3
ПОЛИТИКА КНР ПО ИНТЕГРАЦИИ СИНЬЦЗЯН-УЙГУРСКОГО АВТОНОМНОГО РАЙОНА: 1949-2018 ГОДЫ
В.А. Эпштейн, Д.А. Бочков
Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, г. Москва, 119571, Россия Московский государственный институт международных отношений (Университет) МИД России, г. Москва, 119454, Россия
Аннотация
В статье рассматривается вопрос региональной специфики Синьцзян-Уйгурского автономного района и анализируются основные этапы интеграции СУАР в состав КНР. Интерес к региону со стороны Пекина особенно возрос в результате заявленной Председателем КНР Си Цзиньпином в сентябре 2013 г. программы «Экономический пояс Шелкового пути», так как через Синьцзян должны пройти основные сухопутные маршруты китайского транспортного проекта. Одновременно с этим руководство КНР сформулировало новую стратегию для разрешения накопившихся проблем СУАР, основным приоритетом властей должны стать обеспечение социальной стабильности, экономическое процветание региона и повышение уровня жизни местного населения. Пекин полагает, что все это минимизирует стремления уйгуров и других коренных жителей к политической автономии. В связи с этим возрастает необходимость в обеспечении безопасности региона и ускоренного проведения комплекса культурно-экономических и военно-полицейских мероприятий для снижения уровня террористических угроз и открытого проявления недовольства со стороны коренных жителей СУАР.
Ключевые слова: Китайская Народная Республика, Синьцзян-Уйгурский автономный район, «Экономический пояс Шелкового пути», этапы интеграции, ханьцы, уйгуры, транспортный коридор, терроризм, сепаратизм
региональная интеграция экономическая стабильность Китай
Abstract
The Policy of the People's Republic of China on Integration of the Xinjiang Uygur Autonomous Region: 1949-2018
V.A. Epstein, D.A. Bochkov
Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration,
Moscow, 119571 Russia
Moscow State Institute of International Relations, Ministry ofForeign Affairs of the Russian Federation, Moscow, 119454 Russia
The paper examines the issue of regional specificity of the Xinjiang Uygur Autonomous Region and analyzes the main stages of its integration into the People's Republic of China. The Chinese government has become aware of the importance of economic prospects of Xinjiang in terms of its foreign economic ambitions since the 1990s. In this regard, China initiated the program “the Great Development of the West” in 1999-2000. The program was adopted during the 4th Plenum of the 15th Central Committee of the Communist Party of China. It is planned until 2050 and devoted to the development of the country's western territories, including Xinjiang.
However, the implementation of the program encounters the rejection of many of its provisions by the local traditional population, since major infrastructure projects are changing the cultural, economic, and socio-demographic landscape of the region.
Beijing has intensified its interest in the region as a result of the launch of “One Belt One Road” initiative which was announced by China's President Xi Jinping in September 2013. The explanation to this rests within the fact that nearly all main land routes of the Chinese transport project are planned to transcend the region. Beijing believes that economic development and modernization will lead to curbing of the Uigurs' and other indigenous people's aspirations towards political autonomy.
In this respect, there is an increasing need for ensuring the region security and accelerating implementation of a complex of cultural, economic, and military-police activities to minimize terrorist threats and open display of discontent among Muslim ethnic groups of the region.
Keywords: People's Republic of China, Xinjiang Uygur Autonomous Region, Silk Road Economic Belt, integration stages, Uygurs, Han Chinese people, terrorism, separatism, transport corridor
Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) - самая большая по площади территориально-административная единица КНР, составляющая 1/6 (1 664 897 км2) часть страны, с населением около 1.5% (более 22.6 млн человек) от общей численности населения Китая [1]. В регионе проживают 47 национальностей, при этом коренной народ - уйгуры составляют 45% от всего населения, около 40% - ханьцы, переехавшие из других провинций Китая. Среди оставшихся 15% преобладают тюркоязычные этносы, как и уйгуры, исповедующие ислам: казахи, киргизы и др. [2, с. 34].
Расселение этносов по региону неравномерное: ханьцы преимущественно проживают в городах, больше всего их в политической столице Синьцзяна - Урумчи, где из 1 643 760 жителей они составляют 73% (1 199 783 человек), в то время как уйгуры - 12.8% (210 400 человек). В районе Кашгара наоборот: при населении в 3 365 560 человек, ханьцев всего 8.75% (294 503 человек), а уйгур - 87.7% (3 019 187 человек) [3, р. 23-32].
СУАР относится к числу ресурсообеспеченных территорий: по данным на 2016 г., объемы запасов нефти в регионе оценивались в 21.5% (23.4 млрд т), а природного газа в 23.3% (13 трлн мСоглашение от 26.04.1994 г. «Соглашение между Республикой Казахстан и Китайской Народной Республикой о казахстанско-китайской государственной границе». URL: http://kazakhstan.news-city.info/docs/ sistemsi/dok_pemsi.htm/. 2 О ратификации Дополнительного Соглашения между Республикой Казахстан и Китайской Народной Республикой о казахстанско-китайской государственной границе. URL: https://tengrinews.kz/zakon/parlament_ respubliki_kazahstan/mejdunapodnyie_otnosheniya_respubliki_kazahstan/id-Z990000351_/#z0) от всех запасов на территории Китая [4]. 60 разведанных угольных месторождений региона суммарно составляют 38% запасов каменного угля КНР, один лишь угольный бассейн Турфан-Хами в восточной части СУАР по объемам залежей составляет 12.8% (более 500 млрд т) от общих запасов [4; 5]. По предварительным прогнозам, в 2020 г. на СУАР будет приходиться свыше 20% добычи угля в Китае [5]. Помимо энергоресурсов в регионе находятся месторождения редкоземельных металлов, золота, никеля, железной руды и др. На сегодняшний день специфика региона заключается в том, что нефтяной и нефтехимический сектор формируют 60% экономики Синьцзяна, однако около 70% населения проживает в сельской местности [6]. В 2016 г. ВВП СУАР составил всего 964.97 млрд юаней, то есть 1.3% от ВВП Китая [6]. В 2017 г. ВВП региона увеличился на 7.6% и достиг отметки в 1.09 трлн юаней [7].
Кроме того, на территории региона расположены важнейшие атомные объекты: именно там находится единственный ядерный полигон КНР Лобнор, на котором с 1964 по 1996 гг. было проведено 45 ядерных испытаний [8].
Отличительной чертой СУАР является то, что район имеет общую границу с восемью государствами: Монголией, Россией, Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Афганистаном, Индией, а также оспариваемыми Пакистаном северными территориями индийского штата Джамму и Кашмир.
Таким образом, рассматриваемый автономный район имеет важное стратегическое и экономико-политическое значение для Китая, неуклонно усиливающееся с конца XX в., что связано с комплексом политических и экономических причин.
Политические причины:
1. В 1991 г. в результате распада СССР перед Китаем возникла необходимость заключить пакет пограничных договоров с новыми государствами - участниками СНГ. Впервые за долгие годы КНР смогла навязать новообразованным государствам Центральной Азии свой взгляд на пограничные проблемы и добилась пересмотра существовавших прежде территориальных границ, тем самым увеличив площадь СУАР.
Совместная китайско-казахстанская пограничная комиссия определила китайско-казахстанскую границу двусторонним договором, подписанным в 1994 г.1
Чтобы точнее очертить некоторые небольшие участки границы, были подписаны дополнительные соглашения 24 сентября 1997 г.2 и 4 июля 1998 г.3
В 1999 г. Китай и Казахстан подписали совместную декларацию, разрешившую существовавшие пограничные противоречия, в результате чего часть территории у реки Теректы, текущей из китайского уезда Юйминь в сторону казахского озера Жаланашколь, была передана КитаюАлимжанов С.Д. Некоторые аспекты установления Республикой Казахстан государственной границы с Китайской Народной Республикой // Известия НАН РК. Сер. обществ. наук. - 2009. - N° 4. - С. 64..
В течение следующих нескольких лет граница была определена на местах совместными комиссиями, работа которых была задокументирована совместными протоколами, завершенными Протоколом, подписанным в Пекине 10 мая 2002 г.О ратификации Протокола между Правительством Республики Казахстан и Правительством Китайской Народной Республики о демаркации линии казахстанско-китайской государственной границы. URL: http://adilet.zan.kz/rus/docs/Z030000469_/.
В Кыргызстане процесс урегулирования пограничных вопросов с Китаем оказал огромное влияние на политическую жизнь страны, вызвав открытые проявления народного недовольства. Первое пограничное соглашение, уступившее Китаю около 30 000 га территории в Южном Тянь-Шане, было подписано в Бишкеке президентом Кыргызстана А. Акаевым и председателем КНР Цзян Цземи- нем в 1996 г. и ратифицировано парламентом в 1998 г.Современные кыргызско-китайские отношения. URL: http://uchebnik-online.com/131/1898.html/. Во втором соглашении, подписанном в 1999 г. в Бишкеке, более 90 000 га Узенгу-Куушского района были переданы Китаю, что также спровоцировало недовольство населения.
Таджикско-китайская совместная декларация об основных принципах взаимоотношений между двумя странами была подписана в марте 1993 г.Таджикско-китайские отношения. URL: http://tajikembassychina.org/istoriya-i-perspektivy/. Обе стороны подтвердили, что «будут развивать свои отношения в духе добрососедства, дружбы и взаимовыгодного сотрудничества на основе принципов взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности, взаимного ненападения, невмешательства во внутренние дела друг друга, равенства и взаимной выгоды, мирного сосуществования...; каждая из сторон взяла на себя твердое обязательство воздержаться от участия в каких-либо враждебных действиях, направленных против одной из них, а также не допускать, чтобы территория одной стороны была использована в целях ущемления национального суверенитета и интересов бе з- опасности другой стороны»Алимов Р. У истоков добрососедства. URL: // http://russian.people.com.cn/31521/8143863.html.
Спорными территориями являлись район Большого Памира, площадь которого составляла около 28 000 км2, а также река Маркансу и перевал Карзак, общей площадью около 400 км2.
Часть территориальных проблем была урегулирована 13 августа 1999 г. в Даляне в результате подписания Э. Рахмоном и Цзян Цзэминем таджикско- китайского пограничного соглашенияRussia-China Boundary Agreement: Relevance for India. URL: https://www.idsa-india.org/an-jan-4-01html.html/.. Согласно подписанному документу река Маркансу была разделена между Таджикистаном (32%) и Китаем (68%), последний, в свою очередь, отказался от претензий на перевал Карзак [9, с. 35]. Согласно взаимной договоренности, суверенитет над склонами Сарыкольского хребта, площадь которых составляет 1158 км2, был передан под юрисдикцию Китая, то есть Пекин получил около 4.1% от изначально заявленных претензий на 28 000 км2. Необходимо отметить, что парламент Таджикистана окончательно ратифицировал акт передачи части земель Мургабского района Горно-Бадах- шанской автономной области Китаю лишь в январе 2011 г.
2. В 2011 г. в связи с началом «арабской весны», крахом казавшихся незыблемыми политических режимов ряда государств Ближнего Востока, активизацией террористической деятельности в Афганистане и на территории других сопредельных государств, возникновением «Исламского государства» и началом гражданских войн в Сирии и Ираке Китай оказался перед вызовом дестабилизации в СУАР. Немаловажным фактором явилось участие уйгурских боевиков, выходцев из Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР, в антиправительственных исламистских группировках, действующих в Сирии, а также тиражируемые ими через электронные СМИ угрозы в адрес Пекина в скором времени вернуться домой и развернуть войну за независимость СУАР.
Экономические причины: в 2013 г. была озвучена инициатива КНР «Один пояс - один путь» с целью усиления экономической интеграции Китая в мировой рынок. Проект предполагал выстраивание двух транспортных потоков: «Экономического пояса Шелкового пути» (ЭПТТТП) и «Морского Шелкового пути XXI века». В свою очередь, ЭПТТТП реализуется в виде трех транспортных коридоров: северный - через Казахстан и РФ к Балтийскому морю и далее в страны Европы; центральный, который должен соединить порты восточного Китая со странами Центральной Азии (Кыргызстаном, Узбекистаном, Туркменистаном), Ираном и Турцией; южный - через Бангладеш, Индию и Пакистан [10]. Чрезвычайно выгодное транспортно-географическое положение СУАР, через который проходят все три коридора, определяет его ключевую роль в реализации китайского проекта [11]. Это вызывает повышенный интерес к рассматриваемому региону со стороны официального Пекина, вынуждает проводить ускоренную интеграцию и активизировать политику умиротворения местного населения.
К настоящему времени можно говорить о нескольких этапах процесса политической и экономической интеграции СУАР.
Период военного и политического подчинения (1760-1949 гг.). Территория, ныне входящая в СУАР, исторически известна как Восточный Туркестан. В 1760 г. регион был насильственно присоединен к китайской империи Цин под названием Синьцзян (Новые рубежи). С тех пор уйгуры неустанно боролись за свою независимость. В результате общая экономическая отсталость региона, а также расходы на содержание армии делали Синьцзян убыточным для Китая. Для поддержания стабильности требовались постоянные денежные вливания из центра, в связи с чем на протяжении всей эпохи династии Цин шли дебаты о целесообразности обладания этим регионом. Неоднократно китайские чиновники предлагали оставить Синьцзян, уделив больше внимания прибрежным районам. Причины отсталости виделись в недостаточной китаизации населения и плохом управлении местной администрации [12, с. 68].
Период ассимиляции и насильственной интеграции (1949-60-е годы). К 30-40-м годам уйгуры преуспели в восстаниях против центральной власти и дважды провозглашали Восточно-Туркестанскую Республику (ВТР). К середине 1949 г. стало очевидно, что в гражданской войне, идущей на территории континентального Китая, победа достается коммунистам во главе с Мао Цзэдуном. Для переговоров с китайским партийным руководством 27 августа 1949 г. в Пекин из г. Кульджи через Алма-Ату, Красноярск и Читу вылетела представительная делегация ВТР. В районе Иркутска самолет ИЛ-12 потерпел катастрофу, практически все политическое руководство республики погибло.