* Статическая значимость различий в группах проверялась при помощи критерия Стьюдента с поправкой Бонферрони, метода однофакторного дисперсионного анализа. Нулевая гипотеза предполагает, что статически значимых различий в группах нет
Статистически значимое повышение концентрации МГ было в сравнении с показателями 3-й (p < 0,01) и 4-й (p < 0,001) групп. Достоверное повышение концентрации ЛФ обнаружено в сравнении с женщинами 3-й группы (p < 0,01). Содержание АТ было повышенным, но достоверность отличий обнаружена только в сравнении с 4-й группой (p = 0,01). Уровень ФБГ был, напротив, пониженным в сравнении с больными 4-й группы (p < 0,001). Содержание б-2-PAG достоверно не отличалось от значений в других группах обследованных.
Отличительной особенностью реакций БОФ в 3-й группе обследованных женщин с локализованными очагами гнойно-некротической деструкции являлось увеличение концентрации ФБГ (р < 0,0001) по сравнению со здоровыми. При этом, помимо упомянутых выше, достоверность отличий определялась в сравнении с 4-й группой (р < 0,001). Содержание АТ и б-2-PAG не отличалось от значений в других группах. Умеренное повышение содержания ЛФ достоверно отличалось лишь от здоровых (p < 0,005) и 4-й группы больных (р < 0,01). Значения ЛИИ были статистически значимо ниже, чем у больных в 4-й группе (p < 0,05).
Особенностью изменения показателей острофазных белков у пациенток 4-й группы с распространенным гнойно-деструктивным процессом было увеличение концентрации ФБГ (p < 0,0001), ЛФ (p < 0,0001), б-2-PAG (р = 0,0009) и ЛИИ (p = 0,0001) и, напротив, снижение уровня МГ (p = 0,0004) в сравнении с группой здоровых женщин. Достоверные отличия изученных показателей в данной группе от других групп больных упомянуты выше.
Обсуждение
Увеличение концентрации ЛФ в сыворотке крови при всех вариантах воспаления внутренних половых органов характеризует белок как высокочувствительный маркер любого воспалительного процесса, что совпадает с данными литературы [3]. Реализуется данный эффект за счет дегрануляции единственных источников белка нейтрофилов [9], а также увеличения синтеза медиаторов воспаления, и в первую очередь интерлейкина-1в, следствием чего является повышенный синтез БОФ печенью [1]. Связь уровня ЛФ с повышением температуры тела, продукцией интерлейкинов и воспалительной реакцией [9] подтверждают результаты и данного исследования. Высокая температура тела при поступлении в группах с перитонитом (2-я, 4-я группы) и увеличение содержания ЛФ в 4 и 3,8 раза соответственно демонстрируют связь гипертермии и распространенности воспалительного процесса как определяющих факторов в поведении данного белка. Клиника перитонита и тяжелый интоксикационный синдром (2-я и 4-я группы) сопряжены со значительным повышением концентрации «позитивного» реагента острой фазы воспаления ЛФ, тогда как длительность заболевания и наличие гнойно-некротической деструкции в органах обусловливает разнонаправленность в поведении «негативного» реагента острой фазы воспаления МГ. По данным литературы [16, 19], при остром воспалении снижение концентрации МГ в сыворотке крови протекает практически зеркально нарастанию концентрации «позитивных» реактантов -- С-реактивного белка, гаптоглобина, а также фибриногена, лактоферрина и серпинов. Это явление может быть следствием ингибирования провоспалительными цитокинами (интерлейкином-1в и фактором некроза опухоли) гена интерлейкина-6, который является стимулятором генов-промоторов «негативных» реактантов острой фазы воспаления -- МГ, альбумина [12, 13]. Одновременно провоспалительные цитокины стимулируют биосинтез «позитивных» реактантов. Блокирование генов МГ необходимо для превалирования процессов свертывания над фибринолизом, что позволяет отграничить очаг воспалительного процесса и способствует санации пораженных тканей. Во 2-й группе женщин (с небольшой продолжительностью заболевания, клиникой перитонита и при отсутствии гнойно-некротической деструкции в органах) на момент поступления определялись самые высокие показатели ЛИИ, уровень МГ был также самым высоким с одновременно повышенными показателями концентраций ЛФ и ФБГ. Это может быть связано с нарушением утилизации циркулирующих комплексов МГ за счет снижения детоксикационной функции печени в условиях тяжелого синдрома эндогенной интоксикации. В 4-й группе (с продолжительным догоспитальным этапом, наличием гнойно-некротической деструкции в органах и перитонитом при поступлении) определялось самое низкое содержание МГ, что, вероятно связано с истощением ингибиторного потенциала при длительном течении заболевания. Но, принимая во внимание длительность заболевания и сроки обращения в стационар, результаты исследования позволили предположить, что, возможно, изначально низкий, генетически детерминированный уровень ингибитора протеиназ МГ имеет определяющее значение в развитии различных клинических сценариев и патогенетических вариантов воспаления. При воздействии патогенного стимула достаточное содержание МГ и значительный резервный пул ингибитора обеспечивают надежную защиту тканей от деструктивного воздействия протеиназ. В условиях изначально низкого содержания МГ наступает быстрая деструкция тканей и нервных окончаний в пораженных органах, что и обусловливает отсутствие выраженного болевого синдрома, стертость симптоматики и длительный догоспитальнай этап.
Ингибиторный потенциал реализуется в организме двумя системами ингибиторов -- серпинами, образующими с протеиназами неактивные комплексы, и макроглобулинами, «рестриктирующими» протеиназы [2]. Значительная часть антипротеазной активности крови обеспечивается АТ и МГ, высокая концентрация в крови и низкий уровень избирательной активности данных белков позволяют блокировать широкий круг ферментов. Установлена тенденция к повышению содержания АТ, приближающаяся к достоверности в первых двух группах. Обсуждения заслуживает снижение концентрации данного белка в 4-й группе (длительно болеющие женщины с гнойно-некротической деструкцией в органах и перитонитом), где определялся самый низкий уровень АТ в сочетании с критически низким содержанием МГ, при этом достоверно повышалась концентрация второго представителя макроглобулинов б-2-PAG. Скорее всего, увеличение содержания б-2-PAG является компенсаторным и призвано стабилизировать антипротеиназный потенциал крови и защитные механизмы организма в ситуации одновременного снижения содержания основных и значимых ингибиторов протеиназ АТ и МГ.
Заключение
Выявленное снижение содержания МГ при гнойно-деструктивных процессах в придатках матки и, напротив, увеличение его уровня при отсутствии таковой, на взгляд авторов, закономерно. Известно, что инфекционные патогены проникают в клетки путем лизиса цитоплазматических мембран поверхностными гидролазами, в свою очередь, МГ способен блокировать активность гидролаз большей части возбудителей [12, 13]. В группах с отсутствием гнойно-некротической деструкции в органах достаточное количество нативного МГ связывает патогены, обеспечивает поступление через LRP в лизосомы, где они расщепляются, продукты расщепления презентируются иммунокомпетентным клеткам, что и запускает каскад иммунного ответа и предотвращает развитие гнойного некроза в тканях. Напротив, в группах с гнойно-некротической деструкцией в органах низкий уровень белка создает благоприятные условия для беспрепятственного проникновения патогенов в клетки, развития некроза и распространения инфекции. Как известно, воспаление имеет определенную, наследственно закрепленную программу, все механизмы которой взаимосвязаны между собой и реализуются под многофакторным контролем нервной, эндокринной и иммунной систем [7]. От состояния регуляторных систем зависит характер взаимодействия двух различных гено- и фенотипических биологических систем -- человеческой и микробной, что в конечном итоге и определяет тип и форму течения воспаления [4]. Результаты исследования позволили предположить, что, возможно, изначальный, генетически детерминированный уровень универсального регулятора воспалительного ответа -- МГ -- имеет определяющее значение в развитии различных клинических сценариев и патогенетических вариантов воспалительных процессов придатков матки. Показатели сывороточного уровня МГ, на взгляд авторов, целесообразно использовать в качестве диагностического маркера гнойно-некротической деструкции в органах при воспалительных заболеваниях придатков матки. Это позволит расширить методы дифференциальной диагностики и оптимизировать выбор лечебной программы.
Литература
1. Алешкин В.А., Новикова Л.И., Лютов А.Г., Алешкина Т.Н. Белки острой фазы воспаления и их клиническое значение // Клинич. медицина. 1988. Т. 66. № 8. С. 39--48.
2. Веремеенко К.Н., Голобородько О.П., Кизим А.И. Протеолиз в норме и при патологии. Киев: Здоровье, 1988.
3. Дюгеев А.Н., Шипулин А.Н. Структура и функции человеческого лактоферрина, перспективы изучения в акушерстве // Акушерство и гинекология. 1991. № 1. С. 6--9.
4. Ерюхин И.А., Белый В.Я., Вагнер В.К. Воспаление как общебиологическая реакция. Л.: Наука, 1989.
5. Зорин Н.А., Жабин С.Г., Лыкова О.Ф. и др. Белки плазмы и сыворотки крови доноров // Клинич. лаб. диагностика. 1992. № 9--10. С. 13--15.
6. Зорин Н.А., Зорина В.Н., Зорина Р.М., Левченко В.Г. Универсальный регулятор -- б-2-макроглобулин // Клинич. лаб. диагностика. 2004. № 11. С. 18--22.
7. Крыжановский Г.Н. Дезрегуляционная патология. М.: Медицина, 2002.
8. Кудашева Л.Г. Сравнительные данные эффективности некоторых методов комплексной терапии воспалительных заболеваний придатков матки: Автореф. дис. … канд. мед. наук. Куйбышев, 1982.
9. Сухарев А.Е. Лактоферрин, его свойства и значение в патологии // Патолог. физиология и эксперимент. терапия. 1992. № 3. С. 55--58.
10. Шевченко О.П. Белки острой фазы воспаления // Лаборатория. 1996. № 1. С. 3--6.
11. Armstrong P.B., Quigley J.P. Alpha-2-macroglobulini: an evolutionary conserved arm of the innate immune system // Dev. Comp. Immunol. 1999. V. 23. P. 375--390.
12. Birkenmeier G. Targetting the proteinase inhibitor and immune modulatory function of human alpha-2-macroglobulin // Mod. Asp. Immunobiol. 2001. V. 3. P. 32--36.
13. Bode J.G., Fischer R., Haussinger D. et al. The inhibitory effect of IL-1 beta on IL-6-induced alpha 2-macroglobulin expression is due to activation of NF-kappa B. // J. Immunol. 2001. V. 167. P. 1469--1481.
14. Chu C.T., Pizzo S.V. Receptor-mediated antigen delivery into macrophages. Complexing antigens to alpha-2-macroglobulin enhanced presentation to T cells // J. Immunol. 1993. V. 150. P. 48--58.
15. Gliemann J., Moestrup S., Jensen P.H. Evidence for binding human pregnancy zone protein-protease complex to alpha-2-macroglobulini receptors // Biochim. Biophys. Acta. 1986. V. 885. P. 49--57.
16. Hibbets K., Hines B., Williams D. An overview of proteinase inhibitors // Br. J. Cancer. 1999. V. 79. P. 244--250.
17. Horne C.H.W., Armstrong S.S., Thomson A.W. Detection of pregnancy associated alpha-2-glycoprotein (alpha-2-PAG), an immunosuppressive agent, in Ig A producing cells and body secretions // Clin. Exper. Immunol. 1983. V. 51. P. 631--638.
18. Li Y., Wood N., Yellowlees D., Donelly P. Expression of alpha 2-macroglobulin receptor/low density lipoprotein receptor-related protein in cell culture density-dependent in human breast cancer cell line BT-20 // Biochem. Biophys. Res. Commun. V. 240. P. 122--127.
19. Petersen S.M. Alpha-2-macroglobulin and pregnancy zone protein. Serum level, alpha-2-macroglobulin receptors, cellular synthesis and aspects of function in relation to immunology // Dan. Med. Bull. 1993. V. 40. P. 409--446.
20. Schoultz B., Stigbrand T., Tarnvik A. Inhibition of PHA-induced lymphocyte stimylationby pregnancy zone protein // FEBS Lett. 1973. V. 38. P. 23--26.
21. Stimson W.H., Blackstook J.C. Syntesis of a pregnancy-associated alpha-macroglobulini by human leucocytes // Experientia. 1975. V. 31. P. 371--373.
22. Travis J., Salvesen G.S. Human plasma proteinase inhibitors // Ann. Rev. Biochem. 1983. V. 52. P. 655--709.