Новгородский государственный университет им. Ярослава Мудрого
Новгородская контора Ганзы в контексте торговой стратегии Ревеля первой трети XVI века
Бессуднова Марина Борисовна -- доктор исторических наук, профессор
Великий Новгород, Россия
Резюме
Историографический образ новгородской конторы Ганзы (Немецкого подворья) после его восстановления в 1514 г. с описаниями его упадка реконструирован, в основном, на основе свидетельств граждан Ревеля, заинтересованных в его сохранении. Этот искусно сконструированный ревельский дискурс, с одной стороны, объективен и отражает некоторые кризисные моменты, обусловленные осложнением новгородско-ганзейских отношений в результате, во-первых, упадка дисциплины обитателей Немецкого подворья, среди которых стала преобладать молодежь, и, во- вторых, расхождениями в понимании правовых основ русско-ганзейской торговли, «старины», русской и ганзейской стороной в условиях огосударствления международной торговли в России. Вместе с тем, многие исторические реалии в рамках ревельского восприятия искажены в угоду торговой стратегии Ревеля. Таковы темы бедности подворья, возможности его перехода к «чужим нациям» и эскалации русской торговой экспансии в Западной Европе, которые были использованы в ревельской корреспонденции для обеспечения помощи со стороны Любека и вендских городов в деле восстановления и содержания Немецкого подворья. Особое значение имела финансовая поддержка в форме отчислений от «фунтовой пошлины», пунтцолля. Описания беспорядков на Немецком подворье в ревельском изложении должны были создать у вендских городов представление о несостоятельности его администрации, назначаемой Дерптом, и помочь Ревелю взять управление подворьем в свои руки. Ревель также старался не допустить к Немецкому подворью Данциг и другие города Королевской Пруссии. В результате проводимой им политики «стапельная» торговля в Новгороде постепенно замыкалась на Ревеле при участии Любека, который неизменно поддерживал идею сохранения новгородской конторы на ганзетагах. Стремление Ревеля усилить свои позиции в Новгороде, предположительно, было связано с распространением в новгородско-ганзейской торговле кредитных операций, ее своеобразной «монетизацией», связанной с использованием серебра как платежного средства, и превращение Новгорода в пункт сосредоточения серебряного запаса (Geldstelle).
Ключевые слова: Ганза, новгородская контора Ганзы, Немецкое подворье, русско-ганзейская торговля, Ревель, Любек, Новгород
Abstract
Bessudnova, Marina Borisovna -- Doctor in History, Professor, Yaroslav-the-Wise Novgorod State University
The Novgorod Kontor of Hanse in the context of the Revel's trading strategy of the first third of the 16й century
The historiographic image of Novgorod Hanseatic Kontor (German Yard) after its restoration in 1514 with descriptions of his decline was reconstructed mainly according to the testimony of the citizens of Revel aimed at preserving it. On the one hand, his skillfully designed Revel's discourse is objective because it reflects some crisis moments caused by the complication of Novgorod-Hanseatic business relations as a result of, firstly, the decline in discipline of the inhabitants of the German Yard, among which young people began to prevail, and, secondly, of differences in understanding of legal foundations of the Russo- Hanseatic trade, «antiquity» («starina») by the Russian and Hanseatic sides in conditions of politicization of international trade in Russia. On the other hand, many historical realities in the framework of the revelation perception are distorted in favor of Revel's trading strategy. These are the themes of the poverty of the Yard, the possibility of its transition to «alien nations» and the escalation of Russian trade expansion in Western Europe. Its were used by the Revalers to provide assistance to Lьbeck and to other Vendish towns in restoring and maintaining the German Yard. Of particular importance was financial support in the form of deductions from the «pound duty», puntzoll. The revelation descriptions of the riots on the German Yard were to create an idea among the Vendish towns of the insolvency of his administration, appointed by Dorpat, and help Revel take control of the compound in his hands. Revel also tried to prevent Danzig and other towns of Royal Prussia from accessing the German Yard. As a result of his policy, slipway trade in Novgorod gradually closed on Reval with the participation of Lьbeck, who invariably supported the idea of preserving the Novgorod Hanseatic Kontor on the Hansetagen. Revel's desire to strengthen its position in Novgorod, presumably, was associated with the spread of credit operations in the Novgorod-Hanseatic trade, its kind of «monetization» associated with using of silver as a means of payment, and the transformation of Novgorod into a silver concentration center (Geldstelle).
Keywords: Hanse, Novgorod Hanseatic Kontor, German Yard, Russo-Hanseatic relations, Reval, Lьbeck, Novgorod
Структурную основу Ганзейского союза, оформившуюся в XIV-XV вв., наряду со стапелями, пунктами санкционированного товарообмена, образовывали конторы, функционирование которых обеспечивалось «панцирем ганзейских привилегий» (Р. Шрангель)1 . Прерогатива пользования конторами и ганзейскими привилегиями, закрепленная за гражданами ганзейских городов, способствовала созданию комплекса правовых норм, известного как «право купцов» (copmans rechte), и во многом предредрешила институализацию Ганзы, в частности, становление ганзейских представительных собраний (ганзетагов)2 . Конторы обеспечивали ганзейским купцам условия проживания за пределами империи и совершения торговых операций в рамках «права купцов», соблюдение которого воспринималось ганзейцами как залог стабильности их коммерческих связей и минимизации внешних конфликтов. В начале Нового времени под воздействием новых торговых технологий и ввиду прогрессирующего огосударствления внешней торговли Ганза настолько успешно совершенствовала свои коммерческие, правовые, фискальные и военно-политические структуры, что это заставило современных исследователей усомниться в необратимости ее кризисного состояния3 . Niedergang oder Ьbergang?: zur Spдtzeit der Hanse im 16. und 17. Jahrhundert. Kцln, 1998. См. также: Selzer S. Zweifache Wachstumschancen: Hansische Цkonomie im 16. Jahrhundert und ihre Erforschung // Hansischer Handel im Strukturwandel vom 15. zum 16. Jahrhundert. Trier, 2016 S. 1-10..
В этом ракурсе современная историческая наука исследует тенденции и перспективы развития ганзейских контор в Лондоне, Брюгге, Бергене и конторы в Великом Новгороде, более известных как Немецкое подворье. При наличии объемной историографии Историографический очерк см.: Рыбина Е. А. Новгород и Ганза. М., 2009. фундаментальные исследования истории Немецкого подворья, как, собственно, и всей русско-ганзейской торговли, в настоящее время отсутствуют Angermann N. Deutsche Kaufleute in Novgorod im 16. und 17. Jahrhundert // Novgorod - Markt und Kontor der Hanse. Kцln, 2002. S. 97-115.. Мало изучена ганзейская документация, прежде всего, рукописные источники XVI--XVII вв. из архивов ганзейских городов, не представленные в известных серийных публикациях Собрание ганзейской документации Hanserecesse. Die Recesse und andere Akten der Hansetage (далее -- HR) доведено до начала 1538 г., а Hansisches Urkundenbuch завершается 1500 г. Собрание документов по истории Ливонии Liv-, Est- und Kurlдndisches Urkundenbuch освещают период с XIII в. до 1510 г. Публикация рецессов ливонских ландтагов Akten und Rezesse der livlдndischen Stдndetage завершается 1535 г.; к тому же история Немецкого подворья изучается зачастую в отрыве от общеганзейского контекста, известного благодаря наработкам современной зарубежной ганзеатики. Между тем, нововременной пласт этой истории особо интересен ввиду упомянутых выше общеганзейских перестроечных тенденций и перспектив существования новгородской конторы Ганзы за рамками Средневековья. Известно, что в 1494 г. Немецкое подворье было закрыто Иваном III, что положило начало затяжному кризису русско-ганзейской торговли, продолжавшемуся до подписания торгового мира 1509 г. и возрождения Немецкого подворья в Новгороде в 1514 г. Казакова Н. А. Русско-ливонские и русско-ганзейские отношения. Конец XIV - начало XVI в. Л., 1975. С. 293-315. -- В дальнейшем соглашения подтверждались русско-ганзейскими договорами 1521, 1531, 1550 и 1554 гг. (Russisch-livlдndische Urkunden. SPb., 1868. № 369 (1521), № 377а (1531)).
Согласно устоявшемуся мнению, деятельность подворья после 1514 г. стала много скромнее Angermann N., Endeil U. Die Partnerschaft mit der Hanse // Deutsche und Deutschland aus russischer Sicht. 11.-17. Jahrhundert. Mьnchen, 1989. S. 87., что подтверждается многочисленными упоминаниями об его удручающем состоянии в ганзейской документации первой половины XVI в. Hildebrand H. Bericht ьber die im Reval'schen Rathsarchiv fьr die russisch-livlдndischen Wechselbeziehungen im 15. und 16. Jahrhundert ausgefьhrten Untersuchungen // Mйlanges Russes tirйs du Bulletin historico-philologique de l'Acadйmie des scienes. SPb., 1865. Vol. 4. № 527. Sp. 362; Akten und Rezesse der livlдndischen Stдndetage / Hg. v. L. Afbusow. Riga, 1910. Bd 3. № 237. § 39 (1521), № 248. § 19 (1527), № 321. § 20 (1533), № 239. § 8 (1534). Существует мнение, что Ивану III не было надобности закрывать подворье, поскольку оно и без этого теряло свое значение по причине перемещения русско-ганзейской торговли в города Ливонии и Псков Angermann N. Deutsche Kaufleute in Novgorod... S. 104.. С другой стороны, неоправданными тогда выглядят усилия ганзейцев по восстановлению и сохранению новгородской конторы В 1507 г. Любекский ганзетаг принял решение от имени всех ганзейских городов ходатайствовать перед московским государем о открытии Немецкого подворья (Schдfer, Dietrich et al. (eds). Hanserecesse. Die Recesse und andere Akten der Hansetage. Abt. 3. Mьnchen [u. a.]: Dunker & Humblot Verlag, 1894-1913 (далее -- HR 3). Bd 6. № 705; Bd 7. № 54, 58; Bd 8. № 127). Постановления о его сохранении постоянно встречаются в рецессах ганзетагов первой трети XVI в. (HR 3. Bd 5. № 105. § 117 (1506), № 243. § 3 (1507), № 402. § 5 (1509), № 470. § 79 (1.08.1509); Bd 6. № 188. § 60 (1511); Bd 7. № 39. § 151 (1517), № 56. § 2 (1518), № 197. § 42 (1519), № 413. § 51 (1521); Bd 9. № 131, § 25-27 (1525); Friedland, Klaus; Wentz, Gottfried (eds). Hanserecesse. Die Recesse und andere Akten der Hansetage. Abt. 4. Bd 2. Kцln [u. a.]: Bцhlau Publ., 1970. (далее -- HR 4). Bd 1. № 56. § 248 (1530); Bd 2. № 2 (1535))., которые в отсутствие других вариантов принято объяснять вопросами престижа Рыбина Е. А. Иноземные дворы в Новгороде XII-XVII вв. М., 1986. С. 82. или опасением конкуренции Angermann N. Deutsche Kaufleute in Novgorod. S. 104-105.. По мнению Э. Тиберга, положение Немецкого подворья серьезно осложнилось лишь к началу 1540-х гг. вследствие учреждения в 1539 г. запрета на «гостевую торговлю» («гость да не торгует с гостем») в городах Ливонии В 1541 г. Немецкое подворье сгорело, возможно, по вине новгородцев; на тот момент там находилось всего два купца и два языковых ученика (Акты Ревельского городского архива 1450-1610 годов // Чтения в Обществе истории и древностей российских. 1898. Кн. 4. № 5). В 1544 г. все ганзейцы покинули подворье (Hildebrand H. Bericht ьber die im Reval'schen Rathsarchiv... Sp. 376). См. также: Tiberg E. Moscow, Livonia and the Hanseatic League: 1487-1550. Stockholm, 1995. P. 210-228.. Механическое проецирование этой ситуации на ранний период вряд ли может считаться корректным, а потому имеет смысл обратиться к реалиям жизни новгородского Немецкого подворья после его восстановления в 1514 г. и до конца 1530-х гг.
Немецкое подворье в Новгороде было обособленной институцией, но функционировало в слаженной системе взаимоотношений трех ганзейских анклавов -- ливонские города Рига, Ревель (Таллинн) и Дерпт (Тарту) обеспечивали циркуляцию ганзейских и русских товаров между заморскими городами Г анзы и Северо-Западной Русью Angermann N. Die Stellung der livlдndischen Stдdte in der hansischen Gemeinschaft // HGBll. 1995. Bd 113. S. 119-121.; Данциг (Гданьск) как глава прусской «трети», судя по ситуации конца XV в. Бессуднова М. Б. Специфика и динамика развития русско-ливонских противоречий в последней трети XV века. Воронеж, 2016. С. 237-238., предоставлял ганзейцам обходные пути на русский рынок в условиях обострения русско-ливонских отношений; вендские «морские» («заморские») города (civitates maritimae, seestede, oversehsche stede) во главе с Любеком направляли «русские» грузопотоки внутри всего ганзейского массива. Все они питали живой интерес к новгородскому рынку и стремились оптимизировать баланс между своими бонусами от русских привилегий и расходами по их сохранению.
При всем том основным источником информации о делах Немецкого подворья является Ревель, известный с XIV в. статусом «новгородского стапеля», который с 1442 г. вместе с Дерптом формировал администрацию подворья, курировал ее деятельность, посредничал в общении его обитателей с ганзейским руководством в Любеке Flцttmann A. Der revaler RuЯhandel von 1509 bis 1558 // Deutschland-Livland-Russland. Beitrдge aus dem Historischen Seminar der Universitдt Hamburg. Lьneburg, 1988. S. 111-136.. Архив Немецкого подворья, как и архив Дерпта, не сохранился, и потому источники по истории Немецкого подворья в массе своей происходят из Ревельского (Таллиннского) городского архива. Более того: известия, полученные из Ревеля, определяли логику подходов к проблемам подворья граждан Любека и других ганзейских городов, зафиксированную в рецессах (протоколах) ганзетагов Из рецессов ганзетага 1530 г.: «В письмах Ревеля по [новгородской] конторе много разумного» (HR 4. Bd 1. № 588. § 248).. В связи с этим суждения историков о Немецком подворье покоятся, в основном, на свидетельствах ревельцев и соответствуют ревельским дискурсивным установкам, объективность которых подлежит выяснению.
В деле восстановления Немецкого подворья 1509-1514 гг. Ревель проявил повышенную активность, понятную с учетом его статуса «новгородского стапеля», обилия ревельских бюргеров, подвизавшихся на подворье, и опасений конкуренции Angermann N. Deutsche Kaufleute in Novgorod. S. 104., но оно фигурировало как предмет забот и других городов. На ганзетаге 1506 г. ратманы Бремена, выражая мнение городов «по сю сторону Эльбы», указали, что «будет справедливым, если ливонские и прусские города потрудятся много больше <...>, потому что от новгородской конторы они имеют больше выгод для своей торговли, чем прочие города» HR 3. Bd 5. № 183.. Действительно, участью конторы немало интересовался Данциг. На ганзетаге 1507 г. его делегаты должны были «прилежнейшим образом» ее восстановить, обновить, вернуть ей привилегии и старинную юрисдикцию, поскольку «из конторы в Новгороде поддерживается контора в Брюгге» HR 3. Bd 5. № 245. § 18, 19., с которой Данциг был тесно связан Samsonowicz H. Die wirtschaftlichen und politischen Beziehungen zwischen zwischen Flandern, Polen und PreuЯen // Hansekaufleute in Brьgge. Bd 4: Beitrдge der Internationalen Tagung in Brьgge April 1996. Frankfurt a. M. [u. a.], 2000. S. 309-318.. В 1511 г. Данциг выразил готовность организовать посольство в Москву по вопросам подворья на условиях провозглашения польского короля «защитником» (beschermer) Ганзы, поскольку «он много делает для новгородской конторы» HR 3. Bd 6. № 192. § 2, 12, 18.. Ливонским городам, на которых возлагалась основная ответственность за ведение переговоров по возрождению подворья, Данциг соглашался помогать, если те прекратят торговать с русскими, ибо «поощрением русских привозить в [ливонские] города свои товары, их продажей и совершением иной торговли восстановления конторы не добиться» HR 3. Bd 6. № 196. § 104..
Блокирование русской торговли в Ливонии, быстрыми темпами развивавшейся на рубеже XV-XVI вв. БессудноваМ. Б. Специфика и динамика... С. 222-244., направило бы русско-ганзейский грузопоток по «данцигскому каналу», тогда как провозглашение польского короля Сигизмунда I «защитником» Ганзы обеспечивало пребывавшим в его подданстве прусским городам приоритеты в торговле с Новгородом. Подобная перспектива, чреватая к тому же разрывом мирных отношений Ганзы с Россией Послы ливонского магистра Вольтера фон Плеттенберга, вернувшиеся из Москвы, сообщили, что великий князь намерен одарить своей милостью ливонские и прочие ганзейские города, с тем, однако, «чтоб они не усиливали ни деньгами, ни людьми других государей, которые являются его врагами и могут стать таковыми в будущем» (HR 3. Bd 6. № 552)., не могла снискать одобрения у ливонских городов. После подписания русско-ганзейского соглашения 1514 г. Ревель предложил Ганзе не распространять его действие на Данциг, Торн (Торунь) и Элибинг (Эльблонг): коль скоро их государь враждует с «Московитом», их нельзя равнять с прочими ганзейскими городами в праве торговать в Новгороде, однако если государи помирятся, «мы не станем отлучать эти города от торгового мира и они смогут пользоваться новгородским подворьем наряду с правами всех купцов» HR 3. Bd 6. № 598.. В этой связи понятна озабоченность Ревеля близившимся завершением русско-польского конфликта и перспективой возобновления торговли прусских городов в России HR 3. Bd 6. № 598.. Впоследствии Данциг не раз заявлял о необходимости сохранять новгородскую контору HR 3. Bd 5. № 245, 252. § 70 (1507); Bd 6. № 192. § 2, № 196. § 104 (1511); Bd 7. № 56 (1518), № 413. § 52 (1521)., но Ревель, преследуя ту же цель, сподвижника в нем не видел и не обращался к нему за помощью.
Отношение ливонских городов к Немецкому подворью было неоднозначным. Рига, имевшая интересы в Подвинье и землях Великого княжества Литовского, держалась в стороне от его проблем, на ганзетагах голосовала за его сохранение Из рецессов Любекского ганзетага 1525 г.: «Рижане сказали, что делают все для поддержания [новгородской] конторы» (HR 3. Bd 9. № 131. § 39).. Для граждан неганзейской Нарвы доступ на подворье был закрыт, участия в ганзетагах они не принимали, но использовали приграничное положение своего города для активизации своей торговли с Россией в обход ганзейского «стапельного» обычая и к неудовольствию Ревеля Кивимяэ Ю. Нарвский вопрос в 1494-1558 гг. // Проблемы развития социально-экономических формаций в странах Балтики. Таллинн, 1978. С. 135-154.. Дерпт преследовал свои интересы и ввел «необычные пошлины» (unwontlyken tollen), затруднявшие проезд купцов в Новгород Ганзетаг в Штральзунде 1515 г. обязал Дерпт отказаться от таких действий (HR 3. Bd 6. № 675. § 35)., поскольку его главным торговым партнером был Псков Angermann N. Zu den rechtlichen Grundlagen des Hansehandels in Pleskau // Recht und Alltag im Hanseraum. Gerhard Theuerkauf zum 60. Geburtstag / Hg. v. S. Urbanski [u. a.]. Lьneburg, 1993. S. 17-30.. Торговая практика ливонских городов, представлявших некую локальную общность, была, таким образом, довольно разнообразна, и намерение сохранять централизованную, «стапельную», форму русско-ганзейской торговли с новгородским Немецким подворьем в качестве главного атрибута наиболее последовательно воплощалось в жизнь только Ревелем. Ревельский магистрат осуждал свободно торгующих купцов (vorlopenen kop, renefarer, nyen kopluden) из опасения их утверждения в Ивангороде и предлагал восстановить Немецкое подворье в Новгороде для противодействия им HR 3. Bd 5. № 53; Bd 6. № 196. § 104, 105..