Статья: Новые данные о первых газобаллонных атаках на восточном фронте Первой мировой войны (май-июнь 1915 г.)

Неудачи трёх первых газовых атак не убавили решимости у командования 9-й немецкой армии вновь использовать химическое оружие для прорыва фронта. Местом четвёртой по счёту газовой атаки был выбран трёхкилометровый участок фронта в "Болимовском секторе", который простирался по ломаной линии от места впадения реки Суха в Бзуру на севере до деревни Суха на юге. Оборону на этом участке фронта держали с юга на север: южнее деревни Суха 218-й пехотный Горбатовский полк из состава 55-й пехотной дивизии, далее на север по линии фольварк Доловатка - устье реки Гнида части 54-го, 55-го и 56-го Сибирских стрелковых полков (14-я Сибирская стрелковая дивизия)Там же. Ф. 3390 Оп. 1 Д. 26. Л. 20., а также 4-я сотня 45-го Донского казачьего полкаТам же. Ф. 2286. Оп.1. Д. 27. Л. 8, Л. 94. ^{9 Там же. Ф. 3356. Оп. 1. Д. 8. Л.Л. 131-131 об.}

¹⁰ Там же. Ф. 3388. Оп.1. Д. 39. Л. 7-7 об.; Там же.

Ф. 3344. Оп. 1. Д. 31. Л. 3 об.. Далее: 54-я пешая Орловская дружина (фольварк Козлов Бискупи)⁹. В 4 часа утра 30 мая два батальона 54-го Сибирского стрелкового полка были сменены 10-м Сибирским стрелковым полком ¹⁰ (3-я Сибирская стрелковая дивизия). Северо-западную оконечность трёхкилометрового участка вдоль правого берега Бзуры занимал 23-й Сибирский стрелковый полк (6-я Сибирская стрелковая дивизия)Там же. Ф. 2284. Оп. 1. Д. 114. Л. 128.. Немецкое командование сосредоточило по линии предстоящей атаки следующие части: у деревни Суха - 128-й пехотный полк, далее на север до реки Бзура - 175-й пехотный полк (оба 36-я пехотная дивизия). На левом берегу Бзуры от места впадения реки Суха и далее на северо-восток, район деревни Козлов Бискупи: 48-й и 8-й резервные пехотные полки (оба 5-я резервная дивизия). 12-й резервный пехотный полк находился в дивизионном резерве. Также немецкой группировке были приданы два батальона Познаньского корпуса, бомбометы и артиллерия в составе 24 батарей, в том числе две 21-сантиметровые гаубицы [5, S. 229; 11, S. 92]. В отличие от двух предыдущих частных случаев применения газов 24 мая/6 июня 1915 г., на этот раз командование 9-й немецкой армии готовилось к проведению массированной газовой атаки, разместив на трехкилометровом участке фронта несколько тысяч баллонов с хлором и поставив себе задачу прорвать здесь русскую оборону. Прорыв обороны на этом участке фронта угрожал выходом немцев в тыл русским частям, держащим под контролем стратегическое Гуминское шоссе, с возможностью их окружения и последующего уничтожения, в результате чего открывалась прямая дорога на Варшаву и даже более того, появлялась стратегическая возможность немецкого наступления в юго-восточном направлении, что ставило под удар всю группировку русских армий, находившихся западнее Вислы.

Новая химическая атака первоначально была запланирована командованием 9-й немецкой армии на 28 мая/10 июня [3, S. 164], потом на 29 мая/11 июня 1915 г., однако из-за отсутствия подходящего направления ветра была перенесена на 30 мая/12 июня [5, S. 230].

Стремясь увеличить вероятность успешного прорыва русской обороны на главном направлении предстоящей химической атаки, немцы, начиная с 6 часов вечера 29 мая/11 июня, открыли по участку 23-го и 56-го Сибирских стрелковых полков "сильнейший ураганный огонь 3-4 тяжёлых и 8-10 полевых батарей"¹. В результате обстрела большинство окопов 56-го Сибирского стрелкового полка было разрушеноТам же. Ф. 2526. Оп. 1. Д. 109. Л. 5. Там же., а на поддержку правого фланга 23-го Сибирского стрелкового полка вечером 29 мая/11 июня были высланы 9-я и 10-я роты соседнего 24-го Сибирского стрелкового полкаТам же. Ф. 3358. Оп. 1. Д. 26. Л. 4.. Интенсивность артиллерийского огня во время обстрела достигала 50 выстрелов в минуту [5, S. 230].

В 3 часа 45 минут утра 30 мая/12 июня немцы открыли сильный артиллерийский и пулемётный огонь уже по всему фронту 14-й Сибирской стрелковой ди- визииТам же. Ф. 2526. Оп. 1. Д. 109. Л. 5 об., пытаясь в предрассветных сумерках под прикрытием огня продвинуться вперёд, но ответным артиллерийским, пулемётным и ружейным огнём немецкая атака была отбита, и немцы откатились назад.

Около 4 часов 30 минут утра 30 мая/12 июня 1915 г. немцы начали выпускать газТам же., который понесло в основном на позиции 23-го и 56-го Сибирских стрелковых полков, но через пять минут после начала химической атаки немецкое командование отдало приказ закрыть вентили баллонов, так как ветер на некоторых участках поменял свое направление и стал дуть на германские позиции. К этому времени только треть баллонов (более 4500 штук) была опорожнена [9, S. 135]. Таким образом, мощь запланированной газобаллонной атаки из-за смены направления ветра была ослаблена и с этой точки зрения не может считаться успешной.

Когда выпущенный газ достиг оборонительных порядков русских войск, то большинство офицеров и солдат, оказавшись в газовой завесе, проявили удивительное мужество и самоотверженность. Они держалось стойко и не оставили своих позиций. Они до последнего вздоха вели огонь по наступающим немецким цепям и погибли, отравленные газами. "Один русский офицер погиб (от газа. - Н. П.) у своего пулемета. Его труп продолжал стоять на коленях с застывшими на спусковом крючке пальцами, - писал немецкий офицер 128-го пехотного полка, ворвавшийся в передовой русский окоп, - его люди лежали мертвыми вокруг него. Везде, в окопах и в поле лежали убитые" [10, S. 124].

Но часть солдат после начала химической атаки, увидев, что на них надвигается облако удушливого газа, бросили свои позиции или сдались в плен. Среди них были солдаты 56-го Сибирского стрелкового полка. Вот как их действия описал в своём письме неизвестный из 55-го Сибирского стрелкового полка: "Пришли в лес в 3 верст[ах] от окопов, простояли ночь (с 29-го на 30-е мая. - Н. П.) наготове, а утром глядим, тянутся с позиции по одному солдату, оказалось, что немцы опять пустили газ и пошли в атаку. Стоял 56 (Сибирский стрелковый. - Н. П.) полк нашей дивизии; солдаты знали, что было от газа (18/31 мая. - Н. П.) в нашем 55 (Сибирском стрелковом. - Н. П.) полку, и вот на них напал суеверный ужас. Несмотря на то, что у всех были предохранительные от газа повязки и средства, у них произошла паника; часть их удрала из окопов, часть сдалась в плен, и немцы на протяжении трёх вёрст по фронту заняли наши окопы и даже вышли ещё вперёд"^{6 Там же. Ф. 2526. Оп. 1. Д. 109. Л. 5 об; Там же. Ф. 2000. Оп. 15. Д. 616. Л. 497 об. По имеющимся сведениям, в плен попали} 1-й батальон и 2 роты 2-го батальона 55-го Сибирского стрелкового полка (см.: РГВИА. Ф. 2000. Оп. 15. Д. 616. Л. 497 об.).

⁷ Там же. Ф. 2284. Оп. 1. Д. 114. Л. 129 об.

⁸ Там же. Л. 139.

⁹ Там же. Ф. 3356. Оп. 1. Д. 8. Л. 167 об.

¹⁰ Там же. Ф. 2284. Оп. 1. Д. 114. Л. 142.. Кроме писем, сохранились и официальные донесения о сдаче в плен солдат разных частей, попавших в сферу действия газа. Так, в 6 часов утра наблюдатель-артиллерист передал своему командованию, что "видел в наших окопах у д[еревни] Козлов Бискупи белые флаги (или платки)"Там же. Ф. 2000. Оп. 15. Д. 616. Л. 497 об. Там же. Ф. 2284. Оп. 1. Д. 114. Л. 155 об..

У соседей 56-го Сибирского стрелкового полка справа, в 23-м Сибирском стрелковом полку, отравленные газом роты 2-го батальона, занимавшие левый фланг полковой обороны, не выдержав натиска немцев, начали отступать вместе с 53-й пешей Орловской дружиной. 54-я пешая Орловская дружина, занимавшая окопы у деревни Козлов Бискупи, "без приказания и разрешения бросила"Там же. Д. 109. Л. 163. их. По словам многочисленных очевидцев, нижние чины дружины побросали свое оружие на поле боя и в панике бежали в тылТам же. Д. 114. Л. 187., при этом командир дружины, проявив слабоволие, не предпринял никаких действий, чтобы остановить бегство своих подчиненных. В результате панического бегства 54-я пешая Орловская дружина отступила на две с половиной верстыТам же. Д. 492. Л. 3 об., оголив тем самым правый фланг 23-го Сибирского стрелкового полка.

Воспользовавшись последствиями химической атаки и отступлением русских частей (части 55-го и 56-го Сибирских стрелковых полков, 2 батальона 23-го Сибирского стрелкового полка и 53-й и 54-й пеших Орловских дружин), немцы в 7 часов утра, переправившись через Бзуру, ударили в стык 56-го и 23-го Сибирских стрелковых полков, прорвали здесь ослабленную оборону и стали заходить в тыл обоим полкам. Чтобы закрыть образовавшуюся брешь и остановить наступление немцев, командование дивизии бросило навстречу немецким наступающим колоннам роты 55-го Сибирского стрелкового полка, но они были окружены противником и взяты в плен ⁶. В это же время остатки 23-го Сибирского стрелкового полка, чтобы не попасть в окружение, стали отступать ⁷. И в этот критический момент по немцам открыла огонь 5-я батарея 2-го дивизиона 6-й Сибирской стрелковой артиллерийской бригады ⁸ под командованием капитана Губеца ⁹. Меткий огонь батареи заставил наступающую немецкую колонну "не только остановиться и залечь, но частью даже отойти назад"¹⁰. Благодаря проявленному мужеству, стойкости и умелым действиям артиллеристов и прежде всего командира 5-й батареи, наступление немцев на участке прорыва было останов- леноТам же. Ф. 2526. Оп. 1. Д. 109. Л. 5 об.

¹² Там же. Ф. 3358. Оп. 1. Д. 26. Л.Л. 4-4 об.

¹³ Там же. Ф. 2284. Оп. 1. Д. 114. Л. 103-103 об.

¹⁴ Там же. Д. 109. Л. 176.. А подоспевшие на помощь 23-му Сибирскому стрелковому полку четыре (9-я, 10-я, 13-я и 14-я) роты 24-го Сибирского стрелкового полка, начав движение навстречу наступающим немцам, своим огнём заставили противника отступить ¹². В бой в полосе 23-го Сибирского стрелкового полка была введена также 53-я пешая Орловская дружина ¹³.

Во второй половине дня 30 мая/12 июня оперативная обстановка была следующей. Немецким наступающим колоннам удалось прорвать оборону как на левом фланге 23-го Сибирского стрелкового полка (правый фланг полка у реки Бзуры 3-му и 4-му батальонам полка удалось удержать ¹⁴), так и южнее, в зоне ответственности 14-й Сибирской стрелковой дивизии, и, продвинувшись вперёд по фронту атаки шириной в шесть и глубиной до трех километров [9, S. 135], занять деревню Козлов Бискупи, господский двор Козлов Бискупи, фольварк Корнелин и деревню Суха ¹.

В это время в бой вступили подошедшие 22-й и роты 54-го Сибирских стрелковых полков, которые стабилизировали положение. Они остановили наступление противника и вслед за этим сами перешли в наступлениеТам же. Ф. 3345. Оп. 1. Д. 31. Л. 7 об. Там же. Ф. 2526. Оп. 1. Д. 109. Л. 5 об.; Там же. Ф. 3356. Оп. 1. Д. 8. Л.Л. 160 об. -172.. К вечеру 30 мая/12 июня к участку прорыва подошёл 11-й Сибирский стрелковый полк, усиленный батальоном 12-го Сибирского стрелкового полкаТамже. Ф.3346. Оп.1.Д.151. Л. 2., который совместно с другими полками принял участие в новых атаках, проведенных 31 мая/13 июняТамже. Ф.3345. Оп.1.Д.31. Л.Л. 8об.-12.. Однако вернуть утраченные в течение 30 мая/12 июня позиции удалось только частичноТамже. Ф.2526. Оп.1.Д.109. Л. 6.. В ночь с 30 на 31 мая (с 12 на 13 июня) для уплотнения линии обороны часть окопов 22-го Сибирского стрелкового полка, понесшего большие потери, были заняты батальоном 197-го пехотного Лесного полка и батальоном 198-го пехотного Александро-Невского полковТамже. Ф.2284. Оп.1.Д.114. Л.Л.192-192 об.; Там

же. Ф. 3356. Оп. 1. Д. 8. Л. 170. (50-я пехотная дивизия, V-й Сибирский армейский корпус). Всего в течение дня 30 мая/12 июня с целью не допустить прорыва обороны в помощь полкам, подвергшимся газобаллонной атаке, только командование V-го Сибирского армейского корпуса направило значительные силы в количестве 11 У батальонов из состава различных частейТам же. Ф. 2284. Оп. 1. Д. 114. Л. 166 об..

30 мая/12 июня в полосу газового облака также попал 9-й Сибирский стрелковый полк, который занимал позицию южнее ГуминаТам же. Ф. 3345. Оп. 1. Д. 31. Л. 6.. Позиции полка находились вне зоны химической атаки, однако ветер отнес часть газов к Гумину. К этому времени хлор уже утратил большую часть своей поражающей силы. Кроме того, командование полка своевременно приказало надеть защитные маски. В результате газы 9-й Сибирскому стрелковому полку "особого вреда <...> не принесли"⁹. Отравление получили только 2 нижних чина, "у которых газами был вызван кашель с кровью"¹⁰.

Германское командование после проведённой 30 мая/12 июня очередной химической атаки вряд ли могло быть довольно её результатами. Немецкие атакующие колонны хотя и сумели достичь некоторых успехов, продвинувшись вперёд на три километра и захватив 1660 пленных, 8 орудий и 9 пулеметов [9, S. 135], но это был всего лишь частный успех. При этом немцы сами понесли большие потери (1100 человек, из них около 350 отравленных газом) [9, S. 135]. И, главное, как и в ходе предыдущих химических атак, немцы так и не сумели прорвать русскую оборону. Тем не менее число отравленных газом на трехкилометровом участке фронта среди русских частей во время химической атаки 30 мая/12 июня 1915 г. оказалось значительным и составило 2285 человек, что показало высокую эффективность применения отравляющих веществ против живой силы противника в условиях, когда у него отсутствовали необходимые средства защиты, способные надежно уберечь личный состав от поражающего действия газов.

В таблице № 4 приводятся цифры потерь по отдельным категориям лиц, получивших разную степень отравления от хлора во время химической атаки 30 мая/12 июня 1915 г.

Как видно из таблицы № 4, наибольшее количество отравленных газом относится к категории лиц, получивших среднюю и тяжелую форму отравления и отправленных в лечебные учреждения.

9 Там же. Ф. 3343. Оп. 1. Д. 50. Л. 30 об.

Там же.

Таблица 4 / Table 4 Потери русских войск от газохлорной атаки, проведенной немцами в Болимовском секторе 30 мая/12 июня 1915 г., чел. / Losses of Russian troops from a gas-chlorine attack carried out by the Germans in the Bolimov sector on May 30/June 12, 1915, people

Ист.: РГВИА. Ф. 2000. Оп. 2. Д. 2140. Л. 40; Там же. Ф. 2286. Оп. 1. Д. 27. Л. 260.

Это - 2034 нижних чина из 2257 получивших отравление (более 90% всех потерь), и все 28 офицеров.

Вместе с тем в таблицу № 4 не были внесены сведения о погибших от хлора нижних чинах и офицерах, тела которых остались на позициях, захваченных в ходе газобаллонной атаки немецкими частями. Сделать это не представляется возможным. Причины такого "статистического пробела" очевидны: в хаосе отступления, а временами и бегства с позиций частей, подвергшихся газобаллонной атаке, выявить такие потери было попросту некогда, да и некому. В результате, сколько из общего числа погибших оставленных в окопах было отравлено газами, установить командованию не удалось. Но то, что множество погибших от отравления хлором было оставлено на позициях, подтверждают как русские, так и немецкие источники. Так, получившие отравление хлором нижние чины 56-го Сибирского стрелкового полка, в 8 часов утра шедшие с позиций, которые в последствии захватили немцы, доложили, что "большинство нижних чинов осталось в окопах умирающими (от отравления газами. - Н. П.) и много убито снарядами"¹. Когда немецкие передовые части заняли первую линию русских окопов, то они увидели множество трупов солдат, погибших от отравления газом. "Тела отравленных были фиолетовые, их лица почернели, руки вцепились в землю", - писал немецкий офицер, очевидец событий. - "Один убитый лежал, уткнувшись головой в воду, другой лежал в разорванной форме с пеной у рта" [10, S. 124]. Немецкий майор из 5-й резервной дивизии, посетивший на следующий день захваченные в ходе газобаллонной атаки позиции, писал: "Везде лежали трупы русских. Они были отравлены газом. Это становилось понятно сразу же, потому что их лица опухли и были синими. Это было ужасно" [2, S. 124]См. Приложение 3..