Таблица 3. Корреляционные связи для диспозиций насильственного экстремизма у студентов 1-го курса (сентябрь 2019 г.)
|
№№ п/п |
Корреляционная диада |
Коэффициент корреляции Спирмена |
Двухсторонний уровень значимости p |
|
|
1 |
пол - культ силы |
0,191** |
0,004 |
|
|
2 |
пол - конвенциональное принуждение |
0,149* |
0,026 |
|
|
3 |
пол - мистичность |
-0,154* |
0,021 |
|
|
4 |
пол - протестная активность |
0,135* |
0,044 |
|
|
5 |
возраст - допустимость агрессии |
-0,177** |
0,008 |
|
|
6 |
возраст - интолерантность |
-0,165* |
0,014 |
|
|
7 |
возраст - социальный пессимизм |
-0,168* |
0,012 |
|
|
8 |
возраст - мистичность |
-0,238** |
0,0001 |
|
|
9 |
возраст - деструктивность и цинизм |
-0,147* |
0,029 |
|
|
10 |
наличие инвалидности - допустимость агрессии |
0,154* |
0,022 |
|
|
11 |
субъект РФ - социальный пессимизм |
-0,137* |
0,041 |
|
|
12 |
субъект РФ - антиинтрацепция |
-0,168* |
0,012 |
Таблица 4. Корреляционные связи для диспозиций насильственного экстремизма у студентов 1-го курса(сентябрь 2020 г.)
|
№ п/п |
Корреляционная диада |
Коэффициент корреляции Спирмена |
Двухсторонний уровень значимости p |
|
|
1 |
пол - культ силы |
0,128* |
0,011 |
|
|
2 |
пол - интолерантность |
0,114* |
0,024 |
|
|
3 |
пол - конвенциональное принуждение |
-0,170** |
0,001 |
|
|
4 |
пол - мистичность |
-0,186** |
0,0001 |
|
|
5 |
пол - протестная активность |
0,104* |
0,039 |
|
|
6 |
пол - конформизм |
0,183** |
0,0001 |
|
|
7 |
наличие инвалидности - нормативный нигилизм |
0.108* |
0,033 |
|
|
8 |
место жительства - интолерантность |
0,125* |
0,014 |
|
|
9 |
место жительства - мистичность |
0,105* |
0,041 |
|
|
10 |
факультет - нормативный нигилизм |
0,105* |
0,037 |
Как следует из табл. 3, у студентов-первокурсников 2019 года существует значительное количество достоверных связей диспозиций насильственного экстремизма с демографическими факторами «пол» и «возраст». Корреляционные связи с прочими факторами носят весьма фрагментарный характер. Наиболее ярко выраженными являются корреляционные связи в следующих диадах:
- пол - культ силы (преобладает - у юношей];
- возраст - допустимость агрессии (уменьшается с возрастом];
- возраст - мистичность (уменьшается с возрастом].
Напротив, как следует из табл. 4, у студентов-первокурсников 2020 г. существует значительное количество достоверных связей диспозиций насильственного экстремизма только с демографическим фактором «пол». Корреляционные связи с остальными факторами носят весьма фрагментарный характер. Наиболее ярко выраженными являются корреляционные связи в следующих диадах:
- пол - конвенциональное принуждение (преобладает - у девушек];
- пол - мистичность (преобладает - у девушек];
- пол - конформизм (преобладает у юношей].
Помимо этого, непараметрический корреляционный анализ выявил значимые (при р </= 0,05 и p </= 0,01] взаимные корреляции всех пунктов внутри показателей (шкал] методики Д.Г. Давыдова и К.Д. Хломова, что указывает на хорошую согласованность шкал этой методики.
Нами был применён однофакторный дисперсионный анализ (ANOVA] отдельно для каждой выборки с использованием программы SPSS 13 for Windows. При этом в качестве зависимых переменных анализировались показатели (шкалы], выявляемые при помощи методики Д.Г. Давыдова и К.Д. Хломова, а в качестве независимых переменных - уже упоминавшиеся выше факторы «пол», «возраст», «место проживания», «субъект РФ», «факультет» и «наличие инвалидности или ОВЗ».
Статистическая достоверность полученных результатов подтверждалась значением параметра р, которое не превышало 0,05. Кроме этого, нами учитывался также критерий однородности дисперсий (критерий Левина]. Полученные результаты содержатся в таблицах 5 и 6.
Применение однофакторного дисперсионного анализа (ANOVA] позволило достоверно судить о наличии причинно-следственных связей между шкалами методики Давыдова-Хломова и перечисленными выше независимыми переменными (см. табл. 5 и 6).
Так, для совокупной выборки 2019 года нами выявлены линейные зависимости между демографическим фактором «пол» и шкалами «культ силы», «конвенциональное принуждение», «протестная активность» и «мистичность». При этом в первых трёх случаях более высокие средневзвешенные значения параметров наблюдаются у лиц мужского пола, а в последнем случае - у девушек.
Установлено, что демографический фактор «возраст» значимо влияет на шкалы «допустимость агрессии», «социальный пессимизм», «мистичность», «деструктивность и цинизм» и «нормативный нигилизм».
Медицинский фактор «наличие инвалидности или ОВЗ», как оказалось, значимо влияет на шкалу «допустимость агрессии», при этом более высокое средневзвешенное значение параметра принадлежит носителям указанных особенностей здоровья.
И, наконец, было установлено, что микрофактор «факультет» значимо влияет на шкалы «культ силы», «допустимость агрессии», «интолерантность», «социальный пессимизм», «деструктивность и цинизм», «нормативный нигилизм», «антиинтрацепция» и «конформизм». При этом наиболее низкие средневзвешенные значения параметров для всех перечисленных шкал наблюдались у студентов факультета политологии, а наиболее высокие - у студентов экономического факультета.
Таблица 5. Результаты дисперсионного анализа АУА для диспозиций насильственного экстремизма у студентов 1-го курса (сентябрь 2019 г.)
|
Фактор(ы) |
Зависимая переменная |
АЫОУА |
|||
|
Ґ |
Уровень значимости р |
||||
|
Пол |
Культ силы |
9,375 |
0.002 |
Значим |
|
|
Конвенциональное принуждение |
4,684 |
0,032 |
Значим |
||
|
Мистичность |
4,753 |
0,030 |
Значим |
||
|
Протестная активность |
5,215 |
0,023 |
Значим |
||
|
Конформизм |
3,809 |
0,052* |
Не значим* |
||
|
Возраст |
Допустимость агрессии |
2,797 |
0,004 |
Значим |
|
|
Социальный пессимизм |
2,393 |
0,013 |
Значим |
||
|
Мистичность |
2,035 |
0,037 |
Значим |
||
|
Деструктивность и цинизм |
2,791 |
0,004 |
Значим |
||
|
Нормативный нигилизм |
2,323 |
0,016 |
Значим |
||
|
Конформизм |
1,876 |
0,056* |
Не значим* |
||
|
Наличие инвалидности или ОВЗ |
Допустимость агрессии |
4,684 |
0,032 |
Значим |
|
|
Место жительства |
Интолерантность |
1,804 |
0,088* |
Не значим* |
|
|
Факультет |
Культ силы |
4,013 |
0,019 |
Значим |
|
|
Допустимость агрессии |
6,648 |
0,002 |
Значим |
||
|
Интолерантность |
4,424 |
0.013 |
Значим |
||
|
Социальный пессимизм |
4,814 |
0,009 |
Значим |
||
|
Мистичность |
2,827 |
0,061* |
Не значим* |
||
|
Деструктивность и цинизм |
5,764 |
0,004 |
Значим |
||
|
Нормативный нигилизм |
8,613 |
0,0001 |
Значим |
||
|
Антиинтрацепция |
4,695 |
0.010 |
Значим |
||
|
Конформизм |
12,463 |
0,0001 |
Значим |
Примечание. Звёздочкой отмечен случай влияния фактора, когда не достигнут требуемый уровень значимости эффекта, однако этот уровень намечен как тенденция.
Таблица 6. Результаты дисперсионного анализа АУА для диспозиций насильственного экстремизма у студентов 1-го курса (сентябрь 2020 г.)
|
Фактор(ы) |
Зависимая переменная |
АЫОУА |
|||
|
Ґ |
Уровень значимости р |
||||
|
Пол |
Допустимость агрессии |
4,013 |
0,046 |
Значим |
|
|
Интолерантность |
7,661 |
0,006 |
Значим |
||
|
Конвенциональное принуждение |
7,418 |
0,007 |
Значим |
||
|
Мистичность |
12,575 |
0,0001 |
Значим |
||
|
Протестная активность |
3,818 |
0,051* |
Не значим* |
||
|
Конформизм |
12,609 |
0,0001 |
Значим |
||
|
Возраст |
Культ силы |
2,705 |
0,020 |
Значим |
|
|
Антиинтрацепция |
2,163 |
0,057* |
Не значим* |
||
|
Наличие инвалидности или ОВЗ |
Нормативный нигилизм |
4,845 |
0,028 |
Значим |
|
|
Место жительства |
Конформизм |
1,934 |
0,063* |
Не значим* |
|
|
Субъект РФ |
Культ силы |
1,488 |
0,064* |
Не значим* |
|
|
Факультет |
Допустимость агрессии |
2,157 |
0,093* |
Не значим* |
|
|
Мистичность |
2,646 |
0,049 |
Значим |
||
|
Деструктивность и цинизм |
2,439 |
0,064 |
Не значим* |
||
|
Нормативный нигилизм |
4,474 |
0,004 |
Значим |
Примечание. Звёздочкой отмечен случай влияния фактора, когда не достигнут требуемый уровень значимости эффекта, однако этот уровень намечен как тенденция.
В свою очередь, для совокупной выборки 2020 года нами выявлены линейные зависимости между демографическим фактором «пол» и шкалами «допустимость агрессии», «интолерантность», «конформизм», «конвенциональное принуждение» и «мистичность». При этом в первых трёх случаях более высокие средневзвешенные значения параметров наблюдаются у лиц мужского пола, а в последних двух случаях - у девушек.
Установлено, что демографический фактор «возраст» значимо влияет на шкалу «культ силы».
Медицинский фактор «наличие инвалидности или ОВЗ» значимо влияет на шкалу «нормативный нигилизм», при этом более высокое средневзвешенное значение параметра вновь принадлежит носителям указанных особенностей здоровья.
И, наконец, было установлено, что микрофактор «факультет» значимо влияет на шкалы «мистичность» и «нормативный нигилизм». При этом для шкалы «мистичность» наиболее низкие средневзвешенные значения параметра наблюдались у студентов юридического факультета, а наиболее высокие - у студентов экономического факультета. В свою очередь, для шкалы «нормативный нигилизм» наиболее низкие средневзвешенные значения параметра наблюдались у студентов факультета политологии, а наиболее высокие - у студентов факультета управления.
Таким образом, осуществленное социально-психологическое исследование диспозиций насильственного экстремизма на двух репрезентативных выборках студентов-первокурсников ЮРИУ РАНХиГС позволило предложить пошаговый алгоритм полиаспектного исследования диспозиций насильственного экстремизма студентов. В рамках каждой выборки осуществлено выявление респондентов, относящихся к группе риска по всем рассматриваемым диспозициям насильственного экстремизма. При помощи непараметрического корреляционного анализа установлены достоверные причинно-следственные связи между диспозициями насильственного экстремизма и демографическими факторами «пол» и «возраст». Однофакторный дисперсионный анализ позволил установить достоверные функциональные зависимости между диспозициями насильственного экстремизма и демографическими факторами «пол» и «возраст», микро-фактором «факультет» и другими независимыми переменными. Полученные результаты существенно расширяют представления о взаимообусловленности диспозиций насильственного экстремизма не только личностными особенностями респондентов, но и социально-демографическими факторами.
Предлагаемый нами подход позволяет в короткие сроки и с высокой надёжностью выявлять группы риска по всем диспозициям склонности к насильственному экстремизму среди вновь поступивших студентов. Это даёт возможность администрации вуза и кураторам учебных групп оперативно организовывать коррекцию и профилактику, а также определять целевые ориентиры для воспитательной работы со студентами. Поскольку выявление и анализ диспозиций насильственного экстремизма у студенческой молодёжи является перспективным и относительно мало изученным направлением современной социальной психологии. Возможно углубление настоящего исследования за счёт рассмотрения гендерных аспектов, увеличения совокупных выборок, учёта дополнительных предикторов, мониторинга уже обследованных студентов, работы с фокус-группами.