уйг. йилки, як. сиэл // др.уйг. йэл, [н] ~[л]: як. кунан // др.уйг. кулан.
Заключение
якутский язык письменный памятник
Лексико-семантический анализ лексических параллелей якутского языка и языка древнеуйгурских письменных памятников позволяет сделать вывод о тесном контакте данных языков. Анализ количественно-лексических особенностей исследуемых рефлексов показывает, что к якутскому языку по устойчивости лексических значений названий домашних животных ближе всего расположен язык древнеуйгурского письменного памятника «Диван Лугат ат-Турк» (68,4 %). По фоноструктурным особенностям к якутскому языку в наиболее близкой позиции находится язык письменного памятника «Кутадгу билиг» (66,6 %).
Список источников и литературы
1. Баласагунский Ю. Благодатное знание. М: Наука, 1983. 558 с.
2. Баласагунский Ю. Кутадгу билиг. Стамбул: Turk Kulturunu Ara§tirma Enstitusu, 1979. 565 с.
3. Гоголев А.И. Якуты: (Проблемы этногенеза и формирования культуры). Якутск: Изд-во ЯГУ, 1993. 200 с.
4. Бурыкин А.А. О некоторых названиях диких животных в тюркских языках (к этимологии изолированной лексики и оценке характера эволюции тюркских языков в контексте алтайской теории) // Российская тюркология, 2013, 1 (18). С. 31-36.
5. Дыбо А.В. Семантическая реконструкция в алтайской этимологии: Соматические термины (плечевой пояс). М.: Языки русской культуры. 1996. - 389 с.
6. Левин Г.Г. Орфографические особенности рунических текстов восточно-туркестанских памятников // Вестник МГОУ. Серия «Лингвистика». 2009. № 4. С. 27-29.
7. Левин Г.Г. Историческое отношение якутского языка с древнетюркскими языками VII - IX вв. (в сравнительно-сопоставительном аспекте с восточно-тюркскими и монгольскими языками). Якутск: Изд. дом СВФУ, 2013. 436 с.
8. Малов С.Е. Отчет о путешествии к уйгурам и саларам // ИРКСВА. Серия II, 1912. № 1. Апрель. С. 94-99.
9. Махмуд ал-Кашгари. «Диван Лугат ат-Турк». Алматы: Дайк-Пресс, 2005. 1288 с.
10. Насилов В.М. Древнеуйгурский язык. М.: Изд-во вост. лит., 1963. 121 с.
11. Насилов В.М. Язык тюркских памятников уйгурского письма XI-XV вв. М.: Наука, 1974. 101 с.
12. Насилов Д.М. Изучение памятников древнейгурского языка в отечественном востоковедении // Тюркологический сборник. М.: Наука, 1970. С. 93-110.
13. Насилов Д.М. Памятники древнетюркской письменности (орхоно-енисейские и древнеуйгурские) в отечественных тюркских исследованиях последних лет (обзор лингвистических публикаций 1969-1974 гг.) // Советская тюркология. Баку, 1976. № 1. С. 82-101.
14. Пекарский Э.К. Словарь якутского языка. Л.: Изд-во АН СССР, 1959. Т. 1. 1200 стб.; Т. 2. 2010 стб.; Т. 3. 3858 стб.
15. Толковый словарь якутского языка. Новосибирск: Наука, 2004-2013.