И.А. Крайнева, Н.А. Куперштох
ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ НАУЧНОГО НАСЛЕДИЯ ВЫДАЮЩИХСЯ УЧЕНЫХ НОВОСИБИРСКОГО НАУЧНОГО ЦЕНТРА
Проект «Академгородок 2.0» призван придать новый импульс развитию Новосибирского научного центра (ННЦ) СО РАН. Тем не менее он актуализировал интерес к истории и деятельности выдающихся ученых СО РАН. В конце 50-х гг. XX века создание комплексного научного центра в Новосибирске осуществилось благодаря нескольким факторам. Один из них - участие когорты ученых, которые обеспечили «прорыв» в фундаментальной науке, внедрение инноваций в промышленность, подготовку кадров по новым специальностям. Ныне их имена вошли в историю мировой науки. Научные результаты стали неотъемлемой частью научного наследия, важнейшим компонентом которого являются прежде всего научные школы. Именами многих ученых названы институты, улицы, проспекты, аудитории вузов в Новосибирске. Научное наследие становится неотъемлемой составляющей формирования городской идентичности, культурной жизни города и региона. В статье представлены основные подходы к изучению научного наследия выдающихся ученых ННЦ. Она открывает цикл публикаций о феномене Новосибирского Академгородка и его выдающихся ученых - основателях институтов, научных школ и новых научных направлений.
Ключевые слова: Сибирское отделение РАН, Новосибирский научный центр, ученые-лидеры СО РАН, научные школы Новосибирского Академгородка, научное наследие, городская идентичность, социальная роль науки, история и социология науки.
проект академгородок новосибирский история ученые
Введение
Одним из феноменов в истории науки XX века является организация Новосибирского научного центра (ННЦ), или Новосибирского Академгородка, созданного по инновационным для своего времени принципам. В 1957 г. на государственном уровне было принято решение об организации Сибирского отделения АН СССР, «сердцевиной» которого и стал ННЦ. Академический центр в Сибири создавался как научно-образовательный центр, основными задачами которого являлись развитие фундаментальных исследований, подготовка научных кадров по актуальным направлениям, содействие внедрению инноваций в промышленность. При этом основателем ННЦ академиком М.А. Лаврентьевым был четко декларирован личностный аспект: каждый новый институт создавался под крупного ученого, который либо уже создал научную школу, либо являлся основателем нового научного направления. Именно этот организационный аспект стал несущей конструкцией Сибирского отделения АН СССР, его бурного развития и «прорыва» по целому ряду научных дисциплин: ядерной физике, теплофизике, гидродинамике, математике, информатике, геологии и геофизике, химии, биологии, экономики и социологии, истории и филологии.
Научное наследие лидеров академической науки ННЦ - это прежде всего их научные школы, современная интерпретация деятельности которых призвана раскрыть основные фундаментальные достижения новосибирских ученых. Еще один компонент фундаментальности принадлежит роли личности в истории, личной истории, биографическим исследованиям. Новый взгляд на эти аспекты показывает, насколько важны внутренние императивы, движущие актором науки в достижении поставленных целей, реализации их творческого потенциала. Кроме того, научное наследие выдающихся ученых Новосибирска становится неотъемлемой составляющей формирования городской идентичности, культурной жизни города и региона. Именами ученых названы институты, улицы, проспекты, аудитории вузов. В статье представлены основные подходы к изучению научного наследия выдающихся ученых ННЦ.
Теоретические основания
Научное наследие является составной частью культурного наследия социума. Профессор Т.С. Шола сформулировал тезис, что «наследие - это всегда система общих ценностей, сформированных на основе отбора и оценки того, что необходимо и достойно памяти, которую следует хранить» [18. С. 32-33]. Наследие ученых-лидеров исследуется как науковедческий феномен сквозь призму общенаучных понятий научная школа и дисциплина в поле науки. Отметим, что наиболее общее определение научной школы дано М.Г. Ярошевским, который говорил о ней как об институте «производства идей и людей», демонстрирующем вариативность социально-творческих связей [19. С. 7-8]. С данной парадигмой тесно связан феномен лидерства, актуальный для научных школ. Эта методологическая установка помогает исследователю понять и прототипировать его на конкретных примерах. Наше исследование основано на общенаучных принципах познания, характеризующих системный подход к объекту исследования: историзме, объективности, комплексности. Оно сочетается с применением но- мотетического, генерализующего подхода к объекту исследования, выраженного в стремлении установить закономерности развития науки с идеографическим, когда объектом научной рефлексии становятся духовный мир ученого, его личностные ценности и представления о смысле жизни.
Другая методологическая парадигма, выраженная в сочетании экстернального и интернального подходов к изучению истории науки, к персональным историям ее акторов, позволяет проследить равновесие дихотомии «внутреннее-внешнее» и ее влияния в исторической ретроспективе. Данные аспекты являются теми маркерами, которые позволяют установить степень влияния, оказанного на формирование научного наследия ученых внешних по отношению к науке императивов (социальноэкономических, идеологических, политических) и внутренних импульсов научного творчества (внутренняя логика развития науки, социально-психологические факторы, формирующие предпочтения ученых). Для понимания личностных поведенческих стратегий и мотивов акторов науки применена также категория референтного конформизма, исследованного Р. Мертоном [14], который выявил мотивы деятельности отдельного человека в референтной группе, что нашло яркое выражение в научной, педагогической и организационной деятельности ученых-лидеров в Новосибирском Академгородке.
Метод
Для изучения научного наследия выдающихся ученых актуальны общенаучные методы исследования, такие как анализ, синтез, классификация, дескрипция, системный подход, микроаналитическая стратегия и другие. Кроме того, культурно-историческая эпистемология предлагает общенаучные стратегии исследования, а именно перевод, интерпретацию, конвенцию. Поскольку источнико- вую базу данного исследования составляют различные источники, содержащие тексты (делопроизводственная документация, научные труды, деловая и личная переписка и пр.), уместна стратегия интерпретации. Как базовое понятие герменевтики, интерпретация позволяет использовать правила и приемы истолкования текстов, а также понимается как один из фундаментальных способов человеческого бытия. Интерпретация признается и методом исследования, и методом понимания исследуемого объекта, его рефлексии в определенных условиях. Герменевтический подход подчеркивает роль диалога, коммуникации между индивидами и культурой, позволяет «прочитать» текст персональной истории в контексте культуры и социума.
Для достижения общности оснований данной работы актуальна конвенциональная стратегия, которая важна для коммуникации исследователей, позволяет понимать аргументацию, обоснование, объяснение и другие познавательные сущности, используемые в исследовательской практике. В данном случае предлагается конвенция в области понимания научного наследия ученого, которое включает опубликованные научные труды (литературное наследие), архив (черновые рукописи, неопубликованные работы, письма, отзывы, рецензии, заметки, фото), научные разработки, библиотеки и научные коллекции (личные или музеефицированные при содействии ученых), наследие научной школы. Конвенциональная стратегия позволяет рассматривать в едином дискурсе такие основополагающие понятия науковедения, как научная школа, дисциплина, наука, научное наследие, а также применить другие понятия при анализе мотивов поведения акторов науки, подобные исторической идентичности.
Результаты
Изучение широкого круга литературы по истории и социологии науки позволило выявить некоторые тенденции в изучении науки как социального института. В советский период теоретические и практические вопросы, касающиеся сущностных характеристик реалий и корреляций (взаимоотношений ученых с властью, специфики проявлений исторической идентичности ученых, структуры научного наследия, механизма формирования научных школ, ментальных состояний ученых в экстремальных условиях), оставались за пределами внимания исследователей. Однако в 1960-1970-е годы, в связи с развитием новой дисциплины - науковедения, - к проблеме изучения личности и коллектива, формирования и деятельности научных школ обратились такие исследователи, как Г.М. Добров, С.Р. Микулинский, Н.И. Родный, А.П. Огурцов, М.Г. Ярошевский, С.А. Кугель, П.Б. Шелищ и др. В ряде работ отмечалось, что в орбиту интересов истории и социологии науки, помимо изучения развития предметного содержания отдельных наук и научного знания в целом, связей между развитием общества и развитием науки, входит исследование эволюции форм организации науки, ее структуры, развития методов исследований, истории формирования и деятельности научных школ.
Исследовательская практика постсоветского времени затронула практически весь период становления и развития отечественной науки и привнесла новую проблематику в сложившийся контент истории науки, включая региональную составляющую. В историографии последних десятилетий разрабатывались проблемы экстернального фактора в развитии науки в целом (взаимоотношение науки и власти, действие репрессивных механизмов в отношении науки и ученых, трансформация отдельных направлений исследований под внешним воздействием и т.п.). Необычайно расширилось предметное поле изучения научных школ, как тематически, так и географически. Исторические типы научных школ, особенности современного понимания научной школы, развитие современной научной школы и новых видов коммуникаций между учеными исследовались в работах Э.С. Зимина, Ю.И. Неймарка, Г.Л. Ильина, Е.З.Мирской, О.А. Савеловой, Е.Р. Федюк, С.Ф. Фоминых и др. Ряд работ посвящен взаимодействию и взаимовлиянию академических и вузовских научных школ, роли научных школ в воспроизводстве кадрового потенциала, истории формирования и развития научных школ отдельных вузов и НИИ Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Екатеринбурга, Томска, других городов. В этот же период создан значительный историографический задел в изучении формирования и деятельности научных школ в различных направлениях исследований: физике, в том числе ядерной - благодаря системным исследованиям атомного проекта СССР, математике, механике, гидродинамике, информатике и программировании, новой технике, геологии, географии, химии и биологии, экономике, социологии, психологии, истории.
При изучении истории науки в Сибири и, в частности, Новосибирского научного центра (Новосибирского Академгородка) появились новые возможности использования ранее закрытых источников, углубления проблематики исследований в области социальной и институциональной истории науки, актуализации микроисторического подхода, критического осмысления прошлого. Исследования посвящены различным аспектам истории науки: организационному, институциональному, общественно-политическому [1; 3; 5; 9; 12; 20-23]. В статье Е.Г. Водичева и Н.А. Куперштох были даны определения понятий «этос науки» и «научное сообщество», основные характеристики научного сообщества ученых, локализованного на определенной территории и связанного общим научным это- сом. Авторы подчеркнули, что в этом случае актуальные принципы научного этоса будут определять отношения внутри локального научного сообщества и его взаимодействие с внешним окружением [4. С. 77-78]. Подобная трактовка термина позволила применить его к сообществу ученых Новосибирского научного центра и сформировала дополнительные эвристические возможности для историко-научных исследований. Важнейшим направлением историографии является изучение проблемы научных школ в ее тематическом и персональном многообразии [2; 6; 10; 11].
Научное направление в историографии, изучающее персональные истории ученых через призму научного наследия и локальной идентичности, зародилось относительно недавно. Под эгидой Научного совета по музеям СО РАН разработаны методология и методика изучения историкокультурного и научного наследия Сибирского региона, обладающего огромным потенциалом в исследовательском, познавательном, воспитательном контексте [15]. На основе этой методологии осуществлялась разработка пространственной модели освоения научного и историко-культурного наследия Новосибирского Академгородка как достопримечательного места Сибирского региона [17]. Выделение в концепте Новосибирского Академгородка значительного личностного компонента - персональных историй ученых - актуализировало изучение проблем научного наследия [16]. Новосибирскими исследователями подготовлены публикации о выдающихся ученых ННЦ - М.А. Лаврентьеве, С.А. Христиановиче, Г.И. Марчуке, А.А. Трофимуке и др. [8; 13]. При изучении нескольких персональных историй - А.П. Ершова, Ю.Б. Румера и А.А. Ляпунова - использовались материалы электронных архивов. Сделан вывод, что персональные электронные архивы имеют практически неограниченные возможности для дальнейшего развития и являются перспективным ресурсом для изучения биографий ученых [7].
В историографии в основном проанализированы, обобщены и вписаны в контекст истории науки процессы формирования и проявления концептуальной и практической сторон научного наследия ученых-лидеров, выявлена их роль в становлении и развитии мирового, отечественного и регионального секторов науки. В настоящее время коллективом новосибирских науковедов сформирована проблема данного направления, как общая, так и конкретно-тематическая, где историко-биографические повествования помещены в контекст истории отечественной науки советского периода, а анализ особенностей научного наследия ученого позволяет выявить степень влияния социально-политических, идеологических и личностно-психологических императивов в различные периоды его становления.
Такой подход позволяет изучить явление в его генезисе, выявить этапы развития, формирования личности индивида, его предпочтений, развития конфликтов исследуемого объекта (институции или субъекта). С принципом историзма тесно связан принцип системности, который постулирует учет как разносторонних проявлений деятельности субъекта как актора истории, так и спектр назначений институций науки в социально-культурном, политическом и экономическом аспекте. Для изучения персональных историй актуален биографический метод, неотъемлемой частью которого является научная, педагогическая и организационная деятельность акторов науки. Биографический метод позволяет раскрыть, как личные обстоятельства в семье, в научном коллективе влияли на генезис воззрений, как общий социально-исторический контекст формировал мировоззренческие и психологические основания личностей. В ряде сюжетов использовался метод интервью, поскольку живы участники событий - родные, друзья, ученики и последователи акторов тех процессов в науке, которые сформировали идентичность ученых. Метод интервью является не только средством верификации источников, но позволяет получить новые свидетельства по проблемным вопросам.