2
Нейрокогнитивный подход к исследованию поколения Z
А.В. Голубинская, аспирант
Национальный исследовательский Нижегородский Государственный университет им. Н.И. Лобачевского
(Россия, г. Нижний Новгород)
Аннотация
Статья представляет собой систематизацию существующих представлений о поколении Z как объекта нейрокогнитивных исследований. Автор предлагает обзор экспериментально полученных данных о специфике нейронной активности и когнитивных процессов человека в эпоху цифровой культуры, формулирует фундаментальные принципы нейрокогнитивного подхода к проблеме поколения Z, определяет базовые концепты подхода. В результате исследования дифференцируется содержание понятий «поколение Z», «поколение Google» и «iПоколение».
Ключевые слова: нейрокогнитивный подход, поколение Z, Google-поколение, iПоколение, гуглизация.
нейронная активность поколение цифровая культура
Нейрокогнитивный подход в общем смысле подразумевает исследование проблемы через изучение специфических черт нейронной активности и познавательного поведения человека в процессе исследуемого переживания. За последнее десятилетие во внимание нейрокогнитивных наук попала социально-философская проблема поколения Z, то есть поколения, чей период психологического и социального становления приходится на эпоху развитой высокотехнологичной культуры. Однако, как такового понятия «нейрокогнитивный подход к поколению Z» не существует, несмотря на обилие применимых для этой области исследований, разработанных тезисов и выдвинутых гипотез. Обзор нейрокогнитивных способов интерпретации особенностей поколения Z позволяет систематизировать эти знания в контексте социального знания.
Прежде всего, необходимо сформулировать базовые принципы данного подхода. Во-первых, это принцип нейропластичности, под которым подразумевается принятый в современных биологических и медицинских науках постулат о свойстве нейронов адаптироваться под воздействием опыта и других внешних и внутренних факторов [1]. Из этого принципа следует, что разница между поколениями может и должна быть исследована методами нейрокогнитивных наук. Во-вторых, это принцип эволюционности, согласно которому явления нейропластичности рассматривается как результат адаптации устройства человека к внешней среде, таким образом, который позволяет наиболее оптимально организовать психическую деятельность организма.
Д. Медина, специалист по молекулярной биологии, профессор Медицинской школы Вашингтонского университета, отмечает, что только после появления проблематики поколения Z теория поколений стала рассматриваться естественно-научными методами: научное принятие убеждения, что мышление человека зависит от даты его рождения, ввело бы в перечень научных исследований человека астрологию и гороскопы; однако воздействие информационных технологий на организацию и реализацию когнитивных процессов человека действительно позволяет говорить о двух разных образах мышления проживающих в мире людей, и так как эта разница зависит от хронологической точки, а следовательно исследуемые группы отличаются возрастом, то эти группы вполне могут носить название поколений [2]. Похожие взгляды высказал и профессор Нью-Йоркского университета Г. Маркус: разговоры о разнице между людьми, рождёнными до и после 1980 года бессмысленны, однако, социальная среда и наш личный опыт действительно оказывают сильное влияние на наши когнитивные функции, и если разница между опытом двух поколений настолько значительна, то эти различия могут проявиться при исследованиях мозга [3].
Доктор медицинских наук и профессор Г. Смолл в центре своих исследований синаптической пластичности человеческого мозга поместил вопрос о нейрокогнитивной природе разницы в мышлении цифровых иммигрантов и коренных жителей цифрового мира (поколение Z относится ко второй категории, все предшествующие поколения - к первой). С позиций его подхода, ежедневное взаимодействие человека с технологиями влияют на формирование нейронных путей. Ещё в 2008 году Г. Смолл с научным коллективом из Калифорнийского университета подключил активных интернет-пользователей и людей, не использующих компьютер, к функциональному магнитно-резонансному томографу с попыткой обнаружить разницу в их мозговой активности. Каждой из двух групп было необходимо использовать веб-ресурсы для решения самых разных задач от оценки влияния шоколада на здоровье организма до планирования путешествия на острова. Для удобства обеспечения доступа к сети внутри томографа вместо компьютера использовались очки со встроенным экраном и специально укороченной клавиатурой. Для достоверности исследований именно связи нейронной активности с веб-сёрфингом в эксперименте приняла участие контрольная группа, представители которой были расположены в томографах с книгой, что позволило отфильтровать возбуждение нейронов, свойственное для чтения и зрительного фокуса. В результате эксперимента было подтверждено, что процесс чтения идентичен для всех испытуемых, однако процесс поиска информации вызывает разную нейронную активность. Только группа постоянных пользователей сети Интернет продемонстрировала активность в дорсолатеральной части префронтальной коры головного мозга, с которой связаны процессы принятия решений, интеграции разных информационных единиц и краткосрочного хранения информации. Интересно, что активность в этой части мозга стала проявляться у второй группы спустя пять дней продолжительности эксперимента [4].
Смолл выдвинул несколько гипотез, оказавших влияние на формирование нейрокогнитивного подхода к пониманию поколения Z. Во-первых, он отметил, что изначально мозг человека не приспособлен к таким процессам, как веб-сёрфинг, что провоцирует в нём перманентное состояние стресса. Этот стресс заключается в необходимости длительного и беспрерывного восприятия, требующего концентрации внимания, принятия решений и некоторых рефлексивных процессов. Как и любой стресс, веб-сёрфинг сопровождается выбросом гормонов (в данном случае кортизола и адреналина) [4]. Однако, принцип нейропластичности определяет, что проблема техногенного истощения мозга временна, и со временем не останется людей, на чью нервную систему использование интернета оказывает пагубное воздействие.
Позже Г. Смолл организовал похожий эксперимент, сконцентрировавшись именно на процессе кибер-чтения. В новом исследовании при помощи томографа сравнивались четыре процесса: восприятие изображений без текста, восприятие текста, имитирующего положение информации в печатной книге, восприятие страниц поисковых сервисов и восприятие энциклопедических онлайн статей (текст был идентичен, независимо от способа репрезентации информации). Испытуемых организовали в две группы. К первой группе относились люди, использующие интернет не более двух раз в неделю, и отметивших, что наличие доступа к глобальной сети имеет для них минимальное или нулевое значение. Вторая группа была представлена активными интернет-пользователями, проводящими «жизнь в режиме онлайн». Результаты этого эксперимента продемонстрировали, что у испытуемых первой группы мозговая активность проявлялась в одинаковых регионах мозга при выполнении всех четырёх задач. Однако, данные второй группы показали более обширную область нейронной активности, проявившейся в процессе кибер-поиска (разница проиллюстрирована на рисунке).
Рисунок 1. Схематическое отображение нейронной активности, обнаруженная по результатам экспериментов Г. Смолла
А - не использующие Интернет в обычной жизни, Б - активные пользователи глобальной сетью, 1 - при выполнении заданий на чтение, 2 - при веб-сёрфинге.
На основании этих результатов Г. Смолл сделал выводы о том, что опыт работы с сетью Интернет не является просто новой формой чтения, это совершенно новая практика для ЦНС, и она действительно меняет привычные процессы мозга, который, очевидно, приспосабливается под выполнение онлайн-задач [5].
Несмотря на то, что с момента данных исследований прошло шесть лет, эти эксперименты на сегодняшний день остаются самыми детальными источниками информации для формирования нейрокогнитивного подхода к исследованию цифрового человека. Однако, работа Смолла вдохновила научную среду на исследование отличий между поколением Z и всеми предыдущими поколениями.
Наибольшее внимание привлёк рост способностей поколения Z к визуальному мышлению и феномен селективно-визуальное внимания (Visual Selective Attention) [6]. Постоянное нахождение в визуальной среде с ранних лет формирует навык симультанного (нелинейного) восприятия, то есть не последовательного обращения внимания к деталям, а моментального «схватывания» всего образа целиком. Рано формируемая визуальная грамотность позволяет молодому поколению с лёгкостью дешифровать смыслы графической информации, символических выражений даже при отсутствия текстового сопровождения. Для сравнения, предыдущие поколения традиционно ориентируются на текст как на первичный источник информации, а визуальные данные воспринимают как сопровождение [7, с. 18]. Способность сконцентрировать внимание на визуальном объекте независимо от уровня «загрязнения» перцептивной среды также сильно отличает когитологию поколений. Именно селективно-визуальное внимание, выражающее в распределении зрительного фокуса в воспринимаемом пространстве, позволяет поколению Z с лёгкостью определить нужную кнопку среди мелькающих на странице сайта рекламных объявлений [8], а также распределить внимание одновременно между несколькими аттракторами без снижения объёма воспринимаемой информации. Последний тезис был доказан экспериментом М. Гладуэлла, в котором нескольким группам детей поколения Z было предложено рассказать серию детского шоу, что была им показана перед беседой. Часть детей просматривала серию шоу в условиях полной концентрации внимания на экране, другая же часть была размещена в комнате, наполненной яркими игрушками. Независимо от того, какой процент внимания дети уделили просмотру шоу, они в равной степени точно воспроизвели его сюжет, что было расценено экспериментаторами как способность выборочно распределять внимание [9].
Когнитивные эффекты гипертекстовой среды также заключаются в росте количества принимаемых при работе с текстом решений о навигации по киберпространству и построении пути, отвечающего запросам [10]. Дополнительные усилия требуются при объединении информации, полученной на каждом из таких шагов, в общую информационную схему. Глобальный характер таких процессов формирует когнитивной стиль поколения Z. Согласно эксперименту научного коллектива под руководством Б. Спэрроу из Колумбийского университета, поколению Z свойственно не столько запоминать информацию, полученную из сети, сколько запоминать место в киберпространстве, где эту информацию можно извлечь [11]. Данные исследования вписали в дискурс о цифровом человеке концепцию трансактивной памяти, разработанную в восьмидесятых годах прошлого столетия. Традиционно трансактивная память представляла собой явление, при котором люди полагались на воспоминания своих близких и родных (например, трансактивная память свойственна супругам, - за годы совместной жизни многие пары начинают автоматически распределять необходимые для запоминания данные, чтобы сокращает объём хранимой информации для каждого из партнёров) [12]. Опираясь на эти представления, Б. Спэрроу доказала необходимость исследования интернета как ресурса трансактивной памяти: уверенность в том, что сохранности электронной информации ничего не угрожает, в памяти закрепляется путь к ней, а не её содержание [13]. Похожее значение в научной среде приобрела лексема «гуглизация мышления».
Более подробно проблема человеко-компьютерной формы трансактивной памяти была раскрыта в трудах гарвардского профессора А. Ф. Уорда. Он отмечает, что истинные свойства трансактивной памяти между людьми и техникой появились с момента распространения голосовых вопросно-ответных систем. Сегодня почти каждый смартфон обладает одной из таких систем -- SIRI, OK Google, Microsoft Cortana в зависимости от операционной системы. Функция голосового управления такими системами позволяет пользователям без каких-либо технических манипуляций с устройством получить ответ на интересующий вопрос, и запоминание пути к файлу в таких условиях уже не требуется, оно сменяется запоминанием кодовых фраз, требующих включения системы. В своей докторской диссертации А. Уорд отмечает: навигаторы разговаривают с потерявшими дорогу, SIRI вступает в беседы с владельцем смартфона иногда даже без веских на то причин, а поисковые системы вроде Google становятся библиотекарем, подбирающий пользователям ответ на любой вопрос из самой огромной библиотеки, которую только можно себе вообразить [14, с. 12-13]. Устройства становятся «умными», то есть способными выступать не просто помощниками, но и партнёрами. Особенно можно выделить интеллектуальное партнёрство человека и машины в творческих процессах. Совместная деятельность молодых поколений с цифровой средой во многом описывается именно творческим процессом: блоги, социальные сети, форумы поддерживают пользователей в постоянном состоянии созидательной активности [15, с. 19]. Даже такие пассивные действия, как поиск информации и создание запросов, «перестраивают» виртуальную среду при помощи статистики, контекстной рекламы и пр. Таким образом, для поколения «умные» устройства -- это не просто среда обитания, но и своеобразный интеллектуальный партнёр, в том числе с функцией трансактивной памяти, что вводит в исследовательский лексикон концепт «iGeneration», или «iПоколение». Приставка «i», очевидно, происходит от традиции названий продуктов компании Apple. Важно отметить, что как и Google в концепте «поколение Google», отсылка к Apple имеет метафорический характер, независимо от фактического производителя используемого устройства. Приставка «i» -- полисемантическая лексическая единица для описания современных мобильных устройств, это и Интернет (Internet), и индивидуальный (individual), и информирующий (inform), и инструктирующий, обучающий (instruct), и вдохновляющий (inspiring), и интеллектуальный (intellectual).
Другим примером партнёрской трансактивной памяти человека и компьютера могут послужить исследования Google-эффекта в самооценке человека. В одном из экспериментов А. Ф. Уорда респондентам предлагалось ответить на ряд вопросов, для ответов на которые одной группе разрешалось использовать Интернет, а другой -- исключительно свои знания. Результаты эксперимента показали, что даже дословно скопированные из веб-источников ответы вызывали в респондентах чувство гордости за пройденный тест. Описания Уордом полученных данных позволяют констатировать наличие у людей иллюзии, что ответы из глобальной сети воспринимаются эквивалентно собственным умственным способностям. Важно отметить, что исследование было построено таким образом, что участники верили в одинаковое количество правильных ответов у обеих групп, что позволило минимизировать риск вызвать чувство гордости в связи с более высокой суммой баллов. Таким образом, тесная интеллектуальная связь представителей поколения Z с сетью Интернет привела к когнитивному искажению, будто весь Интернет стал частью их личных умственных способностей [14, 20-24].