Персонаж произведения как самостоятельный объект авторского права: теория и практика
А.Ю. Копылов
Аннотация
Статья посвящена вопросам теории и практики правового регулирования отношений по использованию и охране персонажа произведения как самостоятельного объекта авторского права. Исследуются имеющиеся в науке и судебной практике трактовки понятия данного объекта, его признаков и условий охраноспособности. Сделаны выводы относительно нераспространения презумпции творчества на персонаж произведения, если он является результатом самостоятельного творчества и может быть выделен из содержания произведения с целью самостоятельного использования.
Ключевые слова: авторское право; произведение литературы и искусства; художественный образ и персонаж; воспроизведение персонажа; защита авторских прав на персонаж.
The subject of this research is copyright laws regarding the legal protection of characters as independent parts of works of art and the judicial practice of their application, as well as opinions and judgments on the legal nature of these objects that have developed in the scientific literature. It is confirmed that subjects to legal protection are the most memorable characters, which often appear in an independent capacity and begin to be perceived separately from the work as a whole, are independently used as part of other works through creative processing, as part of trademarks and commercial signs drawing potential consumers' attention to the relevant goods and services. In this regard, the problem of a character's protectability separately from the work of art is inevitable. The author explores the development of the copyright law of the post-Soviet period in terms of legal protection of parts of works and their characters and the practice of its application. It is concluded that the legislator comes to the need to establish rules on independent legal protection of certain parts of works of art, including titles and characters, provided they have the same signs of protection that are characteristic of the work as a whole: if by their nature they can be recognised an independent result of the creative work of the author and expressed in an objective form. Unlike previous laws containing an incorrect wording on independent use, the current Civil Code of the Russian Federation directly indicates the independence of the result of the author's creative activity. Confirmed is the thesis that a universal definition of the concept of “character” does not exist since it is an abstract concept that is filled with real content in each type of work. It has been established that any character cannot be identified in isolation from the work as a whole; therefore, it is necessary to distinguish them depending on the type of work. Opinions are criticised in the scientific literature regarding the need to enshrine the category of “source character” in the law since it is necessary to distinguish between the character of a literary work described by the author on the pages of their novel and its embodiment on the screen, which is the result of the creative activity of another person, the director. The author of the article agrees with the opinions in the literature on the need to separate the artistic image and the character of the work itself. He believes that this opinion is true since the character is a creatively independent element of a work, and, if we talk about an audiovisual work, then it is an element of a complex object, which meets the signs enshrined in Paragraph 1 of Article 1240 of the Civil Code of the Russian Federation, the author of which is known, it is a director who embodies the artistic image created by a writer or a screenwriter by selecting an actor of a corresponding type. Studying the updated positions of the Supreme Court of the Russian Federation regarding the legal protection of the character, the author of the article concludes that the presumption of creativity is characteristic only of the work of art as a whole, and it does not work with respect to the character or any other part of the work; the burden of proving that the character is an independent result of creativity lies with the author of the work.
Keywords: copyright; work of literature and art; artistic image and character; reproduction of character; copyright protection for character.
Персонаж является ключевым элементом художественного произведения, умело вплетенным в сюжетную линию в силу творческого замысла автора. Персонаж (фр. реrsоnnаgе; от лат. регеопа - особа, маска, лицо) - это прежде всего некий художественный образ, который наделяется индивидуальными свойствами, позволяющими публике воспринимать творческое произведение как единое целое. В качестве персонажей могут выступать как образы людей, так и животных, образы растений, различных неодушевленных объектов и сил природы, анимированных волей автора, сказочных вымышленных существ. Персонажи могут воплощать как добродетели, так и пороки, выполнять нравоучительные функции. Поэтому во многих западноевропейских языках понятие «персонаж» передается словами, родственными слову «характер» (сйатайет - англ; сйагайег - нем). Наиболее запоминающиеся публике персонажи нередко предстают в самостоятельном качестве, начинают «жить» отдельно от произведения в целом, самостоятельно используются в составе других произведений через творческую переработку, в составе товарных знаков и коммерческих обозначений, привлекая внимание потенциальных потребителей к соответствующим товарам и услугам. В этой связи неизбежно возникает проблема охраноспособности такого персонажа отдельно от самого художественного произведения.
Впервые законодательно закрепленная возможность самостоятельной правовой охраны персонажа как части произведения появляется с принятием Закона РФ от 09.07.1993 № 5351-1 «Об авторском праве и смежных правах» (далее - Закон об авторском праве) [1], из содержания п. 3 ст. 6 которого следовало, что часть произведения (включая его название), которая удовлетворяет требованиям охраноспособности произведения в целом и может использоваться самостоятельно, является объектом авторского права. При этом законодатель не пояснял о каких именно частях произведения идет речь, ограничиваясь указанием на «название». В одном из законопроектов предлагалось внести в эту статью слова «название, фрагмент, персонаж и иные элементы» [2]. Предлагаемые поправки так и не получил признание в глазах законодателя, и принятый 20.07.2004 Федеральный закон № 72-ФЗ «О внесении изменений в Закон Российской Федерации “Об авторском праве и смежных правах”» не указывал на «название, фрагмент, персонаж и иные элементы», таким образом нормы п. 3 ст. 6 Закона об авторском праве остались неизменными, что, конечно, не добавило ясности в данном вопросе.
Тем не менее в юридической литературе неоднократно поднимался вопрос о необходимости правовой охраны персонажа отдельно от самого произведения, элементом которого он является [3]. Постепенно складывается и судебная практика по разрешению споров, связанных с незаконным коммерческим использованием персонажей произведений, главным образом аудиовизуальных и литературных. Например, знаковым случаем являлся спор между Леонидом Шварцманом, который в качестве художника- постановщика принимал участие в создании визуального образа Чебурашки для мультфильма Романа Качанова «Крокодил Гена», и компаниями «БРК- Косметикс» и «Седьмой континент» по поводу распространения продукции болгарской фирмы «ТОМИ ШОУ Козметикс» с изображением Чебурашки. Истец требовал прекратить незаконное использование персонажа мультипликационного фильма и выплатить ему сумму денежной компенсации в размере 4,7 миллиона рублей с учетом требований о компенсации морального вреда. Суть возражений ответчика сводилась к тому, что изображение Чебурашки было размещено на упаковках товаров в соответствии с правами, переданными фирме автором книги «Крокодил Гена и его друзья» Э.Н. Успенским на основании заключенного с ним договора. Художник фирмы- производителя сделал рисунок, руководствуясь описанием Чебурашки, содержащимся в упомянутой книге. Тот факт, что оно визуально практически идентично образу героя мультфильма, является чистой случайностью [4]. В данном споре суд встал на сторону ответчиков, не учитывая тот факт, что «появление визуального образа Чебурашки непосредственно связано с его выражением в форме изображения, созданного именно художником с применением им своих профессиональных навыков, воображения, таланта, и творческую природу данного акта отрицать невозможно» [5].
Вступивший в силу с 1 января 2008 г. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) (далее - ГК РФ) содержит п. 7 ст. 1259 ГК РФ, из которого прямо следует, что наряду с самим произведением самостоятельной правовой охране подлежат и его отдельные части, включая название и персонажи, при условии наличия у них тех же признаков охраноспособности, которые характерны для произведения в целом: если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме. Таким образом, законодатель отказался от расплывчатой формулировки, «может использоваться самостоятельно», прямо указав на самостоятельность результата творческой деятельности автора.
Общепризнанным в науке авторского права является положение о том, что в составе любого произведения можно выделить как охраняемые, юридически значимые элементы, так и неохраняемые, юридически безразличные. Наиболее последовательно данный тезис раскрыт в работах В.Я. Ионаса, который утверждал, что к юридически безразличным относятся «тема, материал, сюжетное ядро и идейное содержание произведения», а юридически значимые элементы, образующие форму произведения, «делятся на две подгруппы. Это «элементы внутренней формы произведения: его образы» и «элементы внешней формы: язык произведения со всеми его словарными и художественными особенностями» [6. С. 45-46], при этом «образ произведения - важнейший носитель новизны, существенной для нового произведения» [7. С. 3134]. Сходных воззрений на элементы произведения придерживались Э.П. Гаврилов, утверждавший, что «в любом произведении следует различать содержание и форму... у произведений художественной литературы содержание составляют: тема, материал, сюжет, идейное содержание, а форму - художественные образы и язык произведения» [8. С. 11] и А.П. Сергеев, по словам которого «созданные автором образы относятся к так называемой внутренней форме произведения» [9. С. 118].
Большинство авторов солидарны в том, что универсального определения понятия «персонаж» не существует, поскольку это абстрактное понятие, которое наполняется реальным содержанием в каждом виде произведений. Персонажи музыки, балета и литературы имеют разную форму воплощения [10], в книге - словесное описание литературного героя, в кинофильме, мультфильме, рисунке - изображение и т.д. [11. С. 120]. Любой персонаж не может быть идентифицирован в отрыве от произведения в целом, поэтому и различать их необходимо в зависимости от вида произведения [12. С. 38-39]. Под персонажем понимается элемент формы произведения: словесное описание героя в литературном произведении, изображение артиста в роли или мультипликационного персонажа в аудиовизуальном произведении и т.д. [13. С. 54].
В литературе встречаются и противоположные мнения, авторы которых оперируют категорией «исходный персонаж». В частности, Д. Филин полагает, что «если речь идет об оригинальном персонаже из литературного произведения, автором персонажа должен признаваться автор исходного литературного произведения. Последующее создание аудиовизуального произведения уже не влияет на определение авторства персонажа» [14. С. 61]. С этой позицией трудно согласится, поскольку необходимо различать персонаж литературного произведения, описанный автором на страницах своего романа, и его сценическое воплощение на экране, которое является результатом творческой деятельности другого лица - режиссера. Правильной в этом случае следует признать позицию А.В. Деноткиной, которая утверждает, что «писатель (а впоследствии - сценарист) имеет исключительные права на текст, который он написал, но создание персонажа - сложный процесс, в основе которого лежит авторский текст, но все-таки воплощение (форма) принадлежит художнику и киностудии» [15. С. 170]. Возвращаясь к описанному выше спору по поводу Чебурашки, можно утверждать, что Эдуард Успенский впервые воплотил придуманный им художественный образ сказочного персонажа на страницах своего литературного произведения, но знакомое всем воплощение в мультипликационном фильме Р. Качанова является плодом творчества совершенно другого лица, художника-мультипликатора Леонида Шварцмана. Поэтому Э.П. Гаврилов совершенно справедливо считает, что «литератор может создать только литературный образ», который «не имеет отношения к художественному образу» [16. С. 251], созданному художником.
В этой связи некоторые авторы предлагают разделять художественный образ и собственно персонаж произведения. Например, П.В. Фомичев предлагает исходить из того, что персонаж это описание внешности, личностных особенностей, характера действующего лица литературного произведения, его имен в сочетании со всеми его поступками, репликами и внутренними рассуждениями, встречающимися в тексте, а образ персонажа трактуется им как совокупность творческих вкладов сценариста, режиссера- постановщика, оператора, исполнителя роли, художника по костюмам, в некоторых случаях даже композитора музыки, написанной специально для фильма, т.е. сочетание сценарного и режиссерского замыслов, игра и внешность актера [17. С. 127]. Следует согласиться с данным утверждением, поскольку персонаж является творчески самостоятельным элементом произведения, и если говорить об аудиовизуальном произведении, то элемент сложного объекта, отвечающего признакам, закрепленным в п. 1 ст. 1240 ГК РФ, автор которого известен, это - режиссер, который воплощает художественный образ, созданный писателем или сценаристом, осуществляя подбор актера соответствующего типажа. Неслучайно в восприятии зрителя художественный образ советского разведчика Макса Отто фон Штирлица (он же М.М Исаев,
В.В. Владимиров), описанный в качестве литературного персонажа Юлианом Семеновым на страницах романа «Семнадцать мгновений весны», стойко ассоциируется с образом замечательного советского актера Вячеслава Тихонова. При этом персонаж одноименного кинофильма и литературный персонаж являются различными по своей «внутренней форме» частями различных по способу воплощения творческого замысла автора произведений. Что же касается исполнителя, то у него возникает самостоятельное интеллектуальное право, но не в отношении персонажа, а в отношении способа его воплощения на экране, т.е. самого исполнения. Как экранизация литературного произведения является актом создания творчески самостоятельного, пусть и производного, аудиовизуального произведения, так и воплощение на экране образа литературного героя означает создание нового персонажа. В этой связи следует согласиться с мнением Е.А. Смирновой и А.А. Шишановой о том, что «изображение персонажа, созданное на основании существующего описания из литературного произведения, является производным произведением, то есть переработкой» [18. С. 19-30]. Производное произведение, как известно, обладает самостоятельной правовой судьбой, исключительное право на него принадлежит именно тому автору, который творчески переработал другое произведение. произведение авторский презумпция творчество