ISSN 1997-292X № 5 (11) 2011, часть 2 109
ОПЫТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ МИЛИЦИИ С ОБЩЕСТВЕННЫМИ ФОРМИРОВАНИЯМИ (1917-1941 ГГ.)
Владимир Николаевич Колемасов, к.и.н., доцент
Кафедра государственно-правовых дисциплин
Московский институт предпринимательства и права (филиал) в г. Пензе
Аннотация
Статья посвящена организации работы органов внутренних дел по привлечению населения к охране правопорядка в России в 1917-1941 гг. Автор рассматривает эффективность работы общественных формирований по охране общественного порядка и борьбе с преступностью. Большое внимание в работе уделено нормативно-правовому регулированию вопросов участия граждан в обеспечении общественной безопасности в России, показана роль милиции в организации деятельности общественных формирований правоохранительной направленности.
Ключевые слова и фразы: преступность; милиция; общественный порядок; сельские исполнители; общества содействия милиции; бригады содействия милиции.
Annotation
EXPERIENCE OF POLICE INTERACTION WITH PUBLIC FORMATIONS (1917-1941)
Vladimir Nikolaevich Kolemasov, Ph. D. in History, Associate Professor
Department of State-Legal Disciplines
Moscow Institute of Entrepreneurship and Law (Branch) in Penza
The article is devoted to the organization of law-enforcement bodies work on population attraction to law and order protection in Russia in 1917-1941. The author considers the effectiveness of public formations work on public order protection and struggle against criminality. In the work special attention is paid to the normative-legal regulation of the questions of citizens participation in providing public safety in Russia; police role in the organization of public formations activity of law-enforcement orientation is shown.
Key words and phrases: criminality; police; public order; rural executors; societies of assistance to police; brigades of assistance to police.
В начале нового тысячелетия в России отмечается масштабная криминализация социальной жизни, рост преступности, увеличение её тяжести и общественной опасности с одновременным отставанием социально-правового контроля от растущей криминализации общественных отношений. Без контроля над преступностью невозможна успешная реализация защиты прав личности. Несомненно, вопросы охраны общественного порядка и борьбы с преступностью вызывают устойчивый интерес.
Это объясняется тем обстоятельством, что в условиях построения правового демократического государства эффективная работа правоохранительных органов призвана обеспечить не только общую стабильность в реформируемом обществе, соблюдение в нем норм законности, но и защиту прав и интересов каждого человека.
Исключительно большое влияние этих институтов на общее восприятие обществом власти заставляет вновь обращаться к историческому опыту их деятельности, а также организации их взаимодействия с общественными формированиями в сфере обеспечения общественного порядка и борьбы с преступностью.
После Октябрьской революции первые месяцы господствовала идея о замене кадровой армии и постоянной полиции всеобщим вооружением народа, о возможности обеспечения порядка силами самих трудящихся. Эта концепция была положена в основу постановления Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) РСФСР от 28 октября (10 ноября) 1917 г. «О рабочей милиции» [7, ст. 15]. Постановление закрепляло лишь основные принципы строительства милиции и не определяло каких-либо конкретных задач, функций и форм ее организации.
С приходом к власти у большевиков было утвердившееся мнение, что в социалистическом обществе с уничтожением экономического и политического неравенства между людьми, с прекращением классовой борьбы, с отмиранием всех тех средств принуждения, которыми располагает государство, с перестройкой всей хозяйственной жизни исчезнут и поводы для совершения преступлений, исчезнет и сама преступность. Исходя из такой установки, создаваемые органы охраны правопорядка, рассматривались как временные. Население пыталось защитить себя и свое имущество самостоятельно, тем более что власти не оказывали этому противодействия. В городах повсеместно возникали дружины самообороны жильцов, которые с оружием дежурили в своих домах или кварталах. Начальный период в истории создания новых органов охраны общественного порядка был отмечен самодеятельностью местных органов власти, что соответствовало взглядам В. И. Ленина.
Только в марте 1918 г., в связи со сложной криминогенной обстановкой в стране, НКВД РСФСР вошел в правительство с предложением о создании постоянной штатной государственной милиции. Правовое оформление статуса милиции завершилось 12 октября 1918 г. утверждением НКВД и НКЮ РСФСР инструкции «Об организации Советской Рабоче-Крестьянской милиции» [8, ст. 813]. Милиция стала штатным государственным органом охраны общественного порядка.
В то же время плохое состояние кадров, их слабый профессиональный уровень, перегруженность милиции обязанностями, не отвечающими ее прямому назначению, явились причиной низкой эффективности работы по охране правопорядка. Определенную помощь в улучшении охраны общественного порядка оказывали трудящиеся. Привлечение населения к охране общественного порядка и борьбе с преступностью в рассматриваемый период занимало важное место в деятельности советских правоохранительных органов. Поэтому закономерным являлось то, что уже в начальный период Советской власти возникли организационные формы содействия трудящихся милиции. Юридически они были закреплены в инструкции «Об организации Советской Рабоче-Крестьянской милиции». В качестве основной организационной формы содействия трудящихся милиции инструкция предусматривала создание при городских и уездных исполкомах советов добровольных отрядов милиции. Члены добровольных отрядов милиции должны были охранять общественный порядок на общественных началах, безвозмездно.
Несмотря на трудности, формирования содействия трудящихся милиции создавались и действовали. В частности, в Петрограде в 1918 г. была организована патрульная служба трудящихся на улицах, в парках, садах и т.п. Тогда же в Петрограде возникла добровольная организация «Друзья общественного порядка» (ДОП), которая оказывала помощь милиции в ее работе. В указанную организацию принимались только трудящиеся по рекомендации районного совета, партийной организации или фабзавкома. Добровольные отряды милиции организовывались и в других районах страны [6, с. 55].
Формы взаимодействия органов милиции с населением были самыми разнообразными. Население (прежде всего, сельское) принимало участие в борьбе с бандитизмом. При многих сельских советах возникали инициативные группы по борьбе с бандитизмом, местное население выставляло ночью дозоры, обо всем подозрительном сообщалось в милицию. Для борьбы с конокрадами в середине 1920-х годов повсеместно были организованы сельские караулы и добровольные дружины. Во время кампании борьбы с хулиганством органам милиции предоставлялось право требовать от граждан содействия для прекращения беспорядка и для доставки задержанных в отделение, а также давать им какие-либо поручения. Невыполнение влекло уголовную ответственность. Одновременно устанавливалась уголовная ответственность за оскорбление граждан, оказывающих содействие органам милиции. В течение 1926-1927 гг. почти повсеместно создавались дружины по борьбе с пьянством и хулиганством.
В сельской местности, где в результате сокращения штатов нагрузка на работников милиции превышала установленные нормы в три-четыре раза, 27 марта 1924 года Декретом ВЦИК и СНК РСФСР «О сельских исполнителях» была введена, по сути дела, милиционная повинность по привлечению трудящихся к охране общественного порядка [9, ст. 266]. Сельские исполнители назначались сельскими Советами в каждом селении в порядке очередности из числа постоянных жителей сроком до двух месяцев, в количестве, определяемом волостным исполнительным комитетом по каждому селению, однако не более одного сельского исполнителя на двадцать пять хозяйств. Они исполняли поручения сельской власти по вопросам охране общественного порядка, личной и имущественной безопасности граждан, по благоустройству и развитию общественной самодеятельности, приказы о задержании граждан, охраняли и конвоировали задержанных и наблюдали за соблюдением порядка, установленного советскими законами и постановлениями. Начальник милиции района вел особый учет всех сельских исполнителей. Во время исполнения своих обязанностей они несли ответственность как должностные лица.
В 1925 году развернулась активная работа по привлечению населения к охране общественного порядка, в качестве сельских исполнителей. Так, в Пензенской губернии в конце 1925 года работало уже 20887 сельских исполнителей [4, д. 192, л. 25, 31, 59, 74].
На начальном этапе их деятельность, в том числе и по взаимодействию с милицией, не всегда была эффективной. Пензенским губернским административным отделом в 1926 г. было обследовано 8 уездных управлений милиции, 8 волостных и 3 отделения милиции города Пензы. В ходе обследования было выявлено отсутствие средств передвижения; недостаточная квалификация, особенно в сельской местности; отсутствие связи с соседними волостями; недостаточное инструктирование сельских исполнителей сотрудниками милиции [Там же, л. 73].
Правовая регламентация их деятельности продолжалась и в последующие годы. 29 декабря 1927 г. Коллегия НКВД РСФСР утвердила согласованную с Народными комиссариатами юстиции, земледелия и социального обеспечения новую инструкцию для сельских исполнителей [1, с. 43]. 1 сентября 1932 г. было принято новое постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О сельских исполнителях» [12, ст. 194]. Работа сельских исполнителей являлась государственной обязанностью и не оплачивалась. Исключение допускалось лишь в отношении колхозников. В случае выполнения колхозниками обязанностей сельских исполнителей во время рабочего дня, это засчитывалось как обычная их работа в колхозе с причислением к трудодням. Сельские исполнители непосредственно подчинялись сельскому совету и несли перед ним ответственность за свою работу. При охране порядка и безопасности они руководствовались указаниями сотрудников милиции. За уклонение от выполнения обязанностей сельских исполнителей, виновные привлекались к уголовной ответственности [5, с. 205, 206]. Значение использования сельских исполнителей для охраны общественного порядка было особенно велико в аграрных районах, где штаты сельской милиции были очень малочисленны и поэтому сельские исполнители были главной опорой милиции на селе.
В городах активно привлекались к обеспечению функций по охране общественного порядка и общественной безопасности дворники и ночные сторожа. Служба дворников и ночных сторожей вводилась только в городских поселениях исполнительными комитетами городских советов путем издания обязательных постановлений. На дворников и ночных сторожей возлагалось обеспечение общественного порядка и тишины на территории домовладений, а также их санитарно-хозяйственное обслуживание. Прием дворников на работу и их увольнение производилось управляющими домами и заведующими хозяйствами предприятий, учреждений и организаций по согласованию с начальником отделения милиции. Дворник подчинялся управляющему домом или коменданту и начальнику отделения милиции. Основным назначением ночных сторожей была помощь милиции в поддержании в ночное время общественного порядка, спокойствия и безопасности внутри домовладений, которые входили в охраняемый участок [Там же, с. 207, 208]. В привлечении дворников и ночных сторожей к выполнению функций по охране общественного порядка можно отметить преемственность методов царской полиции: до революции дворники являлись негласными сотрудниками охранки.
В 1928 г. уральские рабочие выступили инициаторами привлечения общественности к оказанию помощи милиции в форме обществ содействия милиции (Осодмил). Общества создавались на промышленных предприятиях и в сельской местности. Они складывались из ячеек численностью не менее трех человек в каждой.
В постановлении СНК РСФСР от 25 мая 1930 г. «Об обществах содействия милиции и уголовного розыска» указывалось, что создаваемые в городах, рабочих поселках и сельских поселениях общества содействия органам милиции и уголовного розыска состоят при административно-правовых секциях (комиссиях) советов [10, ст. 324]. Оперативное руководство и инструктирование членов общества было возложено на милицию и уголовный розыск. Членами обществ содействия милиции и уголовного розыска могли быть лица, достигшие 18-летнего возраста, пользовавшиеся избирательными правами и не состоявшие под судом и следствием. В постановлении определялись задачи Осодмила: помощь милиции и уголовному розыску в борьбе с хулиганством, шинкарством, уличными и другими мелкими нарушениями общественного порядка; содействие укреплению органов милиции и уголовного розыска, совершенствованию их работы. Т.е., Осодмил не заменял милицию и не брал на себя выполнение каких-либо ее функций, а оказывал милиции содействие. Органы милиции имели право привлекать членов Осодмила (с их согласия) к участию в обходах и облавах, к проведению обысков, несению постовой службы, конвоированию арестованных, наблюдению за порядком в общественных местах и к дежурству в органах милиции. Первоначально общества содействия милиции создавались с двойной целью: первая -оказание помощи милиции; а вторая - как переходная форма к осуществлению милиционной системы.
В условиях тенденции к централизации милиции, Положение о рабоче-крестьянской милиции от 25 мая 1931 г. изменило взаимоотношения милиции и общественных организаций трудящихся, участвовавших в охране порядка. Руководство Осодмилом перешло от советов к милиции. Это означало, что обязанности милиции по организации работы Осодмила значительно возросли.
Милиция, в целом, успешно справлялась с задачей по руководству обществами содействия милиции. Работники милиции обучали их членов, добивались искоренения фактов недисциплинированности, невежливого обращения с гражданами, стремились к тому, чтобы главным в их деятельности была профилактическая работа [6, с. 307, 308].
По неполным данным, в РСФСР в начале 1930 г. насчитывалось 2500 ячеек Осодмила, в которых состояло более 26 тыс. человек. К середине 1930 г. в РСФСР было уже свыше 4 тыс. ячеек и около 45 тыс. членов обществ содействия милиции, что почти вдвое превышало численность строевого состава милиции (без уголовного розыска) [2, с. 21].